ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

В ночь с воскресенья на понедельник Риан допоздна засиделся в мастерской, доделывая артефакт для Тайры, и около полуночи к нему заглянул Морган. Посмотрел на парня, который, склонившись над столом, что-то прикручивал маленьким инструментом к еще более крошечной детали, и поинтересовался:

   – Когда закончишь?

   – Надеюсь, что сегодня, - буркнул Риан, не отрываясь от своего занятия. - Но я до сих пор не уверен, что это всё будет работать. утром проверим.

   – Хорошо, – кивнул Морган, помедлил, а затем продолжил говорить, по-прежнему глядя на принца: – Хотел предложить тебе кое-что. у нас, у шаманов, есть способы… ну, не приворожить человека, но сделать так, чтобы он был более благосклонен. Настроить его на нужный лад, повернуть в необходимую сторону, что-то вроде этого.

   Риан замер на мгновение, а потом медленно поднял голову и посмотрел на Моргана так, словно впервые увидел.

   – Я могу сделать это, если хочешь, - говорил между тем хозяин дома. - Любви не появится, Тайру просто потянет к тебе, но это тоже немало. Хочешь?

   – Иди ты, – выпалил парень, побагровев – даже белки глаз будто бы покраснели, – в лес. Дрова колоть! – Запыхтел рассерженно, опустил голову, дёрнул рукой – и инструмент вместе с деталью полетели на пол. Выругавшись, Риан полез под стол, а Морган, довольно усмехнувшись, вышел из комнаты,так больше ничего и не сказав.

***

– Тайра. Тай, проснись!

   Она медленно открыла глаза и, сосредоточившись, поняла, что кто-то легко, но настойчиво трясёт её за плечо. Через секунду определила,и кто именно – Риан.

   – Что-то случилось?

   – Нет, - выдохнул он, перестав трясти девушку, и сделал шаг назад. – Мне просто нужно кое-что проверить. Одевайся и выходи на улицу, пожалуйста. Морган в курсе, он уже там.

   – Проверить? - повторила она удивлённо, но решила не спорить. - Ладно, сейчас приду.

   Риан вышел из комнаты, а Тайра начала одеваться, силясь осознать, в чём дело. Время было еще предрассветное, она чувствовала это,и никак не могла понять, зачем в такой час тащить её на улицу. Но раз отец в курсе, значит, что-то важное.

   Тайра вышла на крыльцо через несколько минут, поёжилась – воздух показался ей ледяным, – и сказала, кашлянув:

   – Доброе утро, пап.

   – Доброе, ласточка, - ответил Морган, взял девушку за руку и подвёл ближе к лестнице. - Садись вот сюда, на подушку.

   – Что такое? – спросила Тайра, опускаясь, как было велено. Она чувствовала, что Риан сидит справа от неё, а Морган сел слева. Джек, виляя хвостом, прижался к ногам, и Тайра ласково потрепала его по холке. - Зачем вы меня позвали?

   – Сейчас я надену на тебя кое-что, – сказал Риан,и голос его почему-то звучал немного нервно. Отвечать на вопрос он, по-видимому, не собирался. - На голову. Это не больно. Просто не дёргайся, пожалуйста, мне нужно будет кое-что наладить.

   – Ладно, - пробормотала Тайра обескураженно, и через мгновение ощутила, как Риан надевает ей на уши и нос что-то, похожее на очки. - Ой…

   – Не дёргайся, – повторил он напряжённо. – Подожди немного, секунд десять осталось…

   Она чувствовала, как он что-то прикручивает к этим очкам сначала с одной стороны, потом с другой, а после и на носу, вздыхает и отстраняется.

   Секунда, вторая,третья… Щелчок и треск… А затем чернота перед глазами Тайры вдруг рассеялась,и девушка увидела прямо перед собой собственное лицо.

   – Ай! – воскликнула Тайра, отшатнувшись, но сзади её подхватил Морган, не дав ни упасть, ни вскочить на ноги. - Ах!

   – Работает? - спросил Риан взволнованно. – Ты что-то видишь?

   – Се… себя, - с трудом произнесла девушка, попытавшись оглядеться, но как бы она ни вертела головой, перед глазами оставалось её собственное удивлённое лицо. И отец позади. И Джек – вот же, вот он сидит! Защитница…

   – Это так не работает, - пояснил Риан дрожащим голосом. – Ты видишь не сама, а моими глазами. На мне такие же очки, они принимают изображение и передают его тебе. Защитник, я думал, не получится… На что ты хочешь посмотреть, Тай?

   Она не могла говорить. Только глядела на отца, который ласково улыбался за её спиной,и глаза его были полны слёз,и на Джека, радостно высунувшего язык, будто он что-то понимал в происходящем, и на мир вокруг. Тёмный, предрассветный, с лиловым небом, отливающим белым ближе к горизонту.

   – Это… – прохрипела Тайра и, задохнувшись, замолчала.

   – Это не навсегда, - произнёс Риан извиняющимся тоном. - Всего на пятнадцать минут раз в неделю. Ерунда, конечно, но я надеялся, что тебе понравится. Ты сможешь увидеть сегодняшний рассвет, он уже скоро. Только скажи, куда мне повернуть голову. К лесу? Будешь смотреть, как встаёт солнце?

   Встаёт солнце… Сколько лет она видела это только во сне?

