Глава 12

На минуту я и сам представил Лину с нашим ребенком на руках. И абсолютно все равно кто. Мальчик, девочка. Вообще без разницы. По барабану даже на кого он был бы похож. Главное, наш общий.

И Лина моя, только моя. С моим обручальным кольцом на пальце. С моей фамилией. О лучшей сказке и мечтать невозможно. Но моя реальность была куда более мрачной. Без каких-либо перспектив о лучшем.

— Так вы мне предлагаете сейчас стать мальчиком на побегушках и охранником у вашей дочери? — обратился я без всякого сарказма к Мальтову.

— Только до тех пор пока не родится ребенок. Потом я помогу тебе с карьерой. Ты получишь такую должность и такие возможности, о которых даже и мечтать не мог. Таких вершин ты бы сам никогда и за двадцать лет бы не достиг.

Я же все преподнесу тебе на блюдечке уже готовое. Никаких стараний и ожиданий с твоей стороны. И повторюсь, даже твой отец и все ваши связи, вместе взятые, никогда бы так тебя не продвинули на таком уровне.

Я тоже надеюсь, что это оптимальная плата за моего внука.

Да, у Мальтова точно снесло все тормоза. Раньше он мне и десятой доли не предлагал подобного. Всегда был за то, чтобы сам всего добивался, никакого блата и знакомства. Я и сам был такого же точно мнения.

— И еще. — продолжил он. — С этого самого дня я полностью меняю ваш персонал дома. Всю прислугу, охрану, всех абсолютно. Теперь все выезды обговариваются лично со мной. Также в доме будет дежурить круглосуточно мед персонал.

Все результаты анализов в первую очередь будут доставляться мне. Вам, я вижу, на них все равно плевать. Все, что тебе будут говорить, Лика, когда есть, спать, выходить гулять, что именно есть, ты будешь беспрекословно исполнять.

Я думаю свою позицию доходчиво объяснил. Дальше не вижу смысла в нашем разговоре. Сейчас придут врачи и возьмут необходимые анализы. На этом все.

— Пап. — Лика еще как-то пыталась достучаться до отца, надавить на жалость. Но Алексей был непреклонен.

В клинике мы пробыли еще пару часов. Мальтов все время был или на телефоне или общался с врачами. Я же даже не удосужился слушать, что именно они говорят. До сих пор переваривал случившееся.

Вернувшись домой, сразу были заметны изменения. Алексей не шутил. Даже не стал дожидаться следующего дня. Уже вокруг и внутри дома кружили новые незнакомые люди. И их было гораздо больше по количеству, чем раньше.

Кто бы мог только подумать, насколько этот ребенок так сильно важен для него. Одним словом, бесценен. Лику сразу отвели в ее комнату, чтобы она отдыхала. Она и сама была абсолютно раздавлена, также, как и я сам.

Только на следующее утро мы с ней столкнулись в коридоре. И, если я не спал всю ночь и выглядел ужасно, то женушка явно стала чувствовать себя гораздо лучше. Даже голос стальной прорезался.

— Ненавижу тебя, Лебедев. Могла бы, убила бы тебя лично.

— Ты же сама знаешь, что это все у нас взаимно.

— Я из-за тебя в таком дерьме. Ты меня подставил по самое не хочу. Теперь мне надо выносить и родить твоего ублюдка. Он уже мне мешает жить. Лучше ты бы мне в рот засунул свой член.

Я бы с радостью тебе его откусила. Скотина ты, самая настоящая. Не мог хотя бы презерватив надеть. Недоумок конченный.

— Заткнись! — проорал я. И плевать, если нас услышат и доложат ее отцу. — Ты думаешь, я сам безумно счастлив от случившегося? Да ты последняя женщина на свете, от которой я бы мечтал иметь ребенка.

Даже не так. Я бы и вовсе предпочел никогда не иметь детей, если бы их всех вынашивала именно ты. Да, не мог надеть презерватив, о чем безумно жалею. Как и о том, что вообще вставил тебе.

А ты сама не могла додуматься, что-нибудь выпить потом? Не было бы тогда сейчас такого геморроя.

