Глава 13

Полина

К семи мы с Дашенькой были готовы.

В магазине я приобрела бархатное платье в пол с V-образным вырезом на груди и разрезом от середины бедра. К платью добавила черные туфли- лодочки на шпильке. Волосы оставила распущенными, сделала яркий вечерний макияж: глаза подкрасила в стиле смоки айс, на губы нанесла красную помаду.

— Ма! Ты такая класивая! — хлопала в ладоши доча, наблюдая за процессом моего преображения.

— Ты еще красивее, моя принцесса!

На Дашеньке воздушное белое платье, туфельки в тон и сумочка. Она ужасно довольна нарядом. И меня это тоже очень радует.

В дверь звонят. Набираю в легкие побольше воздуха и иду открывать. Распахнув дверь, вижу Игоря.

— П-полина Андреевна, Вы… вы готовы? — запинается он, пытаясь произнести мое имя.

— Да, Игорь. Мы готовы!

— Отлично! — прокашливается он в кулак, — Вас ожидает Дамир Тигранович в машине.

И вот мы выходим на улицу. Дамир стоит спиной к нам и разговаривает по телефону.

— Па! — выкрикивает Даша.

Он оборачивается и застывает как статуя. Проходится по мне медленным, внимательным взглядом. Потом смотрит на дочку — та уже летит к нему как белое облачко, потом останавливается и начинает кружиться перед ним, демонстрируя свой наряд.

— Увидимся, Костя! — говорит он собеседнику и отключает телефон.

— Я класивая? — Даша крутится как юла.

— Очень! — опускается на корточки рядом с Дашей.

— А мама? — спрашивает у него.

Я замираю рядом. Он поднимается на ноги, встает во весь свой рост.

— Красивая, — отвечает с хрипотцой. — Поехали, — кивает на машину.

Мы располагаемся втроем на заднем сиденье. Машина трогается с места. Следом за нами тут же отправляется автомобиль с охраной.

Даша сидит посередине и держит Дамира за руку. Дочка без умолку болтает, задает ему вопрос за вопросом, а он отвечает — терпеливо и спокойно.

Я пытаюсь ее утихомирить, но ничего не получается. Даша забирается к нему на колени и принимается крутить его галстук-бабочку.

— Даша, ты папе бабочку испортишь.

— Ма, а папа у нас тоже класивый! — довольно хихикает.

Я смотрю на Дамира. Он действительно красивый мужчина. Прямой нос, широкие брови, красивые — яркие и очень необычного цвета — глаза.

Он тоже на меня смотрит. Пронизывающе.

Я отвожу взгляд.

— Приехали, — говорит Игорь. Я замечаю толпу репортеров и начинаю нервничать.

— Полина! Держитесь рядом, — говорит Дамир.

— Хорошо, — киваю в ответ.

— Лекарство взяла?

— Да.

— Хорошо! Еще один момент… — он достает бархатный мешочек и себе в ладонь высыпает несколько обручальных колец, — Надевай! — протягивает их мне. Смотрю на кольца, беру одно из них, надеваю. Оно оказывается мне велико. Беру другое, и оно садится как влитое.

Маленькое, тоненькое, с дорожкой из сверкающих камней. Замечаю одно большое кольцо его размера, протягиваю к нему руку, но его ладонь тут же сжимается в кулак.

— У тебя нет права надевать на меня кольцо, — почти рычит.

Надевает сам себе кольцо, выходит. Мы еще на несколько мгновений остаемся с Дашенькой в салоне. Дамир открывает дверь с моей стороны. Первой выходит — протискивается мимо меня — Даша.

Он протягивает мне свою руку и улыбается. Так неестественно. Смотрю на протянутую мне ладонь и вкладываю в нее руку.

— Дамир Тигранович! Это ваша супруга? — спрашивает репортер.

— Да, это мои жена и дочь.

— Как их зовут? — задает вопрос другой репортер, щелкает затвор фотоаппарата, и очередная вспышка бьет по глазам.

— Жену — Полиной, а девочку…

Дамир запинается, замолкает на какие-то доли секунды, и тут я понимаю, что он ведь никогда ее по имени и не называл. Ее имя ему — кость в горле.

— Ее зовут Даша, — отвечаю я.

Дамир немного меняетсяв лице.

— Можно семейное фото?

— Да, конечно, — отвечает мой «муж».

Он поднимает Дашу на руки, а меня притягивает за талию. Рука его обжигает мою кожу. Мы настолько тесно стоим, что я начинаю нервно дышать.

— Улыбайся, — шепчет мне на ухо, чем вызывает бурю мурашек.

— Отлично! — говорит репортер и отпускает нас.

