Глава 9

Прошёл сороковой день, и отец тут же уехал. Ксения осталась одна и как-то сама собою погрузилась в работу. Она снова стала редко выбираться в гости, брала лишние дежурства, начала преподавать, потом приходила домой, проходила в гостиную, ложилась на диванчик и засыпа́ла.

Как-то вечером Ксения, придя домой, столкнулась в дверях с домработницей, которая убирала у них, когда ещё мать была жива, а теперь наводила чистоту раз в неделю. Та скоро поздоровалась и скрылась за входной дверью, но замешкавшаяся в коридоре Ксения услышала её разговор с соседкой.

– Здравствуй, милая! – донёсся из-за перегородки двери голос соседки.

– Ой, Людмила Алексеевна, как вы? Давно мы не чаёвничали. Давайте на будущей неделе, как здесь закончу, к вам на чай забегу и окна помою. – ответила домработница.

– Ой, вот бы ты меня выручила. А как там Ксюша-то? Что-то не вижу её совсем. – посетовала старушка.

– Не знаю, я за этот месяц её первый раз увидела, точнее, первый на сороковой день и вот сегодня. А так мне даже жутковато там, придёшь всё всегда на своих местах, холодильник пустой, будто и не живёт никто, только вот деньги на тумбочке оставляют. Прям, наверное, отказываться буду. – понизив голос, проговорила женщина.

Ксения только глянула на своё отражение в зеркале, прошла в гостиную и снова забылась тревожным сном на софе. Рано утром у неё было неотложное дело.

Перед тем как ехать на работу, Ксения встретилась с Игорем перед загсом. Они молча переглянулись, вошли в здание, подтвердили свои намерения, расписались в бланках и вышли.

Тёплый воздух танцевал вокруг них, Ксения посмотрела на Игоря, стоя́щего поодаль, подошла к нему, взяла его за руку и молча вложила ключи от автомобиля.

– Я тоже во многом была неправа. Дарственная на машину в бардачке. – кратко сказала девушка и ушла.

Игорь долго стоял молча, смотрел ей вслед, потом пожал плечами и пошёл к автомобилю.

Ксения утром пришла на летучку, как обычно забилась в самый угол и приготовилась слушать долгие нудные речи. Но сегодня всё изменилось. Заведующий пришёл встревоженный, несколько раз пил воду, потом начал:

– Друзья мои, я не могу кого-либо принуждать, но мне нужен один доброволец! В зоне военных действий серьёзно ранен хирург, там работает команда Красного креста, но условия таковы, что сейчас нужен один доброволец. Вылет сегодня вечером! Естественно, место военных действий знать будет только он.

В кабинете повисло молчание, все переглядывались, но ничего не говорили. Ксения оторвалась от экрана телефона, обвела всех взглядом и сказала:

– Я поеду!

– Ксения, вы в своём уме? Вы молоды, а там, простите, война! Это не игрушки, там нельзя будет сказать, всё я хочу домой! Там страшно! И там убивают! – запротестовал руководитель.

Ксения оторвала взгляд от новостей и вздохнула.

– Вот именно! Ну, одна половина наших врачей имеют семьи и детей, а другая – слишком в возрасте для такого мероприятия. Я не поняла, вам доброволец нужен или нет? Что-то я леса рук не увидела. – зло сказала она.

– Я к руководству, уточнять вашу кандидатуру. – обречённо сказал заведующий и вышел.

За день девушка успела уладить все дела, снабдить Алису доверенностью на продажу собственности, и уже вечером Ксения стояла в зоне вылета. Её подвезли к тяжёлому военному самолёту, она оглядывала всё незнакомое, новое и какое-то суровое.

– Вы кто? – раздался позади резкий выкрик.

– Я? – Ксения оглянулась на статного военного, который подошёл к ней. – Вот моё удостоверение. Я хирург, на замену.

– Етиткина гора! Они бы ещё весь институт благородных девиц прислали. Бараны. – прорычал он. – Чё получше-то никого не было?

