Глава 23

Сотни вопросов, что взбудоражились в голове после этого вечера, разом затихают, и в тишине салона я так отчетливо слышу свое сердцебиение.

Что, если…если он решит проводить меня не только до подъезда, но и до квартиры?

Если напросится на чай?

Конечно, иначе бы зачем ему тратить время на меня?

То есть, о чем это я. Напросится?

Он просто зайдет в мою квартиру, и мне не останется ничего, кроме как либо ночевать на улице, либо последовать за ним.

С другой стороны, сегодня он столько всего наговорил, что…

Стоит разобраться в этом.

Но разве получится сейчас? С момента, как я поняла, что он за нами едет, я ни о чем попросту думать не могу.

А что, если он все же попросит разрешения?

Что отвечать? О, боже…

Тем временем мы заворачиваем во двор и, проехав до нужного подъезда, останавливаемся. Кажется, сердце перестает биться окончательно, когда вижу, как Бугатти Макса, сейчас я уже не сомневаюсь, что это она, заворачивается следом.

Застывает в некотором отдалении, хотя места на парковке есть.

Благодарю водителя за поездку, передаю свою часть оплаты и выбираюсь из теплого салона.

Косясь на машину Макса, направляюсь к подъезду.

Он не выходит, и я…не знаю, что мне и думать. Но это точно он. Сейчас, в свете фонарей и когда фары не слепят глаза, я вполне отчетливо могу разглядеть марку автомобиля. Мне не мерещится.

Вот только водитель по-прежнему не спешит выходить.

У подъезда я чуть притормаживаю и оборачиваюсь.

Не понимаю, что означает его такое поведение, но то, что он за рулем, это несомненно. И на меня смотрит через стекло, я уверена. Иначе бы меня так не трясло. Но отчего-то он не преследует.

Открываю подъездную дверь, и медленно прохожу в тамбур. А оказавшись внутри, все еще пребывая в некоей прострации, иду вперед. Ступенька за ступенькой.

Зайдя в квартиру я все еще не могу поверить, что смогла так легко отделаться. Что Макс не преследовал.

Черт, да он даже не вышел из машины.

Сбрасываю обувь и крадучись, будто бы он мог и сейчас следить за мной, подхожу к кухонному окну.

Машина под окнами. Сдвинулась и теперь стоит практически у моего подъезда.

Но…чего он ждет? Раз уж он дал мне уйти, то почему не уезжает сам?

Простояв у окна еще с минуту, я щелкаю выключателем, с намерением написать ему. Как вдруг прилетает сообщение.

«Наконец».

Боже. Неужели он просто ждал, пока я поднимусь в квартиру и обозначу это включением света?

«Ты…не зайдешь?» печатаю в невыносимом волнении.

Но все же хотела бы понимать, чего ожидать. Мне напрягаться сильнее, или же действительно можно выдохнуть?

«А ты приглашаешь?»

И вот тут я медлю. Закусываю губу, не знаю толком, что написать.

Набиваю на автомате решительное «Нет», но…как-то в последний момент не отправляю.

Во-первых, мне все же следует быть благодарной ему, а значит получше подбирать слова.

А во-вторых…Во-вторых…

А вот об этом втором решаю не думать сейчас, чтобы окончательно не наделать глупостей.

Откладываю телефон, наливаю себе стакан воды. Телефон возвещает о входящем, видимо, Максу надоело ждать.

«Спокойной ночи».

Читаю, слегка потираю веки.

Перемещаюсь в спальню, снова подхожу к окну, выглядываю.

Машины на прежнем месте под окнами больше нет, и я в опустошении падаю на кровать.

***

Не знаю, зачем я поступила в этот университет, если вместо лекций я либо слушаю сплетни, либо пропадаю в телефоне.

Поведение Макса меня обескураживает.

Всю ночь мне не давали покоя его фразочки.

Например, вот эта:

«Кажется, кто-то перестал ценить такую желанную для него свободу?»

Вкупе с «Поверь, Тая, я вспоминал о тебе…» это наводит на определенные мысли.

Означает ли это, что он на самом деле хотел меня видеть, но…решил предоставить мне самой право выбора?

То есть…что я ему не наскучила, что он по-прежнему заинтересован во мне, но хочет, чтобы и я заинтересовалась? Сама сделала первый шаг к нему?

Может ли такое быть?

Да нет.

А вдруг?

И точно ли вместе с облегчением я не испытала разочарования, когда он не стал вламываться ко мне, а так и остался сидеть в своей машине?

