8

— Аврора бореалис, — сказал, подсаживаясь к ней Кристоф, — когда зоря встречается с ветром, рождаются эти волшебные всполохи. Не знаю почему, но небо межмирья всегда укутано северным сиянием.

— Поэтому ты назвал свой корабль «Аврора»?

Кристоф угукнул, подвигаясь ближе. Они почти лежали, откинувшись на мягкой пологой спинке, и смотрели в небо. Здесь было прохладнее, чем на острове вершителей и Лара почувствовала, что замерзла. Обычно на диване лежало несколько пледов, холодный ветер с воды — не редкость и без всякого межмирья.

— Так ты замерзла, — сказал Кристоф, протягивая девушке плед, который оказался у него под головой, — а я-то подумал, что ты прячешь под футболкой пару вишенок, — невинно заметил он, возвращаясь взглядом к звездам.

— Крис, это слишком, — ответила Лара, подставляя лицо прохладному ветерку и надеясь, что ее мигом покрасневшие щеки в темноте незаметны.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой? — переспросил Кристоф. — Ладно, ладно, я буду хорошим мальчиком. Разговоры о звездах, утренний кофе и никаких намеков. Если только ты сама не захочешь.

«Может, и захочу», — подумала Лара, — «только ты об этом не узнаешь».

Впрочем, она не слишком-то верила даже сама себе.

Они еще немного посидели на палубе, болтая о том да сем. Кристоф рассказал о своих первых плаваниях, и том восторге, что испытал, впервые подняв паруса в межмирье. Там, где сам воздух сияет, а небо так близко, что кажется вот-вот схватишь звезду и принесешь в подарок самой красивой девушке острова. По крайней мере самой милой. Ну уж самой забавной-то точно. Лара снова почувствовала, что готова уснуть прямо на палубе, но Кристоф был непреклонен. Мало ли какие чудища могут объявиться на запах свежего мяска, так замечательно спящего и беззащитного. Пришлось девушке хоть и поотнекиваться, но идти в каюту. Тем более что Бася уже успел занять там себе местечко в кресле и, наевшись веточек розмарина и мяты, ароматно пыхтел во сне.

— Свежее постельное в шкафу на верхней полке. Извини, но я слишком не люблю вот эти все дела, так что, если тебе нужно, меняй сама. Я буду за дверью, в кают-компании. Умыться можно тут, — он показал на дверь, ведущую в небольшую ванную комнату. — Все, малыш, завтра много дел, нужно выспаться. Если станет страшно или просто заскучаешь без теплой компании, приходи под бочок.

Капитан и сам изрядно устал, и без долгих разговоров пошел спать. Лара все-таки нашла в себе силы застелить чистую простыню и в качестве компромисса укрыться пододеяльником, на который сверху положила плед. Ну а кто, в конце концов, любит, как выразился Кристоф «вот эти все дела», и будет мучиться с пододеяльником посреди ночи, когда так хочется просто упасть в спасительную прохладу спать, спать, спать… Пока яркие лучи солнца не ворвутся в круглое окошко.

— Проснулась? — бросил через плечо Кристоф, глядя, как сонная Лара выходит на палубу. Он что-то делал с парусом, что-то очень важное и находящееся вне понимания девушки, поэтому она ограничилась коротким «ага», и пристроилась в тени, любуясь видом.

В темно-синей глубине стремительно носились золотисто-белые и алые рыбки. Кое-где плотные зеленовато-бордовые водоросли поднимались к самой поверхности пухлыми, колышущимися покрывалами. А вдалеке возвышались горы. Казалось, они парят над плотной пеленой белого тумана.

— Красота, правда? Нечасто тут бываю, но всегда стараюсь зайти со стороны парящих гор.

— Ты хочешь сказать, они действительно висят в воздухе?

— Не все, конечно, но многие. Мы можем подняться туда на «Авроре», но вообще порт внизу. Там, за большой аркой, видишь?

Золотистый изгибающийся полукруг огибал, казалось, весь остров. Присмотревшись, Лара разглядела резную чешую и лапы.

— Это же дракон?

— В точку. Считается покровителем города. Так что, думаю, Басе тут будут рады. А ты бы, кстати, сходила приоделась. Где кладовка помнишь?

— Тебе что-нибудь принести?

— Лучше позаботься о драконе. Посадить в сумку, может? Или хоть на руках неси. Ну не поводок же ему надевать!

— Даже не знаю. Попробую уговорить на сумку, устроим ему там гнездо из чабреца, пусть жует.

И Лара поспешила переодеваться. Шкаф учел ситуацию и предложил что-то вроде платья-халата, похожего на кимоно, но с цельной юбкой. Несколько цветов в волосы, и можно идти покорять мир. Только сперва зайти на кухню за запасами для Баси, не хотелось бы потом бегать по городу в поисках лавки зеленщика.

Бася, к счастью, без особых выкрутасов согласился на сумку, а Лара, в свою очередь, не особо раздумывая вручила ее Кристофу. Та была добротная, холщевая и к ней больше подходило слово «шоппер», чем, собственно сумка. Наконец, все были готовы выйти в город.

Чегейт ошеломлял роскошью и шиком, с которым тут обставлялось любое даже самое скромное занятие. Если колесница, то непременно с мордой дракона. Если посуда, то с позолотой. Ну а если встречать гостей, то с барабанами и флейтами. Лара не очень много путешествовала в своей жизни до вершительства, но все-таки смотрела кино, читала книги, и ни разу в аэропорту или на вокзале не было оркестра. А тут специальный помост на возвышении, где играет музыка, прыгают акробаты и выдыхают клубы огня чародеи. Задержаться и посмотреть выступление не получилось, но Кристоф обещал, что, если останется время, они зайдут сюда на обратном пути. А пока пора в город.

— Как думаешь, тут есть что-то вроде министерства драконов? — спросила Лара, растерянно глядя по сторонам.

Любой портовый город сам по себе шумный и людный, а тут и вовсе не разобрать, где дом советов, а где популярный кабак. Мимо них на резной деревянной фигуре дракона проехала целая семья. Дракон поскрипывал и выпускал едкие клубы дыма. От многоголосия и плотного насыщенного запахами воздуха начинала болеть голова. Очарование Чегейта рассеивалось, обнажая привычный для большого города вид. Лара покрепче вцепилась в предплечье Кристофа, чтобы не потеряться, и настроилась на очень длинный день.

— Насчет министерства не знаю, но вон там на холме живет самый крупный заводчик драконов, возможно, мы сможем оставить Басю у него.

Лара кивнула, только про себя подумала, что не очень-то ей нравится идея с заводчиком. Все равно, что любимого кота Тимку отдать чужим людям на развод.