Глава 16. Тимур

Так кто такая Холли? Закопавшись в работе, мне удалось отвлечься от утреннего шока и последующих за ним пыток в ресторане. До самого вечера с моей карты так и не было ни одного списания. Меня расстраивало, что Милена не воспользовалась моим предложением и не спустила мои деньги на свои женские капризы. Решил, что раз она не идёт навстречу Горе, то Лохматая Гора сама начнёт путь к сердцу любимой. Да, сомневаться в своих чувствах мне уже не приходится. Я мечтаю заполучить Милену Борзову на всю оставшуюся жизнь. Она воплощение всего, что мне нужно в женщине. В ней есть и рай, и небеса, и кусочек ада. Ночь любви с ней – нескончаемый фейерверк, когда под утро в венах не остаётся ничего, кроме чистейшего наслаждения. К вечеру, разобравшись с делами, я набрал номер Милены, планируя сразу поехать к ней в отель. Вызов был сразу переадресован на голосовую почту, но я не придал этому значения, предположив, что её телефон попросту разрядился. Волнение начало нарастать спустя час безрезультатных попыток дозвониться до неё. Связавшись с Бесом, я узнал, что Милена не выходила на связь уже несколько часов. Ни её братья, ни худосочный не знали, где она находится. Спустя двадцать минут мы все экстренно собрались в отеле, в номере Мирона. – Как она могла бесследно исчезнуть в центре города? В огромном потоке людей, под присмотром десятков камер! – задавал я сотый раз вопрос, на который, как мне казалось, никто не мог дать вразумительного ответа. Бес, так же как и я, метался по номеру, не находя себе места. – Я чувствую, что она в беде. Я это чувствую! – повторял он, сжимая кулаки. Мирон же, напротив, умудрялся сохранять самообладание и холодную голову, хотя переживал не меньше нашего. – Я нашёл телефон Милены через приложение, – наконец оторвался Мирон от своего ноутбука, поднимая на нас уставшие глаза. Окружив парня со всех сторон, мы уставились в экран. – В данный момент телефон отключен. Последняя точка, где он ещё работал, примерно в этом районе, – показал нам на карте Мирон местоположение гаджета почти четыре часа назад. Это была просёлочная дорога, ведущая из города на север. Абсолютно всем было понятно, что самостоятельно Милена туда поехать не могла. Тем более никого об этом не предупредив. – Если ты знаешь пароль в её аккаунт, значит, можешь посмотреть историю звонков и сообщений? – спросил я, надеясь, что это поможет нам найти Милену. – Может, у неё была назначена с кем-то встреча? – Только переписку в мессенджерах и файлы в облаке, если она успела синхронизировать и сохранить резервные копии. Пролистав все последние переписки Милены в сетях и мессенджерах, мы не нашли ничего, что могло бы нам подсказать, куда она пропала. Облако было битком набито фотографиями с мест, где работала Милена в поисках улик на своих маньяков. Но заинтересовали нас только те, что были датированы сегодняшним числом. Как только Мирон открыл первую фотографию, меня захватил леденящий ужас. На снимке были водительские права, выданные некой Беатрис Олди, а с фотографии на нас насмешливо и холодно смотрела Холли Паркер. Будучи давно готовым к такому повороту, я всё же испытал самое сокрушительное потрясение в своей жизни. Эта несносная девчонка умудрилась за один день найти не только мумию в злосчастной квартире настоящей Холли, но и раскрыть, несомненно, самую сокровенную тайну черной вдовы. – Я надеюсь это её настоящее имя, – пробормотал я, подумав, что гонки за всеми её личинами хотелось бы избежать. – Звони Кумару, срочно! – захлопнул ноутбук Мирон, не дав и минуты прийти в себя. Вопрос, каким образом эти документы оказались в руках Милены, меня не волновал. Сейчас меня пугал только тот факт, что телефон Милены перестал работать спустя всего сорок минут с момента, как Милена сделала последнюю фотографию. Вспоминая все свои жизненные передряги, я могу с уверенностью сказать, что эта ночь стала самым тяжелым испытанием для меня. Кумар выдернул из тёплых постелей всех своих приятелей и коллег, прогнулся перед начальством, выпросив пароли и ключи к электронным базам данных и архивам старых дел. Всё моё нутро рвалось поехать к дому, где мы все видели Милену в последний раз, но Мирон жёстко пресекал мои попытки бесполезных метаний по улицам города. Стоумовый брат Милены, считал, что сначала нужно найти, за что зацепиться, чтобы понять в каком направлении бежать. – Макар и Тимур, смотрите, эта камера сувенирной лавки, в зону действия которой попадает и интересующий нас дом. Просмотрите записи, начиная с того момента, как Милена осталась одна, – даже среди десятка действующих полицейских Мирон и не думал оставаться в тени, начав командовать уже и сонными копами. – Кумар и Герман, вы ищете и анализируете всю информацию на Беатрис. – А её ДНК? Удалось по ней что-то выяснить? – спросил я. Зря спросил. На меня тут же уставились, как на… «своеобразного». – Издеваешься? Мало того, что на это требуется очень много времени, так ещё и не факт, что ДНК твоей невесты есть в наших базах! – возмутился Кумар. – А Милена говорила, что по этой ДНК можно установить не только приблизительный регион проживания, но и ближайших родственников найти, – буркнул я в своё оправдание. – Вот и займись поиском девчонки, раз без неё тебе край. При любом сценарии, – съехидничал Кумар. Разумеется, обижаться я на него не стал. Мы все сейчас на нервах