Глава 13. Тварь-лорд встаёт на след.

Мориан Кайто (Моршерр Декерет)

С самого утра ему было неспокойно. Что-то жгло изнутри, скручивало, обжигало нутро.

Кололо грудную клетку, тени настойчиво и холодно шептали свою песнь, а горло перехватывало безжалостной рукой.

Странное, мерзкое ощущение. Кажется, люди называли его... тревогой?

– Тре-во-га... Мне не нравится, – бледное лицо Мориана Кайто скривилось от отвращения, – извращение какое-то. Зачем мне это чувство? Ещё и пальцы похолодели. Абсолютно бессмысленно же!

Темные брови сошлись на переносице. Мориан оскалился в раздражении.

Он знал, что одной из причин его злости является письмо.

Белый конверт, украшенный печатью тиура Бьюмера Кайто, его дражайшего дядюшки.

– Сожрать его что ли? – Когти оставили ровный ряд стружек на стене.

"Дражайший мой племянник,

Мориан, наследник и благодетель рода Кайто!

Спешу обрадовать тебя радостными вестями. Я нашел тебе идеальную партию. Леди Краена Каэрси юна, хороша собой, богата и является единственной дочерью своего отца, лорда Найджа Каэрси, архимага трёх стихий и одного из заместителей нынешнего Главы Совета магов.

Безусловно, время нашего соглашения не истекло, но лорд Каэрси нижайше просил меня о встрече, а поддержка таких выдающихся магов была бы весьма полезна нашему клану.

Жду тебя на смотринах 3 дня Листопадня в...

Твой любящий дядюшка, Глава опекунского Совета..."

Да-да, он понимает намеки. И даже с первого взгляда.

Стоит, пожалуй, поаплодировать любящему родственнику. Толстяк сделал ход первым. Хитёр. Или кто-то подсказал? Все письмо – один прикрытый фиговым листиком приказ. Таким людям действительно не отказывают. Мориан Кайто определенно приглашен как породистый жеребец на развод.

Да, это всего лишь смотрины, но несмотря на соглашение со старым мерзавцем – он отказаться не может. Он обязан приехать и выслушать такого человека, как лорд Каэрси. Маги. Что же вы опять зашевелились, мои славные? Мало я вам голов поотрывал? Мало?!

Зеркало пошло рябью. Бледное лицо Мориана Кайто сменило иное. Вспыхнули багряными углями глаза. Белым крошевом осыпало кожу. Разметались по плечам иссиня-черные гладкие волосы, в которых, казалось, потрескивали молнии. Черные ветвистые тени венчали голову, танцевали по венам, бросали отблески на застывшую маску лица.

Моршерр Декерет, Палач Владыки тварей, Черная Длань. Сильнейший древний энергат, рождённый в глубинах тьмы.

Но рябь исчезла – и в зеркало снова смотрели тёмно-синие холодные глаза мага.

– Ехать придется, иначе эта жирная дрянь придумает, как испортить мне жизнь. Нечего было с девчонкой церемонится. Она врёт как дышит, и даже не осознает, что себе же хуже делает... – произнес вслух.

По стенам пробежали тени.

Кулак врезался, оставляя отпечаток на камне.

Он хотел ее видеть. Поцелуй ли был виной – или нечто другое. Он привык получать свое, а Льяна Тхи была его душой и телом, даже если считала иначе. Изысканный деликатес тайн. Вкус-сная, наглая, умненькая и совершенно не похожая на настоящих леди. Хоть людских, хоть фейских.

– Вириан, где Льяна Тхи? – Спросил он у пустоты.

Если мальчишка думает, что действительно может подкрасться к нему...

– Тирлес Мориан, лесса Тхи покинула пределы Академии. И, как мне кажется, не по своей воле. Я уже послал поисковики и двух духов шау по ее следу, но кто-то очень постарался все затереть. Удалось перехватить привратника, который открыл лессе и ее новым знакомым дальнюю калитку, что прикажете делать дальше? – Прошелестел абсолютно ошеломивший его ответ.

Со дна души поднялось что-то едкое, выжигающее воздух.

Мир скрылся в ослепляющей черной вспышке. Из горла вырвался оглушительный недовольный рев.

Дракон ещё не проснулся, но определенно требовал свое. И разорвать всех тех, кто посмел это "свое" тронуть.

– Тирлес, архимаг Тиранталь скоро заинтересуется происходящим, как и господин ректор, – невозмутимый, вкрадчивый голос Вириана ударил молнией сознание.

