Глава 37

Внутри дома было тихо, как никогда. Илюша точно в своей комнате, деда, он сказал, нет. И сейчас мне это только на руку. Перебегаю через две ступеньки по лестнице и уже через минуту стою напротив нашей с Ксюшей спальни.

Впервые не знаю, как зайти. Как посмотреть этой женщине в глаза? Как просто разговаривать? Ведь она не достойна ни обмана, ни тем более ни уважения. И почему в жизни так часто бывает?

Все и сразу в один момент. Но за каждый свой поступок нужно уметь нести ответственность. И я готов. Может не именно сейчас. Но то, что расскажу все жене, это даже не обсуждается. Захожу тихо в спальню.

Ксюша лежит, почти не шевелясь. Кажется и не дышит. То что она могла узнать о Лине вряд ли. Как бы мы не спорили с друзьями, никто из них не полезет в мою семью. К тому же, что произошло ночью останется только между нами.

— Ксюш. — глажу легонько жену. Она сразу приподнимается, смотрит, не веря, что я сейчас сижу перед ней. А еще у нее очень уставший взгляд, даже замученный. Красные заплаканные глаза, похудевшая, осунувшаяся.

Никогда раньше я не видел ее в таком состоянии. Даже когда она болела с высокой температурой. Все, что хотел сказать до этого, вылетело из головы. Притянул ее к себе за затылок и крепко обнял.

Чувствую, как она сдерживается, обнимает в ответ. Мы просто молчим. Никто первым не спешит начинать разговор. Я глажу ее по волосам, а в памяти другие пряди, другие волосы, другой запах.

Прости меня, Ксюш, говорю про себя. Прости, что оказались в такой ситуации. Прости, что изменил. Прости, что так и не услышала ни разу слова любви. За все прости. Но говорю все молча.

— Влад. — Ксюха отрывается от меня первой, обнимает ладонями лицо, без поцелуев, просто смотрит и даже чуть-чуть улыбается. — Это и правда ты. Даже не верю. Скажи, что это не сон.

— Не сон, родная. Я здесь, рядом.

— Но как? Ты же на задании. — спрашивает жена. — Илюша. Все понятно.

— Ксюх, неважно как узнал. Просто скажи, что случилось. Ты заболела? Или еще что?

— Нет. Все нормально. Ты знаешь, у меня не бывает таких моментов. Просто уже пару дней места себе не нахожу. Особенно вчера днем и ночью… Ночью особенно. Не знаю, как объяснить. Просто интуиция или еще что-то.

Было ощущение, что я тебя теряю, навсегда теряю, Влад.

— Ну, как видишь, я живой. И умирать уж точно не собираюсь, в ближайшие лет пятьдесят так точно. — пытаюсь пошутить, а каждое слово просто выдавливаю из себя. А еще не могу смотреть жене в глаза.

— Дело не в ранении, Влад. Здесь совсем другое. Ладно, я, наверное, просто загоняюсь. Прости. Просто раскисла за эти дни. Сейчас встану, приму душ и быстро войду в прежнюю форму. Обещаю, подобное больше никогда не повторится.

А ты сам надолго? — с надеждой спрашивает Ксюха.

— Ксюш, я туда и назад. Даже на ночь не могу с вами остаться. Прости. Сейчас завал такой. Просто пиздец. Одним словом.

— Поэтому и дедушка уехал? Это связано с вашим заданием?

— Скорее всего да. Правда, при всем желании у меня и несколько часов нет, Ксюх.

— Может я помочь смогу. Можешь и меня взять к себе. Я могу быть очень полезной.

— Ксюш, мы это уже обсуждали и не раз. С кем будет Илья? С дедом, который сам в любую минуту может свалить из дома? Пусть с нашим сыном будет хоть один из родителей. А ты давай, не раскисай.

Я постараюсь в этот раз чаще звонить и при первой же возможности сразу приеду к вам. Обещаю.

— Хорошо, Влад. Я тебе верю. Только можно попросить у тебя кое — что?

— Что угодно, Ксюш. — уверенно отвечаю я.

— Сможешь мне купить мое любимое мороженое?

— Шоколадное эскимо на палочке.

— Да, оно самое. — Ксюша кладет мне голову на колени, прижимается, и в скором времени уже спокойно засыпает. Я аккуратно укладываю ее на кровати, целую в щеку и с тяжелым сердцем выхожу из спальни.

Надо обязательно привезти ей мороженое. Еще один признак того, что не только мне сейчас тяжело. Я же хочу побыстрее на воздух, закурить и желательно выкурить несколько сигарет подряд. В коридоре на корточках сидел мой сын.

— Ты подслушивал, сынок? — улыбаясь спрашиваю я.

— Нет, пап. Ты же знаешь, я никогда…

— Знаю, — перебиваю его. Пока он не стал оправдываться. Прекрасно знаю, что Илья не страдает подобным.

— Меня ждешь. — не спрашиваю, а утверждаю.

— Угу. Ты снова уезжаешь?

— Помнишь, мы с тобой договаривались, что пока меня нет, ты за старшего. Да, сейчас много работы. Мне нужно уехать и скорее всего надолго. Но уже по тебе очень скучаю. Больше всего на свете.

Илюша прижимается ко мне и обнимает меня за шею. Как тяжело с ним каждый раз прощаться. Ему отец нужен рядом. И не раз в полгода в лучшем случае. Другие наши парни ездят гораздо чаще домой.

И я этому только всячески способствую. Пусть хоть у кого-то получится проводить с семьей больше времени. Время, единственный ресурс нам не подвластный. Все удары я старался всегда брать именно на себя.

