Глава 11: Счастный случай
Фецилла стояла на деревянном помосте и обращалась к людям. Селяне слушали её, открыв рты. Рядом с баронессой стояло шесть мужчин, у каждого по петле на шее. Они, казалось, не слышали слов женщины, смотрели на толпу стеклянными от безумия и страха глазами.
Бехард выдал всех. Но не избежал казни. Его тело уже покачивалось, привлекая птиц.
А Фецилла всё говорила, иногда бросая взгляды на прачку Фарию, которая стояла в толпе вместе со своим сыном. Охотнику Илхарду едва перевалило за семнадцать, но голова его была седа, как у столетнего старца. Левая рука отсутствовала по плечо. Но он улыбался. Мать обнимала его и плакала. Не веря в то, что истинная охотница спасла её ребёнка.
Лилиит закрылась в выделенных ей покоях и не выходила на протяжении трёх дней. Не открывала дверь ни служкам, ни самой баронессе. Только Гилиам смог попасть к ней. Он угрожал, требовал, просил. Но подействовали только слова о странном музыкальном инструменте, которое нашли в личных вещах рыжебородого людоеда.
Девушка впустила мужчину и сразу захлопнула за ним дверь. Она молча указала на одно из кресел, а сама устроилась в другом.
– Очень странное действие. Некоторые пугаются, другие тянуться на этот звук. Смотри. – Гилиам подул в дудочку, извлекая тонкий протяжный стон.
Лилиит почувствовала, как кожу покрывают мурашки и вздрогнула.
– У меня иммунитет после нунаби, – заговорила она впервые за трое суток. – Уничтожь её.
– Мне интересно откуда она взялась у того человека.
– Мы этого уже не узнаем. Просто уничтожь.
– Огонёк вернулся. Грязный, голодный и измученный, но сам пришёл к поместью, – сменил тему мужчина.
– Видимо, эта штука его и увела от меня, – качнула девушка головой на странный музыкальный инструмент, который лежал на коленях воина.
– Как твоё бедро?
– Неужели ты не говорил с лекарем? Не поверю.
– Я хочу услышать это от тебя.
– Для этого мира, эта рана сложная. Я скажу лишь, что заработала трещину в кости, которая почти не болит. Если не бредить рану, то заживёт быстро. Организм молодой.
Гилиам кивнул головой, понимая, что ничего другого и не мог услышать от неё.
– Зачем ты в это ввязалась?
– Я помогла человеку и заработала денег, – пожала плечами Лилиит. – Разве не этим должны заниматься охотники?
– Не когда они ещё слабы. Мы же ничего не можем толком. Зачем ты лезешь в пасть опасности, будто сдохнуть хочешь? Ах, да, я же забыл! Ты не можешь сдохнуть!
– Могу, – тихо ответила она. – Уже могу, скорее всего.
– Но ты ведь мне говорила…
Лилиит вздохнула и посмотрела на воина:
– Богиня, грозящая мне бессмертием, бесследно исчезла. Я хотела попросить у тебя разрешения на одиночную поездку.
– Куда ты собралась? Да ещё в таком состоянии!
Охотница отметила про себя, что у собеседника сжались кулаки.
– В Гудрас.
– Лилиит, Гудраса больше нет! Или ты и головой приложилась?
– Нет. Я помню. Но Первородная, что дала силу нашему богу всё ещё там. Она же тётка Сэлис. Эфрикс должна дать ответы на некоторые мои вопросы.
Гилиам чувствовал натянутость этой беседы. Каждый ответ он с силой вытягивал из Лил.
– Тогда мы едем все вместе.
– Нет! – она вскочила и поморщилась от боли, что прострелила левую ногу. – Никто не знает кто такая Эфрикс. Думают, что знают. Остальное открылось мне со временем. Эти легенды, в которых Сэлис направляет Охотника к некой Первородной в Роще… Там он получает от неё силы, амулет в форме ока и теряет имя и зрение. Сэлис могла направить нашего покровителя к своей тётке. К ведунье селения Гудрас. И если я и поеду к ней, то сама.
– Тётка Сэлис? – нахмурился Гилиам. – Ещё в свитках времён империи Алиарна говорится о том, что нет у Судьбы и Случая родичей.
– Легенды лгут, королевич, – огрызнулась Лилиит, понимая, что своим обращением ставит крест на дружественном общении с этим мужчиной. Но обида за потерянный год жизни всё ещё жгла её изнутри. Она, наконец, нашла момент ужалить его, отомстить. Хотя, это не принесло того удовольствия, на которое надеялась охотница.
– В таком случае, я вынесу этот вопрос на совет между всеми нами, – Гилиам встал и направился к выходу.
Уже у самой двери он замер, будто собирался что-то сказать. Постояв так с секунду, мотнул головой и покинул покои.
Лилиит дождалась, пока дверь закроется, и с тихим стоном опустилась в кресло. Левое бедро разрывало болью. Она солгала. Ранение было ужасным. Охотница даже не была уверена, что когда-нибудь сможет ходить без хромоты.