   Тайра кивнула,и картинка перед глазами изменилась.

   Лес. Вот он – её лес, чей шёпот она столько раз слышала. Не до конца распустившиеся листья, набухшие почки,тёмные, почти чёрные стволы деревьев, туман, стелющийся по траве. И небо – ярко-оранжевое, а в вышине ярко-голубое,и редкие облака кажутся розовыми.

   Солнце медленно вставало над лесом,и Тайра, замерев от восхищения, наблюдала за этим, открыв рот и сжав кулаки. Она не замечала, что плачет,и отец аккуратно вытирает ей щёки платком,так была сосредоточена на том, что видит. Впервые за тринадцать лет.

   Риан сказал, всё будет длиться пятнадцать минут, но Тайре это время показалось вечностью. Она смотрела на небо, солнце и лес, пока не заболели глаза,и когда картинка медленно угасла, сменившись привычной чернотой, обречённо вздохнула, поворачиваясь к Риану и протягивая ему снятые очки.

   – Спасибо.

   – Всё хорошо, Тай? – спросил он с тревогой, взял артефакт, и девушка ощутила, что он рассматривает её мокрые щёки.

   – Да, – ответила Тайра и улыбнулась: Джек полез вылизывать ей лицо. – Всё хорошо.

   Она подставляла псу то одну щёку,то другую, стараясь справиться с собой, чтобы больше не плакать. Было немного больно из-за того, что Тайра осознавала: это всего лишь подарок зрячего слепому, а не возвращённое зрение, - но она тем не менее чувствовала себя счастливой. Просто счастье было немного горьким.

   – Хватит, Джек! – сказала девушка в конце концов, поняв, что плакать навзрыд больше не хочется,и вновь повернулась к Риану. - Я…

   – Он ушёл, - произнёс Морган тихо, коснувшись ладонью плеча дочери. – ушёл в дом.

   Тайра, чувствуя себя донельзя растерянной, повернулась к отцу.

   – Папа…

   – Я не знаю, что тебе сказать, Тай, - он вздохнул. - И что посоветовать,тоже не знаю. Поступай как хочешь.

   Она закусила губу.

   – Я… – Слёзы подступили к глазам, и Тайра, не выдержав, всё же заплакала. – Папа…

   – Я понимаю, - Морган обнял её, поцеловал в лоб. - Понимаю, правда. И Риан понимает, поэтому и ушёл. Ну, не плачь. Через неделю посмотрим закат, да?

   – Да, - она всхлипнула. - Но… что мне делать, пап?..

   – Сама, – ответил он мягко, погладив её по спине. - Решай сама, ласточка.

   Она пошла в дом через полчаса, но не потому что успокоилась, а потому что замёрзла. Хотя отец всё время согревал её заклинанием, руки, ноги и нос совсем заледенели, поэтому Тайра встала и отправилась в дом.

   Несколько минут она стояла в гостиной, прислушиваясь к звукам, доносящимся из мастерской. Риан чем-то шуршал и скрипел, работая вместо того, чтобы вернуться в постель – время-то было совсем раннее – и Тайра понимала, что этим он пытается успокоить себя. Для него всё произошедшее тоже было испытанием, и возможно, гораздо большим, чем для неё.

   Тайра сглотнула вновь подступившие к горлу слёзы и быстро – пока не передумала – вошла в мастерскую. Но сделала она это действительно слишком быстро, поэтому на пороге споткнулась и полетела носом вперёд. Вскрикнула от неожиданности и испуга, приготовившись к удару, но падение закончилось так же внезапно, как и началось.

   – Тай, - вздохнул Риан, поставив девушку на ноги,и сразу отошёл в сторону, – как ты меня напугала. Я, пожалуй, уберу этот дурацкий порожек, чтобы он тебе не мешал.

   – Не надо, – пробормотала Тайра с неловкостью, - я помню про него. Просто сейчас забыла. Ерунда, не утруждай себя.

   Он молчал пару мгновений, а затем осторожно спросил:

   – Ты что-то хотела?

   Фраза «поблагодарить тебя нормально» застряла в горле.

   – Да… Я… хотела узнать. Как ты это сделал?

   – Что? Артефакт?

   – Да.

   – Один университетский преподаватель рассказывал нам об экспериментах с очками для слепых. Там был немного другой принцип, но суть та же – передача картинки от одного человека другому. Проект закрыли,так как сочли, что подобные артефакты слишком дороги в изготовлении, кроме того, заклинание было летучим, оно нормально не закреплялось на материалах, и картинку очки передавали нечёткую. Я решил попробовать сделать нечто подобное, сам придумал формулу,только вместо обычной магии использовал нашу родовую. Морган заблокировал возможность её почувствовать, но не саму магию, так что я смог всё осуществить. Кровь Альго – лучший закрепитель.

   Рассказывая это, Риан вернулся к работе – встал возле стола полубоком к Тайре и вновь чем-то зашуршал.

   – Я потом попробую усовершенствовать артефакт, чтобы он быстрее заряжался и можно было чаще смотреть на мир. И время постараюсь увеличить. Не знаю, возможно ли это, но я постараюсь.

   Сердце у девушки сжалось.

   – Риан, я… – Слова по-прежнему застревали в горле и плакать хотелось ужасно, но Тайра старалась не обращать на это внимания. – Я хотела поблагодарить тебя. Нормально, по-человечески.

