Глава 63. (Не)скучный день

Андрей бесцельно водил взглядом по палате.

Вроде бы ничего не изменилось. Стены всё такие же, голубые. На стене плазма с выключенным звуком, показывающая очередной боевик.

На мониторах всё так же отображались жизненные показатели. В углу — кресло, а перед ним — небольшой журнальный столик.

Сквозь жалюзи пробивались игривые лучики солнца, скользили по палате.

Вроде бы комфортная обстановка, самочувствие улучшалось, а настроение — поганее некуда. Всё казалось серым, безликим. Скучным. Никаким.

И Андрей никак не мог понять почему.

Дверь в палату открылась. Пожаловал Игорь Леонидович собственной персоной.

— Здравствуй, Андрей, — окинул партнера внимательным взглядом он. — Как ты? Как здоровье?

— Лучше. Грозятся завтра-послезавтра выписать, — поделился последними новостями Андрей. — Не терпится уже к работе вернуться, залежался я тут.

— Да ты не торопись, подлечись, не сбежит никуда твоя работа, уж поверь тертому калачу, — добродушно усмехнулся Стрижов.

— Угу, — буркнул в ответ Андрей.

Вообще-то, это не Игорь Леонидович уже третий день лежал тут без ставшего привычным кофе и без планшета. Всё потому, что его дочь, видимо, надула губы и перестала приезжать. Ишь какая обидчивая выискалась.

Он же ей сразу сказал: ничего не получится. Разве виноват, что она себе чего-то там придумала? Он ее не поощрял.

«Но и не отталкивал!» — напомнил внутренний голос.

— Что там с Дианой, Андрей? Глухо? — поинтересовался Стрижов, устроившись в кресле.

Андрей промолчал.

— Чего ты вообще сам туда поперся, а? Неужто, кроме тебя, некому было? — пожурил его Игорь Леонидович. — К тому же зря ехал. Вон где очутился.

— При всем к вам уважении я сам решу, что мне делать и куда ехать, — не сдержался Андрей.

— Да я ж о тебе переживаю, пойми ты! Далась тебе эта Диана. Время идет, а ее всё нет, зато ты вон где! Так ли тебя любит, если до сих пор даже не связалась, а?

И Стрижов пытливо уставился на Андрея.

«Хрен тебе!» — разгадал маневр наставника Андрей.

— Еще свяжется, я уверен, — твердо заявил он, давая понять, что эта тема закрыта.

Стрижов вздохнул, поджав губы.

— Как тебе Марина? Справляется с обязанностями? Нет к ней претензий?

И снова пристально посмотрел на Андрея.

«Не знает, — как-то сразу понял тот. Значит, Марина не сказала отцу, почему ездить перестала. — Вот так сюрприз».

Он-то думал, сразу побежит ябедничать.

— Да какие претензии? Работает хорошо, Игорь Леонидович, соображает быстро. Я доволен.

— Угу, — кивнул Стрижов и пробормотал себе под нос: — Ну и славно, ну и славно… — Ты там, кстати, юристов своих поторопи, как выпишут, а то нам слияния в этом году и не видать. Препоны одна за другой.

— Всё обязательно узнаю, всё сделаем, Игорь Леонидович. Я не намерен затягивать этот процесс, — на голубом глазу заявил Андрей.

В палату заглянула дородная медсестра с ярко-рыжими волосами.

— Пора капельницу ставить. Мне позже зайти? — обратилась к Андрею, заметив гостя.

— Не надо, я уже ухожу, — ответил медсестре Игорь Леонидович. — Делайте что нужно. Выздоравливай, Андрей.

И вышел.

Медсестра подошла к кровати Андрея, повесила на стойку очередной пакет-капельницу, проверила катетер, а потом вдруг сунула руку в карман белоснежного халата и выудила оттуда свернутый листок.

— Это вам, — заговорщическим тоном прошептала она, пихнула маленький прямоугольник в руку Андрея. — Попросили передать.

— Кто попросил? — уставился на бумагу тот.

— Какой-то парнишка. Сказал, что очень важно и вы… вы… в общем… ну, отблагодарите, — окончательно засмущалась медсестра. Оттенок ее щек по яркости сравнялся с волосами.

«Диана! Неужто она?»

Сердце Андрея гулко забилось, ладони тут же вспотели, и он с силой сжал руку с листком.

— Не сомневайтесь. Если информация важная, я обязательно отблагодарю, — тоже перешел на шепот Андрей.

— Ну, тогда я пойду, — пролепетала медсестра и с поразительной для дамы ее комплекции скоростью и ловкостью юркнула за дверь.

Андрей несколько секунд таращился на записку. Встал с кровати и направился в туалет. Решил не открывать в палате.

Зашел и развернул шуршащую бумагу.

Минута, две, три…

В ушах стучало, во рту пересохло, а он всё водил взглядом по напечатанным буквам снова и снова.

Скрежетал зубами от злости и еле сдерживал рвущийся наружу крик облегчения и радости. С момента исчезновения Дианы его частенько обуревали несочетаемые, казалось бы, эмоции.

Андрей вылетел из туалета и залпом выпил стакан воды. Начал ходить из угла в угол, пытаясь собрать мысли в кучу. Снова вернулся в туалет, несколько раз перечитал, а затем порвал записку, спустив ее в унитаз.

План созрел. День перестал быть скучным.