Глава 11. Слепое сердце

– Это безобразие! – Ирлин возмущался у кабинета перед занятием по врачеванию. Бруно стоял рядом с ним, внимательно слушая и стараясь не пропустить ни единого слова.

Лана как раз подходила к двери, и ей тоже пришлось остановиться, потому что аристократ бросил на нее прямой взгляд, явно призывая к вниманию.

– Что случилось, Ирлин? – после произошедшего вчера в спортивном зале Лана чувствовала себя совершенно растерянной и не была готова разделять яркие эмоции мужчины.

– То чудовище, что ты видела в горах, помнишь?

– Разумеется, – Лана безразлично пожала плечами. Она-то прекрасно понимала, что видела не чудовище.

– Розендар обещал разобраться с ним. И знаешь, что он сделал? – Ирлин был возмущен до предела. – Он отправил пятерых старших студентов прочесать окрестности. И все!

– А чего ты хотел? – Лана зевнула и, спохватившись, прикрыла рот, чтобы не оскорблять аристократа.

– На таких тварей готовят полноценную облаву. Вызывают группу с Большой земли, с ловчими сетями и гарпунами, по всем правилам. А не отправляют для этих целей студентов.

– Быть может, он считает, что это не опасно? – Бруно тоже пожал плечами.

– Виверна не опасна? – Ирлин аж задохнулся от негодования. – Или мантикора? Это безобразие, я буду разбираться с этим.

– Что ты собираешься делать? – Лана насторожилась. Решимость Ирлина не сулила ничего хорошего ни Академии, ни ее Хранителю, ни ректору.

– У меня много знакомых в нужных местах, – Ирлин хитро прищурился, глядя на девушку. – Прорыв Пустоты на территории учебного заведения, чудовища, свободно гуляющие в его окрестностях. Пожалуй, стоит организовать Горгорону немного неприятностей. Так просто это ему с рук не сойдет.

Услышав имя ректора, Лана напряглась:

– А ты не боишься, что если у него будет слишком много неприятностей, Академию точно прикроют?

– Все будет строго в необходимых дозах, как на врачевании, – аристократ довольно ухмыльнулся и собрался было зайти в кабинет, пропустив Бруно вперед себя, но вопрос Ланы заставил его задержаться в дверях:

– Ирлин, за что ты его так не любишь? – Лана озабоченно хмурилась.

– Ректора? – Ирлин остановился и окинул Лану озорным взглядом. – Тебя ревную, – и прошел в кабинет.

Занятие началось. После слов Ирлина Лана с трудом могла сосредоточиться на теме урока и пропускала объяснения ментора мимо ушей. Неужели ее симпатия была так явно заметна, что даже Ирлин обратил на это внимание?

– Светлана, ты опять витаешь в облаках? – Кая недовольно поджала губы. – Я задала тебе вопрос.

Лана вскинула на преподавателя удивленные глаза – она действительно не услышала ее слов.

– Еще раз: с Потоком какой стихии более всего схожа магия Потока влюбленного человека?

– Воздуха, – Лана ответила настолько уверенно, что удивилась сама себе. Но она очень хорошо помнила легкий ветерок, что ласкал ее плечи каждый раз, когда Гор подпускал ее к себе достаточно близко, и потому не сомневалась в ответе.

– Верно, молодец.

Занятие продолжилось, но Лана вновь была далека от ученической аудитории.

У людей не бывает истинных пар? Возможно. Но тогда что же это было, если не оно?

После урока девушка задержалась в классе. Ей очень хотелось поговорить с ментором с глазу на глаз, и потому она в срочном порядке придумывала подходящий повод для приватного разговора.

– Магистр Кая, я могу обратиться к вам? – Лана набралась решимости и подошла к ментору.

– Да, разумеется, – Кая собирала свои записи, не глядя на ученицу.

– Йена беременна, – она выпалила, не успев прикусить язык.

Кая подняла на нее понимающие глаза:

– Почувствовала, когда изучала ее Поток сегодня?

Лана кивнула. Сказанное было правдой, но говорить о таком было неправильно. Впрочем, Кая и без нее все уже знала.

– Я знаю. Срок еще совсем маленький. Смогла определить, кто отец?

– Нет, я так глубоко не разглядела. Я вообще сильно смутилась, когда поняла, и подумала, что ошиблась, – Лана старалась не смотреть на преподавательницу.

– Нет, ты не ошиблась, – Кая улыбнулась. – Надеюсь, ты больше никому об этом не говорила?

