Глава 51

Это было так очевидно, что скрыть не было никакой возможности. Мое тело предавало меня каждую секунду глухими рыданиями, которые не скрыть никакими другими звуками.

Лотар потянул меня к себе. Я послушно шагнула, спотыкаясь о собственные ноги. Я почувствовала, как напряглись мышцы под его рубашкой. Ему требовались усилия, чтобы просто удержаться вертикально.

— Ты мог меня отдать страже… — прошептала я, чувствуя, как он прижимает меня к себе.

Я не соображала ничего. Холод ветра и раскачивающаяся петля виселицы все еще стояли перед глазами, наложенные на реальность. Я видела себя в камере, видела суд, видела его подпись на моем приговоре.

Лотар прижал меня к себе. К груди. Я слышала стук его сердца — ровный, человеческий, без прежнего звериного гула. Он больше не был драконом. Он отдал эту силу, чтобы не причинить мне вреда.

Если бы я знала… Я бы не воспользовалась материнским подарком. Но я не знала. Это… это глупая, ужасная случайность. Роковое стечение обстоятельств.

Я понимала, что для дракона такая рана — вопрос нескольких часов. Но для человека…

— Ты имеешь на это право, Сиби, — сказал он тихо. Его губы касались моих волос. — После всего, что я сделал… Если бы ты убила меня сейчас… Это было бы справедливо.

В его словах было принятие. Он взвешивал свою жизнь на весах и понимал, что чаша вины перевешивает.

— Помоги мне сесть, — попросил он. Не приказал. Попросил.

Я кивнула и тут же вспомнила, что он не сможет этого увидеть.

Я бережно провела его к креслу. Он опускался в него осторожно, словно человек, который забыл, как работает его собственное тело. Каждое движение давалось ему через преодоление. Он протягивал руку, ощупывая воздух, ища опору там, где раньше видел ее глазами.

Когда он наконец устроился, он откинул голову на спинку. Его лицо было бледным, искаженным болью. Кровавые слезы высохли, оставив темные, ржавые дорожки на коже, похожие на трещины на фарфоре.

Теперь на его глазах была повязка. Белоснежный бинт. И она ничуть не портила его ледяной красоты. И внизу живота что-то предательски заныло. Эта повязка… Боже, что со мной?

Во рту все пересохло. Эта беззащитность красивого чудовища пугала, завораживала, вызывала чувство между желанием и жалостью.

Мне показалось, что я сошла с ума.

Я смотрела на него, понимая, что чудовища больше нет. Есть он. Раненый. И эта мысль вызывала мучительную жалость и… желание. Коснуться его. Но что-то останавливало меня. Страх. Перед его сильной рукой, все еще способной убить одним движением.

Все, видимо, я совсем сошла с ума.

Я стояла рядом, не зная, что делать. Руки чесались. Хотелось вытереть эту кровь, которая подсохла на щеках. Хотелось исправить то, что я натворила. Но я не могла. Никакие слова не вернут ему свет.

Я опустилась на колени перед ним. Ковер был мягким, но мои кости ныли от холода, пробравшегося под кожу.

Сейчас, я даже не знала почему, мне хотелось быть ближе. Наверное, это благодарность за его ложь и страх, что как только я отойду от него, он расскажет правду. Какие ужасные мысли вертятся у меня в голове.

По телу пробежала лихорадка слабости. Но я пыталась успокоиться.

— Почему? — спросила я. Вопрос повис в воздухе, тяжелый и ненужный. — Зачем ты солгал лекарю? Ты ведь мог сказать правду?

Я не знаю, зачем я спрашивала его об этом. Наверное, потому что внутри все еще неверие сжимало сердце. Я до сих пор не могла поверить в то, что он не обвинил меня.

Лотар повернул голову в мою сторону, на мой голос. Его закрытые веки дрогнули.

— Зачем? — послышался голос. Он протянул руку, а я дрожащими руками взяла ее, не помня себя. — Если бы это не случилось, я бы не смог держать тебя за руку.