Глава 5

Алиса лежала на кровати, свернувшись калачиком, она кусала край простыни, слёзы текли по щекам, сползали на матрас и оставляли пятно, которое уже стало огромным.

– Голубушка моя, – к её кровати подошла женщина в медицинском халате, на бейдже у неё было написано «Акушер-гинеколог. Лютина Лидия». – Вам нужно взять себя в руки, то что удалось сохранить вам беременность – это чудо. Слезами горю не поможешь, а вот создать тонус в матке запросто. – Лютина присела рядом с кроватью. – Вы понимаете меня?

Алиса смотрела в одну точку и никак не реагировала на слова врача. Она мысленно постоянно возвращалась в тот злосчастный день.

Они с Латаниным специально решили побыть дома вдвоём: после предстоящей свадьбы у неё была череда съёмок, так как многие сцены нужно было отснять до появления живота. Она вспоминала, как она ворчала, потому что донимал токсикоз, как они спорили, и как портило настроение то, что она еле-еле влезала в платье, которое выбрала для бракосочетания. Никто не ожидал, что она начнёт так быстро набирать вес, хотя она почти ничего не ела, так как просто не могла.

Алисе не удавалось вспомнить, о чём же они говорили в последние минуты. И вдруг в мозгу словно включили лампочку.

– Телефон, телефон, дайте телефон, – затараторила она, – быстрее.

– Голубушка, что такое? – Лидия достала из тумбочки её мобильник. – Что вы скачете так? Мы вчера вас еле сохранили!

Белогорова судорожно набрала номер и проговорила:

– Ксюха, ты ещё там? В квартире? Обязательно, слышишь, обязательно возьми с его стола коричневый блокнот. Это очень важно, очень!

***

Ксения, которая под чётким присмотром помощника юриста жены Латанина собирала вещи подруги, вздохнула и взяла зазвонивший телефон. Она минуту молча слушала Алису, потом неясно сказа «угу» и отключилась. Было крайне неудобно зажимать слишком громкий динамик. Ксения сложила ещё несколько фотографий Алисы и направилась к столу Латанина.

– Нет, нет, – вытянув руку, к ней двинулся мужчина, присланный юристами для контроля, – только вещи сожительницы, это имущество хозяина.

– Она свой блокнот коричневый положила ему в стол. – Ксения прекрасно знала, как выглядит ежедневник Латанина, он покупал одинаковые каждый год. – Вот он! – она сразу нашла увесистую тетрадь с изображённым на обложке золотым пером.

– Хорошо! Но это всё. Только её вещи! – категорично заявил юнец.

– Да поняла я! – раздражённо сказала девушка.

Она медленно перекладывала скарб, складывала в чемоданы и коробки бесконечные безделушки Алисы, а в голове перебирала вчерашний скандал.

Утро прошло в штатном вежливом режиме, и она даже решила, что Игорь просто погорячился. Однако, когда она сказала, что Алиса поживёт у них некоторое время, то почувствовала такую вспышку ярости, какой у своего мужа ещё не видела. Его просто трясло от злости, и эпитеты, которыми он награждал Алису, были отвратительные. Закончилось всё тем, что он ушёл, хлопнув дверью, и до сих пор не появлялся. Сначала Ксения хотела позвонить Веславу, но вспомнила свои слова, сказанные ему, и решила, что с него достаточно её бесконечных просьб. Взаимностью она всё равно ответить ему не сможет.

– Дорогая, эти коробки забирать? – от входа послышался голос матери, которая вызвалась помочь.

– Да мам, я уже почти закончила. – Ксения окинула взглядом шкаф с вещами.

Ксения посмотрела в сторону двери и не поверила своим глазам: на пороге появился Веслав, перехватил коробки у её родительницы и с лёгкой укоризной сказал:

– Заставляешь маму таскать тяжести. Ты же врач! – и ушёл.

Ксения с матерью застыли и переглянулись.

– Вы закончили? – сразу же спросил соглядатай, видя, что сборы остановились.

Вдруг у него зазвонил телефон, и он отвлёкся. Ксения побросала в сумку шарфики и шапочки Алисы, оглядела осиротевшую квартиру и вышла вон. На лестнице её окрикнул помощник юриста.

– Я уточнил. Госпожа Латанина утверждает, что ежедневник – это собственность её покойного мужа. Верните на место, пожалуйста.

