Глава 46
«Я с глухим стуком свалилась со своего розового облака».
ЕЛЕНА
Солнце светило теплым светом на мою кожу, но оно не могло растопить холод, который проник в мой желудок в течение всей ночи. Я пролежала без сна несколько часов, прислушиваясь к дыханию Нико и обдумывая, что делать.
Ради моей совести, моего рассудка, ради него, ничего не делать не было вариантом.
Я хотела бы быть другим человеком, той, кто могла бы оставить это в прошлом и забыть, просто чтобы мне не пришлось разрушать небольшое доверие Нико ко мне и толкать его в объятия другой женщины. Просто, чтобы не пришлось разрушать чувство удовлетворения, которое наполняло меня всякий раз, когда он был рядом.
Он не спал и, судя по тому, как провалился матрас, сидел на краю кровати. Его взгляд коснулся моей кожи, но я не открыла глаза. Что, если он видел все, о чем я думала?
Его большой палец коснулся моей скулы.
— Ты собираешься бездельничать весь день?
Я молча кивнула.
— И все же я жажду твоего знаменитого жидкого супа.
— Не будь идиотом, — пробормотала я.
Он усмехнулся.
— Я же говорила тебе, что не умею готовить, а ты все равно решил жениться на мне, — пожаловалась я.
— Ты также сказала, что тратишь много денег, но это не так.
— Подожди, пока я не отправлюсь за покупками.
Он засмеялся, и я ахнула, когда он сорвал с меня одеяло. Мои глаза распахнулись.
— Нико, холодно!
Я была голой. Если я и не была голой на прошлой неделе, то только в футболке и трусиках. Лучшие дни в моей жизни.
Его тело опустилось на мое. Я скользнула руками под его белую футболку, крадя немного его тепла. Я была уверена, что этот мужчина сможет пережить ночь в Арктике без пальто, с количеством тепла, которое он откладывал.
Мне нравилось, каким большим он был, и как я всегда чувствовала себя маленькой и защищенной с ним. По правде говоря, я любила в нем все, и пути назад не было. Это мчалось на полной скорости, как поезд, который не в состоянии остановиться из-за девушки, стоящей с широко раскрытыми глазами на рельсах.
Блаженство гудело под моей кожей, когда он лежал на мне сверху. Он провел грубой ладонью по моей щеке и обхватил затылок. Его губы коснулись моих.
— Ты чертовски красива.
Скрежет его голоса обернулся вокруг моего сердца и сжал его. Обжег теплом и едким укусом вины. Раньше я ненавидела это слово — красивая. Как бы грязно это ни звучало, на каком бы языке ни говорили. Однако глубокое, искреннее выражение слетело с его губ именно так, как всегда представляло себе это мое романтическое сердце.
Он поцеловал меня, и я растаяла под ним, проводя руками по гладким мышцам его спины.
Его губы скользнули вниз по моей шее.
— Ты ведь знаешь, что значишь для меня, не так ли?
Мое сердцебиение замедлилось до нуля, в то время как моя совесть вращалась так быстро, что все расплывалось.
Почему?
Почему он так поступал со мной?
Такое количество чувств, от счастья до гнева в моей ситуации вырвалось на поверхность и завибрировало под кожей. Слезы жгли мне глаза. Я была так напряжена, что он не мог этого не заметить, но только поцеловал меня в шею, будто ожидал такой реакции.
Боль пронзила мою грудь.
Его лоб уперся в мой. Вдохнув воздух между моих губ, он нежно поцеловал меня. А потом вскочил на ноги, сказав, что будет в гараже, прежде чем выйти из комнаты и оставить меня в холоде.
♠️ ♠️ ♠️
Я пролежала в его постели две минуты после того, как он ушел, слушая тиканье далеких часов и позволяя холоду просачиваться сквозь кожу, пока не распространилось онемение.
Если я не сделаю этого сейчас, то уже никогда.
Нет, если он будет продолжать говорить мне такие вещи.
Особенно, если он произнес их так, будто никогда и ни в чем не был так уверен.
Дрожащими руками я натянула джинсы, кроссовки и куртку, наблюдая за происходящим через окно свободной комнаты. Нико направлялся к своему рабочему столу, обмазанный маслом до локтей. За последние семь дней он ни разу не работал в своем гараже, но вчера вечером сказал, что ему необходимо закончить восстановление клапанной цепи или что-то в этом роде. Это звучало как проект. Возможно, несколько часов, когда Нико занят, а Лука не следит за мной, как ястреб. Я знала, что это был лучший выстрел, который у меня имелся.
Порывшись в своей спортивной сумке, я нашла записку, которую переписала, и письмо написавшее несколько месяцев назад, и сунула их в задний карман. Мое сердцебиение соответствовало топоту шагов, когда я спускалась вниз. Я схватила немного наличных с прилавка, а затем остановилась, чтобы посмотреть на свой мобильный телефон лежащий рядом. Сильное желание требовало, чтобы я взяла его; я сказала ему, что всегда буду держать его при себе. Я также пообещала не выходить из дома, не предупредив его. Мне казалось, что меня стошнит от непослушания, но я знала, что он установил GPS на мой телефон.