Лана покачала головой.

– И не нужно, это очень личное. Я сама с ней поговорю.

– Да, разумеется, – Лана поджала губы, понимая, что хотела обсудить вовсе не это.

– Это все, что ты хотела мне сказать? – Кая смотрела на ученицу внимательными темными глазами. – У вас обед, ты можешь опоздать на него.

– Не страшно, – девушка повела плечом. – Здесь я стала гораздо меньше есть. Есть еще вопрос.

Кая вопросительно смотрела на Лану.

– Скажите, для чего вам нужны татуировки?

– Какие татуировки? – ментор изобразила недоумение, но Лана уже немного научилась читать настроение собеседника по вибрациям его магического Потока и видела, что удивление Каи поддельное.

– На голове, – для наглядности Лана провела рукой по своим волосам.

И вот тут уже Кая удивилась:

– Когда ты их видела? Я никогда не снимаю платка.

Лана покраснела:

– Один раз у вас платок растрепался, и я увидела…

Кая улыбнулась, хитро прищурившись, и Лана осеклась на полуслове.

– Я очень тщательно слежу за тем, чтобы голова была покрыта на людях, это строгое требование моей гильдии.

– Вашей… гильдии? – Света чувствовала, что пришла задать один щекотливый вопрос, а ответ услышит сразу на несколько.

– Гильдии ассасинов.

Кая замолчала, оценивая результат своих слов.

– Вы принадлежите к гильдии убийц? – Ланины брови взметнулись вверх. – Вы же врач.

– Да, это мое искупление. Прости, – Кая покачала головой, – но сейчас я не готова обсуждать это с тобой. Но ты хотела задать другой вопрос. Беременность Йены и мои татуировки лишь повод для отвода глаз. Задавай, а то я опоздаю на следующее занятие.

Лана набрала в грудь воздуха, словно собираясь нырнуть:

– Какие отношения вас связывают с ректором Горгороном?

Девушка думала, что ментор начнет ругаться и прогонит Лану или в лучшем случае уйдет от ответа, но она очень тепло улыбнулась, глаза ее словно засияли мягким светом:

– Так вот, когда ты увидела мои татуировки…

Лана покраснела и потупилась. Это был очень бестактный вопрос, но она должна была знать ответ.

– Нет у нас никаких отношений, просто он мужчина, а я женщина. Вот и все, – Кая игриво покачала головой. – Но, стоит признать, что в этом он хорош.

Повисла пауза. Наконец, Кая спросила очень мягким вкрадчивым голосом:

– Он тебе нравится? – затем, словно догадавшись о чем-то, подалась вперед к собеседнице, – Ты влюбилась. – Она не спрашивала, она утверждала.

Лана сквозь землю готова была провалиться со стыда. Она резко дернула головой:

– Не ваше дело!

– Не сердись, милая, – Кая все также мягко улыбалась. – В этом нет ничего дурного. Тем более, мне кажется, что он тоже к тебе неравнодушен.

– С чего вы так решили? – Лана с трудом заставила себя поднять глаза на ментора. Женщина смотрела на нее с материнской теплотой и совершенно без осуждения. И Лана расслабилась.

– Просто я вижу, как он меняется, когда говорит о тебе. Гор стал улыбаться, раньше он никогда не улыбался, – Кая вздохнула.

– Вот как? Вы разговариваете обо мне? – Лана протянула удивленно, – И мне ректор показался улыбчивым. Он все время мне улыбается.

– Я о том и толкую, – ментор ласково погладила Свету по плечу. Вздохнула, – кажется, скоро мне придется искать другого любовника. Все, беги на обед, иначе мы обе опоздаем.

***

После случившегося в библиотеке, она была временно опечатана и туда никого не пускали, потому выполнять домашние задания приходилось, сидя в своей комнате. Эта перспектива вызывала жгучее неприятие у Ланы – она знала, что Рыся тоже будет там и не хотела видеть охотницу. В последние несколько дней напряжение между ними выросло до небывалой величины: девушки не разговаривали даже по учебным вопросам, Рыся всячески избегала свою соседку, а Лана лишь удивлялась столь резкой перемене. Тем более, что в обществе Ларса она ее тоже видела нечасто, так что первоначальное предположение о влюбленности оборотня оказалось несостоятельным. Стоило поговорить с бывшей подругой, но на Лану разом свалилось столько переживаний, что она никак не могла осмелиться на еще один непростой разговор.