и я рад, что мой друг не только сам примчал мне на помощь, но и элиту Скотланд-Ярда подтяннул. Совместно с Бесом и еще парой парней мы пересмотрели записи со всех камер, которые хоть немного захватывали интересующие нас участки вокруг дома. Милена пропала, как только скрылась с общего балкона. Из дома она больше не выходила. – Я поеду туда! – не выдержал я больше этого перетаптывания на месте, под названием «следственные действия» – Сейчас патрулями забит весь центр, отправьте парней на адрес, – подсказал кто-то из коллег Кумара. – Тебе, Тимур, лучше ещё раз просмотреть видео, так как, скорее всего, ты и стал причиной исчезновения Милены. Вряд-ли она имеет врагов в стране, где находится впервые и не больше пары суток. Смотри начиная с момента как девушка скрылась из обзора на балконе. Смотри на всех входящих и выходящих людей из дома, может быть, узнаешь кого-то. Быть виноватым в том, что твоей женщине причинили вред по твоей же вине – что может быть хуже? Я сам притащил её сюда! Я ослушался её отца, строго приказавшего Милене держать дистанцию от меня. Чёрт! Пожирающее чувство вины просто невыносимо! Но я согласен прожить всю жизнь, с этими раздирающими душу ощущениями, только бы с Миленой было всё в порядке! Кумар нашёл экипаж, патрулирующий район нахождения квартиры, – проверить этот адрес. Но и это результата не принесло – Милену не нашли. Но и отсутствие её бездыханного тела, где-нибудь в кустарнике около дома, это тоже результат, который дарил надежду. От длительного и напряженного просмотра видео не самого лучшего качества глаза начали гореть, будто мне под веки натолкали раскалённый песок. Не знаю, что я там высматривал, в сотый раз прокручивая видео на скорости, как вдруг меня словно обухом по голове ударили. – Вот этот тип! Я его видел несколько раз в «Гольф-Клуб»! Возможно, это просто совпадение… – ткнул я пальцем на экран, поставив видео на паузу. На кадре застыл крупный мужчина, с очень запоминающейся внешностью, который выходил из дома, катя за собой тяжелый чемодан. Именно из-за специфической внешности я его и запомнил, хоть и крутился он вовсе не у дома моих родителей. – Я в такие совпадения не верю, – рыкнул Бес, распечатывая фото с кадра. – Нужно отсмотреть его маршрут с других камер, возможно, этот тип слишком буквально понял выражение: «Красивая девушка, как чемодан без ручки», – влез Герман со своим сомнительным юмором. До меня не сразу дошло, что тощий, оказывается, у нас так шутит. Как бы не до смеха всем сейчас, да и чувство юмора у этого мешка с мослами ещё в зачаточном состоянии. – Что ты несёшь, дубина? – раздраженно спросил Бес. – Да это шутка просто, – обижено засопел Герман. – Кому-то шутка продлевает жизнь, а кому-то личное дело. Усёк? – напомнил новобранцу Мирон. – Так точно, – резво отчеканил Герман. – Два года назад было дело об исчезновении начинающей модели. Пропала она из отеля в центре Москвы. Зашла в отель, поднялась в свой номер и исчезла. Мы опросили больше сотни людей – сотрудников и гостей, просмотрели все камеры и внутри отеля и в округе. Но она словно испарилась, как утренняя роса. – Без лирики, – поторопил Мирон коллегу. – Так вот. Мы решили ещё раз посмотреть последнюю запись с ней, где она входит в лифт. Вместе с ней тогда в лифт вошёл полный мужчина, ростом под два метра. Не мужик, а дирижабль на ножках. Спустя сутки этот мужчина выехал из отеля, выкатывая за собой чемодан. Мы отсмотрели каждую минуту записей с того момента, как он вошёл в лифт следом за девушкой, до сдачи ключа от его номера. Оказалось, что в течение этих суток он дважды покидал отель. И один из них – как раз чтобы купить тот самый чемодан. – В этом чемодане была девушка? – не выдержал и я подробностей, которые дёргали по нервам, как неумелый гитарист, дребезжа струнами. – Да. Точнее, её труп. Просматривая записи в первые дни, никто не обратил внимания на размеры этого чемодана, так как на фоне этого здоровяка он не выглядел большим. Но на деле оказался огромным, – подтвердил мою догадку Герман, и от этих слов мне реально стало плохо. Меня уже буквально рвало на части от мысли, что это я её впутал в это дело. Вихрем проносились и оседали ледяным покровом мысли, что все дорогие мне люди страдают. Задыхаясь в душном полуподвальном кабинете Кумара, я вышел на пустынную ночную улицу. Близится рассвет, в отделе собрались лучшие детективы из элитного подразделения, с найденным трупом всю ночь работают криминалисты. Мы пересмотрели сотни записей, перерыли весь архив и вроде бы дело вот-вот начнёт раскручиваться. Но всё это никак не помогает нам зацепиться хоть за что-то, что поможет найти Милену. Не знаю, что за проклятье меня преследует, но со всеми моими близкими случаются несчастья. Сначала биологические родители, потом Энтони, Синди и Билл. А теперь та, встреча с которой перевернула мою жизнь, вдохнув в неё столько смысла, что даже сердце стало биться иначе. Я никогда не верил в проклятья и прочую мистику, но сейчас был готов сделать что угодно, пойти к любым ведьмам и магам, лишь бы спасти Милену. От усталости мозги уже отключались, отдаваясь во власть тёмного подсознания. Из которого, как зомби из могил, выбирались дурные мысли. – Только не она… только не моя Малышка! Клянусь, я оставлю её в покое, исчезну из её жизни, как и не было. Пусть только она останется жива, – обещал