Глава 36

Влад Белов

Целый месяц я уже не видел Лину. Не знал, где она, что с ней. Единственное, что точно знал, с кем именно она, а также, что именно он с ней делает каждый гребаный день и каждую ночь. С треском от ярости и ревности раздавил очередную зажигалку.

Я уже со счета сбился сколько таких зажигалок, ручек, карандашей оказалось в мусорном ведре. Все мысли каждый день были только о Лине. И днем и ночью думал только о ней. Возвращаюсь воспоминаниями в ту нашу волшебную ночь.

Для меня это был не просто секс. Это было самое сильное признание в моей жизни. Что люблю эту девушку, сомнений никаких нет. Люблю сильно, до боли, до невозможности дышать. Она сильнее нас всех мужиков здесь вместе взятых.

Она смогла признаться мне в любви. Просто взяла и сказала, глядя в глаза. И для нее это не пустые слова. Уверен, что никому раньше она не говорила этих слов, также, как и я.

Я промолчал, хотя в мыслях про себя признался сотни тысяч раз ей в любви. Если нужно и сердце пусть вырвет, оно уже давно в ее руках. Я промолчал только из-за страха. Страха, что не смогу ее отпустить уже, что это навсегда свяжет нас здесь и сейчас.

Как я хотел и желал первым ей произнести такие важные три слова, которые думал никому уже никогда не скажу. В ту ночь я ни минуты не спал, любовался Линой, гладил ее тело, целовал ее всю во сне.

И мне было мало. Очень мало. Хотел и во сне ее взять, войти в ее тело, заклеймить, показать, что только я буду единственным, кто будет владеть им. До сих пор ощущаю ее запах, чувствую на пальцах бархатистость ее кожи, шелковистость ее волос.

Твою мать! А сейчас она с ним, под ним. От этих воображений хочется также убивать и крушить все вокруг. Наверное, в этом мы с Борцовым очень похожи. Мне показывали видео, когда он сидел в камере.

Я прекрасно видел, как его ломало, как он отказывался от еды. Как он, как раненный и загнанный зверь, все крушил вокруг. Никто не подходил к нему, не трогал. Его помешательство было вовсе не от ареста.

Его бомбило только из-за Лины. Что ее нет с ним рядом, что она находится с другим мужиком. Особенно в ту ночь, когда мы с ней занимались любовью. Тогда его трясло сильнее всего. Он и больше двух суток не смог без нее.

Я бы мог позлорадствовать ему. Но смотрел на Олега и понимал все его действия, как никто другой. На его месте я бы вел себя точно также, никак не меньше. Мне было совсем не легче видеть Борцова в таком состоянии.

Хотя мы и по разные стороны с ним во всем. Это была вовсе не жалость к врагу, а совсем другие чувства. Надо же полюбить с ним одну женщину. Даже тот факт, что Лина с сердцем со мной, никак не успокаивает.

Никто, включая его брата не знал, где они. Олег ни разу не связался с ним или другими доверенными ему людьми. Честно признаться, я бы и сам поступил также. Забрал Лину и увез бы подальше от всех.

То утро после жаркой ночи я представлял совсем по-другому. Верил, что у нас в запасе, как минимум еще пару суток точно есть. Хотел сразу после нашего завтрака рассказать ей все. Про семью, что женат, что есть сын.

Кем являюсь на самом деле. Все бы тайны раскрыл бы перед ней. И выслушал бы ее историю. Кто она, откуда. Дал бы знать ее семье. Разрушили бы все барьеры между нами. Раскрыли бы все тайны. Я искренне даже верил, что не отдам больше Лину Борцову, чего бы мне это не стоило.

Сам под пули пойду, но он ее больше не получит. Но все пошло совсем по другому сценарию. Звонок от Матвея и сообщение, что Борцов уже выходит через пару часов. А у меня и плана никакого нет. Совсем. А это только означает, что Лину нужно немедленно вернуть Олегу.

У нас еще ничего не готово. Не обдуманы ходы отступления, ничего. Друг сообщил, что всех агентов успели выдернуть из операции, никто не пострадал, жертв с нашей стороны нет. И это очень радовало.

С этим я все продумал до мелочей. Проколов не должно было быть. Но я прекрасно осознавал, что все последствия лично для меня еще будут. Но я готов разгребать их все, отвечать, если нужно перед каждым.

Даже если меня лишат звания, всех наград, пускай. Лина этого всего стоит. И, если бы у меня и был бы шанс, все изменить, я бы сделал все точно также. Единственное не тратил бы первые дни на ругань.

Сразу бы сгреб ее в охапку, сжал бы в своих объятиях. Кусок дебила. Зачем спрашивается старался ее отгородить от себя? Ведь нас двоих с первой минуты тянет к друг другу. После новостей от Матвея решил сразу будить Лину.

Сам собирался ее отвезти и уже по дороге объясниться с ней. Решить, как мы будем поддерживать связь, через кого именно. Чтобы в любой удобный момент я мог ее забрать и увезти в безопасное место.

