Глава 14 Тимур

Жилье в центре Лондона, в варианте Холли, только звучит пафосно. На самом деле это оказалась убогая однокомнатная квартира с крошечной кухней и давно всеми забытой сидячей ванной. Мебели минимум, как и предметов обихода. Даже шторы в ванной нет, что вызывает недоумение. Средних габаритов человек и так с трудом поместится в этой посудине и обязательно зальёт всё вокруг водой из-за отсутствия хотя бы дешевой полиэтиленовой шторки. Обстановка жилья тоже уносила нас в позапрошлый век. Из всей мебели разве что громоздкий буфет из красного дерева с покошенными дверками и обшарпанный французский секретер имели бы ценность, не относись к ним столь пренебрежительно хозяева. Именно к ним и направилась Милена, пристально осматривая побитый жизнью антиквариат. – Атмосфера тут, конечно, жуткая! – нарушил молчание Макар. На самом деле квартира как квартира. Просто небогатая, но чистая, пропахшая насквозь моющими средствами и отбеливателем. Но, осознание того, что тут жила и, возможно, все еще наведывается сюда настоящая хладнокровная убийца, автоматически превращало это жилище в зловещее тайное место. Это неприятное чувство заставляло внутренности съеживаться от подступающего страха и испытывать странное ощущение опасности, словно кто-то щекочет поджилки острым кончиком ножа. – Да. Помимо моей воли, возникает желание кое-кому связать руки и ноги, чтобы не бегала, – буркнул я, покосившись на Милену. Признаваться в том, что мне реально тут неуютно в присутствии леди, я не собираюсь, но подразнить борзую девчонку не упускаю возможности. Мне до жути понравилось играть роль её маньяка. Возможность безнаказанно воплощать в жизнь все свои грязные фантазии не каждому мужчине перепадает. Как же мне повезло, что у Милены профдеформация в сторону сексуальных маньяков! Мои слова достигли цели, и щеки Милены залились предательским румянцем. Да, Малышка, мне тоже жуть как понравилось ассистировать при реконструкции происшествия по показаниям жертвы. С кляпом во рту рыжей язвы было тоже отлично. Сам себе завидую. – Здесь слишком чисто, как в операционной, – озвучил Мирон то, что все и без него видят. – Не люблю такие чистые помещения, сразу закрадывается подозрение, что тут пытались скрыть следы преступления. – В загородном доме Энтони, сразу после обнаружения его тела, тоже всё сверкало чистотой. Но недолго. Холли, кажется, обзвонила всех мало-мальски знакомых людей, и к обеду в доме было уже не продохнуть от количества зевак, – вдруг вспомнил Кумар. – Не удивлена, – хмыкнула Милена. – Её сообщник был в доме, и она просто обязана была всё отдраить, удаляя его следы. Вдобавок, изображая горем убитую вдову, пригласила большое количество людей в дом, значительно усложняя работу криминалистов и полиции. Слушая болтовню профессионалов, порой чувствуешь себя идиотом, не сумевшим дойти до лежавших на поверхности выводов. – Доставай свой волшебный баллончик, – приказал Мирон, обращаясь к Милене. Поспешно отвернувшись, Милена извлекла из своего экспертного чемоданчика большой баллон без опознавательных надписей. – Что это? – проснулось во мне любопытство. – Специальный реагент. Старый добрый люминол. Позволяет находить даже тщательно замытые и старые следы крови, – надевая еще одни латексные перчатки поверх уже имеющихся, пояснила Милена. Вытеснив всех присутствующих в коридор, Милена принялась тщательно опрыскивать мебель, ковры, пол и даже стены комнаты. Буквально через минуту комната засияла разного размера пятнами, излучающими синее свечение. – Вот поэтому я не люблю слишком чистых помещений, – зло выплюнул Мирон и, чертыхаясь, двинулся к Милене. – Убили в шкафу? – Под шкафом действительно большое пятно, но я думаю, что это следы мочи. Люминол показывает реакцию с железом, поэтому там есть свечение