Глава 25: Дильваньи топи

Ранним утром, когда светило ещё не решило стоит ли выглядывать в мир, восемь всадников выехало за ворота деревни. Семеро из них было охотниками, восьмой оказался королевским шпионом и воином, непонятно как затесавшимся в эту компанию.

Копыта лошадей продавливали мягкий мокрый снег, оставляя цепочки следов.

– Старейшина сказал, что подозрение пало на местные топи. Так как много людей пропало на них.

Илис пожал плечами, он не шибко верил в россказни про духов, но посмотреть своими глазами на работу истинных желал.

Болото находилось южнее от деревушки и занимало значительное пространство.

– Старейшина отправил нас в топи, где пропала прорва люду, без проводника и карты. Я все правильно говорю?

– Мартон, не бушуй, – Гилиам был спокоен и сосредоточен. – Кто тебе выдаст проводника, если считает преступником, а занятие твоё – мифом? Если мы не пропадём в болотах, это уже что-то да будет значить.

– С тем же успехом, мы можем сбежать. И пусть все думают, что мы откинулись, – предложил Драдер, покачиваясь в седле своей молабу, по кличке Леди.

– Для этого с вами и еду я, как представитель отряда «мечей», – усмехнулся Илис, наслаждаясь пейзажем.

Впереди замаячили деревья. Они были тонкими и чахлыми, ветви обвисли, как плети. Над ними поднимался пар, странного зелёного цвета.

– Оно ядовито? – Мартон остановил свою кобылу. – Может, там какие испарения? Надышались и мерещится им всякое. Всё! Проблема решена! Возвращаемся!

– Слишком быстро, – шпион короля обернулся, – да и следят за нами. Вон за тем холмиком человек пять из деревни.

– Зоркий глаз, – Томас странно покосился на спутника.

– Жизнь обязывает.

– Лошадей лучше оставить, – Гилиам спрыгнул на землю и отцепил ножны с мечом от седла Урагана.

– Ага, а их вот те с деревни свиснут, – Мартон ни в какую не желал покидать уютное, хоть и натирающее задницу, седло.

– Что-то я не заметил, чтобы ты пылал особой любовью к лошади, – скривился Осванд, спрыгивая на укрытую тонким слоем снега, землю.

Илис посмеивался, глядя на то, как бесится от реплик спутников королевич. Шпион помнил его совсем другим, и эта разительная перемена ему определённо нравилась.

Охотники всё же оставили молабу и чёрную кобылу Илиса у деревьев. Лошади подняли морды, принюхались и как-то странно заржали. Гилиам похлопал Урагана по шее, поправил меч на поясе и кивнул друзьям в сторону редких деревьев, которое обозначали границу болот Дильваны.

Узкая, ведущая людей вперёд, тропка начала расширяться, кружится, и пропала совсем. Стоило пройти около сотни шагов, как топи разительно изменились. Пар, поднимался от живой и вечно двигающейся почвы, она булькала и шевелилась. Но самое странное, что тут не чувствовалось присутствие зимы. Густой тёмно-зелёный мох покрывал топи и толстые чёрные стволы лиственных деревьев. Стояла духота и прелый запах листьев. С крон высоченных дерев спускались толстые, словно зелёные змеи, лианы.

– Надышались, – пробормотал Мартон, осматривая неизвестное ему растение. – Оно цветёт!

Он был прав, большинство кустов и болотных цветов уже зацвело, одаряя округу зелёным, красным и синим цветом. Деревья покрылись первыми почками, некоторые уже выпустили листья.

Зелёного пара, что был виден при подъезде к Дильваньим топям, никто не заметил.

– Неужели сюда кто-то ходит? – подивился Драдер, отходя от подозрительно-зубастого растения.

– Они тут охотятся на бобров, выдр, ондатр. Выделывают шкуры и продают.

Охотники покосились на королевского шпиона, но смолчали.

Почва чавкала под ногами, квакали лягушки, жужжали насекомые-кровопийцы. С каждым шагом болото становилось всё зеленее и живее, будто зима давно закончилась и сейчас разгар лета.

