Глава 10

— Когда ты в последний раз разговаривал с Ликой?

И как мне сказать своему еще тестю, что мы вообще с его дочерью практически не разговариваем. Все наше общение сводится к матам или, чтобы один из нас побыстрее свалил из дома, чтобы другому стало легче дышать.

А последнее наше тесное общение… Вряд ли бы Алексей хотел бы услышать о подобном. Как в прочем и любой другой нормальный родитель.

— Если честно. — начал выдавать первую порцию лжи. — Примерно пару дней назад, и с ней было все нормально.

Да, врать явно совсем не то, чему меня учили.

— Кирилл! — более строго продолжил Алексей. — Лика твоя жена. Минимум раз в день, ты должен узнавать, как она.

— Я понимаю. — не растерялся я с ответом. — Просто последние дни были очень напряженными в компании. Не было времени ни на что, ни на сон, ни тем более, кому-то звонить и спрашивать как дела.

Если бы что-нибудь произошло, мне бы первому сообщили.

В этом я не лгал. Действительно, последние дни полностью пролетали за секунду. Я просыпался — было темно, и ложился было также. Алексей вроде бы и смотрит понимающе, но все равно явно недоволен.

Хотя сам в этом ритме жил ни один год подряд.

— Ладно. А куда ты так рано собрался? Дома толком не был, жену не видел, не разговаривал с ней и уже уезжаешь. Какие между вами отношения?

— Что ни на есть самые современные. — не думая, ответил я.

— В моем понимании у замужней пары, только что поженившейся, должны быть совсем другие отношения.

Хотел я бросить Мальтову в лицо о его отношениях с его женой. Но уважение и долгая дружба наших семей никогда не позволит мне этого сделать. Хотя он должен быть последним человеком, попрекающим меня за равнодушие к жене.

— Я тоже виноват. Сильно многое на тебя взвалил. Ты и не обязан был все это разгребать после меня. Признаюсь, без тебя было бы сложно все так быстро уладить. Но все равно Лика должна быть у тебя всегда на первом месте.

Я хочу все-таки увидеть свою дочь. Что-то сегодня особенно за нее беспокоюсь. Да и тебе советую отложить свои планы и посвятить свой выходной молодой жене.

В последней фразе уже читалась вовсе не просьба, а скорее слышался приказной тон. Вот и оно, Мальтовское. Чтобы все и всегда, несмотря ни на что, подчинялись им и слушались безоговорочно.

Лина никогда такой не была. Ни разу. Зачем снова только подумал о ней. Снова по ней тоска. Не отпускает. Только показалось, что работа хоть немного помогла. Ни хрена.

— Хорошо, давайте тогда присядем. Сейчас скажу и нам приготовят кофе и позовут как раз Лику.

На часах девять. Но думаю, стерва успела уже проснуться. Пока нам готовят кофе, попросил горничную Елену позвать Лику. Но женщина в момент замялась, даже, видно, как в мгновение побледнела.

А вот это мне уже и самому не нравится. Что за херня и правда здесь происходит!?

— Кирилл Евгеньевич. — чуть ли не со слезами начала она говорить. — Дело в том…

— Что? — уже Алексей сам подскочил с места. Если мне в принципе было ровно, даже, если с ней и действительно что-то случилось, то вот ее отцу сразу стало страшно. Учитывая, что он понятия не имеет, где его младшая дочь.

— Елена, говорите. — более спокойно я попросил прислугу. Не хватало, чтобы она еще в обморок свалилась.

— Ангелика Алексеевна уже пару дней, как не выходит из своей комнаты, отказывается что- нибудь есть. Только говорит, чтобы ее никто не беспокоил. Вы же сами знаете, что она очень не любит, когда ее приказы не исполняются.

Да, Лика по-другому и не может общаться с людьми. У нее всегда только одни приказы. Вот и прислуга вся ее боится. Лишний раз и на глаза не хочет к ней попадаться. Странно только, что мне ничего не сообщили.

Единственно, могу это списать, что весь персонал подумал на очередные ее капризы.

