Глава 13
Ирина правильно сделала, что не стала примерять подарки Джулиана в его присутствии. Зато, когда он заехал за ней, чтобы отправиться на благотворительный бал и увидел Ирину во всей красоте, его реакция не заставила долго ждать.
– Ирина…. Ты выглядишь сногсшибательно!..
Ирина довольно улыбнулась.
Она в этом не сомневалась.
Джулиан тоже выглядел неотразимо в светло-коричневом фраке. Они будут красивой парой.
Они уже выходили из квартиры, когда зазвонил телефон. Ирина удивленно посмотрела на аппарат. Кто бы мог её беспокоить в такой час?
– Я на минутку.
– Хорошо. Я буду ждать тебя около машины.
Джулиан легонько поцеловал её в щеку и пружинистой походкой стал удаляться по коридору. Ирина подошла к телефону с мыслью, что плохая примета возвращаться с порога. Надо будет не забыть посмотреться в зеркало.
– Слушаю.
– Привет.
Игорь очень редко звонил ей на эту квартиру, но его голос она могла узнать среди тысячи.
– О, Игорь, здравствуй! – громко воскликнула она и тотчас, спохватившись, убавила тон: – С тобой рядом нет Аманды? Как мне лучше тебя называть?
Игорь насмешливо засмеялся.
– Как тебе больше нравиться, так и называй меня, Ириш.
– Я безумно рада тебя слышать! – искренне призналась она. – Я хотела завтра приехать к тебе! Как-никак скоро Рождество! У меня для тебя есть подарок.
– Вручишь его чуть позже. Ты же знаешь, я не признаю Рождества, предпочитаю наш Новый Год. Я звоню тебе сказать, что завтра утром у нас с Амандой самолет. Ей всё-таки удалось уговорить меня.
– Так ты уезжаешь в Чикаго?
Ирине бы порадоваться за Игоря, а она неожиданно почувствовала легкую грусть. Что это – ностальгия по несбывшимся мечтам? Только этого не хватало! У неё впереди жизнь, которая, как нельзя лучше её устраивала!
У неё красивый богатый, а главное любящий мужчина! Она отвечает ему взаимностью! Не сегодня-завтра он сделает ей предложение, в этом она не сомневалась! Что ещё нужно для полного счастья?
– Да.
– И на долго?
– На две недели.
– Игорь, это просто отлично! Я искренне рада за тебя! – Ирина постаралась, чтобы интонация её голоса совпадала со словами. – Передавай Аманде мои наилучшие пожелания. Я, надеюсь, вы отлично проведете время.
Игорь что-то проворчал в трубку, она не расслышала, но переспрашивать не стала.
– Своим звонком я не отрываю тебя от важных дел? Маккинзи не у тебя?
Ирина бросила тревожный взгляд на часы, и поняла, что если она не поторопиться, то они с Джулианом могут опоздать. А на такие мероприятия приходить с опозданием – дурной тон. Ей не хотелось подводить Джулиана.
– Мы с Джулианом собираемся на благотворительный прием. Твой звонок застал меня в дверях.
– Тогда я не смею вас больше задерживать! – шутливо отрапортовал Игорь. – Приятного вечера!
– Спасибо.
Ирина уже готова была положить трубку, но окрик Игоря задержал её:
– Ирина, постой!
– Да?
– Скажи…. Ты будешь скучать обо мне?
– Конечно, буду! – воскликнула Ирина и быстро попрощалась.
Только потом она догадалась, что Игорь вкладывал в свой вопрос иной, более глубокий смысл.
Но сейчас ей было не до рассуждений.
Она, как сулила примета, посмотрелась напоследок в зеркало и поспешила закрыть квартиру. Её каблучки задорно стучали по паркету, когда она спешила к Джулиану. И к новой жизни.
Через час они были на месте. Ирина постаралась расслабиться и приказала себе не волноваться. Никто не должен заметить, что она нервничает. У знакомых Джулиана должно создаться впечатление, что присутствие на подобных мероприятиях для неё привычное дело. Она только сильнее прижалась к своему мужчине. Джулиан подбадривающи улыбнулся.
– Боишься?
– Немного.