Ксения остановилась на ступенях, ей так хотелось сказать, что она ничего не брала, но скандал был не к чему. Она повернулась к нему и произнесла:

– Я увидела, что это его блокнот и положила в ящик пока вы, говорили по телефону. – Ксения вспомнила, что там лежал такой же блокнот, видимо, предшественник этого.

Девушка выбежала на улицу и увидела, что машина матери отъезжает от тротуара, она помахала ей, но та лишь сверкнула стоп-огнями, а возле Ксении притормозил внедорожник Веслава.

– У вашей мамы образовались срочные дела. Мы все перегрузили в мою машину, я отвезу вас куда удобно.

– Да неужели?! – съязвила девушка. – Дела у неё. Ну, поехали ко мне домой.

Она была уверена, что если их увидит Игорь, то скандал будет просто вселенским.

– Ну и пусть! – тихо пробормотала она и вздохнула.

***

Ксения сидела на кухне снова и снова перечитывая сообщение от Игоря. Он уехал один в отпуск и попросил её подумать о том, что она в последнее время совсем пренебрегает их отношениями и все окружающие ей дороже, чем он. Девушка долго сидела без движения, она перебирала в памяти все счастливые моменты их совместной жизни, но никак не могла вспомнить, как он сделал ей предложение. Это казалось странным, с их свадьбы не прошло ещё и года, а она не помнила. Просто чёрная дыра на том месте, где должны быть волнительные минуты.

– Да мам, привет. – ответила Ксения на телефонный звонок. – Дома, конечно, жду тебя.

Кое-как собравшись, она встала со стула, и тут снова зазвонил телефон.

– Да. – печально ответила девушка.

– Привет! – послышался голос Игоря. – Как ты?

– Читаю твои сообщения. А что? – Ксения почувствовала близкие слёзы.

– Думаю, что я погорячился. И я полный дурак. Просто Алиса не любит меня, а когда она будет у нас, то моя жизнь превратится в кошмар. – Игорь замолчал. – Мне страшно, что всё рухнет.

– А ты сейчас где? – Ксения чертила пальцем на столе.

– Там, где мы должны были быть вдвоём. Единственный раз я попросил тебя оставить всё и посвятить время мне. И что? Ты делаешь все дела мира, но только для меня в твоей жизни места нет. Я для тебя как кукла; захотела, поиграла в замужество, а нет, забыла меня дома.

– Да что ты такое говоришь. – Ксения проваливалась сквозь тонкий лёд сомнений в пучину стыда. Ведь всё было именно так, она полностью занималась своей жизнью, а Игорь был фоном.

Вроде как муж, а сколько помнит Ксения их совместную жизнь, то он поступал как удобно ей. Если Ксении было нужно, то он был рядом, если нет – Игорь отодвигался назад.

– Давай поговорим, когда я приеду. Хорошо? – глухо спросил муж. – Только обещай мне, что ты сохранишь, так сказать, очаг нашей семейной жизни, пока я не вернусь. А дальше будь что будет.

Ксения некоторое время послушала пустоту и тишину в трубке, упала на сложенные руки и долго молчала, пока не позвонила мама в дверь.

Дежурные, ничего незначащие фразы, кипящий чайник, ворох выпечки из любимой кондитерской, всё это осталось позади, прежде чем мама решилась заговорить об истинной цели своего визита.

– Мама, не томи. – Ксения вопросительно посмотрела на мать. – Что случилось?

– Я насчёт Игоря.

– Мама, и тогда, и сейчас я скажу то же самое. Это мой муж и мне решать, как нам жить. – Ксения встала и подошла к окну. – И так всё непросто. Зачем ты провоцируешь меня? Зачем вы подсылаете ко мне Веслава? Он приятный, чудесный и всегда рядом, но Игорь был таким же до нашей свадьбы. Было всё то же самое. Он в любой момент был рядом, появлялся как по волшебству, я была словно закутана в тончайшую шаль заботы, нежности и любви. – Ксения села напротив матери. – Ты помнишь наш первый семейный ужин за городом? Игорь был вроде официанта – принеси, подай. Все родственники за столом – он жарит шашлыки, все родственники у бассейна – он мешает коктейли. Все были против свадьбы, и вы с папой всячески теперь показываете, что мой выбор неверен. Зачем? – Ксения развела руками. – Мама, может пора понять, что я уже чуть-чуть выросла и не нуждаюсь в такой тщательной заботе, а то как бы ваша проверка Игоря на прочность не дала трещину в моей семейной жизни.