Немного поразмыслив, девушка решила прогуляться по внутреннему дворику – он был достаточно велик и давал возможность развеяться после учебного дня. Росшие там сосны и ели хоть были невысоки и кривы по меркам избалованного Ирлина, но все равно Лане нравились. Среди деревьев легче дышалось и лучше думалось.

Магистр Розендар, по всей видимости, разделял ее мнение, потому что в глубине лесочка Лана заметила его белую бороду. Хранитель сидел прямо на земле, привалившись спиной к изогнутому стволу горной сосны, и внимательно изучал какие-то записи, время от времени делая в них пометки. Смеркалось, и источником света чародею служил матовый магический шар, висевший над его плечом.

– Я не помешаю? – Лана приблизилась, с интересом разглядывая лежащие рядом с Розендаром книги. Хранитель даже сейчас имел доступ в библиотеку и мог выносить оттуда необходимую литературу – для себя и своих студентов.

У Ланы – увы – такой возможности не было. Читала она с умопомрачительной скоростью, ведь это был единственный доступный ей досуг помимо физических тренировок. Лана проглатывала книги по теории магии и истории магических миров одну за другой и теперь очень страдала без свежего притока литературы.

– Чем вы заняты? – не дожидаясь ответа преподавателя, девушка опустилась рядом с ним на покрытую хвоей брусчатку и попыталась заглянуть в его записи.

– Работаю, – Хранитель собрал разбросанные вокруг книги, чтобы девушке было удобнее сидеть.

– Вы всегда работаете. А над чем? – Лана улыбнулась.

Розендар вздохнул:

– Все над тем же. Пытаюсь понять, как остановить прорыв Пустоты в наш мир.

Лана погрустнела:

– И как успехи?

– Переменные, – Розендар поджал губы. – Нам нужны еще Осколки, имеющихся у нас артефактов недостаточно. Я придумал и просчитал ритуал, что может дать нам шанс на замедление Пустоты, но мне нужно больше частей Негасимого Пламени. Без него все это не имеет смысла, – Хранитель в расстроенных чувствах отбросил от себя исписанные листы, и они веером разлетелись у его ног.

– Насколько больше? – Лана непроизвольно прижала к груди лежавший во внутреннем кармане Осколок. – Один-два?

Розендар сокрушенно покачал головой:

– Больше.

– Так почему же тогда вы их не ищете?

– С чего ты так решила? – старик строго посмотрел на ученицу. – Ищем. Но тех, кто может видеть Осколки Негасимого Пламени, и раньше было не так уж много. А в свете последних событий многие из них пожелали вернуться в родные миры, и теперь искать вообще почти некому. – Пробормотал, словно, задумавшись, – Конечно, если бы Гор мог видеть Осколки, нам было бы значительно легче…

Внезапно он осекся, словно, сказал что-то лишнее.

– Но он же может их чувствовать, – Лана протянула неуверенно.

– Откуда ты знаешь? – Хранитель удивленно уставился на ученицу, а та пожала плечами:

– Он сам так сказал. Так, быть может, вместе с каким-нибудь оборотнем, с тем же Ларсом, например, у них было бы больше шансов отыскать артефакт. Ректор – сильный маг.

– Да… – первый Хранитель принялся задумчиво теребить бороду, – я не знал о том, что он чует Пламя. Интересно… – он прищурился и посмотрел на Лану с каким-то странным выражением, от которого она смутилась и покраснела.

Повисла пауза и чтобы как-то загладить неловкость, Розендар начал складывать разбросанные книги и записи.

– В ближайшие дни планируется новая вылазка за Осколками, и, я думаю, ректор возьмет с собой кого-то из вашего класса. Ларса точно, возможно, кого-то еще, – Хранитель снова посмотрел на Лану. – Ты готова отправиться на поиски Осколков Негасимого Пламени?

Девушка пожала плечами:

– Ваш мир умирает. И если это единственный способ его спасти, разве у меня есть выбор?

– Как говорил один из королей прошлого, – Розендар наставительно поднял палец, – выбор есть всегда.

– Я теперь не могу вернуться домой, так что у меня он не особенно велик, – Лана вздохнула.

– Да, действительно, – Розендар с сочувствием посмотрел на собеседницу.

Девушка, вдруг вспомнив об утреннем разговоре с Ирлином, нахмурилась:

– Магистр Розендар, я должна вас предупредить. Ирлин задумал какую-то пакость.

– Этот может, – Хранитель, казалось, даже не удивился.

Лана продолжала:

– Ему не понравилось, как вы отреагировали на новость о драконе в горах, и теперь он хочет решить эту проблему своими силами.