я, глядя в тоскливое серое небо. – Не гневи вышестоящую организацию, Царёв, – раздался тихий голос Беса за моей спиной. – Это моя вина, Макар. Только моя, – не согласился я с Бесом. – Из-за меня она подверглась опасности. – Она жива, поверь, если бы было иначе, я бы это понял, – уверенно заявил Бес, закуривая сигарету и выпуская в небо дым с ароматом вишни. Глядя на парня, обладающего способностью слышать, как мышь перебегает кукурузное поле, и двигаться так, словно его тело ничего не весит, в мистику верится еще больше. И я ему верю, потому что иначе свихнусь. Чёрт, я за несколько дней умудрился привязаться даже к этому пройдохе. Наверное, я буду скучать по его проделкам и сарказму. – Ребят, мы нашли дело, где Беатрис Олди проходила сначала свидетелем, а потом и подозреваемой, – выглянул Кумар, позвав нас обратно в кабинет. Не знаю, что больше возбудило копов, съехавшихся сюда по зову собрата. Может быть найденная мумия в самом сердце Лондона, в двух кварталах от Букингемского дворца или пропавшая иностранка. – Нам обязательно заниматься этим сейчас? – возмутился я, что полицию больше занимала биография убийцы, а не поиск моей малышки. – Это не займет много времени, но, возможно, поможет понять где искать Милену, – вздохнул Мирон, которому тоже каждое движение минутной стрелки давило на психику. Послушать историю махинаций Беатрис Олди собрались все, кто этой ночью откликнулся на призыв Кумара. Я не мог пересилить себя и смотрел на них с толикой презрения. Потому что это именно они в своё время ничего не сделали, чтобы раскрыть дело Энтони. Именно они не нашли никаких оснований, чтобы получить ордер на обыск квартиры Холли. И только благодаря Милене и немного безалаберному Герману это дело сдвинулось с мёртвой точки, сразу заработав, как маховик космического корабля. – Итак, кто же такая Беатрис Олди, известная нам под именем Холли Паркер, – громко начал говорить Мастерс, самый старый из присутствующих детективов Скотланд-Ярда. – Имея фотографию с данными её ID-карты, нам удалось выяснить, что Беатрис родилась и до своего совершеннолетия проживала в штате Коннектикут, США. В этом месте скрипнул зубами даже Бес, ненавидящий подобные звуки. – Глядя на официальный документ, удалось выяснить? Охуеть, какие гении! – прошипел он. – Пока мир наблюдал за ужасными событиями и последствиями крушения пассажирского самолета, в тихом городке Рино штата Невада произошло преступление, более тихое по сравнению с масштабами трагедии. Взгляды людей были прикованы к экранам телевизоров, поэтому никто не заметил, как пятидесятилетний Рой Кларк бесследно исчез. Его родственники были настолько поглощены событиями, происходящими за сотни километров от них, что даже не поняли, как медленно умирал Рой в агонии от распространяющегося по телу яда. Далее Мастерс долго и нудно рассказывал историю жизни Роя Кларка, который трудился в собственной юридической конторе, а в свободное от адвокатской рутины время разъезжал на коне и в ковбойской шляпе. Любил скачки и много времени проводил на ипподроме. – Адвокатом он был успешным и за годы практики он заработал целое состояние. У него была обычная, довольно счастливая жизнь в браке с Сарой и двумя их детьми, пока однажды в дверь его офиса не постучала Беатрис Олди. – А вместе с ней пришёл к адвокату пушной зверёк особо крупного размера, – продолжал гундеть мой личный бесячий комментатор в левое ухо. – Песец? – уточнил я, для общего развития. Бес кивнул, продолжая одновременно слушать оратора и копаться в своём многофункциональном браслете. – Подключил всех бродяг в центре, возможно кто-то видел Милену или того двухметрового Гоблина, – пояснил мне Бес. Всего сутки пошарился по Лондону, а уже целую агентурную сеть собрал среди отбросов общества от бездомных до проституток. – Зачем тебе этот бред собирать? Как вообще вычленить из потока подобной информации, что правда, а что вымыслы сумасшедших? – я сомневался, что в наш век высоких технологий эти агенты чего-то стоят, но Макара переубедить было невозможно. Недовольный нашей болтовней Мастерс грозно сдвинул брови. Слушать все подробности было муторно, хотелось бы выжимки по фактам, но… что имеем. – Перед её очаровательной внешностью и нежным голосом невозможно было устоять. В этот же день Рой принял её на работу в качестве секретаря, и его совершенно не смущало отсутствие у неё образования или опыта работы в данной сфере. Всего полгода спустя двадцатилетняя Беатрис стала супругой Кларка, который был старше её на семнадцать лет. С этого дня жизнь Беатрис заиграла новыми красками. Днём она вместе с мужем работала в конторе. Вечера молодожёны проводили в дорогих ресторанах Лас-Вегаса, заказывали только самые лучшие вина и катались на новом «Ягуаре» Беатрис, который подарил ей Рой в день свадьбы. Дальнейшее повествование некоторыми деталями напоминало мне историю знакомства и совместной жизни Холли и Энтони. В браке с Роем Беатрис оказалась вовсе не Золушкой, а злой мачехой, вбивавшей клинья между ним и его уже взрослыми детьми от первого брака. Так же и Энтони всё больше отдалялся от нас и своих родных, с головой погружаясь в отношения с Холли. И мы, точно так же, как близкие и друзья Роя не смогли вспомнить хоть что-то стоящее из рассказов Беатрис о своём прошлом. – Холли поразительно изворотлива и постоянно окружала себя