— Не могла, знаешь ли! Не каждый день меня трахают, как шлюху, с трусами во рту.

— Кто же мог подумать, что ты окажешься такой плодовитой. Блядь. Ведь, сука, с первого раза же получилось, твою мать.

— Тоже самое можно смело сказать и о тебе. Видимо, с зачатием у тебя точно нет проблем, учитывая еще в каком ты был состоянии. А мой отец хочет здорового наследника между прочим.

— А ты хочешь всегда быть хорошей папиной девочкой. Так боишься упасть в его глазах, разочаровать отца. Неужели ты хоть кого-то еще любишь в этой жизни? Не верю. Такие твари, как ты, и любить никого, кроме себя не могут.

— Заткнись, ублюдок. — прошипела эта стерва.

— Я то заткнусь. Но признай, я во всем прав. Если бы не авторитет отца, уже бы избавилась от ребенка. Нашла бы способ. Так ведь? Если смогла сломать самую сильную защиту охраны дома и несколько лет подряд тайно сбегать из дома на свои гонки.

Смогла бы и это дело провернуть. Для тебя это же так… цветочки. Или снова подумала, что топнешь ножкой перед отцом, поплачешься ему, как тебе плохо, и он разрешит тебе избавиться от внука.

Я не спрашивал ее. Это и так был всеми известный факт. Ее я видел, в отличии от отца, как есть.

— А скажи честно. Ладно я, мужик. Может не так чувствую все это. Но ты же девушка, мать. Неужели бы ничего не дрогнуло внутри, если бы избавилась от своего ребенка. А последствия! Ведь многие потом никогда не могут забеременеть.

А, если все-таки и получается, то потом куча проблем выносить и родить. Ты вообще об этом думала?

— Мне плевать, слышишь! Я может вообще никогда ни от кого в принципе не хотела детей. А от тебя и сейчас особенно.

Да, что я еще мог услышать от этой стервы. Только лишь подобный ответ.

— Но теперь мы с тобой в одной лодке. И я предлагаю тебе заключить перемирие до родов. Потом сразу разбежимся. И я очень надеюсь, что никогда больше тебя не встречу в своей жизни.

— Надейся, придурок. Ты не понимаешь, что ли? Мы теперь навечно с тобой связаны, благодаря этому.

Лика брезгливо показала пальцем на свой еще плоский живот.

— Кстати, не хочешь погладить? Или поговорить со своим выродком? А? Мне вот он уже доставляет очень много проблем. А что будет дальше и думать не хочу.

Я даже ничего и не ответил. Трогать, тем более гладить ее, пусть в ней и живет мой ребенок, я абсолютно не хочу. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Стерва лишь усмехнулась. Сука, придушить ее охота.

Но грех на душу брать не хочу. Еще и сидеть потом полжизни из-за нее в тюрьме.

— Твой отец, наверное, мечтает о внучке.

— Ну, нет. Пусть уж лучше наследник родится. Как раз и для твоей семейки между прочим. Сразу двух зайцев убьем.

— Кажется, у нас с тобой в последнее время действительно стали совпадать мнения и желания. Я тоже за пацана.

— Вот видишь. А мы можем и договариваться. Так ведь, муженек?

— Можем. — устало потер я лицо. — Давай теперь просто договоримся о главном. Ты и я. Спокойно существуем все это время в этом доме. Стараемся, как можно меньше попадать друг другу на глаза.

Ждем только появления ребенка. И обращаемся к друг другу только по самой крайней необходимости.

— Да, ты читаешь мои мысли. Согласна, и думаю обойдемся без рукопожатий и объятий.

Стерва развернулась и ушла. Кирилл, только потерпи. Общался сам с собой. Осталось немного. Время пролетит быстро, очень быстро. А потом я немедленно уеду из России. Если Мальтов захочет, пусть и ребенка записывает на свою фамилию, дает свое отчество.

Мне абсолютно плевать. Просто начинаю обратный отчет для себя. Отчет в свою новую, счастливую жизнь, без кого-либо из этой проклятой семьи.