Глава 1 — Кукла

Мы очень долго едем.

За окном машины уже пару часов только белоснежная пелена и сосны, ели…

Страшно!

Сегодня моя жизнь изменится. Кардинально. И точно не в лучшую сторону.

Понятия не имею, что меня ждёт.

В вспоминается мне, сказка "Морозко", когда Настеньку везли в лес, чтобы оставить там.

Этот вариант событий нельзя исключать. Возможно, так и будет.

В горле от ужаса пульсирует мешающий дышать ком.

— Божена…

Перевожу взгляд из окна на зеркало заднего вида. Там его змеиные очень внимательные глаза.

— Тебе включить музыку?

Мой хищник иногда бывает внимательным. Но не стоит расслабляться. За этим всегда следует "расчлененка".

Стоит только сделать выбор не по его вкусу.

Пожимаю плечами, преданно глядя ему в глаза. Он любит решать за меня. Пусть решает.

Прикасаюсь пальцами к кожаному белому ошейнику на моей шее. Алишер говорит — это украшение. Туда действительно инкрустированы бриллианты.

Но я то знаю, что ошейник — это всего лишь — ошейник. Ошейник прикрывает небольшой шрам.

На его шее теперь тоже "ошейник", темная синяя полоса от удавки. Лицо разбито, пальцы поломаны.

Я надеюсь тот, кто это сделал выжил! Кто бы он ни был, я его фанат и болею за него всей душой. У моего маньяка большие проблемы. Он нервничает…

Впереди вдруг мелькает какая-то маленькая стоянка. Деревянный стол среди сосен, темно-синий джип, несколько здоровых мужчин в хаки.

— Это ещё у нас кто? — зло цедит Алишер, бросая взгляд на них.

На дороге снежные валы. И наша машина сильно замедляется проезжая мимо них. Один оборачивается. На его лице черная балаклава. Нашивка на рукаве. В руках термос и пластиковая кружка от него.

Может, охотники?..

Они выглядят сурово и свирепо. А Алишер очень интеллигентно — костюм, пальто. Но я боюсь его в тысячу раз больше, чем этих незнакомцев.

И если бы у меня был выбор, я бы не раздумывая осталась бы в ними в этой тайге. Только бы не ехать с ним!

Прижимаю ладони к стеклу.

"Помогите", — шевелю я отчаянно губами, глядя в глаза мужчине. — "Помогите мне, пожалуйста".

Всё… Машина проезжает дальше.

— Малыш? Ты хотела сказать что-то этому человеку? — ловит мой взгляд в зеркале заднего вида Алишер.

Испуганно отрицательно кручу головой. Волосы рассыпаются по белому меху манто.

— Правильно. Тебе ни с кем нельзя говорить. Ты же это усвоила?

Киваю поспешно положительно, опять прикасаясь к своему горлу. Я больше и не могу говорить, только шептать. Алишер отнял мой голос, как ведьма у русалочки.

Я — героиня всех сказок сразу. Но только тех их фрагментов, где героиня отхватывает жести. Счастливого конца со мной никогда не случается.

— Я ни с кем не буду говорить. НИКОГДА! — шепчу я. — Мы можем поехать домой?

— Нет… Теперь, увы, нет. Это не твоя вина, малыш.

Ещё через некоторое время мы подъезжаем к кирпичному длинному забору, с красивыми коваными шишечками на столбах. Заезжаем в открытые ворота.

Читаю вывеску.

"Нервно-психиатрический пансионат…".

Тормозит.

От тихой паники я застываю. Вспоминаю, что нужно моргать, только когда пересыхает слизистая. В животе тяжёлый болезненный шар. Психушка?!

Алишер паркует машину, подаёт руку, галантно помогая мне выйти. Придерживает полу моего длинного норкового манто. Чтобы белый мех не испачкался…

Алишер обожает, когда я в белом. И я всегда в белом. В цветах он добавляет ко мне только ещё, пожалуй, серебро.

Давя на спину, ведёт меня к встречающей нас на крыльце женщине. Ее волосы строго собраны назад, на лице нет косметики, только лаконичные очки. На голубой врачебный халат накинуто пальто. Она спускается.

— Как добрались? — холодная улыбка трогает ее губы, но не глаза.

Тоже змея!

— У нас очень красиво здесь. Успели оценить?

Разворачиваюсь, складывая умоляюще руки.