загадками. Бывало, спросишь у неё, где ходила в школу, как вдруг замечаешь, что вы уже разговариваете о баскетболе, – добавил я, чтобы ещё больше стереть грань между Холли и Беатрис. – Не говоря уж о том, что, представляясь дочерью австрийского бизнесмена, она могла произнести всего пару фраз на немецком языке. Более того, многие замечали её акцент и спрашивали, не американка ли она, на что Беатрис всегда смеялась и выражала огромное желание хотя бы раз в жизни побывать по ту сторону океана. – Спустя год Беатрис и рой переезжают в Калифорнию. Рой покупает там прекрасный дом в районе Сакраменто. Со второго этажа их особняка открывался вид на поля для гольфа и виноградники. Рой продолжает юридическую практику, открыв контору в Калифорнии, а Беатрис обожает тратить деньги мужа. Она тратила состояния на дизайнерские наряды и украшения. Затем неожиданная проверка финансов конторы выявила, что с трастового счёта пропали более двух миллионов долларов. Рой был вынужден покрыть растрату из собственного кармана. Но худшим для него оказалось, то что его лишили лицензии. Это означало, что он больше не может работать адвокатом. – Разбудите, когда от шмота перейдём к делу? – зевнул Макар. – Детали важны для психологического портрета преступника, – попытался урезонить брата Мирон. – Только не для Милены. Она никогда не основывается на показании свидетелей, – буркнул Бес. Наверное, только такие ситуации дают наиболее остро почувствовать, как на самом деле тебе важен человек. Сколько качеств в нём ты начинаешь ценить, лишь под угрозой потерять его навсегда. – Царёв, прекрати бивнями хрустеть. Милену мы найдем, а твою невесту отправим в чистилище. Бивнями я хрустел неосознанно. Так же, как и замечал свои сжатые кулаки, лишь когда мышцы начинало покалывать. Наверное, попадись мне сейчас Беатрис со своей шайкой, то я бы убил их всех голыми руками. Ни один пройденный мною урок на курсах "Управление гневом" меня бы не смог остановить. – Итак, возвращаемся в тот день, когда стало известно об исчезновении Роя Кларка, – прибавил громкости Мастерс, устав усмирять нас взглядом. – Заявление о том, что он пропал, подала обеспокоенная старшая дочь Роя. Беатрис же заявила, что её муж уехал в длительное путешествие по странам Юго-Восточной Азии. Никаких подтверждений этому не нашлось, но полиция ничего не смогла сделать, так как никаких улик найдено в доме не было. Дочь Роя наняла частного детектива, однако и его расследование не увенчалось успехом. В этот момент раздаётся трель из моего кармана. Бросил один только взгляд на экран, и во мне вспыхивает ярость. Моя милая невеста Холли звонит, чтобы поворковать с утра. – Не наделай глупостей, – предупреждает меня Мирон, прежде чем я выхожу из кабинета, чтобы ответить на звонок. Голос Беатрис, действительно нежный, вызывает у меня лишь раздражение и с которым мне удаётся справиться с большим трудом. – Доброе утро, милая, – бесцветным голосом здороваюсь я. – Тимми! Ты так и не перезвонил мне вечером, – обиженно курлычет дрянь. – Прости, дорогая, родители в отъезде, и у меня много дел, ты же знаешь – не приходится придумывать мне причину, ибо дел действительно навалом. – Ты что-то хотела? Мне уже пора бежать. – Ты помнишь, как я выгляжу, и о том, что у нас завтра свадьба, Тимми? – насмешливо спрашивает Холли, растягивая слова. Её непривычная зловещая интонация и эта насмешка звучат в моей голове, как закадровая музыка кошмарных фильмов. От неё становится не по себе, она пронизывает душу холодом и ужасом. Милена точно у неё! Я это чувствую! И прикладываю просто нечеловеческие усилия, чтобы не заорать в трубку, требуя вернуть мою девочку. – Конечно, дорогая, помню. Я буду ждать тебя у алтаря, – не позволяю я проскользнуть и тени сомнений, что всё у Беатрис идёт по плану. – Я буду в белом, – использует Холли обросшую бородой шутку. Тон Беатрис изменился до неузнаваемости. Расчётливая стерва опередила нас на один шаг, прознав про приехавшую банду русских. – Тогда я тебя точно узнаю. – Как продвигается расследование у твоей русской мафии? Уже спрятали за решётку подозреваемых? – с узнаваемыми победоносными нотками в голосе, спрашивает Беатрис. – Бог с тобой, дорогая, какая решётка? Ноги в тазик с бетоном и в Темзу, это же мафия, а не наши неповоротливые копы! Пока, милая, – бросаю я трубку, так как из дверей начинают выходить копы и их борзые помощники. Макар сразу направляется ко мне, вопросительно задирая брови. – Милена у неё, я это чувствую. Но сука не торопится раскрывать карты, видимо у неё есть какой-то план. Что там в итоге с бедолагой Роем? – Оказывается, фраза о его любви к скачкам была неспроста. Беатрис травила мужа транквилизатором для лошадей. Умирал несчастный долго и мучительно. Прекрасно понимая, кто его убивает и как, но ничего сделать уже не мог, свисая овощем с инвалидного кресла. Гадина вывозила его на балкон второго этажа, чтобы соседи видели его, а он даже не мог кричать о помощи. Теперь, когда я узнавал всё больше и больше об истинном прошлом невесты, у меня распространялся зуд по коже от непреодолимого желания отмыться. Драить кожу железными мочалками, сдирая верхний эпителий, чтобы ни одной клетки мерзкой женщины не осталось на моём теле. Я чувствовал себя замаранным настолько, что ненавидел за то, что посмел прикоснуться к невинной Малышке. И хуже всего, что стал той самой