Глава 34

Приходить в себя оказалось сложно. Внутри меня была только пустота. То отчаяние, что я испытывала ранее не прошло бесследно. Оно словно выжгло внутри меня какую-то дыру.

На самом деле, мне было всё равно, где я, что я. Единственное, что всё ещё плескалось в глубине моей души, это знание потери. Знание, но не чувство.

— Ну же, малышка, — прозвучал чей-то негромкий и знакомый голос. — Приходи в себя.

Но мне не особо-то и хотелось это делать. Там, где моё сознание находилось сейчас, было тихо и спокойно. Мне совершенно не хотелось возвращаться к тем трудностям и проблемам, что ожидают меня там, в реальности. А они ожидают, в этом я была полностью уверена.

— Ника, прошу тебя! — звучит чей-то шёпот. — Всё уже позади!

Возможно, но это уже и не важно. Там, в реальности, мне снова будет больно. Там, я не сумела помочь дорогому мне человеку, другу. Ведь именно из-за меня всё это произошло. Именно я стала причиной того нападения. Хотя, откуда мне это известно, я и сама не могу сказать, просто… уверена в этом, вот и всё.

— Она не хочет, — раздаётся ещё один голос.

— Ты в своём уме, Хейн? — звучит со злостью.

А во мне вспыхивает такое чувство, что обладателю этого голоса совершенно не идёт злиться. Более того, мне не хочется, чтобы он злился, на что бы то ни было.

— Разве ты не видишь? Она уже полностью восстановилась, но сама перекрыла свой резерв. Сама, понимаешь?

— Нет, я не понимаю, — из злого, голос сделался отчаянным. — Не понимаю, почему она решила это сделать.

— О, Пресветлая, — прозвучало устало. — Эмиль, какой ты всё-таки ещё молодой. Как ты не понимаешь, девочка столкнулась с таким, что не каждый бывалый служитель правопорядка вынесет.

— Да всё это я понимаю, — прозвучало совсем рядом со мной. — Просто… боюсь за неё.

— А вот это ты напрасно, — прозвучало с усмешкой в голосе. — Она хоть и пережила всё это, но она сильная. Морально сильная, понимаешь? Просто… ей нужно немного времени, вот и всё.

— Ты можешь сделать что-нибудь, чтобы пополнить её резерв? — прозвучало с надеждой.

— Нет, — снова усталый голос. — Она перекрыла доступ. Не знаю, сделано это осознанно, или же нет, но теперь, пока она сама этого не захочет, мы бессильны.

Странно, но мне почему-то всё равно. Это ведь обо мне они говорят? И… я совершенно не понимаю, что я такого могла перекрыть? О каком резерве идёт речь?

— Ну же, Вероника, вернись ко мне, — звучит почти в самое ухо хриплым голосом.

Ещё какое-то время этот голос, который я хотела продолжать слушать, что-то говорил, но потом… потом он замолчал и лишь звук раздавшихся шагов, заполнил тишину помещения. Но и он вскоре стих. А мне стало одиноко.

Нет, я больше не хочу одиночества. Не хочу быть одна в этой пустоте. И если раньше она мне казалась такой тихой и уютной, то сейчас она оказалась пропитана одиночеством и тревогой.

Почему я здесь? Как я вообще сюда попала? И главное, как выбраться отсюда?

Я рвусь вперёд, в попытке найти выход, но все мои усилия тщетны. Паника накрывает с головой, и я начинаю метаться из стороны в сторону.

Да что же это такое?

Паника набирает обороты и уже начинает казаться, что я пытаюсь пробить крышку гроба, в котором меня по ошибке замуровали. Воздуха катастрофически не хватает. Я понимаю, что это конец. Что если прямо сейчас не вырвусь из плена, то останусь здесь навечно.

И с последним усилием я пробиваю стену, что теперь уже кажется какой-то эластичной, кисельной что ли. Пробиваюсь, чтобы сделать судорожный вдох, уже в реальности.