— Умоляю тебя, пожалуйста… Пожалуйста, не оставляй меня здесь! — ловлю его взгляд.

Иногда ему интересно быть добрым ко мне.

— Ч-ч-ч… — Алишер поправляет мои волосы. — Так будет лучше для тебя. Здесь тебе будет хорошо.

— Я не хочу.

— Есть только два способа закрыть твой рот, малыш, только два… Второй тебе не понравится ещё больше.

— Я клянусь, буду молчать. Пожалуйста, не оставляй меня здесь!

— Я тебя заберу, когда все уляжется.

— Когда?!

— И я буду обязательно приезжать. Ты же знаешь, что очень дорога мне. Присядь…

— Алишер!..

Обрывает меня мгновенно меняющимся взглядом.

— Сядь, — цедит он.

Лицо моё вспыхивает. Позволяю коленям подкоситься и себе рухнуть на заснеженную лавочку.

Он разговаривает с врачом, положив на мою голову ладонь, словно успокаивает собаку. Говорит обо мне в третьем лице. Он всегда делает так.

— Она немного волнуется.

— Ну что Вы! У нас… санаторий. Ее никто не обидит.

— Я хочу, чтобы у нее был доступ в балетный класс, чтобы она носила только свои вещи. Чтобы имела возможность ухаживать за своими волосами. Они очень дорого стоят. Чтобы не имела доступа ни к телефону, ни к интернету.

— У нас нет здесь связи. Даже у персонала. Клиника подпитывается автономными генераторами. На картах ее нет. Сюда не идут коммуникации.

— Надеюсь, не будет никакой утечки.

— За двенадцать лет работы с уважаемыми людьми, у нас не было ни одного инцидента.

— Да… Именно поэтому я к вам и обратился. И ещё… Не кормите ее слишком химией. Она не сможет заниматься. Да и куклы… Они должны быть живыми, иначе в чем прелесть?

— Я вас поняла.

Оглядывается.

— Они гуляют свободно?

— А куда им бежать? Триста километров по тайге? По сугробам? У нас женщины, а не спецназ. И у нас "счастливые" женщины… — многозначительно. — Они не хотят уходить.

— Кстати, про спецназ. Я видел машину на стоянке, километрах в двадцати отсюда. Люди в военной форме. Не знаете откуда?

Машет рукой.

— Недалеко заброшенный военный полигон. Им практически не пользуются.

— Ваши питомцы не дойдут туда?

— Не беспокойтесь. Наше заведение принадлежит руководству полигона. Здесь отдыхают жёны, любовницы… Да и зачем им идти? У нас здесь “счастье”…

— А-а… Теперь понятно. Очень удобно.

— Да. Божена, пойдёмте внутрь. Здесь холодно.

Как зомби встаю с лавочки.

Алишер ведёт по моему лицу пальцами, сминая губы. Гладит прядь.

— Скучай по мне.

— Я уже скучаю, — заторможенно шепчу я.

— Лживая тварюшка, — улыбается он. — Но ничего… Ты заскучаешь.

— Пойдем, — ведёт за плечи вверх по лестнице меня женщина.

Подводит к ресепшену.

— Меня зовут Альбина Павловна. Как звала тебя мама в детстве?

— Женей…

— Хорошо. Держи, Женя.

Ставит передо мной красивую рюмочку с таблеткой.

— Что это?

— Это… Это счастье. Его синтезировали. И теперь оно есть в таблетках. Выпей, Женя. И я обещаю, что тебе у нас будет хорошо. Как и всем остальным девочкам.

— А можно мне две… — смотрю равнодушно в сторону.

— Можно и две. Но не часто.

Докладывает ещё одну.

Закидываю в рот две крошечные таблетки. Имитирую глотательные движение. А потом ещё раз, словно не смогла проглотить с первого раза.

— Водички?

Отрицательно кручу головой.

Альбина Павловна ведёт меня в мою келью. В клинике красиво. Ковры, цветы, музыка…

Моя комната на первом этаже. В коридорах пусто. Дверь мне оставляют открытой. Подхожу к окну. Внимательно смотрю вдаль, пытаясь рассмотреть полигон за высокими елями. Незаметно вытаскиваю таблетки изо рта.

Счастье…

Я приберегу это "счастье".

К воротам клиники подъезжает тот самый синий джип…