– Берите, что дают. Не на базаре. – буркнула Ксения и пошла к ряду пассажирских кресел.

Вскоре объявили взлёт, и реальность Ксении начала обретать грани. Но девушке стало страшно не от того, куда она летела, ей стало не по себе оттого, что она ничего не чувствовала.

***

Алиса влетела в квартиру и быстро поднялась на второй этаж, где они с Анатоликом оборудовали детскую.

– Привет! Спасибо, что посидел с ней. – она глянула на Варю, которая, разбросав ручки, безмятежно спала.

– Она, вообще-то, и моя дочь тоже. – улыбнулся Толя.

– Ты слышал, что удумала эта ненормальная? – с жаром сказала она.

– Во-первых, не кричи. Ребёнок только уснул. Во-вторых, пойдём чаю попьём и поговорим. – Толя стянул с неё пальто. – И для пальто у нас есть шкаф. – он ей подмигнул.

– Толя, ты зануда! – тихо сказала она. – Я переоденусь и приду.

Войдя на кухню, Алиса увидела на столе огромный букет.

– О, какая красота. Откуда? Кому? – она вдохнула аромат роз. – Как ни банально, но я люблю розы.

– Я знаю! Это тебе! – он улыбнулся. – Сегодня праздник.

– Какой? – Алиса присела напротив него.

– Три месяца со дня нашей свадьбы. – Толя посмотрел на неё. – Вечером я заказал столик в ресторане, а к Варваре вызвал Викторию Павловну. Она в прошлый раз отлично справилась.

– Толя, милый, ты и так делаешь для нас с Варькой слишком много. Погоди чуть, эта ненормальная вроде отвязалась, скоро мы освободим тебя. – Алиса погладила его по руке. – Толя, то, что мы женаты это фикция, это же понятно. Несомненно, для всех должно быть по-другому, но совсем необязательно тратить время ещё и на походы по ресторанам.

– Так что удумала Ксения? Я полагаю, под ненормальной ты имела в виду её? – пропустив мимо ушей долгий монолог Алисы, спросил Толик.

– Она уехала воевать! – громогласно объявила Алиса.

Толя поперхнулся чаем.

– Куда?

– Да хрен её знает куда! Не сказала. Оставила мне доверенность на продажу квартиры и улетела. Я думала, я чокнусь, когда она мне это сказала. Отцу просила ничего не говорить.

– А ты знаешь, я, наверное, её понимаю. – Толя посмотрел на часы. – На Ксюшу столько свалилось за последнее время, что для неё единственный шанс выбраться из этой ситуации, это резко сменить всё, что ей привычно. Посмотреть, так сказать, на мир другими глазами. – мужчина набрал номер телефона. – Иди сцеживайся, скоро в ресторан.

– Толя!

– Хватит. Нам пора выбираться в люди. А то скажут, что Слимов и Белогорова совсем ото всех закрылись. А пиар, моя дорогая, эта часть нашей работы. – Толя обошёл стол и наклонился к ней. – У тебя полтора часа на все сборы. Я хочу вывести в свет любимую жену, и чтобы она блистала.

Он наклонился к девушке, поцеловал её и пошёл дальше. Алиса так и осталась сидеть на месте в полном недоумении.

***

Марина наслаждалась солнечным днём, грустила, что лето уже почти на исходе и с нетерпением ждала возвращения Игоря, который должен был вернуться свободным мужчиной. Вдруг она увидела, что на соседней от кафе улице остановилась машина, на которой раньше ездил Игорь. Ей стало неприятно оттого, что Ксения подвезла его. Как-то это было символично.

«Хотя если они смогли остаться друзьями, то что тут плохого?». – гнала от себя дурные мысли Марина. Но больше всего она удивилась, когда из-за руля вышел Игорь. Он быстро перебежал улицу и присел к ней за столик.

– Как это понимать? – кивнула девушка на машину.

Игорь молча положил перед ней дарственную на его имя.

– Сказала, что тоже была неправа. – он развёл руками. – Я честно обрадовался возвращению машины, как старому другу. Не знаю почему. Ты чего загрустила?

