Глава 9

Одри полагала, что портнихе понадобиться несколько дней, но миссис Гроув превзошла все ожидания, и первые наряды доставили к вечеру того же дня. Конечно, это было всего два готовых платья, которые просто подогнали по фигуре, но Одри была счастлива. Стоя у зеркала, она аккуратно, чтобы не смять, попеременно прижимала к себе платья, не зная, какое выбрать к ужину: белое муслиновое с вышитыми цветущими каштанами или цвета пепельной розы с серебристыми атласными лентами. Пейдж тоже растерянно смотрела на наряды, пытаясь сообразить, какой лучше. – Все-таки розовое, – Одри решительно тряхнула головой. – Белое я надену завтра днем. – Да, мисс, – выдохнув, Пейдж начала расчесывать волосы хозяйки, не зная, что с ними сделать. – Может, просто заколоть на затылке узлом и вплести ленты? Кажется их прислали вместе с платьем. Одри кивнула: – Думаю, да. Я и так опоздаю к ужину, и не стоит злоупотреблять терпением капитана Линдгейта, у него и так сегодня не лучшее настроение. Пейдж только хихикнула и принялась за дело. Покончив с прической, она помогла надеть платье, застегнула пуговички на рукавах, расправила ленты и отступила. Бросив последний взгляд в зеркало, Одри все еще не могла поверить, что эта привлекательная незнакомка в розовом – она сама, девушка почти бегом спустилась по лестнице. Альберт ждал в гостиной. Он стоял у окна и задумчиво смотрел на сад. Услышав шаги, капитан повернулся и остолбенел. Куда только подевалась невзрачная особа, с которой он путешествовал? При виде хрупкой блондинка, стоявшая перед ним, в мозгу снова пронеслись легенды о феях, заманивающих запоздалых путников в холмы, покрытые вереском. – Кажется, я заставила вас ждать, – мелодично произнесла Одри с еле уловимым акцентом. Слова заставили опомниться. Альберт моргнул, пытаясь прогнать наваждение, но бесполезно. Не понимая, почему он молчит, девушка ссутулилась и нерешительно посмотрела на него, на мгновение напомнив себя прежнюю: – Вы… вы на что-то сердитесь? – Я? – Альберт улыбнулся. – Я ослеплен, повержен и покорен. – А теперь вы лжете, – задумчиво отозвалась она. – Отчего же? – Вряд ли миссис Гроув искуснее Ландийских модисток. Так что я никогда не поверю, что вас шокировала ее работа! – Меня шокировали вы, – признался Берти, подходя и предлагая девушке руку, чтобы сопроводить в столовую. – Никогда не думал, что наряд так преображает. – И это говорит военный! – Одри с укором покачала головой. – Неужели вы не замечали, что стоит вам надеть ваш мундир, как женщины начинают слетаться к вам, точно бабочки на свет фонаря! – А вы откуда это знаете? – хмыкнул капитан. – Рядом с Пейнборо был как-то расквартирован шестой пехотный полк. Так все просто с ума посходили, а ведь это была даже не кавалерия! – Считаете, что кавалерия пользуется большим успехом? – Конечно! Ведь к кавалеристу прилагается лошадь. Это, знаете ли, словно принц из сказки. – По вашему я настолько зануден? – наигранно ужаснулся капитан. – С чего вы так решили? – от изумления Одри замерла. – Как правило все положительные герои именно таки, своими поступками они показывают пример читателям. Так что я вряд ли подходу на эту роль. – О нет, вы превосходите всех этих сказочных принцев! – пылко возразила девушка и сразу же смутилась от собственной смелости. Капитан улыбнулся. – Вы не представляете, как мне приятно это слышать, – тихо признался он. – Неужели? – Одри недоверчиво нахмурилась. – Да. – Хотите сказать, что никто не говорил вам подобного? – Хочу сказать, что никто не говорил так искренне. Они как раз вошли в столовую. Усадив девушку, Альберт занял свое место и тут же раздраженно поморщился: теперь в центре стола красовалась ваза с лилиями, которые мешали ему видеть Одри. – Уберите это куда-нибудь, – раздраженно потребовал капитан. – Да, милорд! – лакей, простодушный парень со всех ног кинулся исполнять приказ и едва не уронил вазу. Вода плеснула на скатерть, а с цветов посыпались лепестки. – П-простите, милорд… – Свободен, – по-военному коротко проинформировал Берти, и парень, красный, словно рак, отступил к дверям. Одри покачала головой. – Не