Глава 84

Олег на руках относит меня в нашу спальню. Нашу… Не могу все равно называть ее общей. Только, если про себя. Вслух язык не повернется так сказать. Нашего и общего нет ничего. Абсолютно.

Есть он. Есть я. Его. Мое же… Все мое осталось там. В далеком прошлом, в другой жизни, в которой и я была другой, с другими желаниями. Сейчас даже желания у меня ненормальные. Такие же, как и теперешняя моя жизнь.

Вместо предполагаемой постели Олег заносит меня в ванную. Быстро раздевается сам и в считанные секунды избавляет и меня от остатков одежды. Я снова перед ним вся обнаженная и душой и телом.

Сверху на нас льется теплая вода. Телу становится приятно. Мышцы расслабляются. Я хочу смыть последние часы этого дня. Смыть воспоминания о фотографиях с Ликой. Если хоть немного получится это сделать, я буду счастлива. Олег не исполнил ни одного моего желания, заранее посчитав меня слабой.

А сейчас я хочу свою дозу обезболивающего. Наверное, я бы лучше предпочла бы напиться и забыться хотя бы на несколько часов. Но вряд ли Борцов разрешит мне алкоголь. Он ясно дал понять свое отношение к алкоголю и женщинам, употребляющим его.

Борцов с жадностью смотрит на меня, просто пока смотрит, ничего не делая. А в мыслях уже давно имеет меня. Зверь не спешит первым напасть, выжидает, хочет моей реакции. Я на мгновения прикрываю веки. Подхожу вплотную.

У него невероятное тело. Очень красивое. Он сам невероятно красивый. И такой же невероятно жестокий. Я провожу руками по его крепкой груди. Мы оба мокрые. Мои соски царапают его кожу.

Олег дышит надрывно. Я трогаю его, медленно изучаю, причиняя тем самым ему невероятную боль. Боль от такой сладкой пытки. Его член уже давно готов. Он забрал у меня все. Я осталось без ничего. Что я имею против него?

Казалось, бы абсолютно ничего. Но сейчас я понимаю, что это не так. В моих руках осталось самое сильное оружие против него. Мое тело. То, что ему так необходимо. Все виды лекарства для него в одном флаконе — в моем теле.

Значит мне нужно научиться правильно им пользоваться. Оружие же может убивать. А не только ранить. Я стану такой женщиной, которую он хочет видеть рядом с собой. Я узнаю все его тайны и секреты.

Узнаю имена самых главных врагов и конкурентов. Я не верю, что он такой непобедимый. Наверняка, есть те, кто давно хочет его уничтожить. Раз и навсегда. А враги моего врага моментально становятся моими друзьями.

Я проберусь в его голову. Получу все ответы и в нужный момент ударю. В самое сердце одним ударом, чтобы наверняка. Никогда я не откажусь от свободы. Надежда, как звали мою маму, всегда со мной. Оберегает и охраняет меня.

И в память о своих любимых я не сдамся, никогда. И пусть сейчас я побеждена и сломлена, я все равно однажды встану с колен. Пусть и дальше думает, что я слабая. А я буду слушать и слышать. Я Мальтова. А Мальтовы не сдаются. И не склоняются ни перед кем. Никогда.

Я обвожу пальцами соски Олега, а затем целую их губами, как можно нежно. Так, чтобы ему было сладко и больно. Обвожу каждый миллиметр на груди, изучаю рисунки татуировок, глажу и целую плечи.

Олег тоже присоединяется к ласкам. Трогает и целует грудь, пальцами ласкает лоно, подготавливает для себя. Потом целует, поглощает рот, врывается языком. Он такой жадный, ненасытный.

Я отвечаю на каждое его движение. Но мне этого мало. Я хочу, чтобы он еще больше потерял голову от меня. Капли воды стекают с нас. Интересно, сколько ее нужно, чтобы избавиться от всей этой грязи?

Я смотрю Борцову в глаза и медленно опускаюсь на колени. Да, ублюдок. Я на коленях сейчас перед тобой. Но однажды на коленях будешь стоять ты сам. Я точно меняюсь. Раньше я была настолько наивной, что не замечала вокруг себя очевидных вещей.

Таких, например, как зависть. Зависть к моей семье. Теперь я вспоминаю лица всех людей, которые бывали у нас дома, улыбались, льстили нам. Но по факту ненавидели. Сейчас для меня это очевидно.

Даже странно, как я действительно не замечала отношение Лики к себе. У нее было многое написано на лице. Она и не пыталась этого скрыть. Но я была так слепа и наивна. Спасибо Олегу Борцову и подобным ему.

Если бы не они, я бы так и продолжала бы все и всех видеть в белом свете.

Я смотрю снизу вверх на Олега, беру его член в руки, не отрывая взгляда обвожу его головку языком, ласкаю, вбираю его на полную длину. Я нравлюсь ему в таком положении. Особенно, что все делаю сама и без единой подсказки.

Он именно сейчас искренне улыбается, по-настоящему. Гладит щеки, зарывается пальцами в волосы. Я мучаю его, не даю кончить. Пытаюсь быть главной. Ускоряюсь и тут же на самом пике замедляюсь.

Выпускаю полностью член и снова беру в рот. Губы уже пекут, а колени устали. Но я продолжаю делать нелюбимому мужчине минет. Олег уперся кулаками об стенку и смотрит на меня сверху вниз.

