Глава 79

Целый день я ходила словно чумная. Кто я, где я, а главное, с кем я? Телефон буквально не выпускала из рук. Очень ждала звонок от Влада, хотя бы простое короткое сообщение. Но ничего.

Телефон не издал не единого звука. Чего не скажешь о моем сердце и состоянии. Не хотелось ни есть, ни спать. Ничего. Просто услышать единственный голос. Но зато появились другие ощущения.

Все казалось, что сейчас позвонит Олег. Я услышу его голос, а через пару часов он уже будет сжимать меня в своих объятиях. Только сейчас пришло полное осознание случившегося. Олега больше нет.

Влад прав, я должна его ненавидеть, ни о чем не жалеть. Но сейчас я не испытываю к нему ненависти. Он не узнает, не услышит, но я прощаю ему все. Пусть спит спокойно. Если у меня такое в душе, трудно представить, что происходит с Марком.

Сейчас мы должны поддерживать друг друга, быть рядом. Сейчас я обязана помочь ему пережить боль утраты. Но мы не можем быть рядом. И не только у меня, но и у него есть причины, о которых он упорно молчит.

Слышу какой-то шум во дворе. Я бегу к калитке, надеясь увидеть Влада. Но меня поджидает совсем иной сюрприз. Открываю и тут же замираю. Даже слова не могу сказать. Смотрим друг на друга и пока молчим.

— Я вижу, ты уже знаешь и поняла, кто я такая. Разрешишь войти внутрь или будем здесь разговаривать?

Ксения Белова. Жена Влада. Мать его единственного сына. Отхожу в сторону и разрешаю ей войти. Она в строгом брючном костюме, волосы собраны в такую же прическу. Ее походка, осанка уже говорят о ее сильном характере.

Она почти не смотрит на меня. Зато я рассматриваю ее, как сканер, от макушки до самых пят. Она выше меня. И, как и на фотографии, очень красивая. В живую намного ярче, чем даже на фото.

Идеальная. Шикарная. Впервые я кажется ревную мужчину. Именно сейчас я действительно испытываю нечто похожее на ревность. Мне не с чем сравнивать. Но в данный момент я от досады прикусываю губы, а еще понимаю, что по внешним параметрам точно проигрываю Ксюше и не по одному очку и даже не двум.

Визуально она намного эффектнее меня. И чего только не хватало Владу? С ним такая женщина. Любой бы гордился, что у него такая жена. И тут же задаюсь другим вопросом, а что тогда он нашел во мне?

Мы проходим на кухню. Не могу смотреть на нее. Мне стыдно, не удобно. Наверное, стоит предложить чай, а еще присесть за стол. Но язык словно прирос к небу. И слова сказать не могу.

Но Ксюша сама отодвигает стул и присаживается за стол. Только тогда я поднимаю на нее виноватый взгляд, готовясь выслушать от нее все, что угодно. Но к моему удивлению я не вижу в ней ненависти к себе, высокомерия, презрения, упреков.

Она искренне мне улыбается и через минуту я слышу ее такой нежный и добрый голос:

— Я, конечно, сейчас в гостях, но пока ты приходишь в себя, позволю себе взять инициативу в свои руки. Садись, Лин. Я не кусаюсь и даже не умею извергать пламя. Меня тебе точно не стоит бояться.

Она немного смеется. Я и сама неловко пытаюсь улыбнуться.

— Может быть ты хочешь чай? — заикаясь, спрашиваю я.

— Лин, ну какой чай! Мы же взрослые девочки. Да и не на чаепитие я столько километров ехала. Вот. — только сейчас заметила, что в руках у нее пакет, из которого она достает бутылку вина.

— Бокалы у тебя найдутся? — вопрос немного застает врасплох. Я же сама в этом месте чуть больше суток. Понятия не имею, что есть в этом доме. Даже не было времени все рассмотреть, проверить полки.

Хотя Влад дал ясно понять, что здесь я ненадолго. И все из-за того, что дом снял Марк для нас с ним. Открываю все полки подряд, получается нервно, но и найти нужные предметы пока не получается.