Марина пожала плечами. Она себе как-то по-другому представляла сегодняшний день. Но девушка тут же одёрнула себя, ведь сейчас с ней происходит то, чего она так долго хотела.

– Ладно, поехали. – Игорь встал и подал ей руку.

– Куда?

– Марина, а тебе не всё равно? – он подошёл ближе. – Ты прошла за мной довольно длинный путь, теперь-то чего боятся?

Марина улыбнулась и подумала, что такая смена настроения, скорее всего, из-за нервов. Столица, прощающаяся с летом, неслась им навстречу, витрины жонглировали солнечными лучами, девушки всё ещё щеголяли летними нарядами, а кабриолеты догуливали последние тёплые дни. Всё вокруг дышало жизнью. Игорь вдруг свернул с многолюдного проспекта в один из дворов, припарковал машину и позвал Марину за собой.

Они поднялись по какой-то железной лестнице, мужчина толкнул дверь, и оказались в дышащем пылью пространстве. Серая штукатурка на стенах, куски полиэтилена, парившие под потолком и огромные витринные окна, которые выходи́ли на кипящий московской жизнью проспект.

– Где мы? – недоумённо спросила Марина.

– В ресторане.

Он за руку повёл девушку дальше. Посреди помещения стоял небольшой деревянный стол, на нём стояло шампанское, фрукты, в вазе алело пятно букета. Игорь зажёг две свечи и пригласил Марину присесть.

– Оригинальный интерьер в этом ресторане. – улыбнулась девушка.

Игорь налил вина́, посмотрел на неё и сказал:

– Ты знаешь, я никогда не думал, что так бывает. Что мир может быть открытым и добрым, но прежде нужно принять его. Я думал, нужно толкаться локтями, грызть зубами, а что будет после – меня не волнует. Но ты показала мне, что это не так. Ты смогла разбудить во мне человека, показала, что такое любовь. – Игорь полез в карман и достал коробочку. – Я не очень ловок в таких речах. Короче, это помещение можно купить под наш ресторан. Квартиру продавать не надо, я нашёл деньги, точнее, нашёл поручителей и мне дали креди́т. Помещение будет куплено на нас двоих. – он вынул тоненькое золотое кольцо. – Ты будешь моей женой?

В Марининой душе отплясывало счастье, она не могла справиться с чувствами, и слёзы катились градом, они падали на салфетки, чёрной полосой текла тушь, девушка никак не могла остановиться. Она кивала, улыбалась, плакала.

– Да, да! Конечно, да! Тысячу раз да! – повторяла она, глядя на Игоря.

– Ну вот! Хорош реветь! – Игорь неловко утирал ей слёзы. – Вас, тёток, не поймёшь. Сейчас-то ты чего плачешь?

– От счастья!

 Весь дальнейший вечер они планировали, какой ресторан будут строить, как скоро смогут сделать открытие. Они долго и жарко спорили, рисовали на салфетках будущие интерьеры. Вдруг у Марины зазвонил телефон.

– Извини, с работы звонят. – сказала девушка. – Да, привет. Да только самый последний затворник в нашей клинике не знает, что у нас с Ксенией. Что случилось? – Марина медленно положила телефон на стол и подняла глаза на Игоря. – Твоя бывшая жена сегодня добровольно отправилась в зону военных действий. Она улетела час назад.

– Чудесно! То есть с продажей квартиры мы пролетаем! – зло сплюнул Игорь прямо на пол.

***

Ксения сошла с борта самолёта и, глотнув раскалённого воздуха, остановилась возле трапа. С соседней взлётной полосы ввысь взмыли два истребителя, а вдалеке в сторону мирных пейзажей бодро ехал бронетранспортёр, и возле стоя́щих за ограждением ангаров сновали люди в военной форме.

– Нам что-нибудь есть? – услышала она крик за спиной.

– Вон та, белобрысая. – послышался ответ.

Ксения поняла, что речь идёт о ней и обернулась. Перед ней уже стоял веснушчатый парень.