— Хвала Пресветлой, — раздалось хриплое, и я оказалась в крепких объятиях. — Никогда больше так не делай, слышишь? Никогда! — теперь в этом голосе, таком родном и любимом, я чувствую бездну облегчения.

— Что… что случилось? — попыталась спросить, но из моего горла раздался лишь каркающий звук.

— Сейчас, минуту, — проговорил Эмиль и, отстранившись, быстро метнулся к стоящему неподалёку столику, а через мгновение, он уже протягивал мне стакан с водой.

Выпив всё до последней капли, я вздохнула с облегчением и опрокинулась на подушки.

— Я думал, что потерял тебя, — негромко проговорил мужчина. — Когда я увидел тебя там, среди… то чуть с ума не сошёл.

— Марк, Господи, что с ним? — подскочила, чтобы в следующий момент рухнуть обратно от бессилия.

— Тише, с ним всё в порядке, — укладывая меня, сказал Эмиль. — С ним не случилось ничего такого, с чем бы ни справился Хейн. Так что, не переживай.

— Правда? — переспросила, с трудом веря услышанному.

— Правда, — улыбнулся он.

— У него изо рта текла кровь, — сказала, вспоминая.

— Да, у него были переломы и внутренние повреждения, но сейчас уже всё в порядке, — подтвердил Эмиль.

— Слава богу, — прошептала, чувствуя облегчение.

Эмиль рассказал мне, что после летуна, который он получил от Марка, сразу бросился к нам, по дороге схватив Хейна с его лечебным чемоданчиком.

Пока Новарро добирался к нам верхом на скакуне, сам Эмиль уже мчался в облике Драга. Но прибыв на место, успел застать лишь троих зомби, которые пытались выбраться из каменной ловушки.

Марк оказался без сознания, и это хорошо, так как у него ребром оказалось пробито лёгкое и практически оторвана рука. А я… я ввела себя в магическую кому. Как у меня это получилось, никто так и не понял, но то, что я полностью перекрыла все магические каналы в своём организме — факт.

В таком состоянии я провела два дня.

В момент разговора с Эмилем, у меня снова случилось видение, в котором говорилось, что де Лоруш в городе столкнётся с тем, чей голос я сразу узнала. Один из мужчин, что напали на меня в подворотне, будет входить в лавку с зельями и поздоровается с кем-то из прохожих. Его-то голос я и слышала лёжа оглушенная на грязной земле, и его голос был в доме библиотекаря.

Я порывалась отправиться на поимку вместе с Эмилем, но так как после двухдневной комы была практически без сил, Хейну Новарро удалось без проблем усыпить меня, а когда проснулась, Эмиль уже арестовал нападавшего и вёл с ним допрос.

***

— Смотри, кого я тут к тебе привёл! — довольно проговорил вошедший Марк.

— Раф! Малыш мой, хороший! — воскликнула, обнимая и гладя питомца по голове.

— Он рвался, никому покоя не давал, пока я не повёл его сюда. Только так и успокоился!

— Мой герой!

— Ну, как ты? — спросил Марк, усаживаясь в кресло.

— Хейн сказал, что сегодня меня выпустит.

— Ты так говоришь, словно находишься тут в заключении, — усмехнулся приятель.

— А разве нет? У тебя травмы были гораздо серьёзнее, и что? Ты уже на следующий день бегал-прыгал, а я всё тут нахожусь.

— Ник, ну ты чего? — похлопал меня по руке Марк. — Я тебе ещё утром говорил, что меня ни до одного задания Эмиль не допустил. Да он даже на задержание без меня отправился, — пылая праведным гневом, заметил приятель.

— Ладно, не ворчи, — усмехнулась я, продолжая тискать Рафа. — Скажи лучше, как там дела? Сознался?

— Нет, — качнул он головой. — Доказать-то мы ничего не можем.

— И как же быть?

