Два месяца после рождения малышки)))

– Что случилось? – Леша врывается в квартиру и с тревогой смотрит на меня, полуголую в дверном проеме. – Я мчал как ненормальный.

До него что не дошло?

– Тихо ты, дочку разбудишь, – шикаю на него и иду снимать с него пиджак.

– Поль, ты меня за сексом позвала? – о, голова пошла в действие.

– Я тебя позвала в маленький, на вес золота, промежуток, когда нам может светить секс. Так что быстро снимай свои шмотки и только посмей зашуметь.

– Ты…

– Я Уваров, да. Я хочу трахаться. Что непонятного? Я терпела роды, восстановление после и теперь хочу своего мужа, – чуть ли не кричу.

– Да понял, я понял.

Скидывает с себя все что надето на нем, а после ступает ко мне, облокотившейся о стену. Но не доходит, наступает на брелок машины и тот начинает орать. Василиса улавливает звуки и уже кричит она.

А я стою со слезами на глазах.

– Ты такой…

– Ну прости, – подхватывает меня и целует, до умопомрачения.

– Я соскучилась по тебе, Леш, – отчаянно шепчу, хватаясь за его плечи, пока мы идем в детскую.

– Кажется тебе пора отдохнуть, Полин. Давай полетим куда-нибудь? Или на наше побережье?

– Хорошо, только чтобы ты рядом был постоянно.

– Тогда я решу этот вопрос.

– Ой, не надо. Мне тут должок вернуть обещали. Я сама все решу, но ты чтобы не лез.

– Не понял, ты о чем? – входим к дочке, и я попутно рассказываю ему о том, что я типа сама спорила с Андреем.

– Нихрена себе, и ты сейчас предлагаешь мне согласиться на то, чтобы он оплатил поездку на море моей семье? Полин ты как, норм?

– Ну, а что? Не пропадать же добру?

– Я сейчас по-доброму откручу тебе голову.

– Ну ладно. Тогда маму с папой отправлю.

– Я сам могу отправить тещу с тестем куда угодно. Хватит, – перебивает даже не начатую мной дискуссию. – Тема закрыта.

Выходит, из комнаты поцеловав малютку.

– Ну вот что мне делать с нашим папкой, Вась? – улыбаюсь моей сладкой крошке, переодевая ее в чистые ползунки.

Получаю в ответ милую улыбку.

– Ну что, дашь маме помириться с папой? Поспим? – беру на руки четыре кило счастья.

Невольно вспоминаю роды и то, как Уваров чуть ли не по щекам меня хлестал, требуя родить ему дочь, когда казалось не оставалось сил ни на что.

И как он заплакал с ее первым криком. И как поцеловал ее, а потом меня, нежно благодаря своими глазами.

Мне кажется нет такой любви, которую можно описать словами. Но я могу. Если говорить о любви, то ей подходит лишь одно слово – Леша. Материнская тут не в счет. Это совсем иные чувства. Иная привязанность на непостижимом уровне.

Кормлю дочку грудью, от которой Уваров в диком восторге, вот только никак добраться до нее нормально не может. Укладываю ее спать и провинившейся кошкой ступаю за мужем.

Ищу его в ванной, спальне, гостиной – пропал.

– Леш, – подхожу к найденному мужчине на кухне со спины и обнимаю.

Он ставит чашку кофе на столешницу и разворачивается ко мне.

– Я не злюсь, – убирает пряди моих волос за ухо и гладит по лицу.

– Прости, я часто ерунду несу.

– Чаще ты несешь что-то что меня заводит. Так что ерунду я порой и не замечаю. А сейчас ты слишком покладистая. В чем дело?

– Ни в чем, не всегда же мне иголки выпускать. Просто после рождения дочери я почти всегда такая.

– Она уснула?

– Ага, – улыбаюсь и подаюсь вперед бедрами.

– Надолго?

– Без понятия. Наша дочь живет по своему времени.

– Она Уварова, сама себе указ, – смеюсь на его слова и оказываюсь поднята над полом и прижата к горячему торсу.

– Надо будет Василисе брата родить, – ложится на меня муж, когда я готовая к жаркому сексу жду его в кровати, даже не заметив, как мы сюда перебрались.

– Обязательно родим, но чуть позже. А пока что скорее иди ко мне, а то «Полька» покроется зеленым мхом.