большой лужи. Но на стенах шкафа нет брызг, только след от чьей-то ладони. – Человека длительное время держали в шкафу? – Да. Думаю, это была женщина или ребёнок, судя по ширине отпечатка ладони. Разговор Борзовых доходил до моего сознания сквозь мешок, туго набитый стекловатой. Мой взгляд метался от одних пятен к другим, и всё тело охватывал противный липкий холод, приносящий едва ли не физическую боль. Представить картину произошедшего здесь когда-то преступления было страшно. Синие пятна светились даже высоко на стенах, и я не силён в трассологии следов крови, но и мне понятно, насколько ужасна участь той жертвы. – Вот отсюда следы волочения в сторону ванной комнаты, – продолжали восстанавливать картину эксперты. Покосившись на лица парней, я понял, что не я один пребываю в шоке от представленной жути. Даже для бывалых ребят это оказалось слишком. Из всех нас только Милена, казалось, была абсолютно спокойна, продолжая скрупулёзно изучать место преступления. Радужка её глаз сейчас была максимально холодного серого оттенка. Только её не вывели из равновесия светящиеся пятна. Милена оставалась максимально собранной и сосредоточенной на своём деле. Дерзкая девчонка не перестаёт меня удивлять. – Пойдем на балконе, покурим, – позвал меня Макар, единственный, кто обратил внимание на мое позеленевшее лицо. Я лишь кивнул, проходя мимо уже обработанной люминолом ванной, сплошь сияющей синим. Местом для курения в этом богом забытом доме был просторный общий балкон, на которой можно попасть с лестницы. Тут мы и обосновались, опершись локтями на широкую перегородку и взирая с высоты первого этажа на захламленный внутренний дворик этого клоповника. – Я бросил три года назад, – сообщил я, выуживая из предложенной пачки сигарету. Просто чтобы перевести тему и не думать о страшном кошмаре, творившемся здесь. – Рано ты начал бледнеть, Своеобразный. Начнешь, когда ручной гоблин Холли получит приказ устранить душку Тимми! – паясничал Макар, пуская струйки дыма в небо. Отрезвил моментально, гребаный завсегдатай преисподней. В ту же секунду в голове перещелкнуло с дел давно минувших дней на неизбежно настигающее меня торжество. – Люди, склонные к жесткому юмору, обладают достаточно высоким уровнем интеллекта, Макар. Так, что твои старания убедить всех вокруг, что ты аморальный дебил, тщетны, – огрызнулся и я. – Не дебил, а псих, – деловито уточнил Бес, щелчком пальцев отправив окурок в ближайшую урну. Тоже не катит. С психикой у «психа» всё в порядке, дай Бог каждому. Я бы скорее отнес всю эту борзую троицу к людям свободным, в самом невероятном смысле этого слова. Свободными от страхов, делающих нас рабами, от сомнений, не дающих нам идти вперед к цели, от зависимостей, съедающих нас изнутри. К лучшим из нас. Плоды ли это воспитания или отборный материал генофонда – не знаю. Но, глядя на них, отчетливо понимаешь, что при всех их недостатках эта троица неизбежно будет иметь успех, к чему бы они ни прикоснулись. – Мы нашли труп, – выскочил к нам запыхавшийся Кумар, – точнее, замурованную в стену ванной мумию. Трупу года три, не меньше. – Настоящая Холли? – задал я вопрос, который, наверное, первым возник в извилинах у всех. – Останки в таком состоянии… опознать нереально. Вам лучше всем уйти, я вызову сюда парней из отдела. – Не порть нам праздник, Кумарыч! – возмутился Макар. – Три года прождала и еще неделю подождет твоя мумия. Нельзя допустить, чтобы гоблин со стервятницей соскочили с крючка! – Гоблин и стервятница? Оригинально, – покачал я головой. Что-то мне всерьёз перехотелось быть тем куском мяса, что эта стервятница раздербанит. Что Кумар, что Макар говорили на сильно ломаном английском, но удивительным образом понимали друг друга лучше, чем понимал их я. Пока они спорили, из квартиры появились