точкой, где пути Милены и Беатрис пересеклись. Если бы не я, они бы никогда не встретились в этом огромном мире. – Спустя несколько недель труп Роя обнаружили работники винодельни, заметив, как над одним местом постоянно кружились стервятники. Беатрис допросили, дом обыскали, но ничего, что позволило бы выдвинуть вдове обвинение, они так и не нашли. Пока толстожопые копы в перерывах между пончиками неспешно вели расследование, Олди уже и след простыл. Смылась она, прихватив все деньги со счетов усопшего миллионера. По сегодняшний день она значится в списке самых разыскиваемых преступников в Калифорнии. Но знаешь, что самое нелепое? Эти ослы даже не дактилоскопировали её пальчики, не сделали тест ДНК. – ДНК! У настоящей Холли есть куча сестер и братьев! Нужно попросить их сделать тест, чтобы сравнить с найденным в квартире трупом, – осенило Кумара, всё это время дымящего у нас за спиной. И снова понеслась работа. Офис полиции буквально кипел, сводя вновь найденные факты в одну картину. В одном кабинете копы рылись в архивах, пытаясь проследить весь путь Беатрис с момента прибытия в Соединённое Королевство. В лаборатории сразу несколько экспертов работали с трупом и прочими уликами, включая яд таллий из дома моих родителей. – Помнишь историю Миранды Пэтжет, которая перевела кучу денег псевдо-Холли? Оказывается вчера её труп был найден на её же участке около дома, – болтал Макар, тоже как и я околачивающийся между кабинетами. – Как нашли? – поинтересовался я. – Случайно, конечно. Соседский щенок пробрался и раскопал конечность трупа, – не без издёвки в сторону пашущих без сна копов, ответил Бес. Новость, конечно обнадёживающая, но сейчас мне плевать на всех на свете Пэджет и прочих «клиенток» злодейки-консультанта. В отсутствии родителей у меня дел по работе было больше, чем свободного времени. Однако я предпочёл остаться в маленьком кабинете Кумара, запах в котором уже был хуже, чем в мужской раздевалке. – Угадайте, кто был соседкой по комнате у настоящей Холли два года назад? – вынырнув из кипы бумаг, спросил у нас Герман. – Мелани Роуд? – закинул удочку Бес и, к моему потрясению, оказался прав. – Да. Но это ещё не всё. У Мелани есть старший брат Джошуа Роуд. Уж не ему ли звонила наша Золушка? Мне и в голову не пришло сопоставить тот факт, что Мелани появилась в нашем доме примерно в то же время, как Холли предложила мне встречаться. Имя Джошуа Роуд мне незнакомо, но возможно это тот самый друг «Холли» Джон Смит, что благородно согласился покатать нас на яхте в медовый месяц. Скорее всего Беатрис бы каталась до ровного бронзового загара, а я плавал до полного исчезновения моих останков в пастях акул. – Картина вырисовывается вполне отчетливая, и со временем всех троих непременно удастся призвать к ответу, – старательно прикрепляя каждую, даже малозначимую, бумажку к делу, заявил Кумар. – Вот только у Милены этого времени нет, – зло выплюнул я. Каждый из присутствовавших понимал это даже лучше, чем я. Можно хоть сейчас привести Беатрис в участок и предъявить ей незаконное использование чужих документов или даже обвинение в попытке отравления Норфолков. Только остальным участникам пока предъявить нечего и как заставить их говорить, я не представляю. И пока Милена у них, торопиться, действительно не стоит. Один неверный шаг с нашей стороны, может стоить ей жизни. – Мы должны попытаться разговорить Джо и Мелани, – потребовал я. Видимо, на моём лице отобразилась решимость всех трехсот спартанцев. Парни притихли, шевеля уставшими извилинами. И тут на измученном переживаниями лице Макара расплылась его фирменная распиздяйская улыбка. – А не пригласить ли тебе свою невесту на обед в шикарный ресторан? У меня есть охрененная идея! Сидеть и улыбаться, глядя в холодные глаза безжалостной убийцы, испытание не для избалованных и ранимых домашних мальчиков. Мне же в жизни досталось столько дерьма, что я практически превратился в камень. В Лохматую Гору, с безразличием наблюдающую за вознёй людей у подножья. Но всё это было до того, как я встретил Милену. – Я не смогу сдержаться! Сверну её тощую куриную шею, едва увидев! – возразил я, не представляя как можно спокойно идти на встречу с Беатрис, после всего случившегося. – Доверься мне, бро! Даже если моя задумка не сработает, то мы сможем, как минимум приставить хвост Беатрис и проследить за ней, – впервые я удостоился приятного обращения от Макара. – Я не понимаю, почему мы сидим в этой чёртовой обители пожирателей пончиков и бездействуем! – негодовал я, испытывая нестерпимое желание бежать. Бежать по всем улицам, заглядывать во все закоулки! Да хоть землю носом рыть, но сидеть за компьютерами и кипами бумаг. – И много ты узнаешь, бегая как угорелый по улицам? Вон наряд «сбегал» на квартиру мумии. Хату осмотрели, соседей опросили и прибыли ни с чем! – встрял в разговор Мирон. – Значит надо ехать туда, где последний раз «отсветился» телефон Милены в сети, – искал я варианты. – Вот мы туда и поедем, а ты вали на встречу с невестой, – ответил Макар, как обычно, без лишних реверансов. – Помоги нам, Тимур. Мы в чужой стране, пойми, у нас мало здесь возможностей. Нам уже известны предположительные сообщники Беатрис, нужно этим воспользоваться. Разговорить Мелани – самый быстрый способ найти Милену. Рыскать по городу и округе, без оперативных данных мы будем