Лилиит остановилась у озерца, покрытого зелёной слизью. То и дело поднимались из него большие пузыри и лопались, разбрызгивая жидкость.

– Если верить старейшине, топь слишком велика, чтобы бродить в поисках не пойми чего, – заговорил Гилиам, осматривая почву под ногами.

– Уже нашёл, – ответил ему Томас.

Смуглый охотник видел перед собой алую нить, тянущуюся вдаль.

– Что ты нашёл? – рассмеялся Мартон. – Лягушек и воду? Как можно найти то, не зная, что искать?

Томас, поджав губы и пренебрежительно фыркнув, ответил:

– Что бы ни являлось в деревню, у него должна быть мощная аура. Даже топи не в силах заглушить то, что я обнаружил. А место это, надо сказать, не такое уж и простое. Будьте настороже, тут много тварей, но они выжидают.

Охотники попытались прочувствовать то, о чём говорил их друг. Но никто так и не увидел нить, показывающую путь. Видимо, прав был сын алари, и топи Дильваны глушили то, что прятали в себе.

Он вёл их вперёд, обходя глубокие озёрца, перепрыгивая с островка на островок и минуя заросли высоких кустов, ветви которых иногда шевелились, хоть ветра не было совсем.

Болота становились всё непроходимее, деревья остались позади, впереди лежало большое озеро, покрытое зелёным покрывалом и испещрённое небольшими островками и камнями. Илис уже начинал тихо возмущаться, желая отдохнуть. Но ни один из охотников не выглядел уставшим или хотя бы запыхавшимся. Потому королевский шпион и воин вёл себя тихо, надеясь на скорейшее завершение пути.

– Только не говори, что нам туда? – Лилиит держалась за левое бедро, которое разболелось от сырости.

– Туда, – Томас даже не оглянулся, боясь потерять нить. – Шаг в шаг за мной, тут трясина.

– Вот видишь, Мартон, а ты на отсутствие проводника жаловался.

Охотник с разорванной ноздрёй не ответил Осванду и первым пошёл за смуглым парнем.

Они перешагивали с камня на камень, перепрыгивали с островка на островок, что поросли высокой зелёной травой. Уже никто не удивлялся температуре и цветущим растениям. То, что Дильваньи топи зачарованы они давно слышали, но никто не верил.

– Нам туда, – Томас указал на островок земли, устланный мхом и зелёной дымкой.

– Не менее двух с половиной сажень, – прикинул Гилиам и, сделав два шага назад для разбега, прыгнул первым. При приземлении покачнулся, но не упал.

После него прыгнул Томас, затем Осванд и Драдер. Леоф отошёл, как и все от края на несколько шагов, разогнался и перепрыгнул через чавкающее и покачивающееся болото. На островке остался Мартон, Лилиит и Илис.

– Я не прыгну, – оценил свои возможности шпион. – Слишком далеко.

Мартон отошёл к противоположному краю небольшого клочка земли и, разбежавшись, прыгнул. Он допрыгнул, стал на самый край и, покачнувшись, полетел спиной в болото. Пять пар рук схватили охотника за одежду и дёрнули на себя.

– Спасибо, – буркнул Мартон. Это были его первые слова благодарности за всё время путешествия.

Но никто не успел удивиться этому. Из топи вынырнуло длинное коричневое щупальце, закрутилось в воздухе и с плеском упало на воду.

– Теперь я точно не хочу прыгать, – Илис отошёл от края и встретился взглядом с девушкой.

– Если останешься тут, оно не уплывёт, а будет выжидать. Оглянись.

Шпион обернулся. Где раньше были островки и камни, по которым охотники сюда добрались, была чистая водная гладь, укрытая зелёным покрывалом водорослей. Отступать было некуда. Да и в обществе охотницы ему было некомфортно. Илис всё ждал, когда она выхватит кинжал, всадит ему в спину и сбросит в воду. Тем неожиданней стали её слова.

– Прыгай, они тебя подхватят. Я постараюсь отвлечь то создание.