– Ничего не бойся. Я уверен, ты справишься. К тому же, ты со мной. Тебя никто не посмеет обидеть.
– Я знаю, Джулиан, я знаю….
Ирина никогда раньше не приходилось видеть в одном месте столько богатых людей. Украшения и дорогие костюмы говорили сами за себя. Но не это больше всего поразило Ирину. На лицах этих людей была написана власть. Они были хозяевами жизни, и воспринимали своё положение, как должное.
У Ирины неприятно кольнуло в сердце, и она почувствовала легкое раздражение. На одно мгновение в голове промелькнула шальная мысль: а что она тут делает? Не лучше ли было провезти вечер в кругу семьи или друзей?
Но потом она с горечью вспомнила, что семьи у неё нет. А друзьям она предпочитала легкие приятельские отношения, не обязывающие ни к чему. Друзей ты можешь захотеть пустить в сердце, перед ними ты раскроешь душу, а подобную роскошь Ирина до сих пор себе позволить не могла.
Хотя не понимала почему.
Прошлое навсегда осталось за океаном.
Их тотчас окружили незнакомые люди. Джулиан со всеми приветливо здоровался и находил тему для разговора. Ирина улыбалась, отвечала на какие-то ничего не значащие вопросы и даже не пыталась запомнить имена людей, мелькающих перед ней.
Её вдруг это показалось не важным.
Они прошли к их столику. Их соседями оказалась семейная пара шестидесяти лет. Некие Деверо. Джулиан улучил момент и шепнул на ушко Ирины, что Деверо из Техаса, занимаются нефтью. Ирина нашла их приятными людьми. В глубине души она порадовалась, что их соседями не оказался кто-то, похожий на Джудит Кренц.
Начался аукцион.
На лот выставлялись картины импрессионистов, любезно предоставленные благотворителями из частных коллекций.
Ирина расслабилась, взяла бокал шампанского и погрузилась в свой мир.
Ее на самом деле не интересовало, что происходило вокруг. Последние месяцы она стремилась познакомиться со знакомыми Джулиана и попасть в его общество, а когда это произошло, она поняла, что зря суетилась. Ничего интересного. По крайней мере, для нее.
Она заметила, что большинство женщин сидят с такими же скучающими лицами, как и она. Когда к ним кто-то обращался из присутствующих, они тотчас оживали или делали вид, что заинтересовались. Мужчины торговались за понравившиеся лоты, соревнуясь не за картину или антиквариат, они показывали окружающим, насколько могущественны и богаты.
Джулиан не принимал участие в торгах. Ирина заметила, что он в очередной раз внимательно осмотрел зал, точно кого-то искал.
– Дорогой, ты кого-то ждешь? – шепотом поинтересовалась она, наклонившись к нему.
Он кивнул.
– Помнишь, я на курорте встречался с одним человеком?
– На приеме у мисс Кренц?
Снова кивок.
– И сегодня ты снова должен увидится с мистером Смитом? – уточнила Ирина.
– Милая, прошу, не обижайся на меня. Порой, самые важные вопросы решаются именно на таких мероприятиях.
– Я всё понимаю.
Он сжал её руку.
– Я так и думал.
Объявили перерыв, и Ирина вздохнула с облегчением. Ей стало душно. От выпитого шампанского слегка кружилась голова, но оно было столь вкусным, что она потянулась за очередным бокалом. Ей следовало плотно поужинать, прежде чем отправляться на прием, а она очень сильно волновалась, и просто не смогла в себя запихать кусок. Она совсем забыла, что на подобных мероприятиях не принято обильно кушать. Что ж, если она немного захмелеет, ничего страшного не случиться.
К ним подошёл хозяин вечера с женой.
– Джулиан, у тебя очаровательная спутница, – промурлыкала высокая худая блондинка.
Джулиан не без гордости притянул Ирину к себе. Его рука по-хозяйски обнимала её за талию.
– Я знаю.
– Я давно не видела твоего отца? Он на нас за что-то обиделся? Мы ему тоже отсылали приглашение.
– О чем вы говорите? Конечно, нет! Он немного заболел, простыл, и предпочел отлежаться дома.