– Здрасьте. Вы фельдшерица? – он жмурился на ярком солнце так, что от глаз оставались одни щёлки.

– Добрый день. Я хирург. – ответила она.

– А мне всё одно. Поехали, я вас в госпиталь свезу. – махнул он рукой в сторону стоя́щего неподалёку УАЗика. – Багаж есть?

Ксения, вещи которой поместились в одну сумку, подняла её на руке, солдат перехватил поклажу, и они направились к машине.

– Меня Тимофей зовут. – парень кинул её сумку на заднее сиденье. – Ехать недалеко. Проскочим между залпами.

– Ксения Сергеевна. – девушка с интересом оглядывалась по сторонам. – Какими залпами?

– Салюта. – расхохотался Тимофей. – Да эти чухари пугают нас, засели в ложбинке и пуляют. Но сейчас солнце прямиком им в лобешник бьёт, так что проскочим.

– А. – многозначительно протянула Ксения, пытаясь разобраться в его говоре.

Они ехали через ущелье, Ксения опасливо поглядывала на покатые бока скал, уходивших ввысь острыми зубцами. Впереди замаячила равнина, лицо водителя напряглось, он глянул на часы и повернул к ней голову.

– Держитесь! Сейчас даванём по газам, иначе не проскочим. Наши уже ждут. Прикроют!

После этих слов он сжал руль так, что побелели костяшки на руках, воткнул взгляд в горизонт, и Ксения перестала видеть что-либо вокруг, кроме клубящейся густой пыли. Девушка тоже вцепилась в ручку, торчащую перед ней. Машину трясло так, что Ксении казалось, она вот-вот вылетит на дорогу. При каждом ударе желудок ухал вниз, голова её болталась в разные стороны, но она лишь крепче сжимала руки и зубы. Вскоре её провожатый сбросил скорость, они въехали в новый естественный коридор, пыль вокруг осела и стало хоть что-то видно. Ожила рация.

– Тимон, говорят, ты бабу везёшь? – вдруг послышался искажённый механическим треском голос. – Симпотная хоть?

Ксения бросила взгляд на хихикнувшего Тимофея.

– Где кнопка ответа?

Он показал пальцем и продолжал тихо смеяться.

– Представьтесь? – сказала она.

– Это кто?

– Меня зовут Баренкова Ксения Сергеевна, я хирург. Представьтесь, пожалуйста, я хотела бы на вас посмотреть, когда мы приедем.

– Ёжик ты в тумане Тимон, припомню тебе. – обиженно протянули на том конце и рация замолчала.

– Не, он горо́дит, а я виноват. – пожал плечами Тимоня.

Вскоре машина привезла Ксению в небольшое поселение, где расположился госпиталь. Девушка вышла из машины, огляделась и ей стало невыносимо тоскливо от всего, что она увидела, начиная от однообразного пейзажа и заканчивая чужими для неё лицами.

***

Марина заполнила последние карточки, потянулась и поспешила на выход. Сегодня Игорь назначил встречу с каким-то своим приятелем, его жена делала первые шаги в индустрии дизайна. Ей нужны были заказчики, а им с Игорем скидки. Зазвенел телефон, и она увидела незнакомый номер. Подняв трубку, Марина услышала мужской голос, который говорил на испанском. Удивившись, девушка включилась в разговор.

– Здравствуйте, это Марина?

– Добрый день. Слушаю вас? – Марина посмотрела на часы.

– Меня зовут Северино, я приятель Керро и его жены.

– А, здравствуйте. Конечно, они говорили, что вы собираетесь приехать. – Марина вспомнила свою недавнюю беседу с доктором, который спас её во время злополучного отпуска, и с тех пор они стали добрыми приятелями. – Вы уже в Москве?

– Да. Они просили передать вам кое-что. Мы могли бы встретиться? Я буду свободен через два часа.

– Конечно. Давайте в центре? – Марина задумалась. – Я скину название улицы и кафе, где можно встретиться. Хорошо?

