Глава 19

— Вы сказали, два плода? — переспрашиваю непослушными губами.

— Да, все верно. Двойня.

Глаза нервно мечутся по кабинету.

— А, — вопрос застревает в глотке, — все хорошо?

Врач вопросительно выгибает бровь.

— Что вы имеете в виду?

Сглатываю.

— Ну, с беременностью.

Врач кивает, снова что-то проверяет на экране. Слегка наклоняет голову, всматривается в экран, а мне становится дурно. Неужели ошиблась?

— Все прекрасно. Ну, на данный момент.

Угукаю. Встаю на ослабевшие ноги, и меня слегка качает. Врач придерживает меня и всматривается в лицо.

— Вы в порядке? Проводить?

Мотаю головой.

— Слегка неожиданно, что детей двое.

Врач добродушно улыбается.

— Это для всех неожиданно, а потом молодые родители радуются, что детей сразу двое.

Усмехаюсь.

Молодые родители, конечно, радуются, если они это планировали. А как быть мне? Я совсем не планировала становиться матерью.

Выхожу, сжимая в дрожащих пальцах заключение, и сразу же спотыкаюсь о взволнованный взгляд Рады.

–Ну что там? — кивает на листочек, а я торопливо складываю его пополам.

— Пока непонятно. Я сейчас опять к твоему врачу зайду, она точно скажет.

Мне стыдно. Боже, как же мне стыдно врать, глядя в глаза подруге. Но я пока не готова озвучить, насколько сильно может измениться моя жизнь.

В кабинете гинеколог подтверждает каждое слово узиста и назначает анализы. Узнает, где я буду вести беременность, а я обещаю подумать.

— Ну что там, что там? — нетерпеливо подпрыгивает Рада.

А я только и могу, что заставлять себя дышать и не скатиться в истерику. Двое… двое детей! Боже мой.

Прикрываю руками лицо и вою.

— Мин, ты чего? Серьезное что-то? Не пугай меня! Я сейчас в панике буду тут биться.

Мотаю головой, волосы щекочут щеки.

— Так, пойдем-ка кофе попьем, — меня куда-то тяну, а я послушно переставляю ноги и иду за Радой.

Слышу, как шум улицы сменяется тишиной, и в ноздри проникает аромат кофе и сахара. Ладони влажнеют от слез. Надо же, а я и не заметила, как начала плакать.

Никак не могу себя контролировать. Неужели это не сон? А пока я пытаюсь собраться с силами, Радка усаживает меня за стол и сама плюхается напротив, подперев руками лицо. В её глазах столько волнения, что я снова прикусываю губу до боли и начинаю рыдать.

Рада гладит меня по голове, что-то нашептывая, но шум в ушах перебивает её шепот, и я слышу только отдельные звуки.

— Ну поплачь, поплачь, моя девочка. Что ж там могло произойти, что ты вышла оттуда не веселее мертвеца, Мин?

Вытираю лицо и разлепляю глаза. Встречаю растревоженный взгляд подруги. Стараюсь снова не пуститься в жалость к себе.

Радка вопросительно выгибает бровь, но не торопит. Терпеливо молчит, только мнет салфетку.

— Я беременна, — мне нужно это озвучить.

А Раде я доверяю как себе. Иначе я не поверю, что это реальность.

— А-а-а-а, — Радка, как я и ожидала, в полной растерянности хлопает глазами, — у тебя кто-то появился?

Мотаю головой. Если бы, блин. Если бы!

— А от кого тогда? — наклоняется поближе ко мне и переходит на пониженный тон.

А вот это самая интересная часть истории. Кусаю губу.

— От Мирона.

Рот подруги открывается, но она не произносит ни звука. И я торопливо начинаю историю, чтобы объяснить, как такое получилось.

— Помнишь, я к тебе в комнату прибежала за обезболивающими?

Дожидаюсь кивка подруги и продолжаю:

— Ещё ночевать у тебя осталась, а ты пошла на свидание. — Снова кивок от подруги. — Так вот, в ту ночь Мирон заломился в комнату. Но он ошибся, в общем. Он под градусом был. И мы, ну…

Щеки наливаются жаром. Прислоняю к ним ледяные ладони и выдыхаю.

— Ну, я сначала думала, что мне приснилось, как я с каким-то незнакомцем. А когда глаза открыла, передо мной стоял Мирон, но я его тогда не знала. И он ремень застегивал. Я и подумала, что вовремя проснулась и отпихнула его. Оказалось, не вовремя… Боже.

Снова прячусь за ладошками и всхлипываю.

— Я поняла, что по какому-то глупому стечению обстоятельств я забеременела и при этом даже не помню секса.

— Вот это да… — выдыхает Радка, хлопая глазами, — я думала, такое только в сериалах бывает.

Угукаю. Я тоже так думала, пока мне врач не сказал обратное.

— И? — подруга сбивается. — И что ты делать будешь? Надо сказать Мирону.

— Нет, — хватаю Раду за руку и мотаю головой, — нет, пока я не готова ему говорить. И ты ни слова.

Рада поднимает руки и сжимает губы.

— Я могила, Мин. Без твоего разрешения ничего никому не скажу, даже не переживай.