— Как не выходит? Что значит, ничего не ест? Какого черта здесь творится? Кирилл, я тебе доверил самое ценное, а ты… Если с моей дочерью что-нибудь случится…

— Алексей, давайте без угроз только. Я вас, конечно, очень уважаю. Вы мне почти, как отец. Но попрошу сбавить обороты. Вы все-таки у меня в моем доме. И мы толком и сами еще не знаем, что случилось с моей женой.

Я специально пытался выделить эти местоимения. Я не привык, чтобы со мной так разговаривали, отчитывали, как нашкодившего мальчишку. Особенно из-за этой змеи.

— Елена, позовите Лику. Скажите, что приехал ее отец, хочет увидеться.

— А, если она опять… — снова начала она говорить, почти заикаясь.

— Тогда, передайте ей, что ее отец лично выломает дверь. — сказал Мальтов. — И, если это ее бздык, передайте, что я ее еще и спорю. Не посмотрю, что уже взрослая и жена. Пусть знает, что на звонки родителям нужно отвечать.

Елена быстро удалилась. В отличие от Мальтова я ни капли не нервничал. От слова вообще. Просто думал, что скорее всего мой единственный выходной пройдет без толку. Долго главную виновницу ждать не пришлось.

Обычно ее шаги слышались издалека. Она и дома ходила на высоченной шпильке. Никогда не понимал, зачем так над собой издеваться. Даже моя мать так себя никогда не истязала в стенах дома.

Сейчас же Лику было почти не слышно, но то, что она близко, я чувствую. Кажется, ее присутствие я всегда буду ощущать. Сначала я увидел ее со спины. И уже успел раз сто про себя удивиться.

Вместо шикарного платья на ней был одет обычный спортивный костюм. Даже вместо привычной шпильки — обычные тапочки, да и волосы собраны в какой-то пучок. Это точна Лика? Она поцеловала отца в щеку и села рядом с ним на диван.

Только сейчас я рассмотрел ее спереди. И сказать, что я охренел, это ничего не сказать. Лика выглядела просто мертвецки бледной, сильно исхудавшей, щеки впали, на лице ни грамма косметики.

На меня она просто не смотрела. Но я больше думаю, что у нее просто не было на это никаких сил. То, что она не играет и не притворяется, я был уверен. Даже ни одного украшения на ней сейчас не было.

И серьги сняла. Я бы больше поверил в конец света, чем в то, что вижу перед собой. Эта девушка не может быть Ликой Мальтовой.

— Доченька, маленькая моя, что с тобой, малыш?

— Пап, не паникуй, все нормально. Просто отравилась чем-то. Вот и все. Зачем панику только поднял? Пару дней отлежусь, и все пройдет. Кстати, ты что поменял парфюм? Мне старый нравился больше, а этот…

Лика прикрывает рот ладонью, и, кажется, что сейчас немного и ее просто вырвет.

— Нет. Все тот же, что ты мне всегда дарила. Я годами его не меняю.

— Странно. Совсем, кажется, запах другой.

— Лик. — продолжил говорить Алексей. — Мне не нравится совсем, как ты выглядишь. Это может быть и не отравление. У твоей покойной бабушки тоже так все начиналось. Все думали сначала обычная инфекция, а оказался опасный вирус.

Мне совсем не нравится, как ты сейчас выглядишь.

— Такая прям сейчас страшная? — пыталась она даже отшутиться. Хотя получалось у нее это с сильным трудом. Ей в принципе каждое слово давалось тяжело.

— Лика, ничего смешного! Почему так относишься к своему здоровью? В нашей семье здоровью всегда уделялось особое внимание. Ты же знаешь всех наших семейных врачей. Могла бы им позвонить.

Тебя бы обследовали на дому. Ты же не маленькая. Еще и твой муж…

Только сейчас она посмотрела на меня. А вот взгляд у нее, несмотря на болезнь, был такой же. Да, дорогая, и я тебя сильно люблю. Ничего не изменилось.

— Все! Оба достали меня. — выругался Мальтов. — Едем в клинику, которую мы спонсируем.