– Детка, – мама погладила её по руке, – тебе решать. И не так важно кто будет рядом. Веслав, Игорь или кто-то ещё, главное, чтобы ты сделала выбор не под влиянием обстоятельств.

Мать встала, поцеловала дочь в щеку и молча вышла. Женщина понимала, если она скажет ей, что вчера её подруга видела Игоря в сопровождении какой-то брюнетки в зоне вылета в аэропорту, то может потерять дочь.

***

Марина чувствовала, как солнце плавило каждый участок кожи. Девушка словно растворилась в огненной феерии неожиданного лета. Конечно, она ездила в отпуск, летала забитыми до отказа маршрутками в Турцию и Египет, бегала на экскурсии и смеялась по вечерам над шутками аниматоров, но эта поездка была особенной. Тихий отель на затерянном в океане острове, райские голубые воды и белоснежные полосы песчаных пляжей, незаметный персонал и изысканные угощения. Такого отдыха у Марины ещё не было. Она перевернулась на живот и увидела, как Игорь болтает с барменшей. Белокурая девица скалила зубы в улыбке и наливала вино.

Девушка несколько минут понаблюдала за ними, а потом посмотрела на океан. Он был такой могучий и спокойный, он мог за одну минуту уничтожить этот островок счастья, но продолжал катить свои тихие воды и наслаждаться жизнью. Марина подумала, что вправе ли она сейчас что-либо разрушать. Ну, говорит он с девицей, а, возможно, даже договаривается встретиться с ней, но ведь здесь в отпуске с Игорем именно она – Марина. Почему из всех женщин он пригласил её? Марина вздохнула и улеглась на мягкое ложе из песчинок. Она точно знала, что теперь, даже после сказанных слов, Игорь вскоре переменит своё мнение.

***

Алиса сидела на кровати и смотрела в окно. Весна вовсю красила газоны в зелёный цвет, яркое солнце купалось в лужах, а воробьи скакали по ещё обнажённым веткам деревьев. В палату неслышно вошёл доктор.

– Доброе утро. – поздоровалась Лютина.

– Доброе. – не оборачиваясь, сказала Алиса. – Не волнуйтесь, я всё обдумала. Петя всю жизнь хотел ребёнка, а всё как-то не было, и ради него и памяти о нём, я обязана сделать всё, чтобы этот ребёнок появился на свет. Это лучшее что я могу сделать для него. – Алиса повернулась к доктору.

Сегодня лицо её было светлое, всё ещё бледное с глубокими тенями под глазами, но светлое. Можно было сказать, что новые мысли открыли в ней какой-то внутренний мудрый источник, который сиял и освещал всё её пространство.

– Ну какая же вы молодец. – Лютина взяла её за руку. – С такими подвижками вас и выписывать не страшно.

Вдруг на пороге палаты возник незнакомый мужчина.

– Простите, могу я видеть Белогорову Алису? – спросил он.

– Я позже зайду. – сказала Лидия и вышла.

– А вы кто? – Алиса аккуратно поднялась навстречу незнакомцу.

– Я представитель госпожи Латаниной.

В один миг светлый день затянулся смрадной плёнкой удушья.

– Зачем вы пришли? Вещи мои ещё несколько дней назад вывезли.

– Вам не стоит беспокоиться. Претензий имущественных к вам нет. – юрист поставил на тумбочку свою сумку и вынул какие-то бумаги. – Это соглашение о том, что вы готовы стать суррогатной матерью и после рождения ребёнка передать его на добровольных началах госпоже Латаниной. Она предлагает щедрую сумму вознаграждения.

Алиса попятилась, посмотрела на юриста, потом на бумаги и обессиленно опустилась на кровать. Она медленно взяла в руки договор, воткнула в него взгляд, перевела его на мужчину и начала рвать листы.

– Совсем дебил, что ли? – тихо спросила она. – Передай этой идиотке, что этот абсурд я даже обсуждать не собираюсь.

Она терзала в мелкие клочья бумагу, кричала и швыряла в мужчину всё, что попадалось под руку. В палату вбежали медсёстры и врач, представителя вытолкали в коридор, над девушкой долго колдовали медики, пока она наконец-то не затихла на кровати, периодически вздрагивая в беспомощной попытке заплакать.