Но и в этом вопросе я потерпел поражение. Следующего звонка в то утро я никак не ждал. Знал что просто так по этому номеру мне звонить никто не будет. Ожидал услышать мат деда или на крайний случай Ксюшу. Но только не…. Не плач сына.

— Пап. — первое что услышал от своего ребенка. Слово вперемешку с рыданиями. Сердце сжалось, а пальцы с силой вцепились в телефон. Что мог упустить? Почему Илюша рыдает? Хотя для него такое поведение весьма не характерно.

Даже когда он болел, падал, мой парень никогда не плакал. А сейчас рыдает взахлеб.

— Пап. — повторил сын. — Папочка, ты сможешь приехать. Пожалуйста.

— Что случилось? — старался спокойно говорить, а сам уже усаживался в свою тачку и гнал домой.

— Мама… Пап, маме плохо. Она вчера почти не выходила из своей комнаты. Даже не заставляла есть меня кашу. А она всегда следит за этим. И на ужин не спускалась. Просто лежит и…

И плачет. Наша мама плачет, пап. А ведь она никогда не плачет. Я спрашивал, болит ли что-то у нее. Но она не отвечает. Пап, я боюсь.

— Так, Илюш, успокойся. Ты же у меня самый смелый. Так ведь? Я уже еду к вам. Слышишь, скоро буду. А дедушка где?

— Не знаю. К нему вчера пришли какие-то гости, и он сразу уехал. И тоже не попрощался со мной, был каким-то очень злым и ругался по моему даже на тебя. Но я не уверен, просто слышал твое имя.

Я прикрыл глаза. Вот и первые последствия. Раз даже деда выдернули.

— Илюш, а как скажи, ты телефон разблокировал?

— А это! Так это совсем не сложно. Увидел раз, как мама это делала и запомнил.

— Так ты будущий агент. — пытался отвлечь сына от плача. Признаться честно, за Илюшу всегда просыпается гордость. Он в свои не полные пять лет уже сейчас такой сообразительный.

— Да, хочу, как ты.

— Сынок, ты будешь еще лучше меня во много, много раз. — сказал, улыбаясь.

— Пап… А ты нас с мамой еще любишь? — уже очень серьезно спросил меня сын. А голос его почти не дрожал. Даже звучал по-взрослому.

— Что за вопросы, Илюш. Конечно, люблю. Очень, очень сильно.

— И ты нас ведь не бросишь?

Я прикрыл глаза. И как можно объяснить маленькому ребенку, что его отец полюбил другую женщину, не его мать.

— Пап. — повторил Илья. А по выражению было слышно, как снова собирается заплакать.

— Нет, сынок. Я никогда вас с мамой не брошу. И я вас очень люблю. Давай, жди меня. И еще давай договоримся, пока меня нет дома, ты за старшего. И заботишься о маме и дедушке. Они все на твоих плечах.

Поэтому не плачь. Ты же не хочешь, чтобы мама увидела твои слезы и еще больше переживала? К тому же не забывай главного, ты мужчина. А сильный и настоящий мужчина никогда не плачет.

— И ты никогда не плакал?

Не люблю врать особенно близким, но и всю правду сказать нельзя. По крайней мере сейчас и в такой вот ситуации.

— Никогда! Все до встречи, сынок, ждите меня.

Сбрасываю вызов и набираю скорость еще больше. Настоящие мужчины не плачут. Да черта с два. Плачут еще и как. Машина едет на бешеной скорости. В голове такие же мысли. Почему же в жизни все так сложно. Почему?

Глаза слегка плохо видят дорогу из-за наступающей влаги. Матерю сам себя. Счастье. Какое оно. С запахом и лицом Лины? Или с радостной и счастливой улыбкой единственного сына.

Когда ты родитель, уже перестаешь думать только о себе. Надеюсь, ты сможешь меня простить, Лина. Ты просила меня не отдавать тебя Олегу. Прости, родная. Но это в последний раз.

Я вытащу тебя, клянусь. Чего бы мне этого не стоило. Но сейчас и в ближайшее будущее мы никак не сможем быть вместе. Никак, черт возьми. Сука, эта жизнь. Не мы выбираем и решаем.

Иногда и обстоятельства решают все за нас. Дождись только меня, дождись, прошу про себя. Сам попутно набираю парней, кто сможет забрать Лину и отвезти. Как назло все заняты. И от части из-за меня.

Только лишь один человек оказался свободным. Вот ему и не хотелось звонить, но выбора нет.

— Дим. — начал я без приветствия. — Лину надо отвезти домой. Только без твоих…

— Адрес сбрось. — перебил друг меня и сбросил вызов.

Даже думать не хочу, что Лина подумает обо мне, когда проснется. Как я буду выглядеть в ее глазах после всего. С этими мыслями я и доехал к своему дому. Только сейчас впервые ощущал, что приехал не домой, а в клетку.

В такую же точно, в которой и Лина проживает каждый свой день вместе с Олегом.