   – Ты уже поблагодарила. - Она почувствовала, что он напрягся. - Этого достаточно.

   – Не говори так, – прошептала девушка, нерешительно подходя ближе,и положила ладонь Риану на плечо. - Повернись ко мне, пожалуйста. Посмотри на меня. - Тайре казалось, что он сознательно избегает её, почти отвернувшись. - Пожалуйста.

   – Не нужно. – Голос звенел от напряжения. - Я прошу тебя, Тай, иди. Всё в порядке. Ты сказала «спасибо», этого достаточно. Мне не нужны одолжения.

   – Это не одолжение.

   – Одолжение, - возразил он, отворачиваясь окончательно,и рука девушки соскользнула вниз. – Я понимаю,ты тронута и под впечатлением, к тому же, еще и ощущаешь себя виноватой за то, что была груба со мной. Я понимаю. Но я делал этот артефакт не для того, чтобы ты извинялась или пыталась переломить своё нежелание общаться со мной. Я просто хотел тебя порадовать. И мне ничего не нужно от тебя, правда.

   Тайре было обидно и горько всё это слушать. Она знала, что ей будет проще сейчас уйти, но не хотела так поступать.

   Ну почему, почему всё так?.. Почему не может быть иначе?..

   А если постараться сделать иначе? Получится ли?

   – Прости меня, – шепнула Тайра, вновь поднимая руку и касаясь пальцами твёрдой, как камень, спины Риана. – Прости. - Девушка замерла, почувствовав, что он дрожит. – Повернись…

   – Нет, - ответил он чуть сипло. - Послушай, Тай, я ведь могу не выдержать. Сделаю что-нибудь, а ты меня оттолкнёшь. Я устал от этого, понимаешь?

   – Понимаю. – Она вздохнула, зажмурилась на мгновение, а затем сказала, чеканя слова, как монеты, и больше всего на свете боясь, что пожалеет: – Не оттолкну.

   Молчание.

   – Что?..

   – Не оттолкну. Обещаю. Что бы ни сделал.

   Спина под её рукой дрогнула.

   – А если поцелую?

   – Тоже.

   Риан обернулся,и Тайра ощутила, как от его взгляда вспыхнули жаром губы. Он медленно взял её лицо в ладони, провёл пальцем по подбородку, погладил щёки и спросил:

   – Можно?

   – Да, – ответила Тайра, стараясь не показывать, насколько сомневается,и сама положила ладони Риану на плечи. - Можно.

   Лёгкое, почти невесомое прикосновение к губам – как касание мотылька, пролетевшего мимо. Вздох. Ещё одно прикосновение – чуть дольше, чуть отчаяннее,и руки, переместившиеся с щёк на талию и сжавшие её.

   – Тай…

   Голос был умоляющим: только не оттолкни, только не говори, что не хочешь, только не сейчас, пожалуйста!

   – Да, - шепнула Тайра еще раз, а в следующее мгновение Риан сорвался, поцеловав её так крепко, будто желал коснуться дыханием души.

   Но продолжалось это недолго, не дольше десяти секунд. А затем он опустился на колени, прижался лбом к животу девушки и, выдохнув «спасибо», взял Тайру на руки и отнёс в её комнату. Она не успела даже испугаться, когда Риан, поставив её на пол, быстро коснулся губами щеки и сразу же вышел, закрыв за собой дверь.

***

Новая рабочая неделя началась у Гектора с хорошей новости – Кристоф Дан нашёл шамана, обучавшего Моргана Рида. Старик обитал на севере и занимался тем же, что и в Грааге – разводил цветы. Благодаря этому Кристоф его и нашёл, иначе оказалось невозможно – никакие документы шаман не оформлял, за медицинской помощью не обращался, а лицензию на торговую деятельность получала его дочь.

   Теперь нужно было найти время, чтобы навестить этого человека, но пока Гектору пришлось отложить визит на потом. Сегодня вечером он должен был наведаться к Элен Льер,и перед этой встречей ещё следовало завершить кое-какие дела.

   Когда Дайд с утра пораньше вошёл в камеру Арвена Асириуса, мужчина сидел на койке и читал один из последних вышедших приключенческих романов. Это было маленькое послабление арестованному за сотрудничество со следствием.

   – Доброе утро, - произнёс Гектор,и Асириус тут же вскочил на ноги. – Сидите-сидите, я на пять минут. Так, кое-что уточнить.

   – Я вроде всё вам рассказал, - пробормотал Арвен, осторожно опускаясь обратно на койку.

   – Рассказать абсолютно всё невозможно, всегда что-то забудется, а что-то и вовсе… заблудится, – хмыкнул Гектор с иронией. - Такова человеческая природа: не могут люди без утайки. Сигару будете?

   Асириус кивнул, глядя на дознавателя с опаской. Дайд достал портсигар, зажёг одну сигару, протянул её арестованному, а затем закурил сам. Курить не хотелось, но созданному образу нужно было соответствовать.

   – Любовь – загадочное чувство, - продолжил Гектор, выпустив изо рта серый дым. - Мне всегда было интересно, почему это чувство может быть безответным. Странно – один любит, другой нет. Как думаете, почему?

   Арвен, нервно зачастив с затяжками, пожал плечами.

   – Понятия не имею.

