Глава 12

12 глава

Как только землю окутали тихие сумерки, я натянула на ноги высушенные мной леггинсы и обулась в свои беговые кроссовки, которые не надевала с самого первого дня заключения, просто отставив их в сторону и забыв о них. Сегодня ночью без обуви никак не обойтись…

Прекрасно понимала, что мальчишка может просто передумать и не прийти за мной, но попыток выбраться самой не предпринимала. Могла попробовать вылезти через небольшую прореху в прохудившейся крыше старой конюшни, но решила подождать, вспомнив недвусмысленное предостережение парня об усиленной охране по всему периметру. Не хотелось вновь нарваться на опьяненных от азарта легкой добычи, перевозбужденных мужчин. Хватило одного раза. Тело до сих пор отлично помнило многочисленные неприятные прикосновения и жалобно ныло от психологических последствий…

Больше всего сейчас раздражал мужской запах на мне. Я чувствовала, что он впитался в мою кожу. Чтобы избавиться от него, уже не достаточно просто снять и брезгливо отбросить в сторону надетую на меня футболку. Хотелось хорошенько отмыться от навязчивого аромата, грубой мочалкой сдирая его с тела. Но, так как заменить ее мне было нечем, я довольствовалась тем, что есть и стойко терпела, пытаясь игнорировать притягательный букет смеси кедра и цитруса, который манил сделать глубокий вдох. Каждый глоток воздуха теперь был непрошенным воспоминанием о хозяине футболки, поэтому нещадно бил по моим нервам…

Сердце отбивало прошедшие секунды, отсчитывая время до моего запланированного побега. Я всегда умела ждать, но, в этот раз, ожидание было просто невыносимым. Сомнения только росли и безжалостно грызли меня изнутри, тревога буквально распирала грудную клетку так, что становилось трудно дышать, а чутье подсказывало, что убежать не получится. Но, несмотря на неуверенность в правильности своего выбора, я продолжала неподвижно сидеть и ждать, прислушиваясь к шорохам и звукам, до тех пор, пока, ближе к утру, не услышала знакомые нерешительные шаги по узкому коридору.

Быстро вскочила на ноги и сделала неуверенный шаг к двери, возле которой замерла с робкой, царапающей сердце надеждой. На пороге стоял мальчишка…

- На вот, накинь, на улице холодно, — тихо прошептал он и протянул ко мне руку с зажатой в ней черной ветровкой.

Я благодарно кивнула и взяла, предложенную мне, теплую вещь.

- Отвернись, я переоденусь, — неожиданно для себя, попросила его.

Он, потупив взгляд, сделал шаг назад, выходя из денника. Быстро стянула со своего тела ненавистную футболку и раздраженно бросила ее в сторону. Накинула на плечи принесенную толстовку, застегнула молнию и натянула объемный капюшон на голову, прикрывая им растрепанные волосы.

- Все, я готова, — шепнула ему. — Зовут-то тебя как?

- Малой, — стушевался мальчишка, но потом ответил, — Михаил.

- Меня Аня, — представилась я.

- Знаю, — буркнул парень и потянул меня за рукав, вслед за собой. — Тише будь. Услышат, убьют обоих.

Вняв предупреждению, я неслышно двинулась за ним, едва поспевая за его размашистыми шагами. Выйдя из дверей конюшни, он махнул мне рукой вправо, молча указывая направление движения. Прижал палец к своим губам, делая мне знак молчать. Крадясь вдоль деревянной стены длинного барака, я слышала, как, где-то совсем рядом, переговариваются мужчины, тихо смеясь над чей-то очередной пошлой шуткой. Никак не могла унять свое сердце, которое грохотало в ушах так громко, что я, до исступления, боялась быть услышанной ими.

Шаг, еще шаг…

Мы продвигались очень медленно, то тут, то там замирая, прячась в тени старых полуразрушенных стен, пропуская курсирующих периметр неспящих охранников. Все получалось на удивление ловко, поэтому сомнения начинали точить меня с удвоенной силой, ощутимо вгрызаясь в мое сознание острыми зубами инстинктивного недоверия.

Дождавшись, когда мимо нас прошел очередной сторож, Малой махнул мне в сторону забора и, пригнувшись, бесшумно побежал. Я, не думая, дернула за ним. Высокое ограждение, окружавшее участок заброшенной конефермы было отремонтировано на совесть. Забраться наверх одному — совершенно невозможно. Время на размышления у нас просто не оставалось, так как, вот-вот, мимо нас должен был пройти новый охранник.

