Глава 2

За спиной хлопает дверца. Наверное, медленная скорость давит на него точно также, как на меня его преследование.

Не останавливаюсь.

Иду, практически не сбавляя шага. Пытаюсь взять под контроль все свои эмоции и реакции.

Не торможу, хоть и понимаю, что бесполезно. Бесполезно от него бегать. Если он хочет догнать, то он догонит.

И вскоре так и происходит.

Шаги за спиной, и я против воли несколько замедляюсь.

Могла бы побежать, если бы не колено. Хотя, о чем это я, он бы, с его более чем превосходной физической подготовкой, все равно бы догнал.

Он уже за спиной. Именно он, а не кто-нибудь из его людей. Не оборачиваюсь, но чувствую.

По энергетике. По темной ауре, которая всегда его окружает. По невесомым и почти неслышным, но более, чем уверенным шагам.

— Не глупи, Тая, — произносит негромко, повторяя то же, что говорил в клинике, и лишь от отзвука его голоса мне хочется подорваться и побежать.

Без оглядки.

Те холодок и озноб, что перекатывались под кожей все время, пока он преследовал, усиливаются и ускоряются в разы.

И все же я не сдаюсь.

Не отвечаю, лишь в отрицательном жесте дергаю головой.

А впереди перекресток.

Я останавливаюсь, и Макс сейчас же оказывается непозволительно близко за спиной.

— Ну и зря.

— Все, о чем я мечтаю, чтобы ты просто от меня отстал, — восклицаю в сердцах, все также не поворачивая головы.

— Мечты очень редко сбываются, знала об этом?

Я не выдерживаю, и все-таки оборачиваюсь.

Он и правда стоял совсем близко, потому что мои ладони, которые я неосознанно вздергиваю, чтобы соблюсти какую-никакую дистанцию, сейчас же располагаются на его груди.

Кожа на внутренней стороне загорается мгновенно, и мне с огромным трудом удается удержаться от того, чтобы не одернуть руки.

— Макс, не мучай меня. Отвези меня, пожалуйста, домой, — вместо этого произношу я.

Заглядываю в его глаза.

Они бездонные, темные и как всегда ничего не выражают.

— Мы…смогли бы встречаться иногда. Как друзья. Возможно. Только уже дома…

В горле пересыхает.

Облизываю губы.

Сглатываю.

— Когда ты отвезешь…

Продолжение моего монолога, во время которого лицо Макса Вебера остается неподвижным.

Только взгляд после возвращения с моих губ становится чуточку темнее.

— Да, договоримся, и…

Боже, что за бессвязные бред я несу. О чем я вообще?

Вместо того, чтобы с утра до ночи проводить время на тренировочной площадке, отрабатывая бесконечные элементы, мне следовало бы обучаться азам убеждения и оттачивать навыки влияния на людей.

Еще и о его взгляде думаю.

Только вчера он практически у меня на глазах трах…эм-м-м…проводил время со своей подружкой, она двигалась на нем, а он расслаблялся, отключившись от всего, а тут какие-то губы скучной и неумелой девственницы.

И все же каким-то внутренним осознанием понимаю, что это сейчас, похоже, единственный шанс достучаться до него.

Приподнимаюсь на цыпочки и осторожно приближаю лицо к его лицу. Так, что наши губы практически соприкасаются.

Его — сухие и прохладные. Мои после покусывания и облизывания ощущаются несколько влажными.

Я неопытная до жути, когда дело касается этого развращенного и пресытившегося удовольствиями мажора.

Но совсем недавно он так настойчиво умолял о поцелуе. В своей манере, конечно, а это значит довольно требовательно и жестко…

Но…

Что, если…Не знаю, зачем, но…если ему так уж этого хочется…

Хотя это было, конечно, до его развлечения в джакузи…Возможно сейчас он и не…

И я зажмуриваюсь, и тянусь…

Все тело вибрирует, нервные окончания так натянуты, и я даже не пытаюсь скрывать…

Сейчас, вот сейчас…

Ну же, ты ведь уже целовалась, он же уже принуждал…

И да, это ведь не было так уж и неприятно.

Тянусь.

Но мои губы проваливаются и отчего-то улавливают лишь пустоту.

Он…

Отклоняется???

— Хорошая попытка, — все также тихо, а в голосе хриплые нотки.

И уголки его губ на долю секунды приподнимаются.

— Кажется, ты начинаешь учиться.

— Чему?

— Как уговаривать.

Веду глазами по его скулам, рельефным и красиво очерченным.

Зачем надменным мажорам со скотским характером только дается такая фактурная и по-мужски привлекательная наружность…

— Так ты…

Сглатываю. Боюсь продолжить.

— Садись в машину.

Довольно резко, а его пальцы сминают ткань толстовки на моем плече.

Тянет за собой.

Не сопротивляюсь. Сил нет.

Хотелось бы закричать, что так легко быть надменным всего лишь со слабой девушкой, но, к сожалению, мне известно не понаслышке, насколько невозмутим мажор при общении с людьми, и сколь легко он вступает в драки и побеждает.

Макс заводит двигатель.

Больше тишину салона ничего не нарушает. Мы едем.

По незнакомым улицам, городу, стране.

Пока мои пальцы сжимаются в кулаки и ногти впиваются в кожу, ладони мажора спокойно и уверенно, можно сказать, расслабленно лежат на руле.

О чем говорить я не знаю.

От поцелуя он отказался, а это было единственное, что я могла бы еще предпринять, чтобы его уговорить.

И не могу поверить, но кажется…

Вдруг кажется, что мы едем в аэропорт сейчас, а не обратно в клинику…