   – Вот и я не имею. А хотелось бы иметь. Тогда всё было бы гораздо проще, особенно с расследованием всяких преступлений. Вот смотрите, какая загадка у меня тут нарисовалась. Дано: молодая провинциальная актриса,талантливая и красивая, но таких талантливых и красивых много. И аристократ, не так, чтобы совсем молодой, но не старый, обеспеченный, женатый, но жену свою не любящий. Приезжает этот аристократ как-то в город, где живёт наша актриса, видит с ней спектакль, сначала очаровывается, затем влюбляется. И поскольку девушка мечтает играть в Императорском театре, совершает ради неё небольшую незаконную малость – убеждает родовой магией директора театра принять на работу объект его любви. То есть, ради возлюбленной наш аристократ нарушает закон. Значит, он свою актрису любит. А теперь вопрос. Любит ли она его?

   – Вы уже спрашивали что-то подобное, - процедил Асириус, зло стряхивая пепел на пол. - И я отвечал.

   – Было дело, - кивнул Гектор благосклонно. – Но сейчас мне не требуется ваш ответ. Вы, Арвен, лицо заинтересованное. Так что я собираюсь оперировать только фактами. А факты – вещь упрямая. Итак, актриса переехала в столицу, под бок к аристократу. Играла в спектаклях лучшие роли, наслаждалась огромным количеством поклонников и вообще вела праздную жизнь. И продолжалось это до Дня Альганны и гибели Аарона – именно тогда второй волне заговора пришлось выходить из тени, кроме того, с вас всех слетела печать молчания принца. Без печати молчания гораздо тяжелее сохранять это самое молчание, особенно с любовницей.

   – Я ничего не говорил Элен, - возразил Арвен упрямо. - Зачем? Она не аристократка.

   – Получается, жениться на ней вы не хотели?

   – Я не хочу, чтобы у нас пропала родовая магия, - ответил Асириус спесиво. - Неужели это так сложно понять? Любовь любовью, но кровь и род – это неприкосновенно. Зачем император вообще полез в эти божественные начала? Маги с печатью благословления богов не должны жениться на тех, кто благословлением не отмечен!

   «Типичные рассуждения аристократа до мозга костей», – подумал Гектор, хмыкнув,и поинтересовался:

   – Вы говорили об этом Элен?

   Асириус отвёл глаза,и уже по этой реакции Дайд понял – говорил.

   – Я говорил что-то подобное, - сказал он, не глядя на дознавателя. - Она ведь знала про закон и была в курсе, что жену я не люблю. Я говорил, что не могу жениться на ней, да.

   – А Элен что ответила?

   – Не помню, – буркнул Арвен. - Кажется, сказала, что это не страшно и ей вполне достаточно моей любви.

   Забавно. «Достаточно любви твоей, наполненной теплом, а больше ничего не надо мне, тебя,тебя лишь только!» – это была фраза из одного спектакля, в котором Элен играла главную роль.

   – Значит, на брак с вами она не рассчитывала. Более того – судя по тому, что Элен говорила мне, она не рассчитывает и на брак с кем-то еще из аристократии. То есть лично для неё исход заговора по отношению к закону о передаче титулов не важен – ей важно лишь её положение в театре. Элен им дорожит, это бесспорно.

   – К чему вы это, айл Дайд? – Асириус прищурился, всё ещё не понимая. - Если вы думаете, что Элен участвовала в заговоре…

   – Нет, я так не думаю. Хотя у нас по закону знание о каком-либо преступлении приравнивается к участию в нём, поэтому можно сказать, что Элен участвовала в заговоре косвенно.

   – Я не…

   – Допустим, вы ничего ей не говорили, – перебил Асириуса Гектор. – Но разве вы можете быть уверены в том, что ей ничего не говорил Виго Вамиус?

   – Что?.. - изумился Арвен, но не слишком натурально. – А при чём тут…

   – Он был в курсе, что во дворце находятся испорченные артефакты – это первое. Второе – ему помог устроиться на работу во дворец маг с родовой ментальной силой. И наконец, третье – скорее всего,именно Виго забирал у вас артефакты для портальной ловушки. Но к тому времени он, конечно, уже и так догадался о вашем участии в заговоре. То есть не только его личность была скомпрометирована перед вами, но и ваша – перед ним.

   – Не понимаю…

   – Элен дорожит своим положением в театре, - повторил Гектор. – Больше, чем мифическим браком с аристократами. Допустим, вы ничего не говорили ей о заговоре – я в это не верю, но допустим. Незадолго до происшествия возле Императорского музея в театр под личиной устраивается Вамиус. По свидетельствам многих его коллег из театра, он был неравнодушен к Элен. Притворялся ли он? Вряд ли – в этом не было смысла. Несколько раз его видели входящим в её гримёрную или выходящим из неё. Что конкретно он ей говорил, знает, наверное,только Элен. Или вы тоже в курсе?

   Асириус заскрипел зубами. Он молчал несколько секунд, не представляя, будет лучше ответить правду или соврать, и в итоге признался, не выдержав:

   – В курсе. Она жаловалась, просила убрать его из театра. Но это было невозможно на тот момент. Виго её откровенно домогался, считая, что он слишком важная для заговора фигура и ему всё можно. Я пытался с ним поговорить, но он только посмеялся, сказав, что в нашей ситуации позорно носиться с какими-то нетитулованными актрисульками.

   – Вы рассказывали об этом вашему… хм… начальнику?