Малой сноровисто сложил руки в замок и подставил мне. Дважды предлагать не пришлось. Я ловко запрыгнула на них и он, подбросив меня на ограду, снизу наблюдал за тем, как я хватко цепляюсь за край ограждения и усаживаюсь на забор сверху, перекинув ноги по обеим его сторонам…

Мне осталось только соскочить вниз и я буду на свободе. Все сомнения, терзающие меня, могут остаться там, внизу, с ожидающим мальчишкой. Я смотрю на него сверху и всем сердцем желаю уйти одна, но моя совесть не позволяет мне спрыгнуть, поэтому наклоняюсь и, проклиная себя, протягиваю ему руку, из последних сил затаскивая его наверх.

- Спасибо, — переводит дыхание он.

Я смотрю в его глаза и вижу озаряющую их откровенную благодарность, которая, светом своей признательности стирает напрочь мое упрямое недоверие.

- Очень надеюсь, что я об этом никогда не пожалею, — с трудом восстанавливая дыхание от интенсивной нагрузки, отвечаю ему.

Прыгаем вниз оба.

Я, привычно сгруппировавшись, приземляюсь на мягкий мох и быстро поднимаюсь на ноги. Малой падает рядом, катясь кубарем, но быстро встает и, машет мне рукой в сторону леса, предлагая затеряться в его зарослях. Это мне по душе. Я сразу предположила, что дорогу, ведущую к магистрали будут обыскивать первостепенно и очень тщательно.

Первые три километра мы бежали молча, рядом друг с другом, сохраняя выбранный темп. Потом мальчишка стал отставать. Мне, привыкшей к долгим, изнуряющим нагрузкам, эта незначительная дистанция давалась с легкостью, что нельзя было сказать о явно неподготовленном парне. Он, тяжело дыша, теперь с трудом бежал следом за мной, очень задерживая меня…

Выругалась, но остановилась, опираясь о ствол поваленной березы, выравнивая дыхание.

- Аня, не успеем, — рвано дышал Малой, добежав до меня, — Они уже обнаружили наше отсутствие. Нужно переждать. Не успеем сейчас уйти до трассы. Там будут ждать или уже ждут.

Я отлично понимала разумность его рассуждений. Сейчас, хоть и ранее утро, но уже достаточно светло, поэтому продвигаться дальше, оставаясь незамеченными, было крайне неразумно. Кивнув ему в знак согласия, я медленно сползла на землю, предлагая отдых перенапряженному телу и откинулась головой на поврежденное непогодой дерево. Михаил, тяжело дыша, присел рядом со мной.

Я откинула с лица капюшон, позволяя ветру окутать меня ранней прохладой.

- Почему ты решил помочь мне? — хрипло, пытаясь отдышаться, спросила у него.

- Не знаю, — пожал плечами он, — побоялся, что он убьет тебя.

— Испугался, что убьет меня, но не подумал, что можешь лишиться из-за меня своей жизни? — не удержалась и язвительно уколола я.

- Ты мне нравишься, — пожал плечами Малой, — ради таких, как ты, можно и рискнуть. Правда хотела убить его?

- Хотела.

- За что?

Я промолчала, вспоминая веские причины, толкнувшие меня на откровенную глупость. Только сейчас я понимала всю очевидную абсурдность своей слепой мести. Глубоко вдохнула и вновь почувствовала на своей коже аромат дорогого мужского парфюма, который въелся в поры, пленяя, быстро распространившись по всему организму. От отвращения предернуло, но я смогла скрыть противоречивые эмоции от соседствующих со мной любопытных глаз.

- Он причастен к смерти моего отца. Этого достаточно? — зло спросила у навязчивого собеседника я.

- Когда это случилось? — аккуратно уточнил парень.

- Чуть больше двух лет назад, — вздохнула от душивших воспоминаний.

- Это не мог быть он, — тихо продолжил Малой, — Ветер всего год, как в деле. После смерти своего отца он взял правление и поменял ближайшее окружение на своих верных псов.

Я никак не могла сложить несложный пазл от полученной информации в своей голове, потому, что она раскалывалась от неожиданной боли и нежелания принимать, в слух озвученные, неприятные мне факты. Сложно поверить, что я могла так непоправимо ошибаться.

Проще убедить себя, что мальчишка просто врет, пытаясь выслужиться перед своим хозяином…