Выйдя из дома, я тихонько прикрыла сетчатую дверь.
Я направилась вниз по ступенькам, но замерла, когда мой взгляд столкнулся с взглядом мужчины, стоявшим на крыльце дома слева от нашего и курившим сигарету. Сосед, у которого в открытых окнах всегда просачивался бейсбол. В его глазах была Коза Ностра.
В животе у меня все поплыло от беспокойства.
Он выпустил смог дыма и посмотрел на меня.
Если я не сделаю так, чтобы это выглядело нормально, меня остановят прежде, чем я доберусь до тротуара. Я одарила его застенчивой милой Сладкой Абелли, словно меня застали на позорной прогулке. Я не думала, что Нико уже объявил о нашей свадьбе, но если бы он это сделал, все было бы кончено.
Через секунду мужчина слегка кивнул мне.
Едва заметное облегчение охватило меня, но я все еще не доверяла ему. В конце концов, он работал на моего мужа. Когда я шла по улице в самом обычном темпе, на который была способна, его взгляд касался моего позвоночника с каждым шагом. Волосы у меня на затылке встали дыбом.
Как только дом скрылся из виду, я быстро завернула за угол и направилась к автобусной остановке. Там стояли только две азиатки и один темнокожий парень с наушниками в руках. Согласно моему приложению, автобус должен был прибыть прямо сейчас, в назначенное время.
Прошло три минуты.
Я сдвинулась. Давай же.
Еще две минуты.
Холодный пот выступил у меня на спине.
Небольшая часть меня верила, что Нико мог бы помочь мне с этим, если бы я попросила его — но была также большая вероятность, что он не сделает этого, и в этом случае я потеряю данную возможность навсегда.
Я никогда не могла забыть, кто мой муж, что если бы это была его родственница, найденная с мужчиной, Нико был бы тем, кто выстрелил бы ему в голову.
Я почувствовала вкус передышки, когда автобус с визгом подъехал к обочине. Я забралась в него и села не заднее сидение.
Сняв кольцо с пальца, я повертела украшение в руках. Облегчение, которое, как я полагала, я почувствую, теперь смешивалось с сожалением, смотря, как дом исчезает из виду. Но я должна сделать это, чтобы снять груз, давящий на мои плечи, исправить ошибку единственным доступным мне способом. Я положила кольцо в карман и молилась, чтобы Нико понял. Он должен понять.
♠️ ♠️ ♠️
Я стояла перед двойными зелёными дверями Франческо. Окно уже заменили и, скорее всего на пуленепробиваемое. На окне висела табличка «Закрыто», а стойка, где всегда лежал хлеб была пуста, но потянувшись за ручку двери, она оказалась незапертой.
Мои глаза привыкли к полумраку помещения. Мурашки побежали по рукам, когда память о быстрых выстрелах заполнила мой разум. Однако ресторан был безупречен. Ничто не указывало на имевшую место стрельбу. Из кухни донесся звон кастрюль и сковородок, и я услышала голос дяди среди общей суматохи.
Когда я сделала шаг к своей цели, из задней комнаты вышла девушка с развевающимся светлым хвостиком, неся в руках поднос с вымытыми стаканами.
— Елена. Привет!
Я внутренне съежилась. Ее голос был достаточно громким, чтобы его услышали в Корее.
— Привет, Сара. Мой дядя здесь?
— Да! Он на кухне. Схожу за ним!
— Нет, все в порядке, — выпалила я. — Сделаю ему сюрприз.
— Ох, прекрасно! Мой рот на замке! — она сжала губы и выбросила ключ.
Поставив поднос на барную стойку, она улыбнулась мне, будто у нас большой секрет, прежде чем исчезнуть в задней комнате. Сара работала здесь уже несколько лет. Дядя любил говорить, что она sole che cammina[40]. Ходячий солнечный свет. Это был лучший способ описать ее.
Несмотря на всю демонстрацию того, что она сжала губы, я не верила, что она долго будет молчать. Тайна вырвется из нее, как чистый солнечный свет. Направляясь в коридор рядом с ванной и отдельными столовыми, я остановилась перед деревянной дверью.
Пожалуйста, будь открытой. Пожалуйста, будь открытой.
Дверь распахнулась, и я выдохнула, перепрыгивая через две ступеньки. Квартира была в два раза меньше ресторана внизу и всегда была слишком теплой из-за того, как сильно светило солнце. Я нашла дорогу в кабинет дяди и села за его стол.
Капля пота лениво пробежала по моей спине.
Нажав несколько клавиш, я включила компьютер. Когда экран запросил пароль, я быстро помолилась, чтобы Зио не изменил его за последние шесть лет.
Dulce[41]. Его покойная жена.