– О! Извини. Я не знала. Передай ему наши пожелания скорейшего выздоровления.
– Непременно.
Хозяева вечера направились к другим гостям, и Ирина попросила:
– Джулиан, а можно куда-то выйти? Мне хочется подышать свежим воздухом. Как-то душно.
– Тебе не здоровиться?
– Нет, всё нормально.
– Давай я тебя провожу на веранду.
– Спасибо.
Они подошли к высоким стеклянным дверям, и вышли из шумного душного зала. Ирина не заметила, как вздохнула с облегчением. С ней творилось что-то непонятное, и это настораживало её. Неужели она заболела? Ей бы не хотелось провести рождественские праздники в кровати.
– Так лучше? – обеспокоено поинтересовался Джулиан, и она мысленно поблагодарила его. В последнее время она особенно начала ценить их отношения.
– Джулиан, тебе не обязательно оставаться со мной, – с мягкой улыбкой произнесла она и прикоснулась к его животу. – Тебе необходимо встретиться с мистером Смитом, поэтому ступай в зал.
– Но….
Было видно, что Джулиан колеблется.
– Не надо возражать. Я знаю, как тебе важны политические дела отца, поэтому…. А за меня не переживай. Я найду укромное местечко, посижу в тишине полчасика и вернусь к тебе. Если что, я буду ждать тебя за столиком.
– Ты прелесть!
Джулиан вышел с веранды, а Ирина подошла к высоким перилам. Как же хорошо оказаться в одиночестве! Слабая улыбка коснулась её губ. Пусть мужчины решают свои проблемы, она давно поняла, что миром правят именно они. А что остается женщинам? Просто радоваться жизни.
Что Ирина и собиралась делать ближайшие пятьдесят лет.
Послышался звук открывающейся двери. Вернулся Джулиан? Не захотел её оставлять одну? В глубине души Ирине была приятная подобная забота.
Она обернулась и замерла. Её ожидал сюрприз.
Около двери, лениво прислонившись к стене, стоял Николас Саммерс и с уже привычной циничной улыбкой наблюдал за реакцией Ирины. В руках он держал два бокала и бутылку шампанского.
Девушка нахмурилась.
– Мистер Саммерс….
– К чему фамильярность, мисс Поленски? Я был бы счастлив называть вас Ириной.
У Ирины неожиданно подогнулись колени, она повернулась спиной к мужчине и сильнее вцепилась тонкими пальчиками в периллы. Она не понимала своей реакции на присутствие этого мужчины. В нем было слишком много…плотского, что ли. Или истинно мужского. Ирина не могла определить.
Послышались шаги, и Ирина скорее почувствовала, как Саммерс встал за её спиной.
– Зря Джулиан оставляет тебя одну, – глухо проворчал он, и в его тоне послышалось легкое раздражение.
У Ирины по спине побежали мурашки.
– Мы уже на «ты»? – как можно холоднее постаралась сказать она.
– Ирина, я больше не хочу играть в глупые игры.
– О чем вы?
– О том, что я весь вечер наблюдал за вами и ждал момента, когда Маккинзи уберется подальше!
– А я вас не видела….
Послышался хрипловатый смех, и горячее дыхание обожгло шею Ирины.
– Я так и подумал! В противном случае, ты бы убежала от меня, как делала это раньше!
– Мы ведем с вами бессмысленный разговор. К тому же, мне он не нравиться.
Её слова были проигнорированы.
– Я заметил, что у тебя пустой бокал. Если ты мне поможешь, я наполню и твой и свой.
Ирина только сейчас заметила, что она выпила игристый напиток. А во рту пересохло. Конечно, можно было вернуться в зал, но что-то Ирину удержало, остановило.
Она снова молча повернулась к Николасу и встретилась с ним взглядом. Это было ошибкой. У Саммерса были очень выразительные глаза, и сейчас в них пылало пламя.
– Хорошо, я подержу бокалы, – как-то глухо бросила Ирина.
Саммерс ловко открыл шампанское и разлил пенистую жидкость по бокалам. Бутылку он поставил на пол.
Ирина с жадностью сделала несколько глотков, и почувствовала, что ей становится легче.
