Глава 21 — Безопасность

Уже два дня от Дана тишина. А я — безвылазно на сменах в морге.

Несколько раз открывала нашу переписку, желая что-нибудь написать. Но каждый раз тормозила. Пару раз видела, как бегает его карандашик, но он тоже так ничего и не отправил.

Ладно, жду…

Первый день ночую дома.

Просыпаюсь от чувства тревоги ещё до рассвета и будильника.

Открываю онлайн экран на телефоне, куда выходят все жизненно важные показатели Данияра.

Терпимо…

Вырубаюсь снова.

Будит меня запах кофе. Не открывая глаз, поправляю одеяло, пряча обнаженное бедро.

Тигренок шалит…

— Спасибо, полосатый.

— Мхм… — самодовольно.

— Дай-ка мне те камеры, что нашел.

Высыпает из кармана на соседнюю подушку. Крошечные.

Присаживаюсь, прикрываясь одеялом.

— Чудно. Рассказывай.

— Вот эта и эта — в спальне, эта — в коридоре, в зале, в кухне. В душевой… вот эта.

— В душевой?

— Аха!

— Какие затейники тут порезвились. Это уже попахивает вуайеризмом.

— А кто это? — берет Артем фотку в рамке с комода.

— Отец мой. Андрей Шахов.

— А это ты?

Я там маленькая, лет пяти. Стою у него в ногах. Сжимаю посередине извивающегося ужа, которого лечила после схватки с кошкой.

Со стрижкой под мальчика, суровым взглядом, рассеченной губой и выбитым в драке молочным зубом.

Смешная фотка… Одна из немногих, распечатанных из детства. Отец был не особенно прокачан в этой части жизни. Он был не по фоткам.

— Я.

— А где он сейчас?

— Он умер.

— М.

После душа, иду на кухню. Запах корицы и выпечки…

Подозрительно замерев, нюхаю воздух.

— А я кексик испёк по рецепту, — сидит в кресле с книгой. — Хочешь?

Волшебный мальчик!

Прохожусь ладонью по его темной макушке.

— Давай свой кексик, трудяга.

— Все равно делать нечего с утра, — тянется.

— А вот это не порядок. Почему ты нигде не учишься?

— Бросил… после девятого. Там тупость какая-то. Я, короче, сам учусь. В инете.

— На кого?

— Коды, приложения, безопасность… Работу бы найти.

— Найдем тебе работу. Родители не ищут тебя?

— Мать звонила… — недовольно бубнит, не поднимая глаз.

— Чего говорит?

Достаю из бара бутылку с коньяком, чтобы немного сдобрить кофе.

Потом вспоминаю, что за рулём. Притормаживаю.

— Не бухай, — отбирает Артем бутылку.

Прячет в шкаф. Садится обратно в кресло, опускает взгляд в книгу.

— Мать прикладывается?

— Да, — не поднимая глаз.

— У меня нет зависимости.

— А ещё ты можешь бросить в любой момент. Просто не хочешь.

Ой, ладно!

— Хорошо, я не буду.

Поднимает на меня удивленный взгляд.

— Прямо вылить можно в раковину? — дергает с вызовом бровями.

— С ума сошел? Испеки лучше что-нибудь на коньяке. Чего добру пропадать?

— Замётано!

Допиваю кофе.

— А как там… этот?… — морщится. — Данияр. Ты звонила?

— Ему сейчас будет тяжело. Иммунная система начнет включаться и начнутся воспаления.

— Когда будет понятно, что сработало?

— Зависит от метаболизма. В целом, первые признаки можно увидеть уже через…

Меня перебивает звонок телефона. Данияр…

— Доброе у нас утро?

— Марго… Что за херня?..

— Что такое?

— Меня ломает. Мне больно…

Реактор у него там ядерный, что ли?! Быстро…

— Поздравляю, Дан! Наверняка, это полиневрит. Пока ты был беззащитен, вирус герпеса, который, как и у большинства, наверняка, есть у тебя, поразил часть оболочек твоих нервных тканей. И сейчас твой иммунитет, вдруг это обнаружил. И начал войну. Это значит, он способен к войне! Пусть и не на всю катушку.

— Бля-я-ять… Это очень стрёмно. Невыносимо! Дай мне что-нибудь.

— Никаких противовоспалительных. Не мешай иммунитету настраиваться.

— Кокс можно?

— Хм… Лучше опиоиды. Продолжай курс противовирусных. И много пей.

— А что ещё он может обнаружить — организм?

— Вариантов очень много. Крепись… Мне приехать?

— Ни в коем случае.

— Почему?

— Оставь мне шанс сохранить мужественность.

— Я — врач.

— А я мужик, которому нравится врач.