Вот твари. Мерзость все же – быть человеком. В этих эмоциях так запутаешься, что сойдешь с ума. И хорошо, что он не рядовой энергат, а гораздо, гораздо больше...

Холодный разум мгновенно перехватил контроль над бешено стучащим сердцем.

Девчонка попала в беду – это раз. Ее похищение наверняка связано с цепочкой исчезновений одаренных адепток, но похититель поторопился. Время поджимает? Не мог ждать?

Ритуал раньше ночи не проведут – иначе все насмарку, но времени мало. Имеет ли сейчас смысл его маска – или стоит открыться? Достаточно лишь дать этому на вид бесстрастному мальчишке то, чего он так отчаянно желает.

Все это пронеслось в разуме Моршерра Декерета за долю мгновения.

Вириан не успел дернуться, как оказался вздернут вверх за шею обманчиво тонкой юношеской рукой.

Белое лицо наследника Кайто застыло, обратилось вновь древней маской. В глазах царили тьма и голод. А рука, сжимавшая горло мага, медленно покрывалась пока еще бледноватой черной дымкой.

Вириан смотрел, не мигая. В белесых глазах мага не было страха – лишь лёгкое удивление и странное удовлетворение.

Как будто произошло именно то, чего он так долго ждал.

– Мой господин, – голос мага звучал полупридушенно и сипло, но спокойно. Он не пытался вырваться, – хочу заверить вас, что какой бы магий вы бы не обладали, кем бы вы, именно вы, не стали – я всегда буду служить вам, как истинному наследнику рода Кайто!

– Ты либо слишком умён, либо фанатичен и глуп, – прохладно откликнулась тварь в обличье молодого мага, – неужто твой учитель не говорил тебе, что таким, как я, не стоит вручать свою жизнь?

В воздухе звенела магия.

Тьма пела, тьма звала его, тьма входила под кожу ледяными искрами, на миг давая ощущение былого могущества.

– Мой учитель прекрасно учил меня. Именно поэтому я готов доверить жизнь вам. Тому, кто заменил собой никчемного наследника Кайто. В том была воля мира и богов, – без капли сомнения откликнулся пленник.

Его голос звучал глухо.

Через мгновение удерживающая его ладонь разжалась. Маг не упал – извернулся и легко приземлился на полусогнутые ноги.

Прохладный смешок разрезал тишину.

– Ну, какая прелесть. Какие умные нынче маги пошли... – пропела тьма.

А через мгновение Моршерр жёстко потребовал:

– Клятву на крови. Будь верным мне, Вириан каэ Литсар, и я отомщу за твою семью и твоих близких. И помогу тебе обрести крылья. Ты подошёл почти к порогу, потомок драконов...

Шепот тьмы наполнил комнату. Подсветил бледное лицо Вириана алыми искрами.

Не ожидал, мальчишка?

Грудь кольнуло. Странное горьковатое чувство обрушилось на Моршерра, едва не погребая с головой. Волна непонимания, опаски, восторга, апельсиновая нотка восхищения его магией, полынная горечь прошлого, гранатовая ненависть и... решимость. Безоговорочная. Отчаянная.

Да, он многое успел раскопать про своего помощника и соглядатая. Но, видимо, не все...

Не колеблясь, маг опустился перед Моршером на одно колено.

Все перебил запах сырой земли.

Неожиданно. Этот пойдет к своей цели по головам. Безо всякой жалости. И плевать ему на тех, кто стоит между ним и тем, что он ищет.

Такой подход Моршерру импонировал. Он напоминал ему тварей. Энергатов.

– Кровью и сутью, магией и жизнью своей клянусь, что не предам того, кого знаю сейчас под именем Мориана Кайто, ни словом, ни делом, ни бездействием, ни...

Тонкая магия вассалитета сплеталась легко и привычно. Для твоего же спокойствия, мальчишка. Моршерр не любил бездумных марионеток, но всегда предпочитал перестраховаться. Потом не придется плакать, как говорили люди.

Светлые волосы мага взмокли от пота, руки дрожали, магия откликалась на его призыв медленно и неохотно.

А Моршерр видел то, чего не видел больше никто – призрачный образ дракона. Молодого, слабого, но упрямо сливающегося со своим человеком.

Драконья кровь давно текла в жилах рода Кайто. И, наконец, проснулась.

– Принимаю, – шипяще-рычащий звук.

Собственное горло перестроилось. Моршерр прислушался к своим ощущениям. Он был сыт. И был бы доволен и спокоен – все же завербовал мага, если бы не эта девчонка.