– Проблему? – Розендар удивленно посмотрел на Лану. – Скажи, девочка моя, ты действительно видела в горах дракона?

Лана, удивленная неожиданным обращением, кивнула и улыбнулась:

– Он спас меня…

– Ты считаешь его проблемой? – Хранитель продолжал буравить свою ученицу проницательным взглядом.

Она смутилась и помотала головой:

– Его – нет, а вот намерение Ирлина – да.

Розендар кивнул:

– Ты мыслишь правильно. Спасибо тебе за участие, но этот сопляк ничего нам не сделает. Такие, как он, любят пускать пыль в глаза и делать работу чужими руками. Не бойся, все будет хорошо, – Хранитель улыбнулся, – но от лорда из дома Коннери лучше держись подальше. И никому больше не рассказывай о драконе, – Розендар подмигнул Лане.

Девушка вздохнула:

– У вас у всех здесь одни сплошные тайны.

– На то мы и магическая Академия, а я ее Первый Хранитель, – Розендар довольно улыбнулся.

– А почему вас называют Первым Хранителем? – Лана тут же воспользовалась возможностью задать вопрос.

– Хранителем меня называют, потому что я всегда среди тех, кто принимает на себя удар Пустоты во время атаки, подобной той, что случилась недавно, – Розендар нахмурился, отчего его лицо покрылось сеточкой глубоких морщин, разом прибавив ему возраста.

– А вам не тяжело держать эти удары? – Света с сомнением покосилась на длинную белую бороду чародея. Он, конечно, выглядел крепким, но лет ему явно было немало.

– Почему мне должно быть тяжело? – чародей искренне удивился вопросу.

Лана смущенно отвела глаза:

– Ну, вы самый старший преподаватель в Академии, а войны удел молодых.

Морщинки на лице Розендара враз разгладились и он рассмеялся. Успокоившись, проговорил:

– Во-первых, магистр Горгорон намного старше меня.

У Ланы вытянулось лицо, отчего Розендар снова развеселился. Девушка пробормотала себе под нос:

– А по нему и не скажешь. Всего-то одна седая прядь в волосах.

– Внешность бывает обманчива, – Хранитель таинственно усмехнулся. – И потом, чем старше человеческий волшебник, тем он опытнее и сильнее. Так что нет, мне не тяжело, – он вздохнул и враз стал серьезным, – хотя без Гора мы бы не справились, и наш мир давно бы утонул в Ничто.

– А кто тогда второй и третий Хранитель? – Лана решила задать сегодня столько вопросов, сколько успеет, пока не надоест Розендару. Не так часто выпадает возможность поговорить с настоящим волшебником без лишних ушей.

– Вторыми по силе магического Потока в Академии считаются Аэлар и Кая, а третьего нет, остальные примерно равны. Но все мы, разумеется, уступаем ректору. Ты же ведь чувствуешь его силу, да, Лана?

Лана кивнула:

– Да. Я чувствую, что он гораздо сильнее любого мага в Академии. А еще я чувствую, что он чем-то очень отличается от остальных, и это не ширина магического Потока. Но не могу понять, чем именно.

– Пожалуй, хватит на сегодня разговоров, я устал. – Розендар улыбнулся, глянув на стопку лежавших рядом с ним книг, – Ты так и косишься на мои книги по истории. Скучаешь по библиотеке? Хочешь почитать?

По искренней радости, скользнувшей по лицу Ланы, Хранитель понял ответ без слов:

– Только вернуть не забудь.

***

Лана любила уроки истории магии, но не любила историка, падкого на девичью красоту. Тео привечал ее больше остальных: девушка была не только мила, но еще и сообразительна, в отличие от своих одноклассниц. Рыся принципиально не хотела учить скучный, по ее мнению, предмет, Йена считала его ненужным для себя, и потому обе выражали показательное пренебрежение, как к самой истории, так и к историку.

Тео был невысоким худеньким мужчиной. В своем мире Лана дала бы ему лет сорок пять – пятьдесят, но здесь, в мире магической Академии, а в особенности после слов Розендара, она затруднялась определить его возраст. Историк имел простоватое лицо с редкой, но аккуратно подстриженной бородкой, смешные усы, которые постоянно топорщились на его верхней губой, и маленькие, но очень умные глазки. И он явно был неравнодушен к Лане.