переживай так, Чарли, – она ободряюще обратилась к лакею. – Ты всему научишься, к тому же капитан не собирается задерживаться здесь надолго. Альберт вдруг вспомнил, что собирался уехать. При мысли что он совсем скоро не сможет сидеть напротив Одри, любуясь ей, наслаждаться пикировками, играть с ней в шахматы, сердце кольнуло. – Боюсь, что вынужден вас разочаровать, – хмыкнул Берти. Он понимал, что спонтанное решение, которое он принял значительно усложнит ему жизнь, но с другой стороны, он имел права оставаться в собственном доме столько, сколько пожелает. Показалось, или в глазах девушки мелькнула радость. Впрочем, Одри сразу же опустила ресницы, скрывая взгляд. – Вот как? – совершенно спокойно произнесла она. Альберт отложил приборы и наигранно вздохнул: – Ваши новые знакомые, кузина, не оставляют мне выбора, и я вынужден продлить свое пребывание, чтобы внимательнее присмотреться к ним. – О! – только и сказала Одри. Стараясь не показывать, насколько ее обрадовало это решение, она сделала вид, что сосредоточена на кусочке куропатки, лежащем на тарелке. Девушка не питала абсолютно никаких надежд по отношению к капитану Линдгейту, прекрасно осознавая разницу их положения, но Берти был умен, прекрасно воспитан и обладал веселым нравом, к тому же его присутствие служило предостережением местным шутникам. Одри понимала, что вряд ли дом впустил бы посторонних, лицезреть ночами фигуры, завернутые в белые простыни, не хотелось. В том, что вчера ночью привидение изображал кто-то из местных, девушка не сомневалась, вряд ли Тьма кинулась бы так на настоящего призрака. Оставалось понять, кто и зачем решил пошутить над обитателями Нортленда. – Так что Чарли, как и остальным, придется соответствовать моим высоким требованием, – спокойно продолжал Берти, переводя взгляд на окончательно стушевавшегося лакея. – Д-да, м-милорд, – пролепетал он. Капитан благосклонно кивнул и занялся своей тарелкой. – Вы совсем запугали беднягу Чарли, – заметила Одри, когда они, покончив с ужином, перешли в гостиную. Конечно, по традиции, Альберт мог остаться в столовой, но он отказался. – Я не курю, да и портвейн для меня слишком сладкий, – признался он, пропуская девушку в дверях. Одри обернулась и смерила его насмешливым взглядом: – Скажите лучше что боитесь оставаться один, поскольку вокруг дома бродит привидение. – Не без этого. – Вот как? – Конечно. Ведь это привидение – дама. Представьте, что будет, если кто-то застанет нас вдвоем? Мне же придется на ней жениться! От такой логики девушка едва не споткнулась, но потом опомнилась: – Да вы шутите! – Отнюдь. Правила приличия придуманы для всех. К тому же что может быть ужаснее, чем связанным нерушимыми узами с бесплотным духом? Ведь даже смерть не сможет разлучить нас! Одри ошарашенно посмотрела на Альберта. Он сумел сохранить серьезное выражение лица, но его выдавали смешинки, притаившиеся в глубине глаз. Она прищурилась, принимая вызов: – В таком случае, капитан, чтобы избежать подобной участи и защитить себя, вам просто необходимо жениться! – она чинно присела на диван. – Конечно, – покорно согласился Альберт, отодвигая кресло от камина и садясь напротив девушки. Одри прикусила губу. Она ожидала отрицания или шутки, позволившей бы ей продолжить свои выпады, но капитан разгадал этот маневр. – Странно, что эта мысль не пришла вам в голову, – продолжала она, уже не так уверенно. – Она приходила, но сперва я был молод, потом – воевал на континенте, а потом… – он грустно улыбнулся. – После ранения я то и дело ловлю на себе жалостливые взгляды. Поверьте, это отбивает всякое желание продолжать знакомство. – Как это произошло? – выпалила Одри – Произошло что? – Ваше ранение, – девушка смутилась, понимая, что ступает на зыбкую почву. – Простите, вам, наверное, тяжело, так что можете не отвечать! – В этом нет ничего такого, – Берти пожал плечами. – Это было при Вахау… В самый разгар боя моего коня убило. Мы рухнули. Падая, он придавил мне ногу. Вот и все. Почему-то он избегал встречаться взглядом с Одри. Она покачала головой: – Это – официальная версия, а что было на самом