***

Ксения любила раннюю весну, ещё девочкой она бегала смотреть на речной ледоход, восхищалась миллионами ручейков и ловила ладошкой солнечные лучи. Рабочий день выдался спокойным, и она шла домой, подставляла солнцу лицо и просто пыталась радоваться жизни, хотя на фоне последних событий это было непросто. Она услышала, что рядом с ней остановилась машина. Девушка повернула голову и заметила, как Веслав спешит к ней.

– Привет. – она удивилась, что сегодня не видела его ни разу за весь день.

– Привет. – Веслав взял её за руку и повёл к машине.

– Куда мы идём? – какие-то весёлые солнечные зайчики стали играть в пятнашки у неё на душе.

– Мы едем обедать и говорить. Я скучаю, я не видел тебя пять дней, я очень хочу тебя видеть.

Он буквально затолкал её в машину, чем вызвал у Ксении приступ хохота.

– А ты галантен.

– А с тобой по-другому нельзя, иначе я никогда не увижу твоей улыбки.

Он неожиданно наклонился к ней и поцеловал девушку. Ксения провалилась в этот океан чувственной радости, сердце её взорвалось счастьем, а весь мир перестал существовать.

– Вот так. – твёрдо сказал Веслав, вернулся на своё место и вывел машину на дорогу.

Ксения сидела оглушённая произошедшим, она понимала, что никогда ранее не испытывала таких чувств. Этот мужчина вдруг стал для неё целым миром, хотя ещё минуту назад она просто питала к нему неясные чувства.

– Веслав!

– Не надо, – он не глядя закрыл ей рот ладонью, – не начинай. Просто обед, просто еда и разговоры. Скоро приедет твой муж, ты с ним поговоришь и переедешь ко мне. Я больше не хочу ждать, не могу и не хочу. Я люблю тебя Ксения, я может плохо говорю по-русски, но я даже в словаре посмотрел, это точно так произносится. Я люблю тебя!

Ксения забылась калейдоскопе чувств, где розовый свет солнца перетекал в бирюзовую тягучую страсть, где синие льдинки недоверия плавились в тепле его янтарной улыбки, и где разноцветная радость укутывала сердце в новое неведомое чувство.

***

Ксения то грелась в воспоминаниях о вчерашнем дне, то бесцельно бродила по своей квартире, мучаясь от стыда. Она не хотела, чтобы в её отношениях с мужем было что-то нечестное, и хотя вчера Веслав всего лишь позволил себе поцеловать её, для Ксении, выросшей в атмосфере идеальных отношений её родителей, это было недопустимо. Ей так сложно было вчера говорить Веславу о том, что пока не вернётся Игорь, и она не разберётся в себе, ему не стоит питать каких-то надежд. Она видела, как глаза его перестают лучиться счастьем, как суровеет взгляд, как пролегает складка на лбу. Но Ксения не хотела лжи в своей жизни. Девушка посмотрела на часы, собрала кое-что из вещей Алисы и вышла из квартиры.

– Привет дорогая. Как ты? – Ксения набрала номер подруги. – Ты что-то хочешь из еды? Что случилось? В смысле?

Ксения, молча слушая о вчерашних событиях, завернула по дороге в их любимый с Алисой ресторан и присела за столик.

– Я всё поняла. Я скоро буду. – девушка повесила трубку и посмотрела на подошедшего официанта.

– Мне с собой куриный суп с домашней лапшой и наберите коробочку разных пирожных. – она быстро надиктовала заказ для себя и задумалась над происшедшим.

Алиса никоим образом не была камнем раздора между Латаниным и его женой Кирой. Но теперь Кира не могла издеваться над покойным, и объектом её притязаний будет Алиса. У Киры были деньги, мстительный характер, большие связи и много свободного времени. Во время развода Кира написала ему письмо, содержанием которого Пётр поделился с отцом Ксении. Кира обещала, что больше Латанин счастлив не будет, а если вздумает жениться, то для его избранницы она прибережёт особую участь. Никто тогда всерьёз не воспринял её слова, но теперь, после того как она даже на похоронах устроила скандал, её угрозы начинали обретать реальные очертания. Ксения решила позвонить матери, как вдруг за её столик подсела какая-то девушка.

– Привет! – широко улыбаясь сказала незнакомка.

– Добрый день! – Ксения пожала плечами. – А мы знакомы?