   – Нет, разумеется, – ответил Арвен, удивившись. - Зачем?

   Проигнорировав этот вопрос, Гектор продолжил:

   – Получается, покой и идиллию Элен нарушил Виго,и приструнить его она никак не могла – его присутствие в театре было необходимо, поэтому её жалобы игнорировались. И вот, в ночь перед активацией портальной ловушки Вамиус сбегает из дома, чтобы обезопасить себя, а на следующий день вечером переносится в театр и приходит к Элен в гримёрную. К тому моменту он уже должен был представлять, что его ищут и скорее всего найдут. Не знаю, что он говорил Элен, но выясню у неё самой чуть позже. В любом случае, давайте представим себя на её месте. Вы успешная актриса, блистаете в театре, вас всё устраивает в жизни, кроме одного – какой-то человек врывается в вашу жизнь и позволяет себе вольности. Кроме того, вы понимаете, что он – угроза вашей безопасности, раз ходит под личиной и никто не может его уволить по вашей просьбе. Что вы будете делать в таком случае?

   Асириус смотрел на Гектора, хмурясь и бледнея, и в глазах его был страх. На вопрос он не отвечал, опасаясь не за себя, а за Элен, и Дайд усмехнулся.

   – Скорее всего, это было спонтанное решение. Но что сделано, то сделано. Я же говорю, любовь – загадочное чувство. Кто-то вроде вас будет выгораживать любимую до последней капли здравого смысла, а кто-то пожертвует всем ради собственной шкурки. Я давно понял: любить другого человека невозможно, пока до безумия любишь себя.

   Дайд дошёл до двери, когда Арвен воскликнул, сжимая кулаки, будто собирался с кем-то драться:

   – Что вы с ней сделаете?..

   – Я – ничего, - пожал плечами Гектор. – Решение по этому делу будет принимать император.

   «Но он вряд ли проявит снисхождение», – подумал дознаватель, выходя из камеры.

   Доложив его величеству полученную из этого разговора информацию и получив разрешение на дальнейшие действия, Дайд перенёсся в Тиль. Он, начиная привыкать к размеренной жизни поселкового дознавателя, стал воспринимать местные обязанности как своеобразный отпуск. И ему даже удалось бы отдохнуть, разбираясь в ночной драке между двумя соседями и разыскивая кошелёк бабушки Иль, который она умудрилась забыть в курятнике, но мешали мысли о Тайре. Гектор специально не спрашивал ничего про неё ни у Моргана Рида, ни у местных, но это не помогало. Во-первых, ему продолжали рассказывать всевозможные сплетни, а во-вторых, он всё равно думал о ней и гадал, как она поживает. Не заболела ли? Приняла ли ухаживания принца или продолжает отказывать ему? Вспоминает ли вообще своего дознавателя? Гектор понимал, что вспоминает – не может Тайра его не вспоминать, - а вот ответов на остальные вопросы у него не было, даже несмотря на сплетни окружающих. Он прекрасно знал, что сплетни зачастую надо делить на два, а то и на десять,и не обращал внимания на острые языки, обсуждающие, как скоро Тайра выйдет замуж и за кого. И делал вид, что не понимает намёков на тему «ты бы поторопился, а то уведут». Он и сам осознавал, что если чего-то хочет, нужно поторопиться, но не представлял, как это можно осуществить, да и стоит ли? Решения по-прежнему не было, и Гектор чувствовал отвращение к себе из-за собственной нерешительности.

   А когда-то он смеялся над Роджером…

   Вечером, вернувшись в столицу, дознаватель первым делом проверил выставленные возле дома Элен посты, ещё раз повторил инструкции коллегам и, убедившись, что всё готово, перенёсся сразу в прихожую её дома, как они договаривались во время ужина в «Омаро».

   Элен вышла ему навстречу ослепительно прекрасная, как и всегда. В белом кружевном платье с глубоким декольте, с распущенными волосами и глазами, полными призывной ласки, она напоминала Гектору самых дорогих шлюх Беллы Лит. Они тоже работали на контрастах, с одной стороны подчёркивая показную, наигранную невинность, а с другой всячески показывая собственную порочность и желание угодить клиенту.

   – Здравствуй, – произнесла актриса глубоким чувственным голосом и подошла ближе, покачивая бёдрами. - Ты…

   – Я, - усмехнулся Дайд, не дав Элен договорить, наклонился и поцеловал её.

   Она снова безумно сладко пахла – как кондитерский магазин, полный цветов, - и у Гектора сразу заболела голова. Защитник, скорее бы всё это закончилось! Вернуться бы в Тиль и лечь спать, открыв окно нараспашку.

   – Соскучилась? - спросил дознаватель игриво, поглаживая Элен по спине и дразняще опуская ладони чуть ниже положенного. – Я – очень.

   – И я, - прошептала девушка, прижавшись крепче. - Пойдём наверх?

   – А что у нас наверху?

   – Спальня.

   – Я бы сначала поел, – сказал Гектор, почти не соврав – голоден он был демонски.

   – Вот там и поедим заодно. – Элен улыбнулась,и глаза её торжествующе сверкнули. - Пойдём.