Поднимаемся в ресторан. Я держу за руку Дашу, а Дамир идет чуть впереди. Вдруг он резко тормозит, оборачивается, смотрит на меня, протягивает руку. Я принимаю ее, и мы продолжаем путь вместе. Держимся за руки, как настоящая семья. Вот только все это фальшь! Красивая обертка.

— Дамир! — мужской голос заставляет обернуться. К нам направляется высокий мужчина в черном костюме.

— Костя! — откликается мой «муж».

Кажется, он говорит это для меня. Во всяком случае, эта его реакция помогает мне понять, кто находится теперь передо мной. Пока мужчины обмениваются рукопожатиями, я смотрю на подошедшего. Тот тоже смотрит на меня, потом — на Дашу. И, изображая удивление, приподнимает брови.

— Познакомишь меня со своими барышнями? — улыбается, возвращаясь взглядом ко мне.

— Полина и Даша, — сухо отвечает Дамир.

— Та самая Полина? — улыбается еще шире Костя. — Рад лично с вами познакомиться, Полиночка. Вы прекрасны! Костя! — он протягивает мне руку. Я смотрю на Дамира, взглядом испрашивая у него разрешения.

— Воу, Дамир! Ты совсем ее запугал. Она боится даже руку мне протянуть. Так никто не поверит в вашу счастливую семейку.

Значит, этот Костя в курсе, кто я.

— Так, а вот ты — маленькая принцесса, — присаживается на корточки перед Дашей. — Что-то очень ты похожа… — внимательно смотрит на Дамира, потом — на меня. Его глаза сверкают и улыбаются одновременно. Почему он так смотрит? Мне этот Костя не нравится. — …на маму! — договаривает наконец.

— Я думаю, никто ничего не заподозрит, — поднимается, не сводя с меня глаз. — Идем! Заболоцкий уже тут, интервью вовсю дает.

Нас усаживают за один стол, а детей — отдельно. Дашенька почти сразу нашла себе подружку, и они тут же убежали куда-то играть.

Дамир постоянно с кем-то разговаривает, а я сижу за столом и, ковыряя вилкой в салате, разглядываю гостей. Среди этой буржуазной роскоши я чувствую себя белой вороной.

Чтобы не умереть от скуки, я наблюдаю за тем, что происходит вокруг. И довольно скоро замечаю женщину. Та потягивает шампанское из тонкого хрустального бокала и не спускает взгляда с Дамира. Смотрю на «мужа» и понимаю, что он тоже то и дело на нее поглядывает.

— Могу я пригласить вас на танец? — склоняется ко мне Костя. И я вынуждена отвлечься от своих наблюдений.

— Извините, Константин, я не танцую, — качаю я головой.

— Да брось, Поль! Один танец!

Подсаживается на соседний стул.

— Извините, — повторяю сдержанно. — Вынуждена отказать, Костя! — стараюсь его не провоцировать.

Он недовольно смотритна меня.

— Ты с ним спишь?

Я все еще пытаюсь оставаться спокойной. Но дыхание сбивается. И дышать становится тяжело.

— Ну? Трахает он тебя? Или просто в золотой клетке держит?

— Простите, — пытаюсь подняться, — мне в уборную нужно.

Говорю, а сама на Дамира поглядываю. Он вскользь кидает на меня взгляд, и отворачивается к собеседнику, потом снова оборачивается. Мне кажется, он уже понял, что мне нехорошо. Прощается с собеседником и подходит ко мне.

— Плохо? — спрашивает. Я киваю в ответ.

— Кость, что ты ей сказал? — недовольно спрашивает своего друга.

— Ничего особенного. На танец хотел пригласить.

— Выпей, — протягивает мне стакан с водой Дамир. — И идем, воздухом подышишь.

Не стесняясь беру его под локоть. Меня немного пошатывает.

— Даша! — ищу взглядом свою девочку.

— Она играет, не переживай. За ней присматривают.

Дамир выводит меня на открытую площадку в саду. Проходим вдоль кустарников, замечаю лавку, присаживаюсь. Достаю из сумочки ингалятор и делаю несколько вдохов.

Он как тень стоит напротив. Руки в карманах, строго смотрит на меня.

— Извини… — говорю ему.

— Что он тебе сказал?

— Спросил, спишь ты со мной или нет.

Дамир тяжело вздыхает.

— Мы можем домой уехать?

— Сейчас поедем, — отвечает.

Дамир не видит, зато вижу я, как из-за кустов появляется женский силуэт. Я узнаю гостью сразу. Это та самая дамочка, что совсем недавно бросала пылкие взгляды на моего «мужа».

Покачивая бедрами, она подходит ближе.

— Дамир, скоро освободишься? — произносит томно «девушка с шампанским». Кидает на меня презрительный взгляд и собственническим жестом опускает руку на его плечо. Виснет на нем, как обезьяна.