– Баренкова, ты чокнулась? Это же я, Снегирёва Катя. Мы вместе до второго курса учились в меде, я потом ушла. – скаля зубы, сказала барышня с лёгким пришепётыванием.

Ксения смутно припоминала, что эта собеседница действительно училась вместе с ней.

– А, Катя. Прости. Не узнала. – Ксения улыбнулась, хотя ей сейчас было совсем не до разговоров.

– Как дела? Ты-то так и осталась учиться? – девушка крикнула официанту, чтобы он принёс ей заказ за этот столик.

– Да. Я медик. Хирургия.

– Понятно, с таким папой как у тебя, грех не быть хирургом. А я риелтор. Не, ну не сразу, конечно, так побегала, посмотрела где что. Даже в банке поработала, но всё это не моё, я свободу люблю. – девица жадно набросилась на салат, который поставили перед ней, и продолжила с набитым ртом беседу. – Ты замужем? Дети есть?

– Да, замужем. Детей нет.

Ксению начинал тяготить этот разговор, она мечтала, чтобы скорее принесли уже десерт, и она могла вежливо откланяться.

– О, если квартира нужна будет, ты звони, – девушка подвинула к ней свою визитку. – Я быстро всё организую, у меня сейчас своё агентство. Я не зря бросила мед, а то сейчас бы прозябала в какой-нибудь поликлинике, как Маринка. Ты помнишь Маринку, так она сейчас заштатным терапевтом корячится. Ну, точнее, скоро-то ого-го будет. Представляешь, её позвали в этот знаменитый центр. Во как.

Ксения не успела ответить, что знает Марину, и что та вскоре будет работать рядом с ней, как Снегирёва достала свой телефон и стала тыкать какими-то фотографиями Ксении под нос.

– Зато погляди, как устроилась. Какого мачо себе отхватила, женатик, правда, но это не изъян. – девушка оглушительно рассмеялась. – И на какие шикарные курорты он её возит! А?! Ты подумай только. Хотя, конечно, с её внешностью, я поражаюсь, что она до сих пор в девках.

Ксения взяла в руки мобильник и все дальнейшие слова Кати стали проходить, как через слой ваты. Ксения чётко видела, что «отхватила» себе Марина именно её мужа. Она подняла глаза на Катю, долго непонимающе смотрела, потом быстро переслала себе на телефон одну из фотографий, молча расплатилась по счёту и вышла из ресторана. Там было слишком душно и изо всех углов несло ложью, предательством и стыдом.

***

Марина прогуливалась по пляжу, танцевала в объятиях ветра, ловила ступнями набегающие волны. Она кружилась и мечтала, что теперь так будет всегда. Вдруг к ней подлетел Игорь, грубо схватил её за руку и поставил перед собой.

– Ты совсем обалдела, что ли? Ты, – он награждал её отнюдь не литературными эпитетами, – тебе мало было моих слов? Я сказал, что наши отношения не должны отобразиться на моей жизни!

– Игорь что с тобой? – совершенно сбитая с толку девушка широкими от ужаса глазами смотрела на перекошенное от злости лицо Игоря.

– Идиотка! Ты кого подговорила эти фотки показать моей жене? – он сунул свой телефон чуть ли не в лицо девушке. – Это мне сейчас прислала Ксения! Откуда это у неё?

– Я клянусь тебе, я послала подружке только. Кате Снегирёвой, она уже много лет не общается с Ксенией, мы когда-то в институте вместе учились. – Маринин мозг бешено искал выход из сложившейся ситуации. – Да она в Питере, вообще, живёт. Ничего не понимаю.

– На хрена ты, вообще, это сделала? – Игорь размашистыми шагами ходил по песку вокруг Марины.

– Да просто, – Марина закусила губу и пожала плечами, – похвастаться хотела.

– Ну молодца! Похвасталась! Дура! Чтоб ты сдохла, тварь.