— Они здесь. — голос сзади подает Ксюша. Вот она в незнакомом месте быстрее меня справилась с поисками бокалов. Я же достаю фрукты, разрезаю и раскладываю их красиво на блюде. Сейчас я стараюсь, как можно максимальнее занять себя.

— Ксюш. — смотрю на нее, когда она хочет разлить вино по бокалам. — Я, наверное, пожалуй, откажусь.

Но она понимает мой отказ по своему.

— Лин, ты серьезно! Неужели думаешь, что я приехала, чтобы отравить тебя? — она даже слегка улыбается, хотя ей далеко не до смеха. Если честно, я не думала даже об этом. Просто не хочу вливать в себя хоть какой-то алкоголь.

— Лин. — продолжает она. — У меня сын растет, и я не убийца. Я не стану убивать кого-то, а потом вот этими руками. — она показывает свои раскрытые ладони. — Обнимать своего ребенка.

Она берет и наливает себе полный бокал вина и делает первый глоток.

— Знаю, ты также можешь предположить, что у меня есть противоядие в случае чего. У Влада на работе целый такой отдел есть. Яды, антидоты, чего там только нет. Но, нет, Лин. Это самое обычное вино.

Вернее не самое обычное. Очень даже вкусное. Но если не хочешь, заставлять не буду естественно. Просто составь мне компанию, посиди рядом. Я в принципе ненадолго. Не сильно оторву тебя от дел.

Именно такой я тебя и представляла. — Ксюша ставит почти пустой бокал на стол, к фруктам даже не притрагивается.

— Именно такую Влад и мог полюбить. Знаешь. — она говорит монотонно, спокойно, даже не смотрит на меня. Уверена, этот разговор в первую очередь нужен именно ей. — Он не идеальный мужчина, вовсе нет, в нем, как и у всех, есть свои недостатки.

Но несмотря на них он был самым лучшим в мире мужем и таким же отцом. — только сейчас она поднимает на меня свое красивое лицо. А потом смотрит на свой безымянный палец, на котором красуется красивое обручальное кольцо.

— Скоро придется его снять навсегда. — грустно улыбаясь, говорит Ксюша.

— Ксюш… — не знаю даже, что ей сказать.

— Не надо, Лин. Я приехала не ругаться и тем более не собираюсь становиться на вашем пути, не хочу и не буду мешать вашему счастью. Вы и так оба, особенно ты, достаточно, настрадались.

Настало ваше время. — она вертит свое кольцо. У нее нет слез. Но я вижу, каких не мысленных усилий ей стоит держать себя в руках. Я бы так точно не смогла. Она сама себе наполняет бокал, но вино ее совсем не берет.

Просто появляется легкий румянец на щеках, который ей так идет.

— Нас быстро с ним разведут, механизм уже запущен. Единственное, я оставлю его фамилию. Не хочу заново менять все документы. Завтра мы с Ильей возвращаемся в Швейцарию. Хочу немного привыкнуть к новому статусу.

А чуть попозже, если ты не будешь против, привезу к вам Илюшу на каникулы. Как раз и ты с ним познакомишься поближе. Он очень хороший мальчик, самый лучший. Илья мой самый любимый мужчина, моя гордость, моя отдушина.

— Конечно, не против. Я очень хочу познакомиться с вашим сыном. Видела его только на фотографии. Лишь бы он только был не против.

— Лин, в нем уже столько чувства справедливости. Иногда мне кажется, что он умнее всех мною известных взрослых вместе взятых. Поверь, я даже не сомневаюсь, что ты с ним быстро найдешь общий язык.

— И ты… Ты. — запинаюсь, не могу подобрать слов. — Совсем не будешь против? Даже учитывая твое отношение ко мне.

— А какое у меня к тебе отношение, Лин? Если бы я к тебе плохо относилась, я бы никогда в жизни не доверила тебе моего сына. Я уверена, и ты сама будешь без ума от этого мальчика. Влад возможно даже заревнует. — Ксюша немного даже смеется сквозь глубокую грусть.

— Почему не борешься за мужа? — спрашиваю самый важный для себя вопрос.

— А есть смысл, Лин? Мы и так с ним очень отдалились друг от друга за последнее время, стали почти чужими. А главное, перестали разговаривать. Еще таких пару лет и он точно в один из дней посмотрит на меня и не поймет кто рядом с ним.