— Натали, не сейчас! — говорит он и сбрасывает ее костлявую руку с плеча. Начинаю злиться. Она что? Не видит, что я здесь?

— Извините, Натали, — поднимаюсь с лавочки. — Разве вы не видите, что Дамир Тигранович сейчас занят?

Она кривится, и лицо ее делается отвратительным. Похоже, она переколола себе ботокса, потому что гримаса выходит неестественной — такой, что совершенно невозможно понять, что за эмоции она пытается изобразить.

— Что ты сказала? Ты вообще кто? — оглядывает она меня.

— Я его жена, — говорю этой дамочке.

Замечаю реакцию Дамира — он слегка улыбается. Его, что, веселит эта ситуация? Конечно, веселит. Я же просто пустое место для него.

— Жена? — она начинает смеяться. — Ты видела себя? Дамир никогда на такую как ты, не залезет!

— Натали! — грубо обрывает ее Дамир. — Рот свой прикрой!

Я величественно повожу плечом.

— Пожалуй, я к дочке вернусь.

Ухожу и оставляю эту мерзкую парочку наедине друг с другом.

Нахожу Дашеньку в компании двух девочек ее возраста.

— Ваша дочь? — спрашивает у меня худощавый мужчина.

— Да.

— А в синем платье — моя, — указывает на девочку с кудрявыми волосами. — Алина. А вашу как зовут?

— Даша.

— Ваш муж — Воронцов?

«Когда этот вечер закончится?» — проносится в моей голове.

— Да, Дамир — мой супруг и отец Дашеньки.

— Простите, не представился. Александр Михайлович, — мужчина протягивает мне руку.

— Полина Андреевна, — я слегка морщусь, когда мужчина аккуратно пожимает мне пальцы.

— Полина Андреевна, вы давно замужем? — спрашивает. Голос его звучит вкрадчиво.

— Да, четыре года! Почему вы интересуетесь?

— Просто я раньше вас не видел… –

Я не знаю, что ответить. Потому просто молчу. Замечаю Костю, который шагает к нам.

— Приветствую, Александр Михайлович, — говорит подошедший и вскользь бросает на меня взгляд. — О чем беседуете?

— О детях, — улыбается мой новый знакомый. — Ладно, пойду супругу найду. Приятно было познакомиться, Полина Андреевна. Честно признаться, я удивлен, что у Воронцова такая прекрасная жена.

— Мне тоже было приятно познакомиться, — говорю в ответ. Мужчина уходит.

— О чем с Заболоцким трепалась? — спрашивает Костя.

— О детях.

Он пристально смотрит на меня, и желваки на его скулах ходуном ходят.

— Что у вас тут? — подходит Дамир.

— Твоя прекрасная женушка с Заболоцким общалась, — отвечает за меня Костя.

— Что ты ему рассказала? — рычит Дамир.

— Ничего. Он лишь спросил, когда я вышла замуж за тебя. На этом все, — взволнованно отвечаю.

— Дамир Тигранович! Можно фото с вашей женой? — откуда ни возьмись рядом с нами снова появляется мужчина с фотоаппаратом.

— Конечно.

Костя отходит от нас, а Дамир ставит меня спиной к себе и обнимает за талию. Я ощущаю его теплое дыхание на своей шее. С великим трудом натягиваю на лицо улыбку, и нас фотографируют. Ощущаю, как его пальцы начинают меня поглаживать. Замираю, стою бездвижно, как оловянный солдатик.

— Поцелуйте супругу, — просит фотограф.

— Думаю, это лишнее, — отвечает Дамир. — Есть богатства, которые должны оставаться внутри семьи.

— Дамир Тигранович, один поцелуй! Мы в газету на первую полосу разместим.

«Нет, нет, нет! Только не это! — вопит мой внутренний голос. — Я же прямо тут умру. На глазах у своего ребенка».

Дамир разворачивает меня к себе, а я с ужасом смотрю на него.

Нет! Не делай! Не целуй меня! Ты меня добьешь! Выпьешь мою душу, которая и так искалечена.

Дамир ласково заправляет прядь моих волос за ухо, склоняется ближе, а я закрываю глаза. Не могу смотреть. Не могу!

— Расслабься…

Чувствую его дыхание на своих губах, а потом — и мягкость его губ. Дамир целует меня аккуратно, едва касаясь, а у меня ноги подкашиваются. Он притягивает меня к себе, держит крепко, не позволяя потерять равновесие.

Мой мир рухнул. Рухнул без остатка. Меня целует мой кошмар, который забрал у меня все. Даже Дашенька с первых секунд прилипла к своему отцу. Все эти дни она только и говорит о Дамире: восхищается им, задает вопросы, мечтает о том, чтобы тот больше времени проводил с нами…

Клад руки на его сильную грудь и пытаюсь держать себя в руках.