— Ладно… Скину всё Стасу. Ты в безопасности? Вы нашли, кто слил инфу?

— Да, — сурово.

— Постарайся никого не убить, пока ты не в духе. Чтобы потом не сожалеть об этом.

— Постарайся, никуда не выходить, чтобы мне не пришлось никого убивать, и потом, сожалеть об этом.

— Я не могу, у меня важные дела.

— Запри хотя бы дома… "нашего племянника". Чтобы мне не разбивать орков на слишком маленькие группы.

— Окей, — смотрю в окно на фургон с орками.

— Спасибо, что не впадаешь в истерику.

— С чего бы?..

— Я тоже думаю, что не с чего. Я всего лишь приглядываю за твоей безопасностью.

— Они мне не мешают.

Скидываю вызов.

— Посиди дома сегодня опять, ладно? — прошу Артема. — И запри засов.

— А ты куда?

— А я… Поеду, отдам Крамору "глаза".

— Мм… — измеряет меня взглядом. — Платье длинное надень. Светлое.

— Зачем?

— Невозможно обидеть девчонку, когда она в длинном светлом платье. Проверено!

Усмехаюсь. Но советом не пренебрегаю.

Надеваю серое платье-балахон в пол с капюшоном и мышиного цвета замшевые сапоги на высоком каблуке. На глаза — стильные хамелеоны, чтобы скрыть усталость.

Разглядываю себя в зеркало.

— Не совсем это я имел в виду, — подглядывает Артем. — Но тоже охуенно!

Накинув сверху замшевый жилет с мехом, еду на рандеву с Крамором.

Набираю его.

— Добрый день, Маргарита.

— Привет, Марк. Выпей со мной кофе.

— Когда?

— Прямо сейчас.

— Сейчас… — озадаченно.

— Найдется у тебя для меня немного "сейчас"?

Называет кофейню в центре. Рядом с управлением службы безопасности.

Виляя бедрами, не торопясь иду к нему через всю кофейню. Глядя в глаза.

— Вау, — сдержанно.

Ноздри вздрагивают. Губы на мгновение дёргает улыбка.

Встаёт, отодвигая мне стул.

Присаживаюсь.

— У нашей встречи есть повод?

— Да.

— По работе или личному вопросу.

— Личному. Хочу вернуть тебе кое-что…

Раскрываю кулак, демонстрируя камеры.

Марк невозмутимо смотрит на них.

— Увы, но это по работе.

— Ты обещал решать мои проблемы, если они возникнут.

— Обещал.

— Реши, пожалуйста. Камера в душевой не вдохновляет. Ты смотришь сам или решил поделиться интимом с сотрудниками?

Вытаскивает несколько, оставляя три, другого цвета.

— А вот эти, Маргарита Андреевна, не мои, — кивает на оставшиеся.

— Хм…

— Кто-то другой решил поделиться твоим интимом с сотрудниками, Маргарита. Мои люди не устанавливали камеру в душевой. В спальне — фокус был только на вход. Но если ты просишь, я помогу. Давай их сюда.

Сжимаю кулак.

— Закажи мне двойной эспрессо, пожалуйста, — улыбнувшись, прячу камеры в сумку.

— Уже.

Перед нами ставят чашки.

— Почему меня преследует твоя контора? Закон я не нарушила. А если где-то и накосячила, точно не по вашему ведомству.

— У тебя есть пациент…

— Все мои пациенты — в морозилках, Марк. Я не практикующий врач.

— Окей, ты кое-кого консультируешь.

— Десятки людей. Анонимно. Как обыватель. Имею право. Я не знаю их имён даже. Вижу только анализы. Это не противозаконно, верно?

— Верно.

— Спасибо за кофе, Марк. Хорошего дня.

Не успеваю сесть в машину, он догоняет меня.

— Маргарита! — ловит за локоть, разворачивая к себе.

Теряя равновесие на каблуках, вылетаю к нему в объятия.

— Как-нибудь ты поедешь на свою "консультацию" и больше не вернёшься. Вот тогда… позвони мне. Если успеешь.

В моей груди неровно дёргается от смешанных чувств.

— Твой пациент — социопат. Он предавал друзей и долг. Пустить в расход персонал гораздо легче, поверь.

Я уже так прониклась Омаровым, что сложно поверить в такой исход. Социопат? Да нет… Мне не показалось. Он искрит эмоциями к сыну, хоть и пытается скрыть это. Пытаюсь его оправдать? Что это? Моя интуиция или моя излишняя самоуверенность?

Пока я в растерянности, ищу в себе ответ. Губы Марка на мгновение касаются моих.

Отпускает.

— Берегите себя, Маргарита Андреевна.

Уходит.