И главное…Почему…Почему я, по его словам, попала в точку, и он уже сломан? Это…Это из-за его мамы? Что конкретно произошло в его…в их жизни? Если, конечно, это не была игра слов и он снова не издевался надо мной…

И если в интернете нет никаких подробностей, то как узнать? Если спросить у него, расскажет?

Все эти мысли обеспечили мне бессонницу, даже несмотря на усталость и выпитое…Вид и самочувствие соответствующие…

А с Зарецким…Похоже, вообще творится нечто странное.

Чтобы хоть как-то отвлечься от размышлений, я перехожу на страницу друзей своего бывшего, потому что свою он неожиданно перестал пополнять, как и Динара не стремится в последнее время выкладывать посты. И тут выясняется, что на вчерашних соревнованиях…они с Динарой потерпели провал.

Впервые за все то время, как убрали меня, они не заняли первое место. Да что там, даже до третьего не дотянули.

Четвертое.

Всего лишь четвертое?!?

Проверяю получше информацию. Но, да, кажется, так и есть.

Понятно теперь, почему оба молчат на своих страничках. Но…как же так получилось?

Нахожу записи вчерашнего выступления и решаю в свободное время их изучить.

— Тай, это тебе, — говорит Вика и сует мне в руки стакан с капучино.

— Спасибо, — тушуюсь, но беру.

Как только лектор объявил перерыв подруга куда-то сорвалась, но никак не ожидала, что нам за кофе.

— Очередная бессонная ночь? — интересуется, присаживаясь и отпивая из своего стакана.

Вместо ответа пробую напиток.

— А ты в курсе, что семейство нашего Макса на днях выиграло новый крупный грант?

— Нет, я не в курсе. Что за грант?

— На строительство сети новых ночных клубов и казино. В тех регионах, где это разрешено, разумеется. У них итак с бабками было все в порядке, а теперь, прикинь, так вообще…Конечно, не удивительно, что на твоего Макса, как на главного претендента и наследника, идет настоящая охота.

Едва не закашливаюсь.

— Есть…какие-то новости про это? — после паузы заставляю себя выдавить.

Лицевые мышцы отчего-то сковывает.

И я вдруг принимаюсь про себя молить, пожалуйста, только бы никаких новостей, только бы…

— Да нет пока, — жмет плечами подруга, и я даже не ожидала, насколько сильное облегчение испытаю от этих слов. — Это я на будущее тебе. К тому, что надо готовиться заранее, чтобы не ударило неожиданно. Та танцовщица это только начало, я считаю.

— Есть еще фотографии? Какие-то новости про них?

И в животе снова этот неприятный ком.

— Нет. Но, если появятся, я сразу же тебя извещу, не сомневайся.

Киваю.

Хотя, зачем? Впрочем, Вика меня известит и без моего на то согласия. Наверное, удобно, когда кто-то рядом с тобой интересуется сплетнями намного сильнее, чем ты сам, а главное, находит на это время.

***

Сегодня тренировки нет, и сразу после учебы я еду в Пиццерию.

Светлана говорит, что как только получатся крутые видео с моими танцами и они взлетят, все закрутится. Я смогу зарабатывать на этом, как уже делают другие ребята из нашей команды. Но пока что возвращаюсь к прежнему графику работы.

— Как-то не очень выглядишь, — замечает Марина. — Не заболела?

— Нет, все в порядке.

— Да? А как у тебя дела с твоим мажором?

Это личное, и Марина прекрасно знает, что не имеет права задавать мне подобные вопросы. Тем более, мы с ней не подруги. Но это пока что единственное место моего заработка.

— Все хорошо, — заставляю себя выдавить.

— Что, неужели дал отставку? — хмыкает администратор.

Она не желает отставать, а я неожиданно раздражаюсь чужой навязчивости.

— Или, нет, — тянет. — Дай угадаю. Ты все еще морозишься от него. И боишься, что ему надоест ждать.

— Просто праздновали вчера, у знакомой был День рождения, — произношу, стараясь сохранять тон голоса ровным и спокойным.

Решаю, что еще хоть одно слово, и я ей выскажу все, что думаю по поводу ее неуемного любопытства.

Но Марина неожиданно отстает.

— А-а-а-а, тогда понятно, — хмыкает и отходит.

Вроде бы не заводит больше разговоров, но снисходительным взглядом, в котором мне даже чудится насмешка, продолжает сканировать. Будто я какая-то дурочка, которая дальше своего носа ничего не видит.