вечность, – добавил Мирон. Два брата Милены смотрели на меня выжидающе, будто от моего решения действительно зависит жизнь их сестры. Они все тут заодно эти копы! Что местные, что иностранные. – Поверь, мы тоже не будем сидеть без дела. Как начнётся рабочий день, свяжемся с сотовой компанией, чтобы отследить передвижение телефонов всей троицы. Соберем отряд добровольцев из наших, чтобы обследовать местность, где был отмечен в сети телефон Милены. – Но все эти действия могут оказаться бесполезными, если телефоны преступники оставляли дома или отключали. Или на той территории окажется чья-то частная собственность, куда без ордера не сунешься. Опять же на все запросы и ордера уйдёт куча времени, Тимур, – уговаривал меня и друг Кумар. Хрен с ними. Наверное, я и вправду не до конца разбираюсь в тонкостях и способах раскрытия преступлений. – Ладно, что мне делать нужно? Что спрашивать? – скрипя зубами, согласился я. – Веди себя как обычно, Тимур, словно ничего не случилось, – окинув мою уставшую морду взглядом, сказал Мирон таким тоном, словно и мне отдаёт приказ, как своим собратьям. Эта твёрдость характера и сила духа чувствуются у всех Борзовых и Милена не исключение. Глядя на них начинаешь верить, что всё не может закончится плохо. Либо мы найдём Милену, либо она наваляет своим обидчикам, как тому парню в клубе. – Только держи себя в руках. Не подведи, – напоследок напутствовал меня и друг Кумар. Как только наступил рабочий день, полицейский участок превратился в улей. На одно рабочее кресло метилось сразу несколько копо-задниц. На поиски Милены и расследование, теперь уже объединенных дел Энтони, Миранды Пэлжет, отравления моих родителей и убийства мумии Холли, были брошены все силы Скотланд-Ярда. Борзые уехали с поисковиками, Кумар остался бегать между лабораторией и прочими отделами полиции. Я же отправился домой, чтобы привести себя в порядок перед встречей с Беатрис. Нельзя допустить, чтобы по моему помятому и уставшему виду хитрая гадина поняла, что в её руках сейчас та, ради которой я сам могу пойти на что угодно. Контрастный душ и литр кофе немного взбодрили меня. В голове появилась ясность и какая-то правильная злость, если можно так сказать. Злость, которая мотивирует, освобождая сознание от сомнений и страхов. В Лондоне был только один ресторан, от приглашения в который моя невеста ни за что в жизни не откажется. Расположен от прямо на набережной Темзы, с великолепным видом из широких панорамных окон, а в хорошую погоду можно насладиться пейзажами, поднявшись на крышу. Цены тут космические и раньше я, признаться, не любил посещать это заведение, только из-за того, что счёт за ужин был, словно я накормил всю голодающую Африку. Беатрис никогда не опаздывала и сегодня появилась ровно в назначенное время. Внешне ничего не изменилось – всё те же квадратные каблуки, длинная узкая юбка, шёлковая блузка с высоким воротником и ниспадающим с него жабо. – Привет, милая, – стараясь вести себя как обычно, поднялся я ей навстречу. – Привет, дорогой. Что-то случилось? – присаживаясь на любезно отодвинутый мною стул, сразу спросила мерзавка. Стоя за её спиной, я на секунду сомкнул веки, выдыхая. Перекладина стула в моих руках жалобно скрипнула. Хрен тебе сучка! Ты меня не обыграешь! – Случилось ужасное, – заняв место напротив, сообщил я. – Помнишь те огромные холодильники, что я приобрёл недавно? Так вот, сегодня пекарь сообщил мне, что ночью установка сломалась и все наши запасы сырья безнадёжно испорчены. Беатрис была напряжена, и складывалось впечатление, что она догадывается о многом происходящем за её спиной. Но, что-то её сдерживает от решения сбежать. Она ведь уже знает о найденной мумии и счёт у неё идёт на часы. – Оу, Тимми, мне так жаль, – выразила сочувствие Беатрис, в своей ледяной манере. Самая противная порода женщин, которые умеют лишь строить жалобное лицо и выражать сочувствие. При этом никогда не принимая участия в решениях проблем и забывая о них через три секунды. Раз, два… – Тимми, помнишь, я говорила, что мой старый друг Джо поможет нам с управлением яхтой? – перешла на интересующую её тему сука. Ах, вот в чём дело! Свадьба завтра и она надеется сорвать последний куш? Или воспользоваться этим путешествием, чтобы в очередной раз избежать правосудия и скрыться? Не обед, а сцена театра, где оба притворяясь парой, играют роль, преследуя каждый свою цель. В какой-то момент даже промелькнула мысль, что мы два лицемера, достойных друг друга. Одно стало ясно – такой как Милена я не заслуживаю. – Конечно, помню, дорогая. Это будет незабываемое путешествие. – Так вот! Нам не придётся тратить время на перелет в Новую Зеландию! Джо заберет нас из Саутгемптона, и мы сразу окунёмся в наш медовый месяц! Утопите меня в родных водах? И две недели никто не сможет узнать о моём исчезновении. Как умно и предусмотрительно. – Это потрясающая новость, милая, – улыбнулся я очень искренне, так как за спиной Беатрис уже видел направляющегося к нам Кумара в компании ещё одного копа. Остановившись у нашего стола, Кумар отчеканил фразу, которую будто полчаса перед зеркалом кривлялся и репетировал: – Тим Норфолк, вы арестованы по подозрению в попытке отравления Сидни и Билла Норфолк, – продемонстрировал он мне наручники. Я не был готов к такому повороту и в шоке вглядывался в лицо друга, пытаясь уловить в нём намёк