Когда ему надоедает, он собирает мои волосы в хвост и сам начинает таранить мой рот. Сейчас он просто жестко трахает меня таким способом. Другой рукой он дергает за сосок. Я чувствую, как член во рту начинает увеличиваться, подрагивает.

— Сейчас я хочу кончить тебе в рот, Лина. — рвано говорит Борцов. Он не ждет моего ответа, а продолжает ускоряться и сильнее стонать. В душевой разносятся пошлые стоны. Это настоящее безумие, его сумасшествие, которое передалось по всей видимости и мне самой.

Несколько размашистых толчков и Олег с громким стоном кончает мне в рот. Я глотаю все до последней капли, вылизываю его член. Так же тебе нравится, ублюдок? Вижу, что нравится. Наслаждайся, пока можешь.

И хоть я и была на коленях в этот момент, чувствовала все равно себя победителем. И это только начало. Олег подхватывает меня на руки, так что я обхватываю его ногами за поясницу, и сразу входит в меня на всю длину.

Я запрокидываю голову и впиваюсь ногтями в его плечи, искренне надеясь, что ему хоть немного больно. Но, кажется, его это только сильнее возбуждает. Сейчас мне не нужна нежность.

Я просто хочу, чтобы перестало болеть. Поэтому быстро подстраиваюсь под его ритм. Хочу еще быстрее, еще сильнее. И, кажется, даже кричу, прошу его об этом. Пусть не останавливается.

Я почти полностью откидываюсь назад на спину, так что Олег держит меня практически на весу. Под спиной нет никакой опоры. Она и не нужна, когда крепкие руки удерживают тебя за бедра.

А член скользит так легко в таком податливом, в таком желанном для него теле. Я просто отключаюсь. Со стороны замечаю, что мы уже не в ванной. Поверхности за моей спиной сменяют одна другую.

Что-то твердое, потом что-то мягкое. Мы на полу, на подоконнике, на комоде. Слышатся звуки разбитой посуды, каких-то предметов, которые один за одним падают с него. Кровать, которая просто не выдерживает бешеных толчков. Стены, которые, наверное, уже не могут слышать наших общих стонов и криков.

Любая поза уже не вызывает никакого стыда. Сколько раз мы ласкали друг друга этим вечером языком? Уже никто из нас точно не скажет. Мы только один раз спустились на кухню перекусить. Олег сказал, чтобы я не одевалась.

Сам он тоже не собирался тратить время на одежду. Мы ходили по дому абсолютно голые. Куда же делось мое стеснение? Неужели, чтобы однажды получить свободу, я полностью потеряю себя?

На кухне все продолжилось на столешнице, потом на кухонном столе. Сил уже и правда не было. И, судя по всему не только у меня. Для Олега такой марафон был немного равносилен тренировке.

У меня же это дикий секс забрал все оставшиеся силы. Но ведь этого я и хотела. Душа уже не болела. Болело только тело. А тело — это уже ерунда.

Обессиленные мы оба лежали на кровати. Олег притянул к себе, так что моя голова полностью лежала на его груди. Он ласково гладил мои волосы и руки, которые лежали на его груди.

— Что это вообще было? — задал Олег первый вопрос.

— На счет чего? — я и понятия не имела о чем он думает вообще.

— Мы трахались, как в последний раз. Как будто завтра будет конец света, или он уже наступил.

— Не знаю, как на счет завтра, но в спальне он точно уже наступил. — ответила я, рассматривая тот беспорядок, который мы устроили. Даже не верилось, что такой погром действительно здесь после нас.

На полу была куча стекла. Ваза с цветами на комоде упала и разбилась. Да и сам комод выглядел, честно говоря, очень печально. И вряд ли подлежал ремонту. Все постельное тоже было в плачевном состоянии.

— Я грохну этих мебельщиков. Они обещали мне, что эта мебель переживет меня, а в итоге не вынесла и одного единственного траха.

— Ты, наверное, шутишь? — я серьезно посмотрела на Олега. Но нет. Он не шутил, а говорил вполне серьезно. — Это же просто мебель, Олег.

— А, я просто не люблю, когда меня наебывают, Лина. Хоть в чем-то. Я же сам обещал тебе, что мы опробуем все поверхности в этом доме. А обещания свои я пытаюсь всегда сдерживать.

Ладно, не буду никого убивать, расслабься. Пусть живут. Пусть благодарят мою жену. Сегодня я был доволен. Очень Мне все понравилось. Не скрою, Лина, никогда не думал, что тебе может понравиться жестко.

— С чего ты решил, что мне все понравилось?

Олег лишь усмехнулся и притянул к себе еще ближе.

— Ты так кончала и кричала, что других мыслей по этому поводу у меня просто нет. Не понятно еще, кто кого сегодня трахал. Да, жена, в тебе оказывается много секретов. И мне нравится их разгадывать.

А на счет мебели, да хрен с ней. Закажешь сама новую, какую захочешь. Ты, кстати, так и не сказала, как тебе вообще дизайн нашего дома.

— Мне все нравится. — сказала чистую правду. Зачем лгать, если мне и правда все нравится. — Олег… У меня к тебе есть некоторые вопросы.

— Лин, завтра тяжелый день для нас двоих, вернее уже сегодня. Сначала поедем в клинику, потом сразу съемка. Твои вопросы не могут подождать хотя бы до утра?

— Нет. — твердо ответила я.

— Хорошо, спрашивай, что тебя волнует еще.

— Я хочу, чтобы ты мне прямо сейчас рассказал, что придумал для меня. Какие сюрпризы приготовил, которые должны мне так понравиться?