– Прекрасно. И ещё просьба, я пытаюсь учить русский, давайте общаться на вашем языке.

– Конечно.

Марине нравилось разговаривать с Инез и Керро, это были приятные весёлые ребята, которые постоянно приглашали её жить в Испанию. Она говорила Игорю о том, что мечтает когда-нибудь переехать туда, но он называл эту страну разными нелестными эпитетами, ему там по какой-то причине совсем не понравилось.

Марина с небольшим опозданием прибежала к их будущему ресторану, увидела с улицы, что Игорь и какая-то женщина уже внутри. Подойдя ближе, она услышала высокий женский смех и тихий голос Игоря.

– Вы такая красотка, теперь я точно не переживаю за наш интерьер.

– Ах, Игорь, вы дамский угодник. Но ваше предложение поужинать мне нравится всё больше и больше.

Марина специально зацепила стоя́щий в проходе стеллаж, чтобы выдать своё присутствие. Игорь сразу же пошёл к ней навстречу, но как не расписывала их новая знакомая все будущие радужные перспективы, Марине заранее ничего не нравилось. Она не могла забыть её липкий смех и сладковатый голос Игоря. На душе у неё появился лёгкий осадок какой-то горечи. И когда они провожали даму, то Марина намеренно не уходила, а стояла рядом до того момента пока та, окончательно раздосадованная, не села в машину.

– Ну ты могла отойти? – спросил её Игорь. – Я же ей подыгрываю. Нам же нужен хороший дешёвый дизайнер.

– А что теперь с ней в койку для этого нужно лечь, чтобы она скидку сделала?

– Надо будет и лягу! – зло сказал он, сел в машину и уехал, а Марина осталась одна стоять на проспекте.

Она опомнилась, когда в сумке завозился телефон и ужасно смутилась, услышав голос Северино. Испанец сказал, что уже подъехал. Хорошо, что Марина была рядом, и смогла быть на месте через несколько минут. Девушка заметила издали статного красавца в отлично скроенном костюме, который вертел в руках меню и водил беспокойным взглядом по заведению.

– Привет. Вы Северино? – девушка остановилась перед ним.

– Нет, я Коля. Уйдите женщина, сейчас моя придёт, скажет, что я опять с бабами.

Марина смутилась, отступила и окинула взглядом почти пустое помещение. Вдруг ей навстречу встал мужчина, который сидел у противоположной стены. Чуть мятые джинсы, серая футболка, короткая стрижка, смуглая кожа и весёлые глаза. Марина сразу повеселела, потому что этот человек был каким-то океаном обаяния. Он мгновенно закружил её в своих рассказах, весь вечер поил вином и дал почувствовать себя так, словно они старые приятели. Ей даже было жаль расставаться с ним, когда она увидела, что стрелки часов ушли далеко за полночь.

– Я могу видеть вас завтра? – спросил Северино.

– Не знаю. Я, вообще, выходная, но у меня были дела. Позвоните мне, когда будете свободны. Я покажу вам город.

– Я обязательно позвоню вам во второй половине дня. – он галантно поцеловал ей руку, как из-под земли появилось такси, и Марина опомнилась, когда уже подъезжала к дому.

Ей почему-то не хотелось говорить Северино, что на завтра у неё с женихом запланирована куча дел. Странное чувство зашевелилось где-то глубоко в душе, Марина отмахнулась от него и тут же забыла, но впечатления этого вечера дали для нежного ростка благодатную почву.

***

Алиса лежала на кровати, раскинув руки. Она чувствовала, что огромная масса чего-то неприятно давит на неё сверху, ей хотелось провалиться сквозь кровать, землю, небо и, вообще, исчезнуть. А ещё ей очень надоел Анатолик, молодая мама всеми правдами старалась выпроводить «мужа» из дома, чтобы он хотя бы потусовался и поглядел на женщин, но он всё своё свободное время проводил с ней и Варей. Алиса не могла понять, что происходит, но ей начинало казаться, будто вся эта ситуация со свадьбой неспроста. Ещё она уже в течение двух суток ждала утверждения на роль, а также перебрала вчера весь свой гардероб и обнаружила у себя опасный вирус, который называется «мне совсем нечего надеть».