на розыгрыш. Но тщетно. Кумар выглядел серьезным и суровым копом, всем своим видом показывая, что не собирается церемониться со мной, в случае оказания сопротивления. – Это что шутка такая? – не выдержав, рявкнул я. – Никаких шуток, сэр, – продемонстрировал мне ордер на мой арест второй коп. – При обыске яд был найден в ваших вещах, и экспертиза уже подтвердила, что именно этот яд был в крови Норфолков. Тот самый пузырёк, что нашла Милена? И ведь действительно в моей комнате, в кармане моей одежды. Так это не розыгрыш? У полиции есть основание подозревать меня? Ну конечно! И мотив налицо! Я же единственный их наследник! Всё очень удачно сходится для ленивых пожирателей пончиков! Я перевёл взгляд на Холли, всё ещё не до конца веря в происходящее. Блондинка напряжённо вглядывалась в лица двух представителей власти и тоже выглядела потрясённой происходящим. – Дорогая, это всё какая-то ошибка. Я этого не делал, – посчитал нужным сказать я. – Да-да… я в этом не сомневаюсь, Тимми, – торопливо ответила фальшивая Холли. Под прицелом десятков любопытных глаз, Кумар вывел меня из ресторана в «браслетах» на руках и усадил на заднее сиденье полицейского автомобиля. Решётка, отгораживающая меня от впередисидящих людей наводила на мысль, что пора учиться «входить в хату». Кумар сел на водительское сиденье и тронул с места коповозку, оставив Холли и напарника любоваться моей опозоренной мордой в квадратном окне. – Что происходит, Кумар? – едва мы покинули стоянку ресторана, гневно спросил я, чувствуя, как от моих дёрганий оковы на руках сжимаются всё туже. – Я просто выполняю приказ господина Борзова, брат, – сделал попытку продлить эту клоунаду Кумар, но, не выдержав, рассмеялся. – Видел бы ты свою вытянутую рожу, Тим! – Какого чёрта вы меня не посвятили в этот номер цирка «Шапито»? – злился я, но всё же начал приходить в себя. Всё-таки вариант, что меня просто использовали в тёмную, мне нравился больше, чем перспектива круглосуточно бдить за своей задницей в тюрьме. – Олди, твоя невеста, не должна была заподозрить нас в игре. Ты не смог бы так натурально сыграть, знай всё заранее. Ну и рожа у тебя была! – снова прыснул от смеха Кумар. Придурки! С кем я связался? – Не волнуйся, сейчас и эту поддельную Холли Паркер привезут в участок для допроса по делу об отравлении. Пока в качестве свидетеля. Мы не дадим ей уйти, Тим, она всё глубже заглатывает крючок! Машина напарника Кумара действительно следовала за нами по пятам. Выскочив из машины, Олди разумеется, как верная невеста, очень артистично изображала обеспокоенность и стойкое желание отстоять моё честное имя. Думаю, на это и был сделан расчёт Макара. В полицейском участке нас развели по разным комнатам для допроса, где наконец-то с меня сняли железные браслеты. Неповоротливые полицейские очень долго сновали туда-сюда из допросной, где сидела Олди. Бес, я и Кумар наблюдали за Беатрис сквозь зеркальную стену смежного помещения. – Мелани Роуд вызвали на допрос. Будем держать Олди здесь, пока машина Роуд не появится на стоянке, – продолжал командовать спектаклем сценарист Бес. Первыми опрашивать Беатрис направились матёрые детективы Скотланд-Ярда. Но, кажется, даже их к допросу подготавливали Борзовы. Все вопросы крутились вокруг моих с ней отношений и что она думает по поводу того, что я подозреваюсь в попытке убийства своих приёмных родителей. Олди немного нервничала, но в целом держалась неплохо, отрицая любые версии с моим или её участием в преступлении. Гоняли они её по кругу, задавая одни и те же вопросы, долго, пытаясь поймать на лжи. Однако и тут копы потерпели неудачу, за два с половиной часа так и не выяснив ничего мало-мальски значимого. – Пора вступить в игру русской мафии? – спросил у меня Макар с недоброй усмешкой. – Пока не выяснишь у неё, где моя Милена, можешь оттуда не выходить, – буркнул я, гадая откуда ему известно, как я обозвал эту небольшую группу «туристов» из России. Макар вышел, а к нам с Кумаром присоединились Герман с Мироном, словно предыдущие копы на допросе были всего лишь мелкими артистами на разогреве хедлайнера, и им было не интересно наблюдать, пока в игру не вступил их самородок. Тем временем Макар вальяжно вошёл в допросную, лениво мазнув взглядом по Олди. Неторопливо достав из кармана коробок спичек (где он их только берёт в наше время?), и сунув одну себе в зубы, начал ходить из угла в угол. Сложив бугрящиеся бицепсами татуированные конечности на груди, медленно вышагивал, рассматривая Беатрис, словно проститутку на улицах окраин Лондона выбирает. Поначалу никак не отреагировавшая на приход Макара Олди, всё больше начинала ёрзать на стуле, то и дело, трогая свои волосы или одежду. Кажется, так ведут себя бабы, когда им кто-то нравится, но они не чувствуют себя уверенно. Потрясающе! Значит Энтони и я для неё самцы попроще, чем этот сопляк? – Что-нибудь нашли на месте, где был последний сигнал телефона Милены, – спросил я у Мирона, пока его братец наслаждался игрой льва с мышонком в клетке. – Только свежие следы шин на обочине, больше ничего, – ответил мне Мирон. В это время Бес вдруг резко передумал топтать паркет и, сделав два шага, уселся на край стола, аккурат перед сидящей Беатрис. Уставилась эта дрянь туда, где Бес таскает свои ценные «Фаберже» с уникальным генофондом Борзовых. Абсолютно не церемонясь, Макар схватил