Марина смотрела, как стремительно удаляется Игорь, как тает мираж её счастья, как снова опускается серое вязкое ощущение безысходности. Она развернулась к океану лицом, а он был сегодня такой спокойный, лишь играл мелкими волнами у её ног. Океан приглашал пойти за собой, где он может подарить ей спокойствие, где она больше не будет думать о том, кому, по сути, не нужна. Маринина душа устала болеть от одного вида Игоря, она устала ломаться о копья его равнодушия. Она просто хотела хоть немного спокойствия и той жизни, о которой мечтала. Но даже когда она вырвала у судьбы эти семь дней счастья, прежняя реальная жизнь настигла её. С этими словами Марина заходила всё дальше и дальше, туда, где волны стали уже больше, где до дна доставали только кончики её пальцев, но она упорно двигалась вперёд. Вода уже затекала в нос, но девушка смотрела на линию горизонта и видела там объятия океана. Она двигалась дальше, пока очередной вдох не ворвался внутрь солёной водой, а волна не накрыла её с головой. Марина оттолкнулась от дна, но слишком рано вдохнула порцию спасительного воздуха, поперхнулась водой и, инстинктивно пытаясь освободить лёгкие, стала захлёбываться. Сильные судороги свили её тело, она дёрнулась несколько раз, но что-то вцепилось ей в волосы, девушка ещё раз попыталась вздохнуть, но потеряла сознание.

***

Ксения брела по набережной, и ей было омерзительно всё вокруг. Больше всего она ненавидела ложь. Сейчас ей казалось, что она выпачкана полностью в каких-то нечистотах. У неё в голове не укладывалось как можно было ещё вчера говорить с ней о любви и семейных ценностях, находясь при этом на отдыхе с другой женщиной. В раздумьях девушка дошла до больницы, поднялась на этаж и остановилась перед палатой. Сейчас просто необходимо было надеть на себя улыбку.

– Привет. – она подошла к кровати, на которой лежала бледная Алиса. – Как ты, солнце?

– Офигенно. Вроде пришла в себя. Мне такую дозу успокоительного вкатали, что сейчас мир в какой-то другой реальности крутиться. Садись, – Алиса махнула рукой и пригласила её присесть рядом. – Ты знаешь, я впервые за эти дни есть захотела. Чем так вкусно пахнет?

– Я тебе твой супчик, любимый принесла. – Ксения с улыбкой стала накрывать стол перед кроватью Алисы.

Ксения задумалась, вспомнила встречу в ресторане и её даже передёрнуло от отвращения.

– Ты чего? – Алиса присела напротив.

– Замёрзла. Холодно на улице. – Ксения глянула на неё. – А знаешь, ты, когда выйдешь из больницы, будешь жить у меня. – она улыбнулась.

– Нет, милая. Мне нужно спокойствие. А твой благоверный? Мы с ним под одной крышей и дня не протянем. – Алиса вдохнула божественный аромат супа, побледнела ещё больше и закрыла контейнер. – Теперь если мне придётся играть беременную, я очень убедительно смогу сыграть приступы токсикоза. – еле проговорила она и бросилась в туалет.

– А где будет жить мой неблаговерный, меня теперь не волнует. – тихо сказала Ксения ей вслед.

Через несколько минут Алиса снова присела возле импровизированного стола и твёрдо сказала:

– Так, ребёнок своего отца! Ты дашь мне поесть или, – она поискала глазами по палате и остановила свой взгляд на Ксении, – или твоя тётя Ксю будет тебя ругать.

– Здрастье, приехали! – Ксения картинно всплеснула руками.

Минут пять женщины сюсюкались с ещё не родившимся ребёнком, пока Алиса вдруг не прыснула со смеху.

– Вот две дуры! Со стороны посмотришь, умора! – Алиса внимательно посмотрела на подругу. – Ксюш, у меня всё хорошо. Просто я приняла решение. В память о Пете я буду такой, как всегда. Он вечно найдёт себе тёплый уголок в моей душе, но мне необходимо жить дальше ради нашего малыша.

Покинув подругу через несколько часов, Ксения шла в задумчивости. Ей хотелось оградить Алису от нападок Киры, и она решила, что стоит посоветоваться с родителями.

– Мама, ты дома? Я сейчас заеду.

Ксении не понравился встревоженный голос матери. Отец после похорон Латанина был совсем не в себе, и они очень переживали за него.

В родительском доме витали ароматы корвалола и валерианы. Мать приложила палец к губам и позвала Ксению с собой в гостиную.

– Тонечка, вы идите, поставьте чаю нам. – отослала она домработницу.

– Что случилось? – Ксения села напротив Натальи.