Всё это знание лежало сейчас на ней огромным грузом, и девушка не могла пошевелиться. Сегодня Алиса специально попросила оставить её одну, чтобы разобраться в себе. Она вспомнила, что когда-то ей помогала в этом обычная уборка. Алиса решила, что и сейчас это было бы очень кстати. Девушка ходила по большой квартире, переставляла вещи и наткнулась на какую-то тетрадь, что лежала под любимым креслом Толи. Открыв её, девушка в недоумении опустилась на диван. Страницы были испещрены её портретами, она поняла, что Толя рисовал с натуры, когда они смотрели телевизор или пили чай или репетировали. На многих рисунках Алиса была изображена с Варей. Она не заметила, как тихо вошёл Толя. Подняв на него глаза, Алиса словно задала немой вопрос.

– Да я как-то и сам не сразу понял, что люблю тебя. Да и Варька мне родная. Просто не знал, как обо всём этом сказать. – пожал он плечами и присел рядом.

Алисе вдруг стало нечем дышать, со смерти Латанина прошло не так много времени, но событий было столько, что жизнь с Петей осталась где-то далеко. А Толя уже давно стал родным и близким. А главное – она осознала причину своего вечного раздражения и плохого настроения, она просто боялась, что всё это закончиться, и Толя снова станет просто другом.

***

День прошёл для Ксении достаточно спокойно, она блуждала по небольшому госпиталю, знакомилась с персоналом и ждала главного врача, который был в отъезде. Вдруг к ней подбежала встревоженная медсестра.

– Вы роды можете принять? – спросила она, собирая инструменты.

– Я не акушер. – Ксения развела руками.

– Я тем более. – отрезала девушка. – Акушера здесь, знаете ли, как-то не предусмотрено! А девица в соседнем селе уже вторые сутки мается. Вас всё равно пока не распределили. Ну что, пойдёте? Нас Тимоня отвезёт. Давайте, давайте!

Ксения быстро собралась, сказала какие препараты с собой взять и заскочила в подъехавшую машину.

– Как вас зовут? – девушка с ужасом поглядывала на близкие провалы обрывов.

– Анет. Я живу в Екатеринбурге, но родилась в Сербии… Не могу смотреть, как они мучаются, да и мамаша-то сама ещё ребёнок. Девчушке шестнадцать лет. Уже рожать! – словоохотливая Анет болтала всю дорогу, пока они не въехали на свободный от скалистых уступов пятачок.

Стоя́щие кучкой приземистые строения казались пустыми и безжизненными. Ксения спрыгнула с подножки автомобиля, взяла сумку с медикаментами и пошла за Анет. Из-за углов стали выглядывать дети, появлялись лица женщин, но вокруг была гнетущая тишина, лишь небольшой ветерок гонял по дворам сухую траву. Она никак не могла понять, что происходит, почему в воздухе густым смогом висит страх.

Им навстречу выбежала плачущая женщина, она тянула за руки, тараторила что-то на своём наречии. Пригнув голову, Ксения вошла в прохладную полутьму жилища и сразу поняла, что случилось. На матрасе, лежащем на полу, в забытьи находилась совсем измождённая девушка. Холодный пот бисером покрывал её лоб, редкое дыхание вырывалось из полуоткрытых посиневших губ. Быстро натянув перчатки, Ксения отдала Анет пару указаний.

– Выгони всех лишних! – кратко сказала Ксения.

Она нащупала спавшие вены, вогнала через вялую кожу иглу и стала искать, куда бы приладить бутыль с раствором, вдруг в комнату молча протиснулась старуха, она взяла раствор, глазами спросила, как высоко поднять и, поняв, утвердительно кивнула и замерла.

Ксения быстро осматривала роженицу, решая, что делать в следующий момент. Но почувствовав общее напряжение, она оглянулась и увидела нацеленный на неё ствол автомата. Она ответила на цепкий взгляд мужчины, заслонявшего проём двери.