Смотреть и находиться с Саммерсом рядом, не было сил, и она отошла в сторону. Он нервировал её.
Николас снова хрипло засмеялся.
– Ты – удивительно красива и удивительно недоступна. Бежишь от меня, как от прокаженного.
– Я хочу побыть одна. Уйди.
Она тоже больше не церемонилась.
– Не могу.
Его страстный шепот лишил Ирину остатка сил, и она в изнеможении прикрыла глаза. Николас подошёл к ней вплотную, она почувствовала, как его длинные ноги прикоснулись к её бедрам, а терпкий одеколон заполнил всё пространство вокруг.
Бокал с шампанским исчез из её рук, она не стала протестовать. Звуки, доносившиеся из банкетного зала, были очень слабы, и Ирина догадалась, что ушла далеко. Ей стало смешно, и она крепче сжала зубы. Ещё не хватало, чтобы с ней случилась истерика.
– Ирина, ты сводишь меня с ума….
– Нет….
– Да….
Теплые руки мужчины скользнули по её бедрам, вызвав у Ирины дрожь. Её тело отказывалось повиноваться разуму, который кричал – оттолкни, уйди к гостям, убеги….
Ничто не могло остановить её. И его.
Горячие мужские губы прикоснулись к обнаженной шее, а большие требовательные руки проникли под край платья и жадно прикоснулись к обнаженным ягодицам. Ирину точно пронзило током, ей стало не хватать воздуха. Страсть, дикая, первобытная, так долго дремавшая в ней, проснулась разом и накрыла её гигантской волной.
Девушка пошатнулась и тотчас нашла опору в виде тела Николаса. Она пальцами вцепилась в ткань его фрака и сжала руки в кулаки. Её ни сколько не волновало, что их могут увидеть, окружающий мир перестал существовать.
Был только мужчина, которого она хотела.
Его руки и тело требовали большего, и она с радостью давала. Он что-то говорил, шептал ей на ушко, покусывая его, но она ничего не слышала. Её тело раскрылось ему навстречу, и когда он проник в неё, она радостно вскрикнула. Её страсть граничила с отчаянием, она задыхалась, но подалась ему навстречу.
Он входил в неё, крепко прижимая упругие бедра, из его горла вырывались приглушенные стоны, а она перегнулась через перила, чтобы сильнее ощущать его толчки.
И не было силы, способной остановить их….
Ирине казалось, что прекрати сейчас Николас двигаться, не получи она освобождения, у неё не выдержит сердце. Она кусала губы до крови, чтобы не кричать от восторга….
…..После того, как Николас в последнем толчке приник к ней, а она, дрожа, пыталась устоять на ногах и не рухнуть на пол, они медленно стали приходить в себя.
Он вышел из неё, и Ирина услышала, как он начал приводить одежду в порядок. А она так и стояла с обнаженными бедрами. Она ещё до конца не поняла, что произошло. Её тело до сих пор подрагивало от обрушившегося на неё оргазма.
Она никогда не испытывала ничего подобного с Джулианом.
Джулиан….. Господи!
Мысль об этом человеке отрезвила её и отрезвила. Она лихорадочно принялась приводить себя в порядок, стараясь не смотреть на Саммерса.
Слишком свежи были ощущения.
– Если ты думаешь, что я буду извиняться, то глубоко заблуждаешься.
Его слова всё-таки заставили посмотреть на него.
Он выглядел, как всегда. Небрежность, образовавшаяся от страсти, нисколько не выдавала его.
– Мне не нужны твои извинения.
Его глаза прищурились.
– Тебе было очень хорошо со мной.
Он не спрашивал, он утверждал.
Ирина ничего не собиралась говорить. И он это понял.
Он сделал шаг к ней навстречу, но натолкнулся на поднятую руку.
– Лучше не подходи, – она говорила абсолютно серьезно.
Ей было необходимо, чтобы он ушёл. Её нервы были натянуты, точно тетива. Ещё чуть-чуть, и они не выдержат.
– Мы всё равно ещё встретимся, малышка, и не раз. И ты это знаешь. А если тебе понадобиться вот это, – он откуда-то выудил её трусики, – ты легко сможешь найти меня, позвонив в мою контору.