Посетителей много. Уматываюсь так, что к окончанию смены думаю только о том, как бы добраться до кровати. Но уже лежа в постели вспоминаю про выступление своего бывшего, которое хотела посмотреть, как только появится возможность.

Потому что, ну…четвертое место…С их неуемными амбициями…Это как-то…

Открываю, смотрю, а через пару минут начинаю хмуриться, не понимая совсем, что это сейчас было?

Не то, чтобы Зарецкий начал вдруг резко плохо танцевать. Но…кажется, что местами это действительно так. Он…ошибается…А пару раз совершенно не попадает в такт.

Это не сильно бросается в глаза, но о призовом месте, при таком раскладе, действительно стоит позабыть.

Сажусь на кровати и пересматриваю.

Тру переносицу.

Как же все-таки странно.

При нашей встрече он вел себя более, чем нахально. Чувствовал себя как абсолютный победитель. Ему не хватало только навесить себе на шею все медали разом и светить ими.

И вдруг такое. Динара, к слову, танцевала хорошо, хоть на последних видео только и делала, что хмурилась. Значит, этот проигрыш исключительно из-за Зарецкого.

Что у него случилось?

Не мой же удар шокером так на него подействовал? Да нет, взять вот хоть брата Макса, нет, дело тут в чем-то другом. Не то, чтобы меня должно после всего это волновать…

И все же…В чем?

Я ничего не понимаю, а спросить не у кого, ведь я полностью оборвала со всеми связи. Могу теперь только догадываться, но из догадок у меня ни одной.

В конце концов, предыдущая бессонная ночь дает о себе знать, а потому откладываю вопросы на потом.

***

Следующие несколько дней проходят на ожидании.

По утрам еду на учебу, дальше чередование работа-студия.

Жизнь вроде бы входит в русло, но для меня она ощущается просто приостановленной на паузу.

Что произошло с Зарецким — непонятно.

Что у нас с Максом — непонятно еще больше.

Должна ли я первой написать ему, или мне стоит подождать?

Стоит ли вообще думать в этом направлении?

Перетасовав и так и эдак наше общение в клубе я все же прихожу к тому выводу, что это все несерьезно. С его стороны. С моей же…

Не верится, что я снова хочу общаться с ним…

Возможно, это минутная блажь, которая отчего-то затянулась.

Но…если все же в его словах оказалась хотя бы крупица правды…

Да, нет, не стоит снова и снова все это перемалывать. Он же как-то сказал между делом, давно еще, в начале знакомства, что если захочет, то может получить любую. Точнее сказать, влюбить в себя.

Вдруг этот новый виток его поведения, как раз демонстрация?

И мне по-прежнему стыдно за то, как я поспешно выкрикнула Ане, что мы с Максом встречаемся.

Особенно с учетом того, что он услышал.

Особенно теперь, когда, со слов Вики, после прошедших новостей на него с новой силой накинется целая стая претенденток.

Не пишет, и слава богу, радуйся, твержу и твержу я себе, как заведенная.

И все же когда под конец крайней лекции от мажора прилетает сообщение, я вся холодею. Но тут же меня побрасывает в жар.

И сердце под ребрами стучит настолько сильно…

«Привет», пишет мажор, а я ругаю себя за то, что так поспешно, словно бы он передумает, набиваю ему ответное.

«Привет».

«Встретимся вечером?»

Вдыхаю и выдыхаю через раз. Черт, Тая, это же ненавистный мажор! Куда такое волнение?!?

И понимаю, что хоть и не готова к чему-то большему, но просто увидеться…

В общем, как ни крути, но нестерпимо волнуюсь только от мысли о таком.

«Если только по-дружески» набиваю, в волнении покусывая губы.

Отправляю и тут же печатаю следом: «Предлагаю дружить».

«Дружить?» прилетает примерно через полминуты.

«Да», печатаю.

Пауза, которая затягивается после моего ответа.

«Посмотрим», прилетает, наконец, а следом:

«Так встречаемся?».

Отвечаю: «Хорошо. Только…не сегодня. У меня сегодня занятие».

И вдогонку пишу: «Давай где-нибудь на следующей неделе».

Переписка на этом заканчивается.

Я жду вплоть до окончания лекции, то и дело сканируя телефон на входящие. Но, видимо мой ответ удовлетворил Макса, и он не счел нужным что-то уточнять.

Что ж, отлично. Наверное.

