Глава 33

— Хотя откуда тебе ее знать? Уверен, если бы ты увидел ее раньше, то точно не подложил бы Лину под Заура.

А вот в этом брат прав, на тысячу процентов прав. У меня у самого сейчас в голове гораздо больше вопросов, чем ответов. И с каждым нужно отдельно разобраться и как можно быстрее.

— Олег, а, если бы это была не Лина, а…

Брат даже не докурил сигарету, а, как ураган, подлетел и схватил меня за грудки:

— Даже имени ее не произноси, не смей! Ты понял меня!?

— Олег. Она была нашей сестрой, любимой сестрой!

— Вот именно, что была. А мы с тобой оба есть, здесь и сейчас. И будем не одно еще десятилетие. Я предпочитаю мир живых, а не мертвых. Да и скорбеть как-то времени нет.

— Ты даже на могилу ни разу за одиннадцать лет так и не пришел. Ни одного раза. Даже цветы не принес. Пусть не сам, хотя бы своими людьми передал. Как будто Вики никогда и не было с нами.

Олег, она же нас с тобой любила, очень любила.

— Это я помню прекрасно. Она, да, любила… — задумался Олег.

— А наша мать ненавидела. — зачем-то я решил ковырять старые раны. Самому было плохо от тех воспоминаний. А что было говорить про Олега. Ведь именно он больше всех испытал на себе ненависть матери.

Только лишь за то, что он был похож внешне на отца, который и имя дал своему старшему сыну, как у себя. Мне тоже доставалось, но гораздо меньше. И во многом благодаря только Олегу и Вике.

Олег отпустил меня и усмехнувшись ответил:

— И ты хочешь, чтобы я вспоминал о той жизни? Нет, брат. Я похоронил все воспоминания о том поганом времени вместе с Викой. И вспоминать ту жизнь не хочу и не буду. Если ты так хочешь, можешь упиваться воспоминаниями.

А я буду жить здесь, здесь и сейчас. И на будущее, не стоит тебе напоминать мне о сестре. На сколько я знаю, ты следишь за ее могилой. Часто навещаешь, оставляешь ее любимые цветы. Думаю, этого вполне достаточно.

Один хер, больше с Викой ни в этой жизни, ни в той, если она существует, мы никогда не встретимся. Да и ты с ней тоже.

К чему теперь эти сопли и слюни. У нас есть дела посерьезнее и поважнее.

— Знаешь, Олег. А мне было всегда интересно, для чего это все? — я обвел всю комнату вокруг. — Зачем? Кому мы оставим все эти миллионы, эти грязные кровавые деньги? Эту власть, построенную на жизнях тысячи и тысячи людей.

Мы же даже детей с тобой оба не хотим. Может пора просто остановиться? Успокоиться. Пожить наконец-то. Попробовать хотя бы. Хоть постараться стать нормальными. Настолько — насколько это возможно.

Олег просто засмеялся. Сильно, громко, зловеще.

— Ты меня рассмешил. — откашлялся брат. — Как нормальные. Вот даешь, Марк! Мы никогда не были нормальными, ни одного дня. С самого рождения. Наш отец всегда насиловал мать. А мы все родились только в результате насилия.

Думаешь, если бы у нашей матери был бы хотя бы крошечный шанс, она бы не воспользовалась им? Не сделала бы аборт? Из нас в принципе никого не должно было быть. Никогда. Даже Вики.

И ты хочешь, чтобы я вспоминал то время? Холод, голод, побои. Пусть это, как ты говоришь, и не достанется никому. Но зато ни одна тварь даже косо не посмотрит на нас с тобой. Слова поперек не скажет.

Мы можем брать все, что захотим. И за это нам с тобой ничего не будет. Можем выбирать любую девочку. И я выбрал. Хочет Лина или нет, не сегодня, так завтра она будет в моей постели. И ее мнение и желания меня совсем не волнуют.

Ты думаешь, ты такой весь идеальный? Такой хороший? Да не хрена подобного. Ты просто немного лучшая версия меня самого. Ты тоже Борцов. И в тебе также течет наша общая поганая кровь.

Мы такие, всегда такими были и сдохнем такими же. Только даже после нашей смерти о нас всегда будут вспоминать. Вспоминать и бояться. Вот для чего это все. Оказаться после дна на самом вверху.

И оттуда вершить судьбами, руководить. Я создал такую империю, которую никто не мог раньше и не сможет и в будущем.

— Брат, но ты не творец.

— Зато мне очень нравится таким себя считать. А что касается тебя, так куда делись твои мечты? М…? Хорошо. Раньше не было денег, ты не поступил. Но мечты же остались. Ты мог десять раз выучиться и построить свою строительную империю, как хотел.