Мелькала даже мысль избавиться от нее, чтобы перестать испытывать странный фейерверк чувств, но он не мог.

– Подтверждаю клятву! – Золотисто-алые искры наполнили комнату.

Сквозь них проступило лицо. Его не описать, не воспеть, не рассказать о том, что видел. Невозможно в слова облечь бога Тьмы и Теней. Рубин и Золото. Отец Сейлира Кастелла Иллдрэггона, Владыки тварей.

Владыка самого Моршерра.

– Поспеши, Моршерр, поспеши, моя Длань в мире живых. Ты либо примешь то, что подарил тебе мир, либо потеряешь вовек. Время сочтено...

Золотой, дрянь, снова ничего не сказал по делу – только дразнился.

Но высказать ему все, что он думал о проклятых манипуляциях, Мор не успел.

Его швырнуло в мир теней. Не телом – душой. Да так, что хряснулся хребтом об теневые скалы от души. Зашипел. Встряхнулся. И…

Девчонка. Она застыла, растерянная, прямо напротив него. Он знал, что это ненастоящее. Вернее, не совсем настоящее. Мимолётный дар Золотого бога и их странной связи. Возможность встретиться здесь, в ином пространстве, всего на один миг. И принять решение… хотя оно давно уже принято.

Он и думать не стал. Пытаться заговорить смысла не было. У него было лишь несколько ударов сердца. И их-то надо было потратить с умом. Ум…

Рука взметнулась – и сама собой вздернула девчонку за шкирку.

– Или ты живёшь, гадость моего отсутствующего сердца, или я запихиваю эту мракову энергию тебе в уши! Как не надо, так воровать повадилась, а как надо – так щепотки не возьмёшь! –Выдохнул, зло преодолевая сопротивление Тьмы и впиваясь в сочные нежные губы.

Аромат грейпфрута. Насыщенный. Густой. Пьянящий. И жажда продолжить. И приковать её цепями, чтобы ни одна тварь не позарилась. К себе, разумеется.

Энергия хлынула в девчонку плотным ярким потоком, опустошая его самого. И… фигура фейки маревом растаяла в его руках. Тьма задрожала, встала на дыбы, закрутила его в воронку, не позволяя взять след в этом изменчивом пространстве. И…

Выплюнула его брезгливо назад, в тело.

Ушла, оставив привкус сожаления и ярость от своей беспомощности. До прежнего могущества ему было далеко.

– Разбудить дракона? Что же, я сыграю тебе, ящер, такую побудку, что ты сам вылезешь, – нехорошо ухмыльнулись бледные губы.

Моршерр был готов к бою.

В синих глазах рождался шторм.

И вас разбудим, и себя вернём. И девчонку. Его девчонку. Вам что-то не нравится? Очень зря.

Из тьмы вырвалось трое киурей.

Большие оранжевые глаза, серая шерстка, белый длинный хвост с жалом на конце и четырехпалые когтистые лапки.

По обеим сторонам морды торчат зелёные перья. Твари славились тем, что мгновенно брали след. Могли выслеживать своих жертв часами – чтобы потом подкрасться и... зализать! Да, именно так.

Лизать всегда, лизать везде, лизать и никаких поблажек!

Киури были добрейшими тварями и обожали больше всего кофе-бобы и фрукты.

Вириан встал, покачнувшись. Лицо мага выражало холодную решимость. Идеальный помощник.

– Киури приведут нас к похитителям. Я так понимаю, что схваченный предатель в состоянии давать показания? – Проурчал энергат.

Черные когти перебрали воздух.

Вириан дернулся.

– Да, тирлесс. Мне кажется, у меня получилось выследить наших "гостей". След затерялся в порту, но мы...

– Мор, у тебя невесту из-под носа сперли, а ты и не чешешься, да? Ты куда нашу кровиночку дел? – В комнату влетел оранжевый вопящий комок.

Ишти.

– Все за тебя делать! Я тут кое с кем мосты навёл! Пришлось, конечно, твоим авторитетом давить, раз моего, – выпятил мышь грудку, – недостаточно.

– И? – Дернулась темная бровь.

– И у нас теперь есть отдельный поисково-спасательный отряд под моим руководством! – Мышь почесал лапкой пузо и распушился ещё сильнее. – Его можно и в диверсионный переименовать, если очень надо!

– И кем же вы руководите, уважаемый... – Вириан сориентировался быстро. И никакие говорящие твари его ни капли не смутили.

Благо, что ментальная магия позволяла понимать другое существо. Или... пробуждающаяся драконья сила?