Девушка потянулась к суме и вытащила из неё данир, которым лечилась всё это время. Почти все прожилки в камне уже почернели, но он продолжал извлекать боль и залечивать бедро. Лилиит приподняла подол рубахи, доходящий почти до колен и приложила к левой ноге лекаря. Выскользнули розовые щупальца и с острой болью вонзились в бедро. Сцепив зубы, девушка вжала камень и откинула голову на спинку кресла. Она чувствовала, как под кожей шевелятся щупальца, как они соединяют сосуды и расщепляют осколки кости.
– Эштус, – тихо позвала она.
Мгновения текли медленно, нарушаемые только тяжёлым дыханием охотницы. А потом появился он.
Мужчина усмехнулся и опустился в кресло, напротив Лилиит:
– С каждым разом ты во всё более интересной позе.
– Ты обещал мне случай, помнишь?
Бог кивнул головой.
– А взамен ты должна была найти мою сестру.
– Мне для этого и нужна твоя помощь. Я отправляюсь в Гудрас к Эфрикс. Она должна что-то знать о Сэлис.
– В таком состоянии? – изумлённо поднял брови мужчина. – Ты уверена, что с такой травмой сможешь доехать? Хотя бы сесть в седло?
Охотница покачала головой:
– Но я должна попробовать. Может, Эфрикс поможет мне и с этим.
– И что ты хочешь от меня?
– Помоги сбежать.
– Тогда поторопись. У меня у самого не так много времени…
Лилиит вскочила на ноги и тут же поморщилась от боли. Поморщился и Эштус, понимая, что испытывает девушка.
Охотница тем временем достала помятый лист и макнула в чернильницу перо.
«Меня не искать. Развивайте силы. Продолжайте медитировать. Я найду вас, даже если вы уедете из поместья. Я вернусь. Слово охотника.
Лилиит.»
Оставив записку на кресле, она начала одеваться. Бог кашлянул и рассмеялся:
– Если ты думаешь, что стриптиз в твоём исполнении сможет меня подкупить, то ошибаешься.
– Заткнись.
Эштус окинул критическим взглядом стоящую перед ним девушку и кивком головы указал на дверь.
– Тебе повезёт. Иди.
Закинув на плечо суму и опираясь на меч, Лилиит вышла из комнаты. Бог постарался, и она не наткнулась ни на одно живое существо. В конюшне ей выдали Огонька, даже не спросив куда она собралась. Лишь сам конь недовольно фыркал, пока его хозяйка с болезненной гримасой залезала в седло.
Только через несколько часов заметят пропажу. А девушка уже будет далеко от Кэймора и владений баронессы Дехасти.
Гилиам склонился над пергаментом и вчитывался в символы, выведенные красными чернилами, которые по неизвестной ему причине не желали переноситься на новый лист.
Воин отложил перо и встал. На мир спускалась ночь. Он бросил взгляд на записку, которую оставила Лилиит и зажёг свечу. Гнал от себя мысли о девушке, потому что заходили они совершенно не туда, куда нужно было. Силой воли переключил своё внимание на другую проблему.
– Что же с тобой не так? – в сердцах закричал мужчина, понимая, что переписать свиток, украденный из библиотеки при храме Сэлис, ему не удастся.
В дверь постучали.
– Входи!
В проёме стоял Мартон:
– Ты не поедешь за ней?
– Нет. Она об этом попросила. И я не вижу причин отказывать.
– Лилиит ранена. Она в одиночку отправилась неизвестно куда! Неужели, тебе всё равно?!
– Я знаю куда она поехала. И знаю зачем. А теперь закрой дверь с той стороны. У меня нет никакого желания с тобой говорить.
Охотник с разорванной ноздрёй развернулся на пятках и хлопнул дверью.
– Не маленькая уже, – договорил Гилиам. – Разберётся со своими богами и вернётся.
Воин свернул свиток с красными письменами и отправил в камин. Пламя с охотой принялось пожирать подачку и радостно шипеть.
Помассировав виски, Гилиам подошёл к окну и оперся ладонями о холодный каменный подоконник.
– Она вернётся. Ведь дала слово.
Тёмный шёлк ночи спустился на поместье, в пруду несколько раз квакнула лягушка и наступила тишь. Воин зевнул и потянулся до хруста в суставах.
Не спала и Фецилла Дехасти. Перед ней лежал пухлый конверт, который доставил гонец всего час назад.
Женщина сломала чёрную печать и вытащила несколько листов.
«Светлых дней, тёплых звёзд.
Орден тронут вашей заботой и не может отказать вам в просьбе, многоуважаемая баронесса Дехасти. Я незамедлительно подпишу приказ об открытии филиала в Кэйморе. Ещё до праздника урожая, пред вами предстанут Теневые, которые будут рады сложить головы ради защиты ваших подданных.
С вашей стороны очень любезно спонсировать защиту не только своего поместья, но и города.
Отдельная благодарность за список ваших гостей, это очень поможет нам. Вы преданно служите нашему делу. Да хранят вас боги.
Баронессе Дехасти от главы Ордена Теневых.»
Женщина свернула письмо и подожгла от свечи. Пламя жёлтыми языками облизывало бумагу, уничтожая. Она улыбнулась. Никто не имеет права идти против устоев и правил. Даже её брат не станет исключением. Охотники вне закона.
Охота началась.