— А чёрт его знает. Пока у нас на него ничего нет, — сказал Марк.

— Ну что, как дела? — Хейн Новарро, держа в руках коробочку, с которой всё время считывал показатели моего самочувствия, вошёл в кабинет, что теперь служит мне палатой и, подойдя к кровати, поводил одной рукой над моей головой.

— Хейн, ну, сколько можно? — поставила руки перед собой в молитвенном жесте. — Ты же знаешь, что со мной уже давно всё в порядке. Выпусти меня, а!

— Да без проблем, — усмехнулся он. — Твои показатели в норме, уровень магии… как всегда почти зашкаливает, и у меня больше нет никаких оснований, держать тебя здесь.

— Ура! — воскликнула я, и кинулась шнуровать обувь.

— Что, так надоел постельный режим? — хохотнул Хейн.

— Ты даже и представить себе не можешь, насколько!

Быстро обувшись, вскочила на ноги и чуть пошатнулась. Раф сразу заскулил, а Марк подставил руку.

— Некоторое время небольшая слабость ещё будет присутствовать, — сказал Хейн, делая у себя какие-то пометки. — И да, три дня никаких нагрузок. Я бы не хотел, чтобы ты свалилась с истощением. Поэтому… на эти три дня только офисная работа, не более.

— Ты вот сейчас серьёзно, да? — удивилась я.

— Серьёзней не бывает, — усмехнулся Хейн и махнул рукой, дескать «проваливайте отсюда, да поскорее», а меня не нужно было торопить, я и сама уже готова была бежать, лишь бы оказаться как можно дальше от лаборатории.

— Пошли, — подхватив Марка под руку, я быстрым шагом направилась по коридору.

— Ты куда так заторопилась? — спросил друг.

— На допрос, конечно же, куда же ещё?

— Ник, не думаю, что это хорошая идея. Де Лорушу она уж точно не понравится, — сказал Марк, нахмурившись, всё же следуя за мной.

Влетев в кабинет, остановилась, заметив спиной ко мне сидящего мужчину. У него были короткие тёмно-русые волосы, а вокруг головы, клубилось что-то странное. Лёгкая, едва заметная дымка.

— Зачем? — спросил Эмиль, обращаясь ко мне, устало привалившись к спинке своего кресла.

Не говоря ни слова, прошла вперёд, не сводя глаз с мужчины. Почувствовав мой взгляд, он обернулся, и его зрачки расширились.

— Ну, здравствуй, — с улыбкой проговорила я, подходя ближе и устраиваясь на стул, рядом с де Лорушем.

— День добрый, — проговорил негромко… напавший на меня.

— Мы уже знаем, что вы проверяли уровень моей магии, и даже знаем, зачем вы это делали, — проговорила, и по мере моего монолога, его взгляд становился потрясённым.

— Я не понимаю вас, — проговорил он, но уже не так уверенно, как вёл себя чуть раньше.

— Понимаешь, я это вижу по твоим глазам, — да, согласна, глупое утверждение, которое и к делу-то не пришьёшь, но всё же, его глаза действительно говорили об обратном, а дымка над головой чуть подёрнулась, что заставило меня нахмуриться.

— Господин де Лоруш, вы не против, если я задам пару вопросов? — обратилась я к Эмилю, который пристально следил за реакцией мужчины на меня.

— Да, конечно, задавайте! — ответил он, едва заметно усмехнувшись, как и я определив, что тот лжёт.

— Итак, господин…

— Стивенсон, — подсказал Эмиль.

… - хм, ничего не докажут… Стивенсон, ага!!!

Уловила я отголосок мыслей.

— Господин Стивенсон. Вы со своим подельником напали на меня, примерно пару недель назад, с целью выяснить уровень моей магии.

— Нет, вы ошибаетесь. Я вижу вас впервые, — взяв себя в руки, проговорил Стивенсон.