Я…пусть и спонтанно, но я приняла совершенно верное решение, которое раньше как-то не приходило в голову. Общаться, как и хочу, но в то же время соблюдать некоторую дистанцию. Надеюсь, что он согласится с этим.

Закидываю телефон в рюкзак, прощаюсь с одногруппниками и поскорее спешу на тренировку.

Вначале стандартно разминаемся.

Зал просторный, и делаем это каждый в своем ритме, ведь здесь собрались не новички и никому не требуется объяснять азы.

Мало того, мы не обязаны приходить все ровно к назначенному времени, потому что у всех здесь учеба или работа. Также как не фиксируются пропуски. Все и так замотивированы, потому что здесь только те, кому это действительно нужно.

Мне так очень. Это…для меня что-то сродни медитативной практики, ведь во время танца я забываю обо всем.

И хоть я всегда успеваю добраться вовремя, тут можно спокойно опаздывать. Потихонечку войти, по стеночке преодолеть зал, переодеться и влиться в обстановку.

Сейчас Светлана занимается парой Ваня-Ангелина, вокруг которой уже крутится оператор с камерой. Когда Ваня освободится, мы тоже будем пробовать. Пока что те кусочки, где все без сложностей.

В прошлый раз мы уже засняли несколько эпизодов для коротких видео. Когда очередь дойдет до нашей пары, будем повторять те кусочки, на которых я в прошлый раз застопорилась, из-за чего не получилось отснять полноценно.

— Тай, как настроение? — спрашивает Ваня, подходя через некоторое время, когда его место на танцполе занимает другой танцор.

— Все отлично, — говорю, продолжая разминаться.

Светлана тоже спрашивала, и я ее заверила, что все хорошо, все окей.

На самом деле мне жутко страшно. Потому что сегодня мы снова попробуем поддержку.

Я не переживала так даже перед важными соревнованиями.

Но почему-то именно перед этими людьми мне хочется не ударить в грязь лицом.

Сейчас хоть и пытаюсь расслабиться, но ни о чем другом, кроме как о своем страхе, снова думать не могу.

И все же я выдавливаю из себя улыбку.

***

— Так, ну, начинаем.

Светлана освобождается, и приглашает нас на тот уголок зала, где установлен свет.

Идем.

Переживаю. Фух. Пытаюсь одним махом применить все известные мне техники релаксации. И едва музыка начинает звучать, я забываю обо всем, вливаюсь в танец.

— Отлично, — доносится приободрение от Светланы. — Молодцы.

Такт, другой, третий.

Поворот вокруг своей оси, еще один…

Кажется, у меня и правда получается.

Перехват, снова поворот, и….Неожиданно все звуки музыки приглушаются. И..шум в ушах. И…паника. И я…я сбиваюсь с такта. И путаюсь…Хорошо, что не падаю сразу…

— Все в порядке, Тай, ничего страшного, — доносится словно бы через ватную пелену голос Вани.

А у меня тот день перед глазами, словно бы это происходило только вчера. Падение, непонимание происходящего и жуткая, нестерпимая боль…

Зажмуриваюсь, не вижу ничего перед собой.

Паника, паника.

— Все в порядке, Тай, — неуверенно повторяет мой партнер.

Но…разве я могу успокоиться?

Колени трясутся и, кажется, он меня даже не поддерживает. Кажется, что упаду сейчас. Ох, нужно скорее, срочно приходить в себя.

Открываю глаза, дышу, дышу.

— Все в порядке, — повторяю снова.

— Так, перерыв десять минут и продолжим, — голос Светланы. — Пока что…Вань, сбегай Тае за водой.

— Не нужно, у меня есть. Все в порядке, — бормочу.

А потом неожиданным порывом поворачиваю голову в сторону.

И…

Вздрагиваю, когда встречаюсь глазами с обладателем тех, кого меньше всего ожидала увидеть здесь.

Макс…

О, боже…Макс здесь?!?

Но…как? Почему он здесь?!?

Откуда?

Мне кажется, будто бы реальность снова начинает играть со мной.

Мы же договорились встретиться на следующей неделе?

Но…вот он…Я вижу его также отчетливо, как можно вообще распознавать окружающее. Я бы сказала, даже гораздо отчетливее, чем остальных, собравшихся в этом помещении.

Сидит, преспокойно развалившись у одной из стен, облокотившись на нее затылком, устроив одну из рук на согнутом колене и…наблюдает…

Из-под полуопущенных ресниц он со своим неизменным безразличием наблюдает за нашей тренировкой…

И…и за моим непозволительным провалом…