Радужное колесо вращалось снова и снова, и когда компьютер открыл главный экране, еще один тяжелый вздох пронесся мимо моих губ.
Когда мы с Адрианой были помладше и мама с папой ходили на обеды, они оставляли нас здесь. Большинство детей смотрели фильмы Диснея и ели фруктовые закуски у нянь, а я сидела на коленях у Зио за его столом, пока он писал книги, позволяя мне делать крошечные глотки скотча.
Я видела, как он переводил деньги сотни раз, но не помнила, чтобы существовало так много программ, как сейчас.
Пожалуйста, Память, не подведи меня сейчас.
Пять минут спустя я нашла то, что искала, как раз в тот момент, когда мои нервные окончания угрожали выскочить из кожи.
Я ввела информацию с личного банковского счета Нико, а затем и со своего.
Ввела семизначный номер.
И нажала кнопку «Перевод».
♠️ ♠️ ♠️
По дороге из банка, мое плечо столкнулось с другим.
— Ох, простите, — сказала я, бросая взгляд на мужчину.
Мой желудок опустился, как якорь, к пальцам ног.
Себастьян.
— Ну и ну, кто у нас тут? — интрига сверкнула в его темных глазах, когда он провел рукой по темно-синему галстуку.
Мое сердце забилось где-то в горле. Это, вероятно, было худшее, что могло произойти — столкнуться с одним из новых деловых партнеров моего мужа, но я не зашла так далеко, чтобы остановиться сейчас.
— Ты же знаешь, что говоришь как типичный злодей, не так ли? — ответила я, продолжая спускаться по тротуару в городскую суету.
Себастьян догнал меня, его «Феррагамос»[42] двигались синхронно с моими кроссовками.
— Ох, Елена. Я и есть злодей. — Темный оттенок проскользнул в его легкий колумбийский акцент. Его взгляд скользил по окрестностям. — Почему у меня такое чувство, что ты здесь совсем одна?
Я проигнорировала его вопрос.
— Ты уже переспал с кем-то?
У него вырвался тихий смешок. Он провел большим пальцем по нижней губе, и его золотые часы блеснули на солнце.
— Si.[43]. Я нашел самых сговорчивых дам.
— Дам, да? Не проституток?
— Да, Елена. — он прижал руку к груди. — Ты ранишь меня. Дай мне двадцать минут, и я смогу тебя очаровать и раздеть с этих… — его взгляд скользнул вниз. — … Джинс.
— И начинаешь с того, что преследуешь меня?
— Нет. Я преследую тебя, потому что начинаю верить, что ты действительно одна, и если бы я этого не сделал, мой новый партнер по бизнесу попытался бы застрелить меня.
Я приподняла бровь.
— Попытался?
— Меня трудно убить. — он подмигнул.
Мы остановились на светофоре, и Себастьян расправил плечи в гладких линиях своего серого костюма, когда угол заполнился людьми.
— Как ты говоришь на таком хорошем английском? — спросила я.
Если он собирался быть агрессивным, следуя за мной повсюду, то и я тоже.
Он сунул руки в карманы.
— Моя мать австралийка. Я ходил в школу в Сиднее.
В этом есть смысл. Неудивительно, что Оскар был таким красавцем. Его брат, однако получил золотистый и легкий оттенок кожи Колумбийца.
Я сморщила нос.
— Там много змей и пауков.
— Да. Но думаю, что у вас здесь проблемы посерьезнее, — сказал он, морщась, когда таксист крикнул человеку на велосипеде, чтобы тот убрался с дороги.
Загорелся зеленый свет, и Себастьян продолжил следовать за мной до самого автовокзала. Я остановилась у киоска, чтобы купить билет, но мои пальцы замерли на экране, когда Себастьян холодно сказал:
— Два.
— Нет, — выдохнула я. — Но все же спасибо за предложение.
— Если ты хочешь, Елена. Я все равно собирался позвонить Тузу. — он потянулся к карману, но прежде чем успел достать телефон, я повернулась и схватила его за руку. На его губах появилась ухмылка. — Понимаешь, что я имею в виду? Я только начал очаровывать тебя, а ты уже умираешь от желания прикоснуться ко мне.
Я сглотнула.
— Не звони ему.
Темнота промелькнула в его глазах.
— Почему нет, Елена?
— Просто… ты не можешь.
— Ты что, сбегаешь?
— Нет, — настаивала я. — Клянусь. Но мне необходимо кое-что сделать.
— С тысячами долларов в кармане? — спросил он сардоническим тоном.
Я только кивнула.
— И совершенно разозленный Дон двигается по твоему следу?
Еще один кивок.
Он покачал головой, сжав челюсти.
— Какого черта, — пробормотал он. — Этот город все равно начинал мне надоедать. — его рука выскользнула из кармана, и его темные глаза встретились с моими. — Два. Билета. Елена.
Не имея другого выбора в этом вопросе, это были два билета.