Глава 96

— Твои же родители похоронены в нашем городе? — Настя лишь молча кивнула. — Ты давно их не навещала?

— Да, если честно, уже давно. Все, как то времени нет. Да и … Мне каждый раз страшно возвращаться в родные места. Все кажется, что снова столкнусь с Ликой. А теперь, зная, что она сделала с тобой, как обошлась, страшно становится вдвойне.

— Ты можешь поехать не одна. Пусть твой Женя сам тебя отвезет.

— Нет. У него постоянно много работы. Он работает на Олега почти без выходных, чтобы потом взять большой отпуск отдохнуть нам вдвоем. Женю я точно трогать не буду.

— Хорошо. Но он же не контролирует тебя, ты же можешь сама спокойно передвигаться?

— Да, в этом плане у нас с ним полное доверие.

— Я это и имею ввиду. Съезди к нам в город. Встреться с папой, просто передай ему от меня письмо и все.

— Лина. Там же эта.

— Насть. Она недавно вышла сама замуж за Кирилла и живет отдельно. Она и раньше всегда стремилась побыстрее уехать с нашего дома. Сейчас ее точно там не будет. Но даже, если ты и боишься увидеться с ней, можешь поехать к папе в компанию.

Насть, Олег заставил меня написать папе жуткое письмо. В нем одна сплошная ложь. Ему очень больно сейчас, Насть, очень больно.

Неужели тебе не жалко папу? Ты же сама говорила, как Мальтовы помогали тебе всю жизнь. Насть, я прошу тебя. Помнишь, в тот вечер на балу ты упала передо мной на колени и со слезами на глазах просила прощение.

Теперь я в твоих ногах и даже не прошу, я умоляю тебя помочь мне. Пожалуйста. Ты мой единственный шанс на спасение.

— Лин, ты даже не представляешь о чем просишь меня. Я помогу тебе, предав свою любовь. Я так не могу. Ты сама знаешь, что с нами сделает потом Олег, когда обо всем узнает.

— Насть, папа вам поможет. Вы покинете страну по новым документам. Начнете новую жизнь с чистого листа. Папа перепишет на вас одну из своих фирм. Вы ни в чем не будете нуждаться.

Хватит и вам и вашим детям. Все легально, никакого криминала, никаких убийств. Ты же сама понимаешь, что каждый раз, когда ты провожаешь Женю на работу, он может не вернуться к тебе обратно.

И потом, когда ты ложишься к нему в постель, когда он тебя ласкает своими руками. Ты никогда не задумываешься, что он делал этими руками? Насть, вам не придется никогда больше бояться, прятаться. Твой мужчина никогда не сядет в тюрьму.

Я прошу тебя, Насть. Чем больше времени я с Олегом, тем быстрее придет конец всей семье Мальтовых. Но хорошо, если ты боишься связаться с папой на прямую, я дам тебе телефон своей тети.

Она скорее всего уже в Польше. Но она все немедленно передаст папе.

— Лин, даже, если на минуту и представить, что все так и будет, как ты говоришь. И твой отец действительно сможет каким-то чудом забрать тебя у Олега. Что дальше? Ты думаешь на этом все и закончится?

Олег это спокойно съест и все!? Нет, Лин. Вот тогда и начнется настоящий ад на земле. Начнется настоящая бойня, война. Твой отец, несмотря ни на что очень порядочный человек. Он не играет и не может действовать грязно, идти по головам.

В этой войне, Лин, проиграет именно твой папа. Поверь мне. И даже, если он и успеет запрятать тебя от Борцова, Олег не успокоиться, пока не найдет тебя и не вернет себе. Пусть на это уйдут целые годы, но он перевернет все.

И рано или поздно все равно тебя найдет. Только вот представь, сколько за это время погибнет невинных. Он же и так без тормозов. Все это знают. А без тебя, думаю, его совсем прорвет.

Ты говоришь, переживаешь за своих близких, за крестную, остальных. Ты их всех собираешься тоже прятать по углам, отписывать на каждого кусок вашего состояния? Лина, это просто нереально.

Мало и этого. За Олега тоже стоят очень влиятельные люди. Пусть я многого и не знаю. Но кое — что все-таки успела понять. И этим влиятельным людям будет очень невыгодно, если с Олегом что-то случится.

За твоим отцом тоже непростые смертные. Но, Лин. Нужно смотреть правде в глаза. Мальтовы проиграют эту войну. Твой отец, возможно и страдает сейчас, но хотя бы он живой, в физическом плане. А так.

Ты уже по доверчивости потеряла одного родного человека. Пусть остальные останутся в живых хотя бы. Не обрекай их всех на ад. Забудь о побеге. Забудь о своей прежней жизни. Ты теперь Борцова. Жена очень влиятельного и сильного мужчины.

И теперь ты должна стоять рядом с ним, поддерживать его, быть его опорой. С тобой он еще может держать своих демонов при себе, без тебя… Даже страшно подумать.

Я смотрела и слушала свою бывшую подругу. Как карточный домик, рушились последние мои надежды на свободу. Слез уже не было, как и слов. Все, что я могла, я уже сказала.