С этими словами, Саммерс развернулся и вышел, оставив опустошенную Ирину одну.
А она стояла и не знала: отчего её сердце заходит в бешеном ритме – оттого, что она испытала, или от совершенного ею предательства.
Прежде чем вернуться в банкетный зал, Ирина попыталась успокоиться, но у неё ничего не получилось. Чем больше проходило времени, тем хуже ей становилось.
Джулиана она обнаружила за столиком. Он разговаривал с незнакомым мужчиной лет шестидесяти. Ирина остановилась в паре метрах от столика и стала ждать, когда Джулиан заметит его. Подходить и объясняться прилюдно у неё не хватило смелости.
Наконец-то Джулиан заметил Ирину, нахмурился, что-то сказал мужчине и направился к ней.
– Ирина, что случилось? На тебе нет лица!
– Мне надо домой, – только и смогла вымолвить она. – Мне плохо. Кажется, это грипп. Джулиан, прости, я испортила тебе вечер. Но ты не волнуйся, я вызову такси….
– Никакого такси. Я сам отвезу тебя.
– Джулиан, не стоит беспокоиться….
– Ирина, пошли. Я успею ещё вернуться.
Он поддержал её за локоть.
– Ты вся дрожишь. У тебя температура?
– Не знаю.
– Надо срочно вызвать врача!
Ирине не было никакого дела до врача. Ей хотелось только одного – остаться одной.
В машине она молчала, кутаясь в шубу. Её тошнило.
Дорога казалась бесконечной.
Джулиан помог ей выбраться из машины и уже намеревался подняться в квартиру вместе с Ириной, когда та решительно остановилась:
– Джулиан, мне уже лучше. Тебе не стоит подниматься.
Она не видела выражением его лица, но могла предположить, что её слова его не обрадовали.
– Со мной всё в порядке. Мне уже лучше, – снова повторила она, собрав остатки сил душевных и физических.
– Почему мне кажется, что ты меня обманываешь? Я же вижу, что тебе плохо! Ирина, я ничего не хочу слышать….
Она подошла к нему вплотную и положила руки на грудь. Поднялся ветер, на улице резко похолодало, но она не замечала ничего вокруг.
– Это я ничего не хочу слышать. Джулиан, я сейчас приму лекарство, приготовлю молоко с медом, после чего заберусь в теплую кровать. Если мне станет хуже, я тебе позвоню.
Джулиан колебался.
– Ты обещаешь?
– Обещаю.
Он с нежностью поцеловал её и, направившись к машине, крикнул:
– Я буду ждать звонка.
Ирина кивнула.
Она не стала ждать, когда он отъедет. На негнущихся ногах она кое-как добралась до лифта, поднялась на свой этаж и дошла до квартиры. Она два раза уронила ключ, пока пыталась открыть дверь.
Дрожь усиливалась.
– Да что такое….
Наконец, дверь с глухим хлопком закрылась за ней. Ирина прислонилась к стене и постаралась сделать несколько глубоких вздохов, но в груди образовывалась боль, точно в неё воткнули нож.
Ей стало жарко, и она скинула шубу прямо на пол.
Что она наделала….
Ирина с ненавистью стала срывать с себя одежду, ей было невыносимо оставаться в ней. Она споткнулась, высокий каблук с треском надломился, и Ирина, не удержавшись, упала. Из её горла вырвался полустон-полухрип.
– Шлюха….
Из глаз потекли слезы, она дрожащей рукой размазала их вместе с косметикой по щекам. Ей удалось встать на колени, а потом подняться.
Она хотела видеть своё лицо.
Опираясь о стены, она добралась до ванной и толчком открыла дверь. То, что она увидела, заставило её истерически засмеяться.
Полностью обнаженная, со следами спермы на бедрах, с грудями, покрытыми мелкими синяками и с горящими глазами, она с ненавистью смотрела на своё отражение.
А потом подняла руку и хлестнула себя по щеке.
И ещё раз.
И ещё.
– Шалава!.. Дрянь!..Шлюха подзаборная….
Ирина даже не осознавала, что говорит по-русски. Ей хотелось уничтожить себя.