   Поднимаясь наверх, Дайд рассматривал окружающую обстановку, и вынужден был признать – Асириус не пожалел денег, устраивая Элен в столице. Формально по документам всё принадлежало ей и покупала она сама, но этого не могло быть – у провинциальной актрисы из обычной небогатой семьи не хватило бы денег на подобный дом. Двухэтажный, с большой прихожей и мраморной лестницей, укрытой алым ковром,и позолоченными светильниками под потолком и на стенах, он сам напоминал театральную декорацию. Даже шторы на окнах были похожи на занавес.

   Элен распахнула дверь, ведущую в спальню, и Гектор с трудом удержал себя от порыва зажать нос. Всё здесь оказалось заставлено цветами – видимо, актриса привозила сюда подаренные поклонникам букеты, - не спальня, а практически оранжерея. И запах стоял соответствующий.

   – Как ты тут спишь? – поинтересовался Дайд, оглядываясь. В подобном цветнике он с трудом разглядел кровать, гардероб, зеркало и журнальный столик. - Задохнуться же можно.

   – Мне нравится аромат цветов, - сказала Элен с улыбкой, но Гектор уловил в её голосе напряжение. - Наверное, я привыкла. Но если тебе не нравится, можно перейти в другую спальню, гостевую. Она рядом.

   – Можно, - согласился Гектор, кивнув и изучая выражение лица Элен.

   – Только давай сначала хотя бы что-то съедим, а потом будем перемещаться, – предложила она, на мгновение опустив глаза. – Не хочется тащить с собой всё приготовленное. И кстати… Вино будешь?

   – Вино? - Гектор улыбнулся подобной бесхитростности. Всё-таки шпионка из Элен была бы не очень. Да и убийца слишком уж прямолинейная. - Да, пожалуй, буду. Я люблю хорошее вино, а ты?

   – Кто же не любит хорошее вино? – Она игриво тряхнула волосами и потянулась к журнальному столику, где стояли бутылка вина, два бокала и блюдо, накрытое металлической крышкой.

   – Император, - ответил Гектор честно и Элен на мгновение застыла, глядя на него с непониманием. - Его величество равнодушен к алкоголю, - пояснил Дайд и актриса, рассмеявшись с облегчением, начала разливать вино по бокалам. Дознаватель внимательно следил за её движениями, но ничего подозрительного в них не было. Элен разливала вино демонстративно, встав так, чтобы он мог всё видеть.

   – Ты хорошо знаешь его вкусы и привычки, да? - Она подошла ближе и протянула Гектору наполненный бокал.

   – Неплохо. - Он поднёс вино ближе к носу и осторожно понюхал его. И несмотря на то, что запах от расставленных в комнате цветов забивал почти всё,тем не менее учуял тонкий аромат жжёного сахара. усмехнувшись, Гектор опустил руку и поинтересовался, не отрывая взгляда от слегка побледневшей Элен: – Ты когда-нибудь видела на улице слепых в сопровождении собак-поводырей?

   – Конечно, – ответила она, удивившись. - А…

   – Как думаешь, что нужно сделать, чтобы слепой не нашёл нужную дорогу, заблудился?

   Элен сглотнула.

   – Н-не знаю… А почему ты…

   – убить его пса, - сказал Гектор невозмутимо. - Это очень простая загадка, Элли. Ты ведь знаешь, как меня называют, да?

   Она молчала, постепенно бледнея сильнее.

   – Я подозревал это с самого начала, но надеялся, что ошибаюсь. Как думаешь, каким был основной аргумент против этой версии? – Поняв, что ответа он не дождётся, Дайд продолжал: – То, что ты не аристократка. Мы с его величеством уже успели привыкнуть к тому, что в заговоре участвуют одни аристократы, разбаловались. Забыли, что цели у участников могут быть и свои. – Элен сделала шаг назад,и Гектор спеленал её заклинанием неподвижности. Не для того, чтобы не сбежала – это было невозможно, – а чтобы не споткнулась о собственные вазы с цветами. - Я почувствовал яд в вине несмотря на то, что ты пыталась отвлечь меня запахом цветов. Хорошая попытка, кстати. Но я неплохо знаком с ароматом этого яда, поэтому она не сработала. Яд называется орвиум, производится в Корго и стоит безумно дорого. Польщён, что на меня было решено потратить такие деньги. Не хотелось бы быть отравленным крысиным ядом, как Виго Вамиус. – Гектор, хмыкнув, поставил бокал на стол, а затем коснулся браслета связи и отдал наконец долгожданный приказ: – Заходим, ребята. Можно упаковывать.

   Через полчаса Элен увели в комитет, а Дайд вернулся в Тиль.

***

Весь день Тайра чувствовала себя неловко и беспомощно. Хотелось запереться в комнате и никуда не выходить несколько недель, а лучше лет,и ни с кем не общаться.

   Неловкости добавлял и тот факт, что отец и Риан вели себя так, словно ничего не случилось. Морган навещал пациентов, затем готовил обед, разрешив Тайре помогать ему, а после занялся микстурами, а ей велел разбирать купленные в городе травы. Риан же до самого вечера торчал в мастерской, а когда выходил, разговаривал спокойно и ласково. И не трогал её, даже за руку взять не пытался,и в голосе Тайра не слышала ни радости, ни торжества. С одной стороны, это было хорошо – девушка была не уверена, что поступила правильно, и опасалась лишней настойчивости, – но с другой она не знала, что думать. Почему Риан отнёс её в комнату? И почему теперь ведёт себя так, будто ничего не произошло или это не имеет для него значения? Тайра не понимала, а спрашивать не хотела.