— Я запомнила ваш голос, так что в этом отпираться бессмысленно, — усмехнулась я и продолжила. — Далее, вы, опять же со своим подельником, вломились в дом господина Бенжамина Дугла в Нирбии. И здесь вам тоже отпираться бессмысленно.

В глазах Стивенсона зрел едва заметный страх и беспокойство.

— Кто он? Ваш подельник? — спросила мужчину.

— Я… я не понимаю, о чём вы говорите, — проговорил он.

— Хорошо, — усмехнулась я. — Как ваше настоящее имя, господин Стивенсон?

— М-мм, Вероника, это и есть его настоящее имя, и в лаборатории определили по слепку, что это так, — сказал Эмиль нахмурившись.

— И что? Разве нельзя подделать ауру? Заклинанием каким, и ещё чем?

— Хм, в этом что-то есть, — задумчиво проговорил Эмиль. — Марк, скажи Новарро о нашем предположении.

— Будет сделано, — бодро проговорил Марк и убежал к Хейну.

Через пару минут пришедший Новарро с недоумением глядевший на нас с Эмилем, только плечами пожал, а я, уловив от Стивенсона ещё одну мысль, перемеженную с чертыханиями и другими словами поотборнее, сказала проверить его зубы.

Стивенсон после моего предложения с трудом втянул воздух в лёгкие, и мы все уверились в том, что я правильно уловила мысль мужчины.

Ну что ж, после того, как Хейн на одном из зубов обнаружил нанесённую сложную руну, мужчине пришлось сознаться.

— Как вы её активируете? — спросил Эмиль.

— Код словом, — негромко проговорил он.

— Давайте, поразите нас, — продолжил Эмиль.

Что-то прошептав, Стивенсон прикрыл на миг глаза, а когда открыл их, то… ничего не изменилось.

Посмотрев на Эмиля, я удивилась, потому что он пристально разглядывал Стивенсона, словно видел его впервые. Обернувшись на Марка, заметила такую же реакцию.

— Что происходит? Может мне кто-нибудь объяснить? — проговорила недоумённо.

— Ника, — негромко сказал Марк. — Он только что сменил внешность.

— Да? Странно!

Я действительно не наблюдала никаких изменений во внешности подозреваемого.

Итак, как выяснилось, Стивенсон, это его настоящее имя, а работал он под другой аурой, другой маской и соответственно под другим именем. Да, он согласился с тем, что нападал на меня, и с тем, что был в доме Бенжамина Дугла, но вот имена он назвать никак не мог. Ни того, кто подельник, ни тем более заказчика.

— Скажите, господин Стивенсон, — нахмурившись, проговорила я. — А нападение на нас с Марком, тоже ваших рук дело?

— Нет, — опустив взгляд, ответил он.

— А вы знаете, кто это был? — задал вопрос Эмиль.

Мужчина неопределённо качнул головой, а дымка вокруг него приняла опасно тёмный цвет.

— Да что за чёрт? — негромко спросила я, ни к кому толком не обращаясь, но Эмиль уловил моё недоумение.

— Что не так? — спросил он у меня.

— Вы не видите этого?

— Чего именно, Вероника?

— Сначала у него над головой был лёгкий туман, а сейчас, словно тучи сгущаются. Что это? Заклятие какое-то?

Несколько томительных секунд молчания и вопрос:

— Ты давал клятву на крови? — спросил Эмиль подобравшись.

Но в ответ был лишь кивок.

— Ты не должен называть имена?

Снова кивок.

— А как насчёт действий? Ты же нам о них рассказал?

— Была чёткая установка, — неохотно проговорил Стивенсон. — И если дословно, то «Они ничего не смогут доказать, поэтому если вдруг тебя поймают, то ты ничего не знаешь и никого не видел», но как выяснилось, вы смогли доказать, что я там был, следовательно и клятву я не нарушал.

— А почему облако-то чёрное? — спросила я.

— Наверное, мы слишком близко подобрались к правде, и последующий допрос может привести к его смерти, — сказал Эмиль.