Мимо нас кто-то быстро проходит, и мы замолкаем. Вижу боковым зрением, что какая-то девушка, но она прячется за телефоном. Только волосы русые длинные разлетаются от кондиционера.

— Хорошо, — успокаиваюсь, потому что верю, — хорошо, Рад.

— Выдыхай. Тебе нужно дать себе время, чтобы подумать, как действовать дальше.

— Мирон предложил перейти на новый уровень.

— То есть не просто дружба? — радостно вскрикивает Рада.

А я шикаю на неё, оглядываясь на других посетителей. Но им все равно. Каждый занят своими делами, и на нас никакого внимания не обращают.

— Ой, да перестань. Все заняты своей жизнью, Мин. На чужие проблемы им ровно.

Киваю. Да уж, тут подруга права на все сто.

— Не просто дружба, да.

Радка хлопает в ладоши и упирается ими в стол, чуть ли не вставая со стула. Нависает надо мной.

— Так это же супер. Так, подожди, а он ту ночь не помнит?

Кривлю губы и медленно качаю головой. Подруга ругается сквозь зубы и плюхается обратно на место. Потирает подбородок, устремив взгляд в окно. О чем-то думает, а я с надеждой жду, что она мне скажет.

— Тогда, — поднимает палец, — тогда тебе нужно попробовать с ним отношения. И потом уже через время раскрыть вашу маленькую, — рисует в воздухе кавычки, — тайну. Точнее, твою маленькую тайну, с которой он связан напрямую. А?

— Но тогда получается, мне придется его обманывать?

— В чем?

Рада идет за заказом и ставит передо мной чай с облепихой. Обхватываю кружку, отвлекаюсь от невеселых мыслей. Аромат наполняет легкие, и настроение чуточку улучшается. Уже не кажется, что я вот-вот лягу и умру от проблем.

— В том, что я беременна.

— А зачем ему об этом знать сейчас? — пожимает плечами Рада. — Может, он позже вспомнит вашу ночь и тогда вообще ничего не надо будет объяснять. М?

— А если не вспомнит? — выдуваю через нос весь воздух.

Как шарик сдуваюсь. Подруга хмурится.

— Тогда ты сама все расскажешь.

— А если он не поверит?

Подруга задумчиво постукивает по подбородку.

— Это уже будет сложнее. Хотя чего сложнее? Есть тест ДНК, который делают во время беременности. Да и у нас выпускной курс, так что не надо будет даже академ брать. С дядей я поговорю, он тебя все равно возьмет, уже официально.

В порыве сжимаю руки Рады и прислоняю их к щеке.

— Спасибо тебе, Радочка. Спасибо.

— Да перестань, ну. Я же от чистого сердца. Только обещай, — грозит мне пальцем, — что перестанешь родителей снабжать деньгами. Теперь они тебе самой нужны будут.

— Ох, — хлопаю себя по лбу.

— Что ещё?

— А как мне родителям говорить?

Рада улыбается.

— Ну вот, ты уже не допускаешь мысли, что избавишься от беременности.

Округляю глаза, смотрю на улыбающуюся подругу.

— Нет, конечно. Какой аборт? Ты чего?

— Вот и отлично, — картинно оттряхивает руки и глотает кофе, — я рада, что ты поменяла настроение. Верь, что все получится, и все так и будет.

* * *

Читаю конспекты. За окном уже ночь. Наслаждаюсь одиночеством, соседка уехала по каким-то делам до послезавтра, а мне и лучше.

Можно хоть спокойно два дня побыть в одиночестве. Мы когда-то с Радой пытались попросить, чтобы нас поселили в одну комнату, но получили жесткий отказ от коменды.

Стук в дверь отвлекает от тетради. Со стоном встаю, разминая затекшие плечи. Шаркаю по полу. Не тороплюсь, уверена, что за дверью Радка. Что-то забыла на парах записать или домашку потеряла, как обычно.

— Рад, ну что ты опять забыла? — распахиваю дверь и застываю.

— Дуешься? — передо мной игрушка кота, которая больше похожа на сосиску.

Из-за неё выныривает улыбающийся Мирон.

— Привет, — заторможенно отвечаю.

— И надолго ты меня включила в игнор? Не отвечаешь, не пишешь, прячешься от меня.

Мне вручают подарок и бесцеремонно протискиваются в комнату. Я выглядываю в коридор, но он пуст. Поворачиваюсь к Мирону, который уже безошибочно плюхнулся на мою кровать.

Обнимаю кота. Вопросительно смотрю на парня.

— Что? — вздергивает бровь. — Мы вроде как решили попробовать отношения, не?

Закатываю глаза и захлопываю дверь. Вряд ли Мирона можно просто так сейчас взять и выставить за дверь.

— А потом на тебе висла какая-то девчонка.

Золотухин хмурится. Встает и подходит ко мне вплотную.

— Вот об этом я тебя и предупреждал, Витаминка. Я ничего с этим не смогу сделать какое-то время. Потом это все изменится, сама увидишь.

Задираю голову, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Скучала. Не хватало его шутливых реплик и ухмылок, и теперь вот он… передо мной.

— Что изменится?