В подтверждение своим словам она подхватила с земли несколько небольших камушков и кинул первый. Он булькнул и ушёл под воду в метре от островка, на котором стояли охотница и королевский воин. Болото забурлило и в том месте выскользнуло щупальце, усеянное толстыми шипами-наростами. Лилиит метнула второй снаряд, на несколько метров дальше. Тот пролетел над ещё виднеющимся щупальцем и плюхнулся в воду. Та скорость, с которой болотный монстр кинулся на звук, удивила даже Гилиама, который подозревал на кого они натолкнулись.

– Прыгай, – шепнула Илису девушка и запустила в воздух ещё один камень.

Шпион, попросив Сэлис и Эззатина наделить его крыльями, прыгнул с разбегу. Уже в воздухе он понимал, что недотягивает. Лилиит тихо выругалась, видя, как мужчина полетел вниз в метре от клочка земли.

Щупальце, отвлечённое на камни, замерло, затем нырнуло в воду и, рассекая её, метнулось к человеку.

– Замедляйте! – гаркнул Гилиам и первым успокоил сердцебиение.

Время растянулось, позволяя охотникам действовать быстрее, чем мир. Леоф натянул тетиву лука и выпустил стрелу с зазубренным наконечником в застывшее щупальце. Драдер с Мартоном протянули копья навершиями к Илису. Время возобновило свой бег. Шпион ухватился обеими руками за рукояти и вылетел из воды. Шестеро человек вытянули его на твёрдую поверхность.

– Хороший улов, – рассмеялся Драдер, лёжа на земле.

А щупальце бушевало, расплёскивая воду и раскидывая водоросли. К нему присоединилось ещё одно, потом ещё и ещё. Между Лилиит и охотниками по воздуху и воде било, по крайней мере, десять коричневых отростков, усыпанных шипами и иглами. Затем из пучин топей поднялось туловище болотного жителя. Когда оно распахнуло широкую пасть с тремя рядами острых зубов и завопило, Гилиам убедился в том, что не ошибся:

– Псотхогора. Причём очень старая.

– Это ты по чём определил? – Драдер отполз подальше от воды.

– Молодые псотхогоры бледные, чтобы их не заметили хищники побольше.

– Больше этой? – Илис чувствовал, как волосы на голове зашевелились, когда монстр завопил вновь.

– Она зовёт других, – запоздало сообразил королевич. – Лилиит, прыгай!

– С ума сошёл? Если она прыгнет, то эта твоя старая животина или собьёт её щупальцем или перехватит пастью.

– А если останется там – сожрут.

Охотница слышала всё о чём говорили на соседнем островке, улучшенный слух улавливал звук голосов и заглушал плеск воды и крик твари. Девушка понимала, что Гилиам прав. Но если до этого она думала о разболевшемся бедре и том, что с ним не перепрыгнет, то теперь задача усложнялась. Добавился десяток шевелящихся преград. Псотхогора вновь завопила и развернулась к Лилиит мордой.

– Она видит звуком, – тихо проговорил королевич, но Лилиит его услышала.

– Сонарная тварь, – охотница сделала шаг назад.

Первое щупальце размахнулось и проехалось плашмя по островку. Девушка подпрыгнула, отмечая про себя, что отросток, пролетевший под её ногами, имеет достаточно острые шипы.

Два щупальца ударили по земле. Она выхватила меч и рубанула от плеча. Но оставила лишь длинную рану на нём. Подивившись твёрдости шкуры монстра, она ушла от удара и вновь подпрыгнула.

Псотхогора теперь была не только голодна, а и зла. Она уже предвкушала скорый приз, когда ей в спину воткнулась стрела. За ней ещё одна. И ещё. Леоф только и успевал вытаскивать снаряды из колчана на бедре.

Она закричала, хаотично размахивая щупальцами.

Лилиит оценила свои возможности и, разбежавшись, прыгнула. Забыв о бедре, она оттолкнулась от земли левой ногой. Уже в воздухе, охотница замедлила время, оттолкнулась от застывшего горизонтально щупальца и кубарем приземлилась на островок. Зашипев, она схватилась за левое бедро, кусая губы.