Девушка отвечала на каждом занятии, благо для нее это не составляло особого труда: она с легкостью запоминала даты по чужому летоисчислению, невероятные с точки зрения обывателя события – войны между удивительными сказочными расами, противостояния могущественных волшебников, череду королей-чародеев…

Вот и сейчас Лана стояла возле висевшей на доске карты и короткой указкой отмечала на ней те области, об истории которых рассказывала. Тео терся возле нее с совершенно недопустимой для преподавателя развязностью, словно позабыв, что они на уроке на всеобщем обозрении. Он так и норовил погладить ее руку с указкой, которая, по его мнению, оказывалась чуть выше или чуть ниже необходимого, прижать боком к карте, якобы намереваясь исправить неточность, а то и вовсе передвинуть ученицу в сторону, положив руку на ее талию, едва не задевая пальцами то, что располагалось ниже. Ирлин смотрел на телодвижения историка, молча скрежеща зубами, Йена тихонько хихикала в кулак, то и дело шепча замечания на ухо Бруно. Лана чувствовала себя очень неуютно, словно обезьянка, выпущенная на потеху толпе. Девушка не знала, как себя вести: продолжать ответ, не обращая внимания на навязчивые приставания преподавателя, или сделать ему замечание? Или вообще покинуть класс?

Ее мучения прервал тихий скрип открывающейся двери:

– Мастер Тео, мне кажется, в вашем классе отсутствует рабочий настрой.

Лана просияла, обернувшись на вошедшего. Ректор не мог видеть творимое Тео безобразие, но наверняка хорошо чувствовал ее смятение, его похоть и распущенность прочих учеников.

– Поэтому я украду немного вашего учебного времени – все равно никто от этого не пострадает, – Горгорон решительно подошел к доске, заставив Тео посторониться. – Лана, присядь на свое место.

Девушка благодарно улыбнулась, но тут же поджала губы. Все равно он не мог видеть ее улыбки.

– Господа студенты, без лишних предисловий. Я собираю команду для поиска артефактов. Думаю, что после недавних событий вам не нужно объяснять, насколько это нам необходимо. У меня есть пожелания к составу группы, но, быть может, кто-то хочет принять участие по своей инициативе?

Лана затаила дыхание – в воздух поднялось пять рук. Единственным, кто не горел желанием отправляться на поиски, оказался Бруно. Юноша неуютно поводил плечами, видя, что оказался в одиночестве, но решения своего не изменил.

– Все, кроме лорда Бруно, – Тео негромко прокомментировал результат.

– Прекрасно, – Гор улыбнулся, – благодарю вас, но всех я не возьму. Со мной отправятся Ларс, Ирлин, Рыся и Лана.

Сердце Ланы дало осечку и принялось выбивать бешеный ритм. Он выбрал ее! Горящими глазами она смотрела на Горгорона и лишь только надеялась, что он чувствует ее внимание, нацеленное на него.

– А как же я?!! – возмущению Йены не было предела.

– А вам, юная леди, сейчас лучше избегать подобных мероприятий и впредь вести себя спокойнее, – ректор дернул уголками губ, изобразив улыбку.

Повисла неловкая пауза, и Лана заметила, как налились краской щеки Йены. Гор, наверняка, чувствовал, что она носит в себе ребенка, и потому не взял ее в команду, хотя пользы от нее было бы больше, чем от Ланы.

– Разумеется, вы освобождаетесь от занятий на все время поисков.

– А как долго они продлятся? – Лана задала вопрос, надеясь, что голос не выдал ее волнения.

– Сложно сказать, – Гор покачал головой. – Бывало по-разному: от нескольких дней и дольше.

– У меня тоже вопрос, ректор, – Ирлин недобро прищурился. – Как мы покинем наш мир, ведь Облачная дверь запечатана?

– Облачная дверь запечатана не полностью, – Горгорон стоял, не шевелясь и не меняя положения головы, – тот ее сегмент, что нам необходим, совершенно свободен.

– Мы пойдем через библиотеку? – аристократ не успокаивался.

Ректор кивнул:

– Вас это пугает? Если так, я могу найти другого кандидата, хотя мне бы хотелось проверить вас на настоящей работе.

Ирлин побледнел. Признаться в трусости – немыслимый позор для представителя знатного рода:

– Меня лишь интересуют технические моменты, – он процедил сквозь зубы.

– Всю необходимую информацию я дам вам сегодня после ужина. Жду всех четверых в ректорской. До встречи, господа студенты. Мастер Тео, – ректор качнул подбородком в сторону историка и неторопливо покинул аудиторию, постукивая посохом.