– Делай! – коротко сказал он и повернулся, чтобы уйти, но остановился. – Сестра моя! Делай хорошо!

Только уже потом, после благополучного разрешения, после того как роженица пришла в себя, и вся семья вилась вокруг врачей, когда они уезжали, после того как Ксения увидела, что за домом стояло ещё пятеро таких же парней с автоматами, только после всего этого она испугалась. Ксения никогда не думала, что страх может быть таким диким, почти оглушающим, выводящим из равновесия.

Когда они вернулись в госпиталь, то у порога их ждал не менее суровый военный врач.

– Анет! – воскликнул он.

– У рожениц и младенцев нет национальности и политических убеждений! – отрезала Анет и скрылась в здании.

Он посмотрел ей вслед и всплеснул руками.

– Не могу поспорить. Ну, я смотрю, ознакомительную экскурсию вам моя супруга уже провела. Так что вливайтесь! Работы много.

И Ксения влилась. Ежедневно она объезжала с военными окрестности и оказывала местным помощь, ночью было не до сна, потому что из ниоткуда, из тишины и темноты вдруг возникали люди, и они несли на себе раненных. Ксения и другие врачи быстро оказывали экстренную помощь, но чаще, чем хотелось бы, несли потери. На короткий миг Ксения забывалась сном и снова погружалась в работу. В какой-то момент она подумала, что ничего другого она сейчас и не хотела бы.

***

Марина пришла домой глубокой ночью. Игорь смотрел телевизор и не встал ей навстречу. Девушка прошла на кухню, присела за стол и стала греться в каком-то тихом счастье. Она не хотела продолжения скандала, Марине было хорошо на этой встрече, она получила свой кусочек испанского счастья, как говорила когда-то бабушка. Девушка тряхнула головой и сказала сама себе, что её счастье уже с ней. Иначе зачем тогда она так билась за него.

– Ты обиделась? – на пороге возник Игорь.

– Нет. У меня просто встреча была. – Марина прошла в комнату. – Керро с Инез передали вино и картину. У Инез скоро выставка, нас приглашали.

– Мне вот сейчас до выставок только. – вспылил Игорь. – Марина, то что я тебя люблю не даёт тебе право перекраивать мою жизнь. И чтобы я больше не слышал от тебя замечаний, ясно?! Мой флирт облегчит нам работу. Я хочу, чтобы ты поняла это.

Марина молча стянула платье, аккуратно расправила его на плечиках и повесила в шкаф.

– Поняла.

– С кем встречалась-то?

Марина в этот момент повернулась к телевизору и увидела на экране Северино и какую-то делегацию. Правда, здесь он был в костюме и какой-то более серьёзный. Комментатор вещала о том, что сегодня столицу посетили известные политические деятели. Она увидела, что Северино переводит слова грузного мужчины.

– Да вот с ним. – она кивнула на экран.

– С Кампосом? Ни хрена себе! Ты хоть знаешь кто он? – присвистнул Игорь. – Что ты мне не сказала? Я б с тобой пошёл. Где ты его нарыла?

– А кто он, что ты так переполошился? – Марина удивилась.

– Это испанский ресторатор, посол доброй воли, меценат, да и чёрта в ступе! Короче, крутой чувак.

– Да нет! Я вот с тем, который переводит, встречалась. – она указала на Северино.

– Это он и есть! У тебя хоть телефон остался его? – раздосадованный Игорь выключил телевизор.

– Нет, а зачем? Он сказал, что завтра позвонит, попросил о встрече. – Марина прошла мимо него.

Игорь взял её за руку и развернул к себе.

– Деточка, ты согласишься на эту встречу и твоего обаяния должно хватить на то, чтобы он решил инвестировать деньги в наш ресторан. Тогда мы откроемся не просто,как очередная пирожковая, а как заведение с именем. Марина, ты просто богиня. И если он вольёт денег, то мне не придётся больше встречаться с Ильюхиной женой. – кокетливо проговорил он. – Так что ты уж постарайся!