Семь пар рук вздёрнули её за шиворот и потащили вперёд, подальше от водоёма и бушующей псотхогоры.

Лилиит улыбнулась и показала удаляющемуся монстру средний палец.

* * *

Леоф пересчитывал стрелы в колчане и что-то бормотал себе под нос. Лилиит все ещё держалась за бедро, но уже почти не хромала.

– Надо сказать, вы меня впечатлили, – нарушил тишину Илис, стоило им отойти от болота, что служило домом чудовищу. – Не думал я, что вы действительно владеете утерянными знаниями. Но то, что вы показали там, это нечто.

Гилиам кисло улыбнулся на реплику друга. Томас пожал плечами и вытер кровь, текущую из носа. Алая нить начинала блекнуть, готова болеть, а мир плыть перед глазами.

– Привал, – смилостивился королевич.

Сын алари охнул и повалился на влажную землю. Мимо него с жужжанием пролетела стайка насекомых, а куст с большими и явно хищными лиловыми цветами шевельнулся.

– Нам туда, – махнул рукой Томас и оборвал связь, алая нить исчезла.

Драдер с Освандом натаскали самых сухих веток, которые смогли отыскать и сложили шалашом. Леоф отцепил от пояса тушку бобра, которого подстрелил по пути и, вытащив нож, принялся её освежевывать.

– Эй, баронёнок, а слабо использовать умение пятой ступени и поджечь стрелу?

– И зачем мне пытаться? – не глядя на Драдера, поинтересовался блондин.

– Костёр разжечь. Эфрикс говорила, что охотники так могут. А если ты не можешь, то ты не охотник.

– Рассуждаешь, как ребёнок, – фыркнул Дехасти, не отвлекаясь от тушки бобра. – С таким же успехом, ты тоже не охотник.

Парень что-то пробормотал себе под нос и отошёл от Леофа.

– А ведь он в чём-то прав, – Гилиам опустился на землю и вынул из-под плаща флягу с водой. – Умения пятой ступени так и даются нам. А без них мы не перейдём на ветви.

Илис не понимал о чём они толкуют, но как шпион запоминал всё. Потом он одумался, тряхнул головой и обратился к Лилиит:

– Я не поблагодарил тебя. Спасибо.

– За что? – искренне удивилась она, сбивая с толку мужчину.

– Ты помогла мне там, в топях.

– Там мы все друг другу помогли, – покровительно улыбнулась охотница.

Королевский воин, в который раз решил, что эта девушка слишком странная. Она ведёт и говорит так, будто давно стара и познала весь мир.

Илис не знал, чем закончился разговор охотников, но, когда он вернулся костёр уже горел, а мясо уже жарилось нанизанное на ветки.

Судя по углу, с которого светило сбрасывало свои лучи, было чуть позднее полудня. Тогда-то охотники затоптали свой костёр, запили пищу чистой водой и отправились дальше.

В этот раз Томасу было намного труднее найти путь, нить вилась и кружила по кругу, будто её что-то отталкивало, не позволяло проложить дорогу. Остальные даже пытаться не стали, поверив на слово другу. В конце концов, ему удалось призвать остатки своих сил и стабилизировать нить. Но она всё равно время от времени исчезала, а когда появлялась, показывала совершенно другое направление.

Стали появляться деревья с толстыми стволами и широкими зелёными кронами, будто не подозревали, что зима только-только закончилась, а до лета ещё далеко. Почва перестала хлюпать под подошвами ботинок и сапог, но изрыто пространство меж деревьями было небольшими, но глубокими озерцами. Мартон выдвинул гипотезу, что все они связаны меж собой глубоко под землёй, но проверять ни у кого желания не возникло.

С каждым шагом Томасу все труднее удавалось удерживать видение нити, потом у него снова пошла носом кровь и Гилиам попросил его прекратить.

– Тогда мы не найдём то, что ищем.

– Если твоя сила начала себя так странно вести, значит, мы очень близко от того, кто влияет на все это болото. Такое тепло не может быть природным явлением, как и те люди, что являются в деревню. Если тут лежит проклятие, то мы близко к его источнику.