– Ишти Великолепный! Потомственный эршер! – Наглая мохнатая мочалка гордо раскланялись.

– Безмерно приятно, – шипяще усмехнулся Вириан. – Кто входит в ваш отряд? С вашими организаторскими способностями...

Мышь пел! И сиял!

А спустя ещё несколько минут Мориан и Вириан уже стояли за оградой Академии, в тихом, мало кому известном проулке.

А напротив них гордо выстраивались твари всех мастей.

Вот огненный хвост беурры летучей. Тварь зело ядовитая, покрытая броней с ног до головы. Короткие лапы обманчиво медлительны. Маленькая голова со смешным вытянутым носом, зеленоватые отливы чешуи и беззащитный огненный хвост. Который может сжечь противника за долю секунды.

А вот шхусы – пушистое тельце со смешной круглой головой и наивными черными глазками и змеиные хвосты вместо ног. Они умеют легко и беззвучно проникать сквозь любую защиту. Или почти любую.

А вот внешне совершенно безобидный и пушистый шарик веселой желтой расцветки. У него восемь глазок и пасть, в которой может утонуть даже взрослый жеребец. Шикки известны своим коварством и не брезгуют свежим мясом. Но сейчас они не посмеют навредить людям, знают, что Мор их не пощадит. Твари чуют его даже в этом слабом теле мага.

Несколько тень-комков, один теневой-кот ширрас, и ещё пара десятков самых разнообразных тварей.

Что же, Ишти действительно удивил.

Сердце снова сжалось от гадкой щемящей тревоги. Перед глазами встало серьезное девичье лицо с пронзительными ореховыми глазами. Вместо светлых блеклых косиц виделись винно-вишневые пряди.

И через мгновение тело прошило присутствие мощной чужеродной силы.

По коже пробежали черные тени, Моршерр яростно скалится.

– Отродья холмов... Здесь. Сейчас. Какое... интересное совпадение!

На город накатывала гроза.

– За мной! – Отрывистый приказ.

Найти. Вздернуть за шиворот и выдернуть из очередной неприятности. Найти, пока не случилось непоправимого. Только он может руководить жизнью этой девчонки. Ни одна фейская тварь не посмеет к ней когти тянуть.

Сердце снова противно защемило.

– За мной. Людям на глаза не показываться. Ищите след, – он передал им запах девчонки.

Под тугими струями дождя, невидимые и неслышные, они неслись к порту.

Но отчего все сильнее ощущение, что он опоздал?

– Бесит до звёздочек, фейская отрава моя, – прошипел синеглазый белокожий маг.

Первобытная, яростная, голодная тьма вспыхнула на дне его глаз.

Где бы ты ни была, сладость, тень тебя найдет...

Найдет и...

Они нашли раскуроченный склад. Парочку убитых кем-то бандитов и выжженное место схватки чуть поодаль.

При беглом осмотре ничего более интересного найти на складе не получилось.

А вот второе место схватки...

Киури возмущённо повизгивали. Фейский запах им пришелся не по нутру. Конечно, стайная память. Помнят, кто любил их отлавливать на ингредиенты для сложных зелий.

– Трое фейри. Больше, чем я видел за свою жизнь, – качнул головой Вириан.

Мальчишка принюхивался.

Его бледное лицо заострилось, в глазах плясали искры, и маг, как никогда, напоминал взявшую след гончую.

Но больше всего разъярило другое. Кровь девчонки. Боль девчонки. Страх девчонки. Темная магия, которая ее пропитала. Чужие чувства забивали ноздри, скребли горло, сжимались невидимой веревкой. Ослепляли.

По стенам грязного переулка прянули тени. Тело пробрал озноб и незнакомое ощущение собственной беспомощности накрыло с головой.

Он не может... Не может...

Пальцы затряслись. Его сковало, скрутило от накатившей паники. Что это за дрянь?

Внутри тонко-тонко зазвенела, запела едва слышно струна.

На краткий миг он снова увидел эти яркие сочные вишнёвые кудри, прищуренные глаза с мшистым отблеском. Светлую кожу, закушенную губу, уставший взгляд.

Сейчас ее не хотелось дразнить, не хотелось выводить на эмоции, не хотелось видеть даже вызов и дерзость в глазах девчонки. Хотелось, чтобы она посмотрела на него... как? С приязнью? С интересом? С желанием?

Какие дикие, неправильные мысли.

Он тварь. У него нет чувств. Он создан, чтобы поглощать чужие.