Тихий плач перерос в рыдание, и она медленно опустилась на коврик, цепляясь пальцами за холодные бортики ванны.
Как она могла?…. Неужели жизнь её ничему не научила….
– Мамочка….
Впервые за долги годы она позволила себе вспомнить матушку. Потому что сейчас ей отчаянно захотелось прижаться к материнской груди, выплакаться, рассказать о своих ненастьях, поделиться тем, что накопилось на душе. Мамочка простит…. Мамочка поймет…. Мамочка никогда-никогда не осудит….
Но мамочки рядом не было. Ирина даже не знала, жива ли Екатерина Акимчева, свободна ли, или уже покоиться с миром где-то на Калыме.
Боль нарастала, Ирине хотелось ногтями разодрать грудную клетку и навеки избавиться от этой боли. Она подавилась рыданием и зашлась в кашле, согнулась пополам.
Неужели в ней не осталось ничего человеческого?
Она трахалась с Николасом, как самка при течке! Увидела кобеля и задрала юбку, млея от восторга! А то, что она млела – не вызывало сомнений. А главное – как! Такого дикого восторга от секса Ирина никогда не получала! Да и когда….
В стенах следственного изолятора прикажете учиться страсти? Или когда чужие мужики насильно берет тебя? Сейчас, на холодном полу, она вспомнила ночи и с Бехтеревым и с Затмитским…. Вот они, эти двое, говорили, что любят её! Жертвовали ради неё собой, желали ей счастья! Но по своему. Чтобы она была рядом, по первому требованию развлекала их и раздвигала ноги и не смела пикнуть, рта открыть!
– Не…ненавижу….
Ирина выплюнула это слово и ударила кулаком по ванне. Она даже не почувствовала физической боли от удара по металлу.
Боль моральная была сильнее.
Она чувствовала себя грязной проституткой. Как она завтра сможет посмотреть в глаза Джулиану? А то, что посмотреть придется, она не сомневалась. Он обязательно завтра придет, чтобы узнать, как у неё здоровье и поинтересоваться, не нужна ли его помощь.
Ирина снова громко застонала. Рыдание сотрясли её хрупкое тело с новой силой.
Она не помнила, как уснула на полу в ванной. Только проснулась от ощущения холода. Она с трудом открыла глаза. Сколько сейчас времени?
Ирина кое-как встала на ноги.
Хватит убиваться. Что сделано, то сделано. Прошлого не воротишь. Значит, тому суждено было случиться. С некоторых пор она стала фаталисткой. От Судьбы не убежишь, что написано тебе на роду, то и случиться.
Часы показывали начало четвертого. У неё есть время до утра, чтобы немного отоспаться, а потом привести себя в порядок. Она усталым взглядом окинула гору одежду около двери. Потом….
И как была в украшениях, упала на кровать.
В следующий раз она проснулась в восемь. Тело невыносимо болело. Почему бы это? Вставать не хотелось, но Ирина себя заставила. Она, босиком, прошла на кухню, и налив себе немного виски, залпом выпила горячительную жидкость. Виски – был любимым напитком Джулиана, и она всегда заботилась, чтобы он был у неё в баре.
Она некоторое время посидела на кухне, уставившись в одну точку на стене. По мере того, как алкоголь проникал в кровь, ей становилось лучше. Если так пойдет дальше, она сопьется. Только этого счастья ей не хватало.
Пора брать себя в руки.
Она приняла контрастный душ и почистила зубы. Ну, вот, теперь совсем иное дело.
Накинув на голое тело халат, Ирина принялась за уборку. Её немного покачивало из стороны в сторону, чувствовалась слабость. Видимо, сказывало то, что она давно не ела. Надо попить кофе с бутербродами.
После того, как шуба и роскошное платье заняли свои места на полке в шкафу, Ирина подошла к столику, где утром положила ожерелье с браслетом. Её губ коснулась невеселая улыбка. Н-да….
Чуть позже она набрала номер Джулиана. Трубку взяла женщина, и Ирина попросила пригласить Джулиана.
– Да, слушаю, – его голос был бодрым. Видимо, он тоже проснулся рано.