У смуглого охотника не было сил на спор, и он подчинился. Вытер кровь тыльной стороной ладони:

– Нам прямо, а потом, вроде, налево.

Охотники двигались молча, переступали через озёрца, уступали дорогу юрким ящеркам и прислушивались к пению птиц, затерявшихся в густых кронах. Драдер оступился и провалился в воду по бедро, долго ругался, но заметив, что слушателей не так уж и много – затих.

Уже все, даже Илис, чувствовали себя как-то странно: голова кружилась, ноги иногда подгибались. Мартон бормотал что-то о зелёном витающем паре и о том, что надышались они этой дряни. Вскоре ноги вынесли их к небольшому холму, у подножия которого стояла покосившаяся хибара с крышей из зелёных листьев.

– На болотах обычно ведьмы живут, – припомнил одну из детских сказок Осванд и вынул меч из ножен.

Томас схватился за плечо Гилиама и покачнулся. Он решил проверить то ли это место, а сила отозвалась. Да так отозвалась, что охотнику показалось будто у него лопнули глаза и перепонки, а мозг просто взорвался в черепе.

– Я же говорил, – попенял его королевич, держа за шкирку. – Ты как?

– Жив, – глухо отозвался Томас, пытаясь прийти в себя.

Так они и столпились перед хижиной. Покосившаяся дверь скрипнула ржавыми петлями и распахнулась. Все, как по команде, отступили на шаг, вглядывались во тьму, что струилась из домика.

– Ладно, я понял, – Гилиам вздохнул и первым подошёл к одинокой ступеньке, которая поднимала порог на несколько сантиметром от почвы.

Не оглянувшись на спутников, он сделал шаг внутрь. Зрачки вспыхнули белым.

Хижина собой представляла одну большую грязную комнату. Жильцов или предметов мебели мужчина не заметил. Сзади послышались шаги, охотники проследовали за своим предводителем. Илис потоптавшись перед входом, шагнул следом, но в почти кромешной тьме не видел ничего. Зато услышал.

– Первые гости за столько лет, – проскрипела, казалось, сама хибара. – Входите, не стойте на пороге. Мои приглашения достигли вас?

Драдер закрутился вокруг своей оси, пытаясь найти источник звука.

– Как в жопу ужаленный, – рассмеялся хозяин жилища.

– Иллюзия, – шепнул Томас, – как с нунаби и сёстрами. Но у меня нет сил. Тут сами.

Гилиам кивнул головой и сосредоточившись, нащупал невидимую стену. Мысленно ударил по ней. Пошла трещина, похожая на ветвистую молнию.

И людям открылась картина: глубокое деревянное кресло и человек в нём. Женщина была настолько стара, что охотники не сразу поняли кто перед ними. Кожа её покрылась бородавками, морщинами и корой. Руки приросли к подлокотникам, ноги к полу. Всё были оплетено тонкими чёрными корнями. Волосы, доходящие до пола, позеленели и переплетались с дикими растениями.

– Давно гостей я не принимала, – повторила старуха, шмякая беззубым ртом. – Добро пожаловать в мой дом, мои избавители.

Представшая картина отняла у всех дар речи. А Илис, который только-только начинал привыкать к полумраку, сделал шаг назад.

– Светлых дней, тёплых звёзд, хозяйка, – заговорил Леоф, выступая вперёд.

– Тихих ночей, попутных ветров, гость, – после секундной задержки ответила она.

– Я охотник, что зовёт себя истинным. Мы все. Нас просили узнать, не ты ли бедокуришь в соседнем селении? Староста говорит, что проклятие на них наложено. Не твоих ли рук дело, хозяйка?

Охотники затаили дыхание. Один только вид этой женщины действовал на них, как удар тяжёлым предметом по голове. Осванд шепнул что-то о её ауре, и что чувствует её не как человека. А то, что Леоф, пересилив себя, заговорил с ней да так откровенно ошеломило всех. Это уже позже сероглазый охотник признается, что делал это не по своей воле, а тихий голос молил его заговорить первым.