   Перед ужином, закончив разбирать травы, она зашла на кухню, чтобы выпить воды. Окно было открыто,и Тайра замерла, подходя ближе и прислушиваясь к происходящему во дворе.

   – Так, Джек,иди сюда. Нет, вот сюда иди. Да, молодец, хороший! Теперь иди сюда. Молодец! Теперь вот сюда! – Голос Риана звенел от искреннего смеха. Тайра не помнила, чтобы он раньше так смеялся. – А вот сюда! ух ты, надо же, получилось!

   – Он пытается научить Джека ходить змейкой между ног, - фыркнул отец,тоже заходя на кухню. - Абсолютно бесполезная ерунда, но ему интересно попробовать чему-то научить собаку.

   – Ясно, – пробормотала Тайра, поймав себя на мысли, что ей хотелось бы на это посмотреть. Риан наверняка выглядит очень забавно, дрессируя Джека.

   Несколько мгновений Морган молчал,только гремел посудой, наливая воду для себя и Тайры, а потом негромко сказал, вложив наполненный стакан в её ладонь:

   – Он по-прежнему считает, что ты сделала ему одолжение, ласточка. И правильно делает, ведь это так и есть.

   Девушка вспыхнула от смущения.

   – Он…

   – Не рассказывал, конечно. Я знаю, потому что подслушивал. Прости.

   – Папа! – возмутилась Тайра, чуть не уронив стакан с водой,и Морган повторил:

   – Прости. Я больше не буду так делать. Я волновался за тебя, вот и решил, что так будет лучше. Поэтому я знаю, о чём вы говорили,и понимаю, что всё это значило для Риана. Ты сделала ему одолжение, а он, боясь потерять голову, прекратил это, пока еще был в состоянии. И он не станет даже напоминать тебе обо всём этом, чтобы не настаивать.

   Тайра закусила губу и опустила голову. Защитница, кажется, этим поступком она только больше всё запутала…

   – Не терзайся, Тай, - продолжал Морган и, подойдя ближе, погладил дочь по плечу. – Я видел, что ты переживаешь, поэтому решил поговорить. На самом деле всё, что тебе нужно – это принять решение.

   – Это непросто… – прошептала девушка с отчаянием. - Ведь я…

   – Я понимаю. И да, это очень непросто. Но необходимо. – Отец ещё раз погладил её по плечу, а затем вышел с кухни.

   Решение… Да, нужно его принять, но Тайре казалось, что теперь оно очевидно. Вот только непонятно, что после принятия этого решения делать с собственным сердцем, которое любит другого?..

***

Поздно вечером, когда Тайра уже легла спать, Морган зашёл на кухню. Риан сидел за столом и пил чай, одновременно с этим листая толстую книгу по артефакторике.

   – Что-то ищешь? - поинтересовался хозяин дома, садясь напротив и тоже наливая себе чай в кружку.

   – А? - Парень поднял голову, мгновение смотрел на собеседника расфокусированным взглядом, а затем, сообразив, о чём его спрашивают, ответил: – Думаю попробовать сделать для Тай трёхмерные очки по принципу, на котором построен Иллюзион. Знаешь же Иллюзион? Так вот, чтобы она надевала их – и попадала в иллюзорное трёхмерное пространство с эффектом присутствия.

   – Это сложно.

   – Да, – кивнул Риан с воодушевлением. - Но потихоньку сделаю.

   Он собирался вернуться к изучению книги, но Морган не дал это сделать, вновь начав говорить.

   – Я хотел рассказать тебе кое-что.

   Принц вздохнул, поглядев на отца Тайры с настороженностью.

   – Опять собираешься предлагать сомнительные способы понравиться девушке?

   – Нет, - хмыкнул Морган, понимающе улыбнувшись. – И чтобы ты не переживал: я в прошлый раз всего лишь проверял тебя. Я не собираюсь пытаться приворожить к тебе Тайру.

   – Я догадался, – пробурчал Риан. - Не сразу, а когда остыл. Непонятно только, зачем эти проверки.

   – Затем, что мне нужно было принять решение: рассказывать тебе о проклятье Тайры или нет.

   Риан застыл, словно скованный заклинанием неподвижности,и в глазах его вместе с желанием услышать правду Морган увидел страх.

   – О проклятье?..

   – Да, - кивнул хозяин дома. - Я уже упоминал, что учился с твоим отцом в университете. Я никогда не скрывал своё шаманство, полагал, будто это не нужно, а зря. Аарон, несмотря на то, что был еще совсем юным мальчишкой, уже тогда имел непомерные амбиции. Он решил, что ему может пригодиться шаманская магия, и захотел, чтобы я его учил.

   – Выбора он не оставил, как я понимаю, - пробормотал Риан, отводя глаза.

   – Правильно понимаешь. Мне было заявлено, что я могу отказаться, но только в ущерб себе и близким, поэтому я согласился. Я научил твоего отца шаманской магии, хотя это было трудно – дара-то у него не было. Но Аарон нашёл способ черпать необходимую энергию не из природы, а из себя. Во всех своих экспериментах он использовал собственную кровь,и всё получалось.