— Папа. Не надо! Я же сказала…

— А я тоже сказал. И решение своего не поменяю.

— Мне же надо собраться. Не поеду же я в этом.

— Очень даже поедешь. Никаких сборов. Поехали сейчас же.

— Может все-таки на дом? — это уже я предложил.

— На дом надо было раньше думать. Вдруг что-то серьезное и потребуется остаться в больнице.

Я сел за руль, а отец со своей непутевой дочерью сзади. Всю дорогу до машины он придерживал Лику за талию и, не спеша, вел к автомобилю. По идее это должен был делать я, как любящий и заботливый муж.

Но почему-то решил, что ее отец не позволит мне этого сделать. Даже, если бы сам и захотел. Лика сразу легла на сиденье, поджала под себя ноги и опустила голову на колени отцу. Почему-то именно сейчас она казалась такой маленькой, такой беспомощной.

Даже жалко ее стало. Но, как и у меня, так и у нее, это состояние временное. Алексей нежно поглаживал ее волосы, хотя очень сильно нервничал в этот момент.

— Пап. — еле слышно спросила Лика. — А ты меня до сих пор еще любишь?

— Лик, что за глупые вопросы? Конечно, люблю. Очень сильно. Ты же моя любимая девочка.

— Просто ты все время был занят только поисками Лины. Все время думал только о ней. Как будто и нет меня.

— Глупости, Лик. Как бы тебе сказать. У меня же две руки, и, если я больше переживаю за ту, которая болит, это не значит, что на здоровую мне плевать. Прости за сравнение. Ты мой первый, желанный ребенок.

Я так ждал, когда мама тебя быстрее родит. Так не терпелось взять поскорее тебя на руки, вдохнуть твой запах. День твоего рождения — самый счастливый в моей жизни. Ничего не изменилось с того дня.

Многие мужчины хотят сыновей, а я хотел всегда дочерей. Ты не представляешь, какую гордость я испытывал, когда все подряд говорили, как сильно ты похожа внешне на меня. Папина дочка. Лик, я тебя очень люблю, малышка моя.

Как отец, я его понимаю. Но… Если бы он только знал, какая его малышка на самом деле. Кого он вырастил на свою голову. Но он не видит ничего. Для него она все та же девочка из детства. Возможно, именно в то время она и была еще не настолько испорченной и озлобленной сукой.

Посмотрев в зеркало на нее, впервые могу сказать, глядя на Лику, что именно сейчас в ней есть что-то отдаленно человеческое. Хоть какое-то проявление каких-то чувств. Ведь даже несмотря на такое ее состояние, она все равно красивая девка.

Ведь же могла, как и сестра, быть другой. Я бы вряд ли бы в нее влюбился. Но она могла найти парня, построить нормальную семью. Ведь и мужиков немало, которые слюни по ней пускают.

Но она решила быть стервой. Что же, это ее осознанный выбор. В самой больнице нас уже ожидали. Видимо, Алексей уже всех оповестил, так как собрался целый консилиум врачей. Да, за старшую дочь он очень переживает, прям до трясучки.

Нас провели в просторный кабинет. На просьбы Лики, чтобы ее оставили наедине с врачом, Алексей сразу отказал. Но раз он остался в кабинете, останусь и я. Врач, Ирина Викторовна, судя по имени на бейджике, она же и главный врач этой клиники, лично взялась за осмотр.

После нескольких общих вопросов она попросила Лику лечь на кушетку и провести ей УЗИ. Я рассчитывал, что все это займет гораздо меньше времени. Почему-то был уверен, что ничего серьезного у нее нет.

Зато Мальтов никак не мог успокоиться, места себе не находил. Просто засыпал бедную женщину вопросами.

— Ну вот и все. — наконец врач хоть что-то ответила сама. — Сейчас позову своих коллег из гинекологии. Мне здесь больше делать нечего. А, вас Алексей Глебович, я поздравляю. Скоро вы станете дедушкой.

А, вы, Кирилл Евгеньевич, папой.