– Проклятие? Оно лежит только на мне и том, кто давно уже мёртв. Случилось это очень давно, тогда только ушёл Старший из братьев, – тихо заговорила хозяйка дома, будто силясь припомнить и поделится своей историей, но вечно что-то упускала. – Любили мы друг друга, но не всякое счастье вечно. Ты ведь понимаешь о чём я, дитя? – взгляд её белесых глаз переместился на Лилиит. – Он погиб от руки брата, ведь люба я и ему была. Тогда я поклялась отомстить. Но что могла сирота против сына старейшины. Ушла я на топи, в надежде встретить Дильвану, покровительницу и сильнейшую ведунью. Но нашла только её хижину. И это.

Оторвав руку от подлокотника, женщина разжала кулак. В клетке узловатых пожелтевших от времени пальцев лежал прозрачный камень. Казалось, что он светится во тьме хижины. Томас покачнулся, у него из носа вновь пошла кровь.

– Он сказал мне, что его сама судьба потеряла, а у меня не было желания ему не верить, – говорила хозяйка о кристалле, как об одушевлённом предмете. – И стала я его хранительницей. Все силы его потратила я на месть. Погиб брат моего возлюбленного в страшнейших муках, но и я оказалась заложницей топей. Не могу я покинуть обитель и его. Последние годы отправляю гонцов в деревню, хочу прощения просить у предков того, кого погубила, если живы они ещё. Не отпускает меня он, – женщина кивнула на камень, что в руке держала, – не даёт уйти. А я так устала от жизни. Позвольте мне…

Она недоговорила. Кристалл в её руке засветился пуще прежнего, хозяйка закричала от боли.

Гилиам, чувствуя, что так и должно быть, шагнул вперёд и вытащил кулон, который раскалился добела. Взлетел камень с женской ладони и завис напротив чёрного вкрапления, что зрачок символизировал. Засиял всеми цветами радуги, наполняя хижину светом, а затем потух и упал на пол со стуком. К креслу подкатился самый обычный серый камень, коими устлана любая дорога или дно реки. А в деревянном кресле было пусто.

Лишь по воздуху пролетели слова с теплом весеннего ветра.

– Спасибо.

* * *

Болото покрылось снежным покрывалом, водоёмы тонкой коркой льда. А хижина исчезла, стоило людям покинуть её стены.

Илис до последнего не мог поверить в то, свидетелем чего стал. Гилиам рассматривал кулон, что достался им от родителей Леофа и Фециллы Дехасти. Чёрное вкрапление в белом камне, теперь под определённым углом практически не было видно.

– Как глаза охотника с ночным зрением, – усмехнулся Драдер, даже не догадываясь насколько близко был к истине.

Прямая тропка вывела из Дильваньих топей за час. Не нашли они озеро, поросшее мхом и водорослями, не встретили псотхогору. Томас дышал полной грудью, восстанавливая силы.

– Так проклятие на самом деле было?

– Кто знает, – улыбнулся Гилиам, чувствуя необъяснимое счастье. – Но та сила, что мешала Томасу, пропала. Болото внезапно оказалось зимним, а путь коротким. Было ли проклятие? Мы так и не узнали, что за кристалл нашла та женщина и почему он не отпускал её столько веков.

– Мне показалось, что твой кулон впитал его свет, – Лилиит говорила тихо, но её все услышали. – Будь осторожнее теперь с ним. А лучше сними и выкинь. Это простая безделушка.

«Простая безделушка» сверкнула белым зрачком и затихла.

Молабу встретили их радостно и так, будто не чаяли свидеться. Домчали хозяев до деревни. Гилиам с Илисом прошли к старейшине и поведали историю, что услышали от хозяйки кристалла. Тот покивал головой:

– Было такое. Давно было. Я даже не скажу от кого слышал сию легенду. Дык значится сняли вы проклятие, господин охотник. Весьма признателен. Откушаете со мной?

За Гилиама ответил Илис:

– Сожалею, но нам пора в путь.

– В ночь? – подивился старейшина, почёсывая пузо.

– Светило даже к горизонту не скатилось, – поправил его королевский шпион. – Тракт пустой, к утру доберёмся.