– Ты можешь ко мне приехать? – поинтересовалась Ирина, не представившись.
Он должен узнавать её голос среди тысяч других.
– Ирина, да, конечно. Уже выезжаю! – тотчас воскликнул он и поспешно добавил: – Как ты себя чувствуешь? Может быть, тебе всё-таки следует обратиться к врачу? У нас есть превосходный семейный врач, который….
Ирина прервала его.
– Джулиан, я хочу тебя видеть.
Видимо, было в её тоне нечто, что заставило Джулиана замолчать.
– Еду.
Ирина не стала одеваться к его приходу.
Она придирчивым взглядом осмотрела квартиру и отправилась на кухню делать очередную порцию кофе.
Джулиан прибыл достаточно быстро и своим ключом открыл дверь.
– Ирина?! – взволнованно позвал он.
Она вышла с кухни.
– Привет.
В отличие от неё, Джулиан выглядел свежим и отдохнувшим. На нем были светлые брюки и свитер, поверх он накинул теплую меховую куртку.
Взгляд Ирины внимательно скользнул по мужчине и задержался на его лице. Она растерялась и впервые не знала, что ему сказать. Картины вчерашнего вечера по-прежнему преследовали её.
– Ты очень бледная, – заметил Джулиан, торопливо скидывая куртку и проходя в комнату. – Ты температуру с утра измеряла?
– У меня нет гриппа, – призналась Ирина и повесила куртку. Ей необходимо было занять себя хоть чем-то.
– И всё равно твоё самочувствие меня очень тревожит!
– Чем закончился вчерашний прием? – Ирина попыталась перевести тему разговора. Ей не хотелось говорить про себя. – Ты встретился с мистером Смитом?
Джулиан подошёл к ней, развернул Ирину к себе лицом и заглянул в дорогие его сердцу глаза.
– Ирина, я тебя не узнаю. Ты какая-то странная. Вчера сорвалась с вечера, на который, как мне казалось, была счастлива пойти. Твоё настроение меняется ежеминутно. То ты ссылаешься на недомогания, то утверждаешь, что с тобой всё в порядке. Я не могу понять, что с тобой происходит, и это очень меня беспокоит, если не сказать больше.
– Не стоит, Джулиан, скоро всё пройдет. Просто побудь рядом со мной, хорошо? Ты завтракать будешь?
Джулиан отрицательно покачал головой, и его пальцы, на плечах Ирины сжались сильнее.
– А, может быть, у твоего недомогания есть другая причина?
Ирина с недоумением посмотрела на него и нахмурилась. Глаза мужчины с потаенной надеждой смотрели на неё, ей даже показалось, что Джулиан задержал дыхание.
– Я не понимаю о чем ты? Какая другая причина может быть у меня?
Джулиан ласково улыбнулся и сказал всего одно слово:
– Беременность.
И Ирина не выдержала. Она резко скинула руки Джулиана и зло бросила ему в лицо:
– Я не беременна!
Тот нахмурился.
– Почему ты в этом так уверена? Все признаки указывают на то….
– На что? На что?! – в её голосе послышались истерические нотки, она хотела сдержаться, не устраивать скандала, но это было выше её сил. Слишком много навалилось разом. – Господи, Джулиан, ты что – акушер-гинеколог, чтобы разбираться в причинах беременности? Или у тебя большой опыт по общению с беременными женщинами? Откуда ты можешь такое утверждать?! Я не беременна! Слышишь ты меня или нет?! Я не беременна и никогда не смогу забеременеть! Я бесплодна! У меня не может быть детей!
Ну, вот. Роковые слова произнесены. Назад пути не будет.
Лицо Джулиана потемнело, глаза яростно прищурились.
– И давно ты об этом знаешь?! – требовательно спросил он.
– Давно.
– Поэтому ты никогда не предохранялась со мной?
– Да! – закричала Ирина.
Джулиан резко отвернулся и прошёл к окну, облокотился на подоконник. Его плечи разом поникли.
Ирине хотелось закричать ещё громче: «Да скажи хоть слово! Утешь меня?!» Но она промолчала, молчал и Джулиан.