Где твой город мечты? С такими деньгами и мозгами, как у тебя, можно построить еще один Дубай, даже лучше его. Давай, же строй! Начинай! Ну же!

Брат стал тыкать мне в грудь пальцем.

— Где твой гребаный сказочный город с больницами, школами, стадионами? До сих пор только на макете. Можешь хоть сейчас начинать стройку. Я и слова не скажу. Даже лезть не буду.

Наоборот, помогать буду. Найду лучших строителей, поставщиков. Ну что начнешь осуществлять свою детскую мечту? А хочешь я отвечу за тебя. Нет. Не начнешь. Ни сегодня, ни завтра, никогда.

Твой город мечты так и останется только на чертежах. Потому что тебе этого по-настоящему не надо. А то чего я хотел и чего так долго добивался, всего достиг.

Разница между нами лишь в том, что у нас свои империи будущего. Только вот я свою построил, а ты нет. И не построишь уже никогда. Хотя признаюсь, возможно в твоей больничке я бы прокапывался пару раз в год.

Мне даже возразить было нечем. Это действительно была мечта. Сначала не было средств, теперь времени. Хотя все это тупые отговорки. Брат прав, как всегда прав.

— Можешь подумать еще. Если решишь все-таки начать, помогу с землей. Кстати, территории Алиевых идеально подходят.

Ну а теперь по существу. Мне нужна вся информация на эту девчонку. Откуда, сколько лет, с какой семьи, кто ее продал. Мне нужно все знать о ней. Вплоть до того с кем сидела за одной партой в школе.

Но самое главное… — Олег сжал челюсти. — Скольких до Заура она успела обслужить.

Это и меня волновало очень сильно. Только от одних этих мыслей в груди невыносимо сильно жгло. Даже воздуха не хватало. О Лине я знал все почти до ее шестнадцатилетия. Потом от греха подальше перестал следить за ней.

Знал, что у этой девочки будет и так все замечательно в жизни. Я и подумать не мог, что наша следующая встреча состоится именно в этом блядушнике. Если бы я хоть иногда интересовался и дальше ее жизнью, она бы никогда не попала в наш бордель.

Да, что говорить про иногда. Если бы я приехал, хотя бы на несколько часов раньше Олега, то сам встретился с Зауром. Я бы отдал ему Лину. Но только временно. Потом бы придумал план и выкрал бы ее.

Главное было — не попадаться ей на глаза брату. А теперь уже поздно. Теперь надо придумать, как держать его в руках. Потому, если он и сам еще не понял на кой черт она ему сдалась, то никто тем более и предположить не может дальнейшие развития событий.

Лина никогда не догадывалась о моем существовании, не знала, что за ней наблюдали. Я бы мог рассказать сейчас брату все, что знаю о ней, но не буду. Надо самому сначала все узнать, что да как.

Да и узнав он о ее семье, кто она и откуда, это бы его никак не удержало. Если он решил на счет Лины и хочет ее себе, тут уже и сам черт не поможет.

— Марк, ты слышишь меня?

Я отвлекся и совсем не слышал, что спрашивал Олег у меня.

— Информация должна быть собрана очень быстро.

— Хорошо. Через пару дней папка на нее будет лежать на твоем стеле.

— Каких пару дней, Марк! Через несколько часов я уже должен знать о ней все.

— Олег, я только с дороги. Год не был дома. Я могу хотя бы душ принять и поспать пару часов? А иначе и информацию скоро доставать будет некому.

— Надо же! Какой ты стал нежный! Когда-то мы не могли позволить себе такую роскошь, как сон. Если бы думали, как быстрее крепче поспать, то нам бы с тобой уже давно перерезали бы глотки. А теперь хочешь в кровать поскорее? Или тебя шлюха ждет?

— Блядь, заебал, Олег. Будет тебе информация, утром будешь уже читать и изучать досье.

— Так бы сразу. И еще Эрну тоже ко мне. К ней у меня также есть вопросы. И рыжую докторшу тоже зови.

— А докторша то зачем? — искренне удивился я.

— Ты просто, наверное, не заметил, но у Лины на щеке свежий шрам. Уже зажил немного, но все равно еще сильно заметен. Вряд ли ей его Заур оставил.

Я тяжело сглотнул. Я и правда ничего не заметил. Не успел. Блядь. Какой шрам? Сука. Какая, блядь, мразь посмела ей такое сделать. Да я его собственными руками землю жрать заставлю.

Но Олег прав в одном. Заур бы никогда подобного не сделал. Даже, если бы это была не Лина, а совсем другая девушка. А значит… Самые страшные мысли стали появляться в голове. И одна хуже другой.