– А я ему не сказала, что у меня жених есть. Вдруг он сразу интерес потеряет? – неожиданно зло парировала Марина.

– И не говори, не надо! – воскликнул Игорь. – И завтра я всё сделаю без тебя, ты целый день можешь провести с Северино. Хоть в приличных местах поешь, а то у нас с тобой финансы поют отнюдь не романсы.

Неприятное чувство горечи поселилось у Марины в душе. Она стояла под горячими струями душа и никак не могла согреться несмотря на жаркий день. Ей срочно нужно было придумать оправдание для Игоря, как она делала всегда, но сегодня ничего не получалось. Она услышала, как хлопнула входная дверь. Девушка вышла из душа и на столе нашла записку: «Я побежал за ещё одной бутылкой вина, будем праздновать».

Праздновать ей совсем не хотелось, она подошла к кровати и долго смотрела на неё, потом подхватила свою подушку и ушла спать на диван. Игорь подумает, что у неё просто болит спина, зато ей сегодня гораздо комфортнее будет одной.

***

Алиса, не зная куда направить свою бурную энергию, решила, что пока она приходит в себя после родов и ей не нравятся все роли, которые ей предлагают, стоит заняться продажей квартиры подруги, чтобы она навсегда избавилась от этого «упыря», как она окрестила Игоря. На сегодняшний вечер девушка договорилась о встрече с первыми покупателями на квартиру Ксении. Но до Игоря она целый день не могла дозвониться, а он ей был просто необходим, потому что Ксения оставила доверенность, но ключи увезла с собой.

– Что же делать-то? – спросила она сама себя, перебирая номера телефонов. – Не везёт-то с этой квартирой как. Марина, точно! Она-то должна знать, где этот придурок. – вспомнила Алиса и набрала номер.

– Алло. – сонным голосом отозвались в трубке.

– Это Алиса. Привет. Игорь у тебя в доступности? – Алиса не хотела с ней разговаривать, поэтому тараторила довольно быстро.

– Нет, в магазин вышел.

– У тебя есть ключи от квартиры Ксении? Скоро покупатели придут, а она мне свои забыла оставить.

– Они на полке лежат.

– Сейчас мужа попрошу заехать. – Алиса даже не спросила удобно ли Марине, и так у неё легко и просто получилось это слово «муж», что девушка сама удивилась.

Она позвонила Анатолику, быстро надиктовала адрес и попросила забрать ключи. Голос у Анатолика при этом стал какой-то странный.

***

Через некоторое время Марина услышала звонок, посетовала, что Игоря всё нет, взяла ключи и поплелась к двери. Она открыла и замерла: на неё смотрел Анатолик. Чувство какой-то забытой радости всколыхнулось в ней. Она улыбнулась, отступила на шаг и приветливо сказала:

– Заходи.

– Нет, я за ключами. – кинул мужчина и протянул руку. – Алиса должна была звонить.

Марина машинально отдала ключи, Толя сразу же развернулся, и она увидела только его спину, спускающуюся по лестнице. В подъезде он столкнулся с Игорем, мужчины холодно поздоровались и разошлись. Игорь увидел, как закрывается дверь в квартиру и быстро зашёл следом за девушкой.

– Что ему надо было? – удивился он.

– Ключи от Ксениной квартиры.

– Ты что отдала? Вот так первому встречному? – Вспылил Игорь. – Совсем дура, что ли?

– Я его хорошо знаю. Мы раньше общались. – Марина была до сих пор под впечатлением от встречи и от того, что Белогорова назвала его мужем.

– Ух ты, наш пострел везде поспел. Ты вот действительно чокнутая! Я хотел оттуда в ресторан кое-что из мебели забрать. Блин! Белогорова хрен меня в квартиру пустит теперь. Что делать-то? Вот как хочешь, но ключи забирай. – Игорь схватил штопор, бокал и со всей силы хлопнул дверью в комнату, а Марина опустилась на стул.

Только сейчас она поняла, как сильно она устала от своей любви к Игорю.