Грудь обожгло. Тонкая струна зазвенела прощально, печально, а потом... разорвалась.

Когти невидимого и не воплощённого им зверя впились в сердце. Рванули краешек того, что можно было назвать душой, разрывая в клочья.

Из горла вырвался сип, колени подогнулись, и он упал, марая дорогую ткань брюк грязью, пятнами отходов и нечистот.

– Господин? Тирлес? – Встревоженный голос Вириана.

Все кружилось. Почему-то не хватало воздуха, а горло сжимало ощущение потери.

Пушистые тень-комки жались к ноге и недовольно зло порыкивал лекруль – помесь собаки и скорпиона на вид.

Лезвия когтей вскрыли камень, как бумагу.

– Она не может умереть! – В голосе – ярость.

Он поднялся, преодолевая тяготение земли.

Он не привык сдаваться и не знал, что такое настоящая потеря. И никогда не узнает.

Если девчонка посмела сбежать от него на тот свет – ее проблемы. Он ее не отпустит. И не отступит.

Его беглянка так просто не сбежит. Никто и никогда ещё не уходил от Палача по собственному желанию.

Бледное лицо поднявшегося с колен молодого мага резко изменилось.

Оно вымерзло, застыло изнутри и снаружи.

На губах заиграла злая усмешка.

Стена там, где ее касалась незащищенная перчаткой мужская рука, обуглилась. Камень почернел и начал осыпаться.

– Мы взяуррр-рли след, – чихнув, доложил ширрас.

Черная кошачья морда свесила язык и оскалилась.

– Тирлес, фейри не дадут девчонке умереть. Иначе бы они не стали ее брать с собой, – шелестнул голос Вириана.

Перчатка сжалась.

Хор-рошо. Очень хор-рошо. С фейри он тоже... сыграет. Например, в догонялки.

Торжествующий писк киури. Лапки дёргаются, азартом сверкают глаза-плошки. Напали на след? Славно. Очень славно.

– Ведите, – шелестнул лишенный любых эмоций голос.

Волшебные существа заерзали, стремясь оказаться от его обладателя как можно дальше.

С грохотом и плеском ударили о причал вдалеке волны. Накрапывал дождь.

А по улицам неслышно и невидимо для обителей портового Валларна неслись твари.

И небо спаси тех, кто встанет на их пути. И тьма прими несчастных, если они не найдут своему тварь-лорду то, чего он так неистово ищет.

***

Где-то в далекой тьме, в самых нежных, темных, холодных ее глубинах, сверкнули золотисто-алые глаза древнего бога Тьмы и Тени, прародителя энергатов. Он расхохотался, искрами-рубинами рассыпая смех.

Потянулся, покачиваясь в гамаке из темной стихии. Ринулся вниз, оставляя за собой клочья тьмы.

Устрашающе длинные загнутые когти разорвали чернильную тьму, распахнули окно в реальность.

Там, на огромном столе, выточенном из пня древнего гиганта из пущи сидхе, лежала молодая девушка.

Фейри с волосами цвета крови кричал на второго – светловолосого, звонкого, надменного.

– Развлекаетесь, детишки, – почти добродушно мурлыкнул бог, – ну что же, давай, Мор, не подведи меня... Такое упрямое дитя. Каждому когтистому ребёночку по счастью. Ты просто этого счастья пока не понимаеш-шь...

Рука божества высунулась в реальность. Сыпанула золотых искр.

– Приятного аппетита, Моршер-р... Хорошо вам развлечься, дети холмов... Пора уже тварям объединиться не только на бумажках...

Глаза божества – огненные провалы в никуда, в самые потаённые глубины бытия.

Он видит мрак и тьму. Он видит того, кто за всем этим стоит. За гибелью невинных девичьих душ. За проблемами академии. За смертями тварей. Видит его болезненную жажду силы. Но он не имеет права вмешиваться в дела смертных.

Море костей, древнее кладбище морских, волнуется. Если его вновь окрасит кровь, мир утонет на века.

Но этому не бывать.

– Верно, Сейлир? – Взметнулись золотые волосы.

Рядом с божеством на миг возникла иллюзия. Высокий, сухощавый и гибкий энергат с волосами белыми, как молочная река.

Владыка всех тварей Сейлир Кастелл Иллдрэггона.

Его угольно-черные глаза одобрительно вспыхнули.

– Верно, отец. Мир не зря отправил Моршерра в это тело. Он объединит магов и тварей... И голод его больше не будет угрозой миру.

– Если он успеет, – засмеялся рубиново-золотой бог, – если успеет...