   – Но при чём тут Тайра? Он…

   – Погоди. Начинать нужно с начала, а без твоего отца в этой истории не обойтись. Возле Аарона тогда крутилась целая куча аристократов, желая как можно больше общаться с ним. Сильный старший принц, многие полагали, именно он займёт трон после императора Александра. Хотя некоторые делали ставку на принцессу Анну, но таких было меньшинство. Сам Аарон тоже видел себя будущим правителем, и ему было безмерно обидно, когда трёхлетний младший брат схватил Венец, который его, старшего, затем обжёг. С этой обиды началась его ненависть и обучение шаманству. Аарон надеялся, это поможет ему победить Арена. - Морган поморщился. – Среди того множества аристократов, вместе с которыми я учился, была одна девушка, влюбившаяся в меня по уши. Её звали Амеро. Она была ужасно избалованной девицей, не понимала слова «нет» и желала заполучить меня во что бы то ни стало. Аарону это казалось очень забавным. - Отец Тайры покачал головой, презрительно усмехнувшись. - Он помог Амеро, свёл нас при помощи шаманской магии. Короче говоря, приворожил меня к ней. Правда, она об этом не знала.

   – Зачем? - Риан вытаращил глаза.

   – Он экспериментировал, хотел знать, получится у него или нет. Получилось,и он был рад. Я пытался нейтрализовать заклинание, но у меня ничего не выходило. Через несколько месяцев Аарон сам его нейтрализовал, но не потому что сжалился надо мной – ему было интересно, сможет ли он убрать своё заклинание. С Амеро я продолжал встречаться какое-то время, опасаясь, что если брошу её, она ещё что-нибудь придумает, и Аарон ей в этом поможет, экспериментируя. Как-то так в итоге и вышло. Я встретил Таисию – маму Тайры, - и, поняв, что жизни мне рядом с принцем всё равно никогда не будет, решил убежать из столицы. Я тогда несколько месяцев как порвал с Амеро, но она продолжала навязываться. Я и не думал, что после нашего с Таис побега она настолько обозлится, что решит отомстить мне.

   Морган замолчал, задумчиво помешивая ложкой чай в чашке. Вспоминать всё это ему было неуютно, хотя не проходило и дня, чтобы он не вспоминал о случившемся, кляня себя за решение убежать от Аарона. Именно это решение и погубило в итоге его жену.

   – Твой отец потом так и не признался, что помог ей. Сказал – не придумывай, она сама всё нашла и осуществила. Но не могла Амеро обойтись без его помощи.

   – Она прокляла Тайру? – спросил Риан, не выдержав долгого рассказа. - Отец рассказал, как это сделать, а она прокляла?

   – Не Тайру. Таисию, – уточнил Морган и отставил в сторону недопитый чай. - Но в остальном всё верно. Вот только ни Амеро, ни Аарон не учли, что на тот момент моя жена была беременна. А это важно для нашей магии – на беременных всё искажается. И проклятье перекинулось на Тайру. Мы про него не знали – когда моя дочь находилась в утробе, проклятье было замершим, спящим, - и жили спокойно, пока у Таис не начались роды. Роды запустили процесс активации, но так как изначально заклинание предназначалось для моей жены, проклятье захватило и её тоже. Они обе должны были умереть – и Таисия,и Тайра. Но Таис умерла первой, и этим отсрочила гибель нашей дочери. Амеро оплатила своей смертью только одну жизнь, поэтому Тай первоначально осталась жива.

   – Вот это я не понял, - пробормотал Риан, помотав головой. - Что значит – оплатила своей смертью только одну жизнь? И почему первоначально?

   – Жизнь за жизнь – на этом работают наши смертельные проклятья, - пояснил хозяин дома. – Если хочешь кого-то убить, ты должен отдать либо свою жизнь, либо жизнь близкого тебе человека. Амеро рассчитывала только на Таисию, но проклятье задело и Тайру, как часть матери, однако не убило сразу, а отсрочилось. Я понимал, что времени у меня немного, не более суток,и сразу обратился к Аарону за помощью.

   – А почему именно к нему?

   – Я не знал, что делать, и попробовал погадать. Руны сказали, что поможет кровь Альго. Так и получилось – при помощи крови твоего отца мы привязали Тайру к этому миру. Но это не навсегда, Риан. И её время сейчас начало стремительно утекать. Догадываешься, почему?

   – Потому что он умер?

   – Верно. И как только это случилось, я вновь решил погадать, не представляя, как помочь дочери. И у меня вышло следующее: проклятье снимет ребёнок Альго. - Морган тяжело вздохнул, слегка бледнея. – Теперь ты понимаешь, почему я так хочу, чтобы ты женился на Тайре?

***

Тайра проснулась посреди ночи от ощущения тяжести на сердце – его словно кто-то сжал невидимой рукой. Поворочалась с боку на бок, пытаясь лечь так, чтобы стало легче, но не получалось, даже наоборот – начало перехватывать дыхание,и девушка села на постели, прижав ладони к груди. Надо бы звать отца, но Тайра не могла ни сказать что-либо, ни вздохнуть, ни сглотнуть вязкую слюну с привкусом крови.

   Она встала, покачиваясь,и пошла к двери. Но не дошла, упала на пол. И закричала, выгибаясь и захлёбываясь собственной кровью, хлынувшей и из носа,и изо рта, и даже из ушей.

   На этот крик прибежали и Морган,и Риан, но Тайра этого уже не услышала.

Конец