Мирон с Миленой, и моё внимание полностью переключилось на рыжеволосую. – Потрудилась твоя невеста хорошо, не оставив ни единого огрызка бумаги с важной информацией, на поверхностях и ручках отпечатков разных людей больше, чем на носу статуи собаки, приносящей удачу, – доложила Милена. – Но все её старания напрасны, потому что главную улику она оставила под тонким слоем бетона. – Найди мы эту мумию раньше, не пришлось бы мне послезавтра стоять с псевдо-Холли перед алтарем, – отгородив спиной от всех, загромоздил Милене возможность удрать. Густые ресницы встрепенулись, и на меня уставились полные отчаянного бессилия серые глаза Милены. – Да, ты прав. Сейчас не осталось времени на следственные действия, допросы и прочее. Доказательная база слабая, если не сказать хуже. Труп и труп. Ещё неизвестно, когда и как он туда попал. О чем бы мы ни говорили и как бы друг с другом не воевали, мир привычно сокращается, оставляя только нас вдвоем. Сгущая воздух вокруг, сокращая расстояние между нами. И снова всё перестаёт иметь значение, едва её хрупкие пальцы касаются моей груди сквозь ткань накрахмаленной рубашки, чувствуя жар моей кожи и бешеный ритм сердцебиения. Магия любви на максималочке. К чёрту всё! Никакие риски сорвать месяцами планируемую операцию, ни предупреждение отца Милены не способны остановить меня сейчас. – Хочу тратить на тебя каждую свободную минуту. Когда ты не рядом, мне тебя очень не хватает, – признаюсь я Милене. Ресницы Милены трепещут и я наклоняюсь ещё ближе. Наши губы всего в нескольких дюймах друг от друга, достаточно близко, чтобы я почувствовал её дыхание на своём подбородке. – Для полного счастья или для ровного счёта? – грохочет рядом голос Макара и на моё плечо шлёпается его тяжёлая пятерня. Мудак! Дождаться бы того дня, когда и у Беса мозги закоротит на одной! Оторвусь по полной! В этот момент моя задница завибрировала и из кармана послышалась мелодия звонка. Не успел я подумать, что только недавно пойманная за хвост удача, начала от меня отворачиваться, как Госпожа Фортуна показала мне кто тут на самом деле «папочка». С аватарки звонящего, с едва заметной улыбкой на устах, на меня смотрела белокурая женщина, которая называет себя «Холли». Теперь, когда в квартире, где она жила до встречи с Энтони, найден обезображенный труп женщины, моя невеста уже не кажется мне такой красивой как прежде. Оказывается, наша внешность достаточно сильно связана с внутренним наполнением. Всего немного грязи – и красивая блондинка с большими карими глазами уже не вызывает во мне ничего, кроме отвращения. Мне не хватит всех матерных слов мира, чтобы описать своё состояние в эту минуту. Сейчас, когда я меньше часа назад своими глазами увидел доказательства кровавой расправы над несчастной мумией в бетоне, собрать всё своё мужество в кулак было невероятно сложно. Но я не мог позволить себе упасть в грязь лицом перед Миленой, профессионализму и выдержки которой, мне кажется, сейчас завидовали все присутствовавшие здесь мужчины. – Привет, милая, – отвечаю я на звонок, не сводя взгляда с Милены. Мой голос, как всегда при разговоре с Холли, спокойный и немного отстранённый. Благо, мне хватило ума и стойкости никогда не баловать гадину эмоциями. Сейчас я больше переживал за реакцию рыжеволосой девчонки на звонок моей невесты. Но, Милена снова меня не разочаровала. Ободряюще улыбнувшись мне, она подняла большие пальцы вверх, таким образам показывая мне, что я неплохо справляюсь. Умница моя. Несмотря на свой юный возраст, Милена обладает не только женской мудростью, но и весьма сильно прокаченным навыком работы в команде. Сразу заметен след Вареньевича в воспитании дочери. – Дорогой, почему о том, что ты вернулся, я узнаю от домработницы? – начала с претензий Холли. – Прости, милая, закрутился. Ты