– У отца неприятности на работе. Какая-то проверка из министерства, не знаю в чём дело, но точно знаю, что недосчитались наркотических веществ. Трясут всех, а его в особенности. Он же в последнее время и. о. главного. – мать покачала головой и вздохнула. – Как он не хотел занимать эту должность, но ведь уговорили же. И похороны эти ещё, он до сих пор отойти не может от поведения Киры. Я помню Киру ещё девочкой, мы же одногодки. Такая скромная, приятная, а что с ней стало. Конечно, она на витаминах своих да БАДах состояние сделала, но не может оставить ни Петю, ни память о нём в покое. Хотя без него она так и осталась бы средней руки медиком.

Ксения кивком поблагодарила домработницу за чай и рассказала матери о случившемся с Алисой.

– Она совсем не в себе, что ли? – Наталья развела руками. – Я ей позвоню, она оставила мне номер свой. Я ей скажу.

– Мама, что ты ей скажешь? Будет только хуже. – Ксения взяла мать за руку. – Алиса пока поживёт у меня, Кира укатит в свою Америку и всё успокоится. Это она сейчас не знает, какие ещё гадости натворить. Тебе сейчас о папе впору позаботиться.

– Папа, да. Очень мне его состояние не нравится. А как Игорь? – Наталья вскинула глаза на дочь. – Он против Алисы не будет? Они вроде не ладят.

– Не будет. – твёрдо сказала Ксения. – Я с ним договорюсь.

***

Словно последний выдох зимы пронёсся по городским улицам, и весенний вечер вдруг окунулся в облако колючего снегопада. Ксения стояла у окна в ординаторской и смотрела как стрелки парковых улиц, видных отсюда, проваливаются в белую мглу. Так и в её жизни, ещё некоторое время назад всё было ясно и понятно, а сейчас закружило, завьюжило ненастьем.

– Здравствуй, – услышала она знакомый голос от двери.

Ксения обернулась и увидела Веслава. Мужчина держал в руке куртку и напряжённо смотрел на неё.

– Привет. – она была рада ему. – Дежурства здесь – скука смертная, – сказала она и улыбнулась. – не то что на прежней работе, – с грустью в голосе добавила она, – у Латанина.

– Ты же уже закончила на сегодня? – Веслав подошёл к ней.

– Да, – Ксения посмотрела на часы, – уже закончила. Ты лучше меня это должен знать, ты же расписание составляешь.

Дверь в ординаторскую распахнулась, и в помещение стремительно вошла Тюльпанова Ольга.

– Привет, ребятушки! – она подскочила к Ростовичу и поцеловала его в щеку. – Поздравляю!

– С чем? – Ксения удивлённо посмотрел на Тюльпанову.

– Ксения, невежливо не знать, когда у начальства день рождения. – Ольга достала из сумки небольшую коробку, украшенную яркими лентами. – И хоть я сегодня всю ночь буду охранять покой этого пустого отделения, – она многозначительно замолчала, – я приготовила подарок. И буду крайне признательна, если вы, Веслав, сходите за шампанским, и мы вместе отпразднуем ваш праздник.

Веслав покрутил коробочку в руках, кивнул Ольге, посмотрел на Ксению и сказал:

– Ольга, вы на работе, и пусть даже пока у нас нет своих пациентов, вы можете принести пользу в других отделениях. Шампанское вам нельзя. А вот Ксения отдежурила, и её я хочу пригласить отмечать эту дату, которая должна была пройти незамеченной для всех. Всего доброго. – Веслав открыл ящик своего стола и, не проявив интереса к содержимому, убрал подарок. – До завтра.

Ксения быстро ретировалась за дверь, потому что не могла без смеха смотреть на Ольгу. По лицу женщины прокатился нервный румянец, она часто задышала, и глаза сузились до щёлок. Ничего хорошего это не предвещало. Следом за Ксенией появился Веслав, он взял девушку под руку и тихо сказал:

– Бежим. А то мне в голову прилетит что-то тяжёлое.

Вскоре они оказались на улице, ветер разыгрался не на шутку, он словно наждаком чистил улицы, стёкла машин и домов. Запоздавший снег острыми краями резал по глазам, набивался в уши и путался в волосах.

– Я же сегодня без автомобиля. – Веслав взял Ксению за талию и притянул к себе. – Пойдём кутить, Ксёна?

– А почему Ксёна? – девушка повернулась к нему.

Веслав остановился и взял её лицо в свои ладони.