Не простил бы, если бы потерял еще больше друзей. Хватит и тех жертв, что уже были. Так на руках мы и выходим вместе с сыном на улицу прощаться.

— Пап, мне кажется, пора уже меня учить водить машину. — серьезно говорит сын. — Я в принципе наблюдал за мамой и охранниками, могу все по порядку повторить, только вот до педалей еще не достаю.

— Надо же! В общем в следующий раз, когда приеду, ты сам будешь меня встречать. — смеюсь впервые за день.

— Ну я бы еще хотел и стрелять научиться. В сейфе у дедушки есть оружие. Я и код подсмотрел, смогу без проблем открыть. А еще у деда есть тайная комната, и в ней много документов и тоже оружия самого разного.

— Откуда ты все это узнал? — точно знаю насколько дед всегда осторожен. Даже я узнал уже подростком о его подвале, в который можно войти только по отпечатку его руки.

— Просто стараюсь всегда быть незаметным. И все запоминать вокруг, обращать внимание на мелочи. Многие же думают, что я просто обычный ребенок. И в этом их ошибка. А на счет машины. Завести ее точно смогу.

— Теперь я в этом даже не сомневаюсь. Даже страшно подумать, что будет еще лет через пять.

— Мой тренер говорит, что у меня отличная техника, я быстро концентрируюсь, — последнее слово Илюша выговорил с трудом. — Я бы хотел еще на всякие секции записаться. Хочу освоить разные виды борьбы. Хочу, чтобы ты мной гордился, и я стал лучшим агентом в истории.

— Так, парень. Кто-то из нас точно пересмотрел фильмы про шпионов. Ты еще ребенок только. И у тебя должно быть детство, как у всех детей твоего возраста. Но на счет секций я подумаю.

Видно, твою энергию и правда некуда девать. А на счет гордиться, я и так за тебя испытываю всегда гордость. И счастлив, что у меня именно такой сын.

— Я хочу быть как ты.

— Илюш, ты будешь лучше меня. Даже не сомневайся. Нашу фамилию никогда не забудут. Только не спеши взрослеть. Хорошо? Детство потом не вернешь.

Я еще немного общаюсь с сыном, целую, крепко обнимаю, слушаю его радостный смех. Хочу уезжать именно с такими воспоминаниями. Уже на обратном пути думаю, что делать дальше. Какое наказание меня ждет?

А еще смотрю рядом на пассажирское сиденье. В маленьком прозрачном пакете лежит стакан. Почти перед самым выходом успел взять его. У нас нет ДНК Лины. Но его как раз Лина и не успела вымыть и на нем ее отпечатки.

Как никогда уверен, что действую в правильном направлении. Знаю, что скоро сам выясню, кто такая Лина. Но мне потребуется помощь. Лучше всего людей может находить именно Дима.

Как раз и позвонить ему надо, узнать, как он довез Лину. По моим предположениям Олега уже выпустили и встреча с женой у него однозначно состоялась. Крепче сжимаю руль и закуриваю от нервов и ярости.

Только ни черта никотин не помогает. Димка отвечает сразу после первого же гудка.

— Отвез твою принцессу, доставил в целостности и сохранности. Только скажу тебе, как и ей. Если она будет так сидеть и мечтать, Борцов точно поймет, что она только что слезла с другого члена. — тараторит друг без приветствия.

— Что хочешь сказать? Говори прямо.

— А я и говорю, Влад. Я не дебил. И не помешался на этой девке, как вы. Смотрю холодной головой. И в нашем деле не первый год. Так вот, сразу понятно, что ее всю ночь трахали. И, как понимаешь, это был не ее муж. Не знаешь, кто это мог быть?

— Дим…

— Мне плевать, Влад, что и как у вас там было. Даже думать не хочу. Но и скрывать ни от кого не буду, если кто-то спросит из наших, включая твоего деда. Деда особенно. Единственное даю слово, Ксюхе и нашим девчонкам ничего не скажу.

— Надо же! И на том спасибо… Друг…

— Всегда пожалуйста… Друг… И надо же из-за бабы все. Такую операцию, жену. Твою мать, Влад.

— Лина не баба, подбирай, пожалуйста, слова. И в моем присутствии говори о ней с уважением.

— Да, иначе опять мне морду набьешь из-за нее. Пора начинать бояться.

— Ладно, пока не об этом. У меня для тебя есть работа. Надо по пальчикам пробить человека. Даже если ничего нет, все равно рыть землю носом, но найти.

— Это на нее искать?

— Да. Но это сейчас именно работа, Дим. Ничего личного. Считай, Лина проходит, как важный свидетель. А это по твоей части как раз. И мне нужен результат.

— Хорошо, все сделаю. Тащи, что есть. Сделаю все и даже больше.

Но прошел уже целый месяц, а результата так и не было. Одна пустота. Ничего на Лину не нашли. Как будто ее и не существует. А еще отсутствие новостей, где они сейчас с Борцовым. Еще немного и я сам с катушек съеду.

Хотя за этот месяц пару раз мотался домой. Даже собирались семьями. С Ксюшей больше таких происшествий не было. Она, как и прежде, выглядела веселой и жизнерадостной. Даже в сексе отдавалась, как и прежде.

Я же старался нашу близость свезти к минимуму. С дедом у нас было холодное молчание. Я лишь только ждал своего приговора. Но это меня волновало меньше всего. Все мои раздумья прервал запыхавшийся Димка.

Выглядел он очень потрепанно.

— Влад, хорошо, что ты на месте.

— Ты нашел. — сразу понял я.

— Нашел, твою мать! Еще как нашел. И тебе лучше присесть. Разговор будет долгий.