— А на счет свадьбы Лики и Кирилла. — спокойно продолжила Настя. — Я читала недавно в журнале об этом. Я думаю это больше брак по расчету. Нет там никакой любви, ни с его стороны, ни тем более с ее.

К тому же я читала все предыдущие статьи о вас. Я помню с каким обожанием Лебедев смотрел на тебя. Сейчас и тысячной доли нет в его взгляде на твою сестру.

— Насть, ты и правда думаешь, меня это сейчас волнует? — сказала безэмоционально я.

— Нет, просто подумала. Вдруг ты к Кириллу неравнодушна или к нему есть какие-то чувства. Поэтому и сопротивляешься полюбить Олега.

— Насть, это бред. Мы с Кириллом всегда были только друзьями и никем больше. И с большой вероятностью ими бы и остались. Лебедев здесь абсолютно не при чем.

— Ну тогда тем более. Постарайся полюбить Олега. По-настоящему. Ты даже не представляешь, сколько женщин вокруг хотят его, сколько влюблены в него, как кошки. Даже те, которые встречаются с его людьми, страдают от того, что не могут с ним провести и одной ночи вместе.

Одна половина из них любит Борцова старшего, другая — младшего. А он полюбил тебя, тебя одну, Лина. Безумно, по-зверски, одержимо. Но все равно любит.

— Насть, если бы я могла, поделилась бы этой любовью с остальными. Ладно, я пойду уже, мне пора.

— Но, как же! Мы же хотели еще поплавать, да и вообще еще столько всего.

— С меня всего уже хватит, Насть.

— Лин, подожди. Мы же еще увидимся?

Она с надеждой посмотрела на меня. Я лишь усмехнулась:

— Это вряд ли, Насть. Это наша первая за несколько лет встреча и скорее всего последняя. Только запомни последнее. Когда в один из самых обычных дней к вашим головам будет приставлено оружие, вспомни, пожалуйста, этот день и этот разговор.

У тебя был шанс на новую нормальную жизнь. Прощай, Насть. И несмотря ни на что, будь счастлива.

Она что-то мне говорила еще. Но я не хотела ни слышать ее, ни слушать больше. Очень быстро переоделась и пошла обратно к машине, в которой меня преданно ждал Юра. Видимо, парень сильно удивился, что я так рано, но ничего не сказал.

Уже в машине я прикрыла глаза. У меня есть еще целая неделя. Семь дней, когда Олег не будет ко мне прикасаться. Для нас обоих эта целая вечность. Только в совершенно разных понятиях. Для него это пытка, а для меня — глоток желанного кислорода.

Сейчас у меня осталось только одно последнее желание. Пусть эта неделя никогда не заканчивается.

Кирилл Лебедев.

Блядь. Опять я вернулся в этот чертов дом. Сука. Самого шатает, галстук удавкой перекрыл доступ кислорода в легкие. Только вот нужен он мне теперь? Неделю мы с Мальтовым бухаем сутками напролет.

Сегодня я дал слово себе. Сегодня пью последний раз. Эта шлюха не достойна, чтобы из-за нее заживо себя закапывать. Каким долбоёбом я был, когда решил жениться на этой стерве. Я же и правда думал, что этот брак поможет мне в поисках Лины.

И, если вначале я и хотел найти ее первым, скрыть от отца, сделать наконец своей, то потом мне стало абсолютно все равно. Лишь бы просто ее найти. Снова вдохнуть ее запах, просто почувствовать рядом ее присутствие, обнять ее крепко, увидеть ее улыбку, услышать ее голос.

Хотел, чтобы она, как всегда, когда я нервничал, положила свои руки мне на плечи. Неужели, сука, это так много? Выть сейчас хочется от бессилия, от правды, что узнал от ее отца неделю назад.

Я ей даже бы простил, что она трахалась с другим мудаком. Все бы простил. Даже согласился на предложение этой стервы. Лика сама предложила устроить якобы нашу счастливую семейную фотосессию.

Что, если Лина увидит наши общие фотографии, может дать знать о себе. Особенно фото с поместья. Самого выворачивало наизнанку от этого всего. Но упорно изображал из себя любящего и счастливого мужа.

Чего стоило сдержаться, когда эта сука гладила и трогала лошадь моей Лины. Я следил за ней тогда. Ведь понимал, что после Грома, Лика захочет отомстить. Лучший вариант — избавиться от Рады. Ее Лина очень любила.

Но с лошадью ничего не случилось. Случилось два дня назад. В очередном пьяном угаре сам поехал в наше поместье. Оружие всегда было со мной в машине. Помню, как достал его, проверил, что оно полностью заряжено.

А потом все, как в тумане. Вот я рядом с Радой, глажу ее, разговариваю с ней. А потом стреляю, выпускаю всю обойму, представляя, что передо мной Лина. Это именно ее я хотел пристрелить в тот момент.

Уже дважды за свою жизнь я убиваю своих лошадей. Своих любимых животных, которых любил с самого детства, к которым относился намного лучше, чем к некоторым людям. И все из-за обеих дочерей Мальтовых.

И, если старшая никогда не притворялась, кем является на самом деле, то вот младшая. За маской ангела всегда скрывалась такая же точно сука, как и ее сестра. Только, как оказывается, в стократ хуже сестры, намного хуже.