– На моём языке тебя могли бы звать Ксёна. – он посмотрел ей в глаза, потом наклонился и долго целовал стылыми губами, закрывая её от ветра. – Как бы я хотел быть бесчестным. – выдохнул он, когда, наконец, нашёл в себе силы оторваться от неё. – Я уже мечтаю, когда приедет твой муж. – он рассмеялся и, взяв её за руку, потащил за собой. – Поехали, поехали, я забронировал нам место в моём любимом ресторанчике. Это как возвращение домой, его держат мои друзья.

Весь вечер они смеялись, Ксения слушала о его детстве, о том, почему он выбрал эту профессию, о красиво цветущих польских садах по весне, о его бесконечной родне, о том, что у него есть дочь, но с матерью её они разошлись давно. Потом подошли его друзья. А дальше был перебор блюд, вин, десерты, кофе, музыка, танцы – всё слилось в единый круговорот счастья. Оттого что сделал Игорь ей даже не было больно, наоборот, ей было легко, ей не придётся делать выбор. И это было волшебство! Когда они наконец ненадолго остались вдвоём, и Ксения мирно лежала у него на плече, она вдруг достала из сумки свой телефон, открыла галерею снимков и показала одну из фотографий Веславу.

– Что это? – удивился мужчина.

– Это сейчас мой муж отдыхает со своей любовницей в отпуске. – просто сказала девушка. – Так что мы не будем ждать, когда он вернётся. – Ксения посмотрела ему в глаза.

– Откуда у тебя это? – нахмурился Веслав.

– Провиде́ние, наверное. – пожала плечами девушка. – Поехали к тебе!

Веслав молча встал, взял сумку девушки в руки, скоро попрощался с друзьями, и они вышли в ночь, где ветер расчистил небосвод с сияющими кристаллами звёзд.

***

Алиса дремала и вдруг почувствовала, что рядом кто-то есть. Она открыла глаза и увидела тревожное лицо Анатолика.

– Ты чего? – спросила она.

– Я только узнал, что случилось. – чуть севшим голосом проговорил он.

– Привет. А с тобой-то что? – она приподнялась на локте.

Она не узнавала своего друга, в одночасье ставшего кумиром тысяч женщин. Светлые волосы висели какой-то паклей, кожа была сероватого оттенка, а в глазах плескалась бездонное море тоски.

– Так! Творческий кризис. – махнул он рукой, и на девушку накатила тяжёлая волна перегара.

– Толя, ты обалдел, какой кризис? Ты пьяный, что ли? – Алиса присела напротив него.

– Не, я дней пять пью, больше не могу уже. Сегодня бокал пива, иначе было не выжить. И всё. Меня сегодня Потапыч чуть не пристрелил с утра. Они, оказывается, до меня дозвониться не могли. Хотели сцены снимать, которые только со мной, пока тебя из больницы не выпишут. – Анатолик погладил Алису по руке. – Мать, ты прости меня! Я чего-то совсем выпал из обоймы.

– Я повторяю, у тебя что случилось? – Алиса никогда ещё не видела его в таком состоянии.

– А, ерунда. Уже вытравил из себя, выжег огненной водой все горести и печали. – махнул рукой Слимов. – Ты ещё долго здесь?

– Несколько дней. Потом к Ксюхе жить поеду.

– Ну да, так лучше. Она хоть присмотрит за тобой. – Анатолик поднялся. – Алиска, я завтра приду, надо отоспаться, спозаранку начинаем. Прости меня! – бросил он на прощание и вышел вон.

Алиса удивлённо проводила его глазами, набрала номер Ксении, но телефон подруги не отвечал. Алиса легла на спину, положила руку на живот и долго смотрела на него. Потом приподняла рубашку и оголила вздымающуюся естественную люльку для своего младенца.

– Привет! – она погладила тёплую кожу. – Почему же я раньше с тобой не разговаривала? Вот папа твой разговаривал, а я нет. – Она замолчала. – Тебе, наверное, не хватает этих разговоров, а я эгоистка. Тебе тоже тяжело и плохо, потому что он ушёл от нас навсегда. – Алиса судорожно сглотнула. – Но ты не пугайся, я тебя защищу, я сильная, и ради тебя я буду спокойной. Ты не бойся ничего! – она приложила ладонь к животу. – Я люблю тебя! – на этих словах Алиса вдруг почувствовала лёгкий толчок изнутри, словно ребёнок, услышав её, прикоснулся к руке своей матери, давая понять, что он её тоже слышит и любит. Волна любви захлестнула девушку, по её щекам текли слёзы счастья, а жизнь наполнялась новым смыслом.