деле? Капитан недоверчиво посмотрел на нее: – С чего вы решили, что это – неправда? – Вы слишком гладко рассказываете об этом, к тому же знаю, что вы опытный всадник и, скорее всего, успели бы высвободиться. – Я не успел, – он говорил очень отрывисто. – Это произошло слишком быстро. Мы очутились в самой гуще сражения, я вел своих людей в атаку, вдруг мой конь, это был четвертый за тот день, захрипел, взвился на дыбы, а потом рухнул. Я попытался спрыгнуть, но не успел. Конь придавил мне ногу и еще какое-то время бился в агонии. Мне казалось, что я слышал хруст собственных костей… Боль была такая, что я потерял сознание… Он замолчал, рассматривая тлеющие угли, но Одри знала, что сейчас Альберт снова переживает то, что произошло на поле боя. Наконец, он продолжил, рассказывая, скорее самому себе, чем ей. – Друзья смогли найти меня только через день. Слишком уж много было тел на поле боя. Они уже совсем отчаялись, когда один из них признал Клауда. Сперва решили, что я умер, но потом кто-то заметил, что я все еще дышу. Меня с трудом извлекли и отправили в госпиталь. Целители сказали, что если бы меня привезли сразу, они смогли бы еще что-то сделать, а так… – он махнул рукой и улыбнулся, снова становясь тем самым беззаботным капитаном Линдгейтом, которого Одри знала. – Вообще, мне повезло гораздо больше, чем другим! Я жив. И более того, могу ездить верхом! Что еще надо? – Действительно, – пробормотала девушка. – Не стоит так драматизировать. Джаспера Уорвика, например, это лучший друг моего брата, изувечило магическим снарядом. – Он сошел с ума? – охнула девушка, вспомнив о том, что рассказывали про снаряды, напитанные магией Тьмы и тех, чью душу она разъедала. Страх разделить участь тех несчастных снова закрался в душу, девушка стиснула кулаки. Она не позволит древней магии разрушить ее жизнь и завладеть разумом! “Глупышка, кому это надо?” – зазвучало в голове. Одри нахмурилась и взглянула на Альберта. – Нет, ему тоже повезло, – продолжал капитан, решив, что собеседница встревожена судьбой графа. – Джаспер встретил Эйлин. Она сумела нейтрализовать Тьму. “Негодяйка!” –… но лицо Джаспера так и осталось в шрамах. – Если любишь, это неважно, – покачала головой Одри. – Конечно, – Берти усмехнулся собственным мыслям. – Отчасти поэтому я и не женат – слишком уж яркие примеры любви и самоотверженности были у меня перед глазами. – Неужели во всем Ландии не нашлось подходящей девушки? – поддразнила Одри. Разговор стал слишком серьезным, а ей не хотелось видеть капитана грустным. Сработало. Берти небрежно хмыкнул: – Вас так беспокоит моя холостяцкая участь? Понимая, что он включился в игру, Одри наигранно всплеснула руками: – Так и скажите, что вы не искали! – А зачем? – капитан снова широко улыбнулся. – Я не старший сын, к тому же Макс женился, так что… – Так что это очень безответственно, капитан Линдгейт, – строго произнесла Одри. – Вот как? – Конечно! В нашей стране огромное количество девушек, жаждущих выйти замуж, а вы… Вы увиливаете! – Я же не могу жениться на всех, – запротестовал Берти. – Вы можете выбрать одну. – И разочаровать остальных? – он приподнял бровь. Одри покаянно вздохнула: – Да, об этом я не подумала. – Действительно, – он снова улыбнулся и взглянул на часы. – Похоже, мы с вами заболтались. Скоро полночь. – Время духов и привидений? – Не беспокойтесь, сегодня небо затянуто облаками, и почти ничего не видно, так что духи вряд ли побеспокоят вас, – он поднялся и протянул руку. Одри не оставалось ничего другого, как подчиниться. Уже лежа в кровати, она долго перебирала в памяти разговор с капитаном, чувствуя странную грусть от того, что однажды Альберт Лингейт уедет отсюда, а потом женится на какой-нибудь достойной юной леди. “Мы можем убить ее,” – предложила Тьма, снова появляясь в комнате. На этот раз она клубилась у подушки, и больше всего напомнила кошку, жаждущую ласки. – Нет! Капитан заслуживает счастья! – твердо ответила девушка. Вздохнув, Тьма растворилась, а Одри еще долго гадала, кто же будет та счастливица, которая завоюет сердце Альберта. С этими невеселыми мыслями она и уснула.