же знаешь, сколько у меня работы, – сухо отвечаю я, зная, что эта дрянь получает истинный оргазм, только когда я вкалываю ради нескончаемого потока денег для её шопинга. Справедливости ради, надо признать, что это фишка всех на свете женщин. Но одно дело горбатиться ради той, что отдаёт тебе взамен не меньше тепла и любви, и совсем другое, ради той, что в один день купила свадебное платье и траурный наряд в твою честь. – Как насчёт того, чтобы поужинать вместе? Нам так много нужно обсудить, Тимми! Свадьба через два дня! Я безумно волнуюсь! – залепетала Холли. Ага. Как же! Свадьба её волнует! Небось подружка уже доложила о визите Борзовых в дом моих приёмных родителей, вот и засвербило в задницах у всей шайки. От мысли, что мне придётся ужинать с Холли, мои ноги спешно начали пускать корни поближе к Малышке Милене. «Ужин» – беззвучно шевеля губами, сообщил я толпе свидетелей моего разговора. Мирон с Макаром тут же закивали своими буйными головами, Кумар в ужасе округлил глаза и лишь Милена проявила чуткость, положив свою тоненькую ладошку на мою руку. «Иди» – так же беззвучно ответила она мне, давая понять, что мне не стоит волноваться насчёт её чувств по этому поводу. Но я все же волнуюсь. Ни о себе, ни о том, что это будет самый долгий и самый отвратительный ужин в моей жизни, а о том, что это в любом случае неприятно моей Малышке. – Дорогая, у меня все дни забиты делами до самой ночи. Но, мы можем пообедать с тобой через час в «Плазе», – назначил я встречу и, дождавшись согласия, завершил разговор, с облегчением ткнув в красный значок на экране телефона. Из-за всего произошедшего, прощание с Миленой вышло скомканным. Преодолевал пробки и тесные улочки центра города исключительно на мышечной памяти. Смотрел в лобовое стекло и видел лишь лицо Малышки, провожающей меня взглядом с балкона жуткого дома. Дёргал ручку коробки передач и тыльную сторону ладони нежно покалывали иголочки, отголосками фантомных ощущений руки Милены. Холли появилась в ресторане ровно в назначенное время. Как всегда безупречна, пунктуальна ив кружевных перчатках по самый локоть. Возможно, именно из-за них она предпочитает одеваться, как чопорная леди воспитанная в строгих традициях королевской Британии. – Дорогой! Я ужасно рада тебя видеть! Ты не представляешь, как я по тебе скучаю! – изящным движением протянув мне руку, поздоровалась Холли. Её манерная сдержанность сейчас как никогда мне на руку. Мысли о том, что мне придётся её целовать, вызывают тошноту. – Я тоже, милая. Спасибо, что понимаешь положение, в котором я оказался из-за случившегося с родителями. Все дела на мне и, конечно, я обязан разобраться с тем, кто причинил им зло, – не без удовольствия списываю я своё нежелание проводить время с Холли, на неё же саму. Холли идеально отыгрывает момент, складывая бровки домиком, выражая переживания и сочувствие. Разве можно усомниться в её искренности, глядя на это милое и невинное личико, полное тревоги за всё человечество? Не знай я изначально, с кем связался, поверил бы без сомнений. – Ах, твои родители! Боже мой! У тебя есть предположения, кто мог такое с ними сделать? – продолжала демонстрировать мне Холли потрясающую актёрскую игру. Есть. И ты эту змею многоликую знаешь, как никто другой. – На данный момент круг подозреваемых очень большой. Сделаем заказ? Впервые на выбор блюд у Холли ушло не больше двух минут. В этот раз она не испытывала терпение официанта, выясняя о каждом блюде всю историю создания. И, едва захлопнув папку меню, вернулась к интересующей её теме. – Мелани сегодня мне позвонила. Бедная девочка так сильно была напугана теми русскими, что приезжали с тобой. Что это были за люди? – Знакомые моего дедушки. Борис посоветовал мне обратиться к ним, для решения некоторых вопросов, – произнёс