Она знала, что когда-никогда, но этот разговор состоится. В глубине души у неё жила надежда, что всё обойдется, и Джулиана новость о её не способности забеременеть, конечно, расстроит, но он как-то иначе отреагирует на неё. А тут он в одночасье отдалился от Ирины, стал холодным. Чужим.
Не любящим.
Она сглотнула застывший в горле ком, и выпрямила спину. Что не делается, то делается к лучшему, так, кажется, говорят? Унижаться она не будет.
Если Джулиан её любит так, как говорит, он поймет.
Обязательно поймет….
Молчание начало тяготить Ирину, но она твердо решила для себя, что первой его не нарушит. Она выдержит.
Её слух обострился, и теперь она слышала, как тикают большие настенные часы. Тик-так, тик-так…. Обычно на подобные мелочи не обращаешь внимания, а тут….
Ей стало холодно, и она пожалела, что не переоделась.
Наконец, Джулиан заговорил:
– Ты меня очень удивила, Ирина. И не скрою, разочаровала, – его голос звучал глухо, точно слова давались с трудом. Ирина напряглась, ей не хотелось переспрашивать. – Тебе следовало раньше мне об этом сказать.
– Зачем? Разве моё бесплодие что-то меняет?
Её вопрос был риторическим, она прекрасно знала на него ответ.
Но продолжала надеяться….
– Кое-что меняет, – Джулиан повернулся к ней и скрестил руки на груди. То, как он выглядел, не понравилось Ирине. Ей стало не по себе. Он всегда смотрел на неё с обожанием, его глаза смягчались, стоило ей оказаться рядом. А это – взгляд обжигал своей холодностью, губы плотно сжаты. Точно он решил для себя что-то важное и теперь намеревался ей об этом сообщить.
Что ж, она его выслушает.
– Например?
– Ты знаешь, что я тебя очень сильно люблю. Возможно, мне следовало об этом говорить чаще. Я видел, что ты что-то скрываешь от меня, но говорил себе, что мы мало знакомы и ты ещё не научилась полностью доверять мне. Я старался стать тебе не только близким мужчиной, но и другом. Но…. Ирина, мне тридцать восемь лет, мне пора задуматься о семье. Я – единственный наследник своего отца. Мне продолжать и возглавлять наше семейное дело. И мне тоже нужен наследник, – тут он горько хмыкнул. – Знаешь, а ведь я намеревался сделать тебе предложение на Рождество…. Я хотел, чтобы ты стала моей женой….
Намеревался…. Хотел…..
Эти слова сказали всё.
К чему теперь пустые разглагольствования?
Но он продолжал, не заметив, как потемнели от боли глаза Ирины. Она тоже испытывала разочарование.
– Вижу, ты не удивлена. Ты, наверное, ждала от меня этого? Я понимаю…. Всё понимаю…. Но теперь…, – он нервно провел рукой по коротким волосам. – Теперь ты должна понять меня, Ирина. Я не могу жениться на женщине, которая не сможет родить мне детей. Я просто не смогу…. Так уж я устроен….. Но, видит Бог, я не хочу с тобой расставаться…. Это выше моих сил…. Ты мне по-прежнему нужна….
– Уходи.
Ирина больше не была намерена его слушать.
Она попыталась рассказать о себе чуть больше того, что он видел.
Джулиан выслушал её и принял решение.
Она тоже приняла решение.
И они оказались по разные стороны жизненной черты.
– Что ты сказала? Повтори, пожалуйста, я не расслышал….
Джулиан занервничал сильнее.
– Уходи, – снова повторила Ирина, но на этот раз более отчетливее.
– Но почему ты выгоняешь меня? Мы с тобой недоговорили….
– Договорили.
Ирина сняла куртку и протянула ему.
Тот поколебался, подошёл к ней, но куртку всё же взял.
– Ирина….
– Не заставляй меня выгонять тебя, – проговорила она, и её голос звучал почти ласково. – С квартиры я съеду после Рождества. Ключи пришлю тебе в магазин.
Джулиан хотел ещё что-то добавить, но передумал.
Уже в дверях он бросил:
– Я тебе позвоню завтра. Отдыхай.