Мой внутренний голос мне говорит: «Ты сильная, ты справишься. Ради своей дочери пройдешь семь кругов ада, но ты справишься!»

— Очень… очень хорошо, спасибо! Фотографии получились превосходными. Вы прекрасная пара! — восторженно говорит фотограф, но до меня его голос доносится будто издалека.

Дамир не спешит меня выпускать из плена своих рук. Он разрывает поцелуй, отстраняется немного, а я стараюсь не дышать. Смотрю в его глаза, которые слегка потемнели. Мне страшно, я его боюсь.

— Па! Ты маму целовал? — дочка обнимает отца за ноги.

Дамир смотрит на дочь и улыбается. А я на минутку задумываюсь, как бы все было, если бы мы были настоящей семьей? Завтрак вместе, прогулки по парку. Но все это лишь маска. Злая маска моей реальности.

— Поцеловал, — отвечает Дамир и убирает руки с моей талии, будто невзначай скользнув пальцами по ягодицам.

— А меня поцелуешь? — капризно надувает губки Даша и ручки к нему тянет.

Он склоняется к ней и берет на руки, а потом целует ее в щеку.

— Ма! Меня папа тозе поцеловал! — визжит задорно дочка, я киваю в ответ, а на глаза наворачиваются слезы.

— Ну надо же! Прямо как настоящая семья! — подходит к нам Костя.

Я смотрю на него волком, с трудом сдерживая просившуюся на язык грубость. Дамир не реагирует на комментарий. Говорит только:

— Вас Игорь домой отвезет.

— Хорошо, иди к маме, принцесса, — я протягиваю руки к дочери, готовясь забрать ее у Дамира, а она к отцу прижимается.

— Не-а! Я с папой хочу!

— У меня дела, — отвечает ей Дамир. — Потом встретимся. Он передает мне девочку, а та начинает плакать и за него цепляться.

— Я к папе хочу!

— Дашуль, послушай меня… У папы сейчас много работы. Но он, как освободится, обязательно к нам придет, хорошо?

— Не плидет! — начинает реветь взахлеб и тереть глазки.

— Даш, — обращается к ней Дамир. — Я приеду, даю слово, договорились? — она кивает и снова тянется к нему.

Дамир целует ее в макушку.

— Идите, — смотрит на меня.

Я киваю и выхожу на улицу, где нас встречаетИгорь.

— Можем ехать? — спрашивает.

— Да, домой.

* * *

Укладываю Дашу спать. Сама иду в душ, быстро смываю с себя этот тяжелый день — каждую его минуту, каждое мгновение. Стою под теплыми струями, а в голове прокручиваю наш поцелуй с Дамиром. Касаюсь пальцами губ и судорожно вздыхаю. После той ночи я к себе вообще не подпускала мужчин. Многие предлагали начать отношения, но я отказывала.

Ночью проснулась от сильной грозы. Пошла закрывать окно, и услышала, как кто-то вошел в квартиру. Я замерла.

В полумраке увидела крупную, как будто не вполне твердо держащуюся на ногах фигуру. Тень покачнулась раз, другой… И перед моими глазами всплыл тот день. Тот страшный день, когда он меня взял.

Я впечатываюсь в стену между окнами и стараюсь не дышать, что, собственно, легко мне удается, потому что у меня снова начинается приступ.

Дамир останавливается напротив моей двери в комнату и долго смотрит на нее.

У меня не получается удержать рот на замке — от страха я громко всхлипываю. Он оборачивается в тот момент, когда за окном сверкает молния, озаряя его лицо.

Дамир молча делает шаг ко мне, а я сползаю по стене, растирая грудную клетку ладонью.

— Не надо, пожалуйста… — обнимаю себя за плечи и продолжаю всхлипывать.

Он останавливается напротив, а я съеживаюсь, сворачиваюсь клубочкам на полу.

Чувствую, как он приседает рядом. Касается моего плеча, и меня начинает колотить от страха.

— Нет, пожалуйста, нет… Не трогай меня, умоляю, — скулю.

Он подхватывает меня на руки, а меня парализует. Я боюсь пошевелиться в его сильных руках. От него пахнет алкоголем и веет той страшной ночью. Дамир идет к дивану, присаживается на него, а меня усаживает на свои колени. Воздуха не хватает.

— Тс-с… Тихо, Полина. Постарайся дышать, — говорит у моего уха и гладит по спине. Я пытаюсь, но ничего не получается.

— Не могу… — с трудом выдавливаю я из себя.

— Можешь. Постарайся. Ты должна успокоиться.

Снова этого его голос возле моего уха!

Он укладывает меня на свою грудь, и я отчетливо слышу стук его сердца.