я заготовленную фразу. Разумеется ни я, ни Борзовы и не рассчитывали, что их визит останется тайной. – Русская мафия? – стали большие глаза Холли ещё круглее. – Все русские – мафия, – ответил я неопределённо, наслаждаясь испугом в глазах невесты. Принёсший наши блюда официант, дал небольшую передышку Холли. Пары минут ей хватило, чтобы взять себя в руки и стереть с лица панику. Взяв в руки столовые приборы, моя невеста задумчиво ковырялась в тарелке с салатом. Её нервозность можно было заметить лишь по тому, что все ингредиенты своего салата она размяла вилкой в кашу. – Оставим это дело профессионалам, дорогая. Твои две сёстры и брат приедут на свадьбу? – спросил я, теперь уже отчётливо понимая, почему фальшивая Холли противилась знакомству жениха со своей семьёй. Я прекрасно помнил, что детей в семье Холли было девять, но мне хотелось поймать фальшивую Холли на лжи. – У меня пять сестер и три брата, Тимми. Но, ты ведь знаешь, что я не поддерживаю с ними связь. И, разумеется, не собираюсь портить себе праздник их присутствием, – холодно ответила Холли, барабаня ноготками по столу. Не попалась. Хорошо изучила прошлое девушки, чью личность украла. – Не желаете выбрать десерт? – неожиданно шлёпнулось на стол перед Холли увесистое меню. Опешив от такого наглого обслуживания, Холли изумлённо уставилась на официанта. Мне показалась его физиономия знакомой, в голове роились мысли и было чувство, что я точно его знаю. Дурацкие ощущения, когда крутится буквально на языке, плавает на поверхности памяти, но никак не удаётся вспомнить. – Благодарю, но нет, – придя в себя, отказалась Холли, подхватив отложенную вылку со стола. Но было уже поздно. Вилка, которой она действительно ела ещё минуту назад, была прижата к тыльной стороне меню, в руках официанта. Это мог видеть только я со своей стороны. Мазнув по мне взглядом, официант пожелал нам хорошего дня и ушёл. И только в этот момент я его вспомнил. Не выдав себя даже малейшей мимикой, переодетый в официанта коллега Кумара, непринуждённой походкой скрылся за дверями кухни. Холли вернулась к разговорам о предстоящем торжестве, но я, конечно же, совершенно её не слушал, гоняя в голове мысли, что ребята из отдела теперь вцепятся в Холли мёртвой хваткой. Им просто раньше трупа не хватало в бетоне! Теперь зашевелились. – Боюсь, что у меня не осталось времени, дорогая. Дела ждут, – едва невестушка закончила с трапезой, поспешил я попрощаться. – Тимми, я ужасно соскучилась! Приезжай сегодня ко мне, после работы, – замурлыкала псевдо-Холли, коснувшись рукой, затянутой в перчатку, моего лица. Как же это омерзительно! Смотреть на неё, улыбаться и терпеть прикосновения этих рук, по локоть в крови! – Займись организацией биеннале, милая, проверь всё ли готово для демонстрации всему бомонду наших искренних чувств, – не удержался я от маленькой колкости. – Это ведь была твоя идея, устраивать пышное торжество, мне бы хватило и скромного венчания в церкви без свидетелей. Спорить Холли со мной не любила никогда, видимо это часть её стратегии по завоеванию доверия мужчин. – Хорошо, дорогой, – изображая безмерную любовь, согласилась Холли. Глаза так и светятся, переполненные слепым обожанием. Интересно, кого она сейчас представляет на моём месте, чтобы так сыграть? Огромные сундуки денег? Собственную виллу на берегу океана? Отделавшись от Холли, я действительно направился в офис. Эти женщины совершенно выбили меня из необходимого режима! В моей жизни, к счастью, есть дела и помимо беготни за их юбками. Сейчас, когда полиция, хоть и незаконным способом, но добыла ДНК псевдо-Холли, я расслабился. Появилось стойкое ощущение, что осталось немного и мир вздохнёт с облегчением, закрыв очередную страницу криминальных новостей с фотографией серийной убийцы за решёткой.