Олди за подбородок, заставляя её отвлечься от созерцания его ширинки. Блядь, у меня стойкое ощущение, что я не в зеркальное окно смотрю, а нахожусь за кадром съёмки порно. – Ваш Бес всех смазливых подозреваемых так допрашивает? Или он её трахать собрался прямо на железном столе? Он со всеми преступниками так развязно себя ведёт? – не выдержал я, вылупив глаза на то, как Борзов протащил большой палец по нижней губе моей невесты, оттягивая её вниз. – Никогда такого не было и вот опять! – не скрывая искр смеха в глазах, глумился надо мной Герман. – Ревнуешь? – Мне плевать даже если Холли… тьфу ты, Беатрис, перетрахает весь отдел, я не понимаю, зачем он тратит сейчас на это время! Почему не вытрясет из неё, где моя Милена? – изрыгал слова я со злостью, потому что огромный ком тревоги и страха за мою девочку во мне уже не помещался. – Это мы всей дружной толпой решили, что Милена у неё, а по факту какие у нас для этого есть основания? Кроме наших умозаключений? – развёл нас с Германом по разные стороны самый уравновешенный тип в мире – Мирон. – А как же тот тип с чемоданом? – Ну, давай сейчас всех людей с чемоданами подозревать начнём. Как он с Олди-то связан? – задавал мне логичные вопросы Мирон, загоняя меня в тупик собственных суждений. – Так вот это и надо выяснить! – не уступал я. – А твой брат хернёй занимается! – Ошибаешься. Если у Милены был шанс дать отпор этой сучке, то она это сделала. Макару до фонаря красивые глазки Олди и её пухлый рот. В данный момент он ищет следы царапин на её загримированном лице и закрытой высоким воротником шее. К сожалению, за всеми этими спорами, я прослушал о чём воркуют Макар и Беатрис, но это уже было и не важно. Я не ошибся насчёт интеллектуальных способностей Беса. Он может сколько угодно строить из себя говнюка, чей язык работает без участия мозга, но он чёртов гений. Закончив с осмотром кожных покровов стервы, Макар поднял свой зад со стола и впустил еще одного копа, который разложил перед Олди шесть фотографий с изображенными на ней мужчинами. В числе этих фото была и та, что Бес ночью распечатал с камеры – гоблин с большим чемоданом во дворе дома, где пропала Милена. Все фотографии были пронумерованы прикрепленными к ним скрепками и напечатанными на бумаге ярко-красными цифрами. – Мы имеем достоверные свидетельские показания, что незадолго до отравления Норфолков, во дворе их дома крутился незнакомец. Вы часто бывали в их доме, посмотрите, встречали ли вы кого-то из этих мужчин рядом с домом Норфолков? Нависающий тенью над Олди Макар, явно не давал ей взять себя в руки. Беатрис заметно потряхивало и я не удивлюсь, если после её ухода на стуле останется большая лужа. С минуту Беатрис разглядывала фотографии и затем несмело ответила, тыча в фото под номером два. – Лицо этого парня мне знакомо. Кажется, он стоял неподалёку от дома Норфолков две недели назад. Он стоял у своей машины, с поднятым капотом. Я тогда подумала, что у него что-то случилось с машиной, – пролепетала Беатрис, постоянно возвращая взгляд на Макара, будто мнение копов её совсем неинтересно, а реакция Беса очень. Кумар, стоявший рядом со мной, криво усмехнулся. – Парень, на которого она указала, уже пятый год сидит в тюрьме. Все остальные вопросы не имели значения. Беатрис отлично знала свои права и на неудобные вопросы попросту не отвечала, ссылаясь на своё право пригласить адвоката. Вскоре её отпустили, сказав, что я задержан и останусь за решёткой до решения по залогу. Как казалось Беатрис – она была свободна и интереса для следствия не представляла. Однако мы все продолжали наблюдать за ней с помощью перемещающегося как тень Макара с включенной полицейской камерой. По коридорам офиса полиции и прилегающей парковке Беатрис двигалась не спеша и грациозно, но как только свернула на другую улицу, сразу прибавила шаг, направляясь к припаркованной у обочины машине Мелани Роуд. Здесь бы нас могло постигнуть разочарование, ведь услышать, о чём они говорят за плотно закрытыми окнами, невозможно. Но и тут нас выручил Бес и его острый от рождения слух. – Рассказывает, о чём спрашивали. Говорит о фото и о том, что она указала на номер два. Даёт инструкции, как обходить каверзные вопросы, – передаёт Макар то, что ему удаётся расслышать. Мне казалось, это было очевидно и без заморочек со слежкой, но я ошибся. Влетев в комнату для допросов, Макар быстро поменял местами фотографии гоблина и того парня, на которого указала Беатрис, поменяв и прикреплённые к ним номера. Теперь под номером два красовался любимый брат Мелани Роуд, номер, который Олди настойчиво требовала назвать и Мелани на допросе. Бес чёртов гений! – Мы все хотим помочь Тиму Норфлоку, Мелани. Но для этого нам нужен другой подозреваемый, – начал детектив работать с Роуд. – Ваша подруга, Холли Паркер, утверждает, что видела одного из этих мужчин, выходящим из дома Билла и Сидни, две недели назад. Посмотрите, пожалуйста, на эти фотографии. Узнаёте ли вы кого-нибудь? Только в этот момент до меня дошло, что именно провернул Бес! Лицо Мелани покрылось багровыми пятнами, когда она увидела, что под номером два находится её собственный горячо любимый брат. – Сейчас она впадёт в ярость, подумав, что Беатрис намеренно подставляет Джо. Как только гнев утихнет, начнёт каяться, – пояснил Макар. – Я выну из неё душу, но узнаю, куда они увезли Милену.