Знаешь, увидеть в глазах любимого мужчины полное безразличие, это больнее любой измены. Жизнь дается нам лишь раз и назад ее не отмотаешь. Я не хочу тратить свою молодость на пустые сражения за мужчину, которому я безразлична, как женщина.

Нет, он меня ценит, уважает, возможно и любит по своему. Но это не те чувства, которые способны удержать нас вместе. Я сама знаю, что выдохнусь через время, потеряю себя, упущу сына, прозеваю его детство, юность.

А результатом будет пустота, пустыня. Скажи, это все стоит этих битв? Сильно одно перевешивает другое. Я точно знаю, что кроме Ильи, у меня больше не будет других детей. Нет, я не собираюсь игнорировать полностью мужское внимание.

Но родить ребенка, это совсем другое. Зато у вас с Владом еще будут дети. Много детей. Илья наконец будет счастлив кого-то понянчить.

— Ксюш, пожалуйста. — теперь я сама наливаю себе полный бокал и почти залпом выпиваю его. — Я никогда не смогу родить Владу, да и любому другому мужчине, никакими способами.

— Прости, пожалуйста, Лин. Я не знала об этом. Влад мне ничего об этом не сказал. Никогда бы не сказала такое, если бы знала. Прости еще раз.

В ее голосе настоящее сочувствие, а в глазах первые слезы.

— Я только утром рассказала сама все Владу. Он не знал о моем пожизненном диагнозе.

— Значит у нас с тобой будет почти равномерный обмен. Тебе достается сердце Влада, а мне его душа. Знаешь, я уже давно мечтаю открыть свое издательство за границей. Хочу создать новый формат женского журнала, каких еще никогда не было.

Хочу помимо моды и стиля писать о разных женщинах, самых сильных. Не только о женах президентов, принцессах, но и о самых обычных девушках с очень тяжелой судьбой. Лина, твою историю должен узнать весь мир.

Не одна какая-то страна, а именно в каждом уголке земного шара все должны прочитать о твоей судьбе. Мы изменим имена, фамилии, название городов. Не будет фотографий, но все будут знать, что все произошло на реальных событиях.

Я уверена, для многих девушек твоя история будет примером, как жить дальше и не сломаться, как идти вперед и не потерять достоинство. Ты невероятно сильная, Лина. Я бы не смогла такое вытерпеть, сломалась бы быстро.

Не говоря уже о том, чтобы найти в себе силы жить дальше. Я горжусь тобой, Лин. По-женски очень сильно испытываю гордость.

Я только киваю ей в благодарность и задаю следующий вопрос:

— Как ты узнала, где меня искать?

— О, это самое легкое. Не забывай за кем я была в браке столько лет. Ты и сама скоро узнаешь несколько секретов их тайной работы.

Ксюша делает последний глоток и встает из-за стола, поправляет костюм. Не прощаясь покидает кухню и оставляет мне снова одну. Только перед самым выходом замирает и не поворачиваясь говорит:

— Лин, мне очень жаль, что ты все это пережила и прошла через такой страшный ад. Никто не заслуживает такой судьбы. Никто. Я попрошу тебя только об одном.

Она замолкает ненадолго, кладет ладонь на ручку двери и твердым голосом просит:

— Сделай нашего любимого мужчину счастливым. Только тебе одной это будет под силу.

— Ксюш. — теперь я ее зову. — И ты меня прости. Я не хотела влезать в вашу жизнь. Скажи… Ответь, а с тобой… С тобой мы могли бы стать подругами.

Не знаю зачем спрашиваю такой глупый вопрос. Но Ксюша разворачивается и тихо отвечает:

— Если только в другой жизни.

Только после своего ответа она уже окончательно покидает дом, а вскоре и скрывается за калиткой. Такой ответ я слышала и, наверное, услышу еще не один раз в своей жизни. Ксюши нет уже несколько часов, как и вестей от Влада.

Зато на столе так и стоит недопитая бутылка вина, а в воздухе до сих пор кружится такой приятный аромат духов этой потрясающей и невероятно сильной и хорошей женщины.