Глава 2

Мирон

С пацанами решаем немного покуражиться перед сезоном боев. И под конец вечера прилетает сообщение с какого-то незнакомого номера.

Лениво открываю, откинувшись на диван в клубе. Пробегаюсь глазами и усмехаюсь.

«Пошалим, Мирош? Лена».

Напрягаю мозг в попытке вспомнить, какая именно Лена. Их вокруг меня штук десять можно насчитать. Эта-то какая именно?

— Мирох, — Паха долбит по плечу, и я чуть не падаю со своего места, — чего ты тут уткнулся в телефон, мужик?

Рычу, скидываю граблю друга и отбиваю ответ:

«Напомни, сладкая, какая именно Лена?»

— О-о-о-о, да ты уже себе девочку намутил. Красава, — снова удар, от которого я подскакиваю и начинаю психовать.

— Слышь, Кузнец, давай ты свои кувалды при себе будешь держать!

— Ой, а что это у нас тут за девочка? Пацаны! — орет в сторону нашей компашки, и парни по боям тоже начинают скалиться. — А-а-а-а-а, я забыл, что ты у нас по весу не дотянул до тяжелых.

— Пошел в зад.

Паха сгибается от хохота.

— Если найдешь в чей, то я с радостью.

Закатываю глаза и собираюсь уже обматерить этого козла, но очередное СМС отвлекает.

Открываю и присвистываю, когда вижу на фотке аппетитную такую пятерочку, пухлые губы и светлые волосы.

О-о-о-о-о… базара зеро! Я готов!

«Где тебя искать, сладкая? Я срываюсь и мчусь к тебе».

В ответ прилетает адрес общаги одного из универов, и я довольно потираю ручки.

— Так, пацаны, я погнал. Хорошего вечера.

— Э, — Паха цепляет меня за локоть, — куда? А кто платить будет?

— К даме с пятеркой, — показываю руками объем груди, который увидел на фото, и Паха сглатывает. — Сегодня за свой счет, пацаны! Скиньтесь, ну или посуду помойте, на крайняк.

— Вот какого хрена тебе постоянно везет?! Ловелас долбаный.

— У меня будет отпадная ночка, старик, — успокаивающе хлопаю его по плечу и довольно ухмыляюсь, — ну а ты можешь поплакать в туалете. Можешь даже в женском. Может, кто-нибудь пожалеет, — загадочно понижаю голос, и мне пробивают руку.

Выхожу из клуба и хватаюсь за перила. Меня ведет в сторону, перед глазами плывет, и земля как-то вращается.

— Епт, кажется, свежий воздух меня слегка опьянил.

Прыгаю в подъехавшее такси и прикрываю глаза. Надо очухаться немного после забега с пацанами по барам.

Меня окликает водитель, и я вываливаюсь из тачки. Глубоко вдыхаю. Смотрю на кирпичное здание в десять этажей и прикидываю, где может быть комната номер триста восемь.

— Третий, походу, — выдает моя логика.

Прокрадываюсь мимо вахты. Удивленно выгибаю бровь, потому что обычно в это время Цербер на месте и не пропускает без подарочка. А тут мне прям везет ещё сильнее.

Так, торможусь возле нужной комнаты, поправляю рубашку и захожу.

— Сладкая…

В комнате темнота, аж рук своих не видно.

Моргаю и привыкаю к обстановке. Взгляд выцепляет кровать, и я медленно плетусь к ней.

Обхватываю стройную лодыжку и в ответ слышу стон.

Ого… да девчонка уже готова. А меня от стона желанием наполняет. Как будто год секса не было. Аккуратно откидываю покрывало и захлебываюсь слюной.

Красивые изгибы, прикрытые футболкой. Грудь, правда, поменьше, чем на фото, но кого это волнует, когда тут такие формы.

Ныряю рукой под футболку, и девчонка выгибается навстречу. А у меня срывает все стопари. Она настолько сладко откликается, что я забываю вообще об осторожности, о прелюдиях. У меня в башке красным горит «Взять! Фас!». Ага, как добычу желанную.

И я беру. Аж до остановки пульса. Хорошо, мать его.

И тут дикий визг оглушает, заставляя болезненно поморщиться.

— Насилуют!

Соскакиваю с неё и включаю свет.

— Ты кто? — вырывается из меня.

Да я даже трезвею, когда вижу совсем незнакомое лицо. Волосы темные, губы свои, натуральные, и глаза как у олененка — испуганные, большие.

— Я Амина. А ты?

Амина… что-то не сходится.

— А Лена где?

Она трясет головой. Испуганно хлопает глазами и жмется к спинке кровати, скрываясь за покрывалом.

Но часть тела остается неприкрытой, и я непроизвольно путешествую по её изгибам жадным взглядом.

Она охренительно красивая! Такие возле меня никогда не тусовались. А жаль… я б прибрал. А сейчас бы продолжил.

От одной мысли все внизу живота каменеет.

Кровь… на футболке.

Вдох застревает в груди, а я тупо пялюсь на эти алые капельки.

Да ну… да ну, я не мог же её невинности лишить. Она же бы поняла! И вела бы себя явно иначе.

— Ты в норме? — киваю на кровь.

Она опускает глаза и бледнеет.

— Ну что ты наделал?

Так, судом не угрожает. Уже хорошо. А может, мне вообще показалось, что что-то было? У меня ж в башке туманище…

Девчонка выталкивает меня из комнаты, пока я пытаюсь врубить соображалку. И захлопывает дверь перед моей рожей.

— Эй, мы не закончили же даже.

Долблю в дверь, скорее от безысходности.

— Я звоню ментам! — кричит через преграду девчонка.

Твою налево… мне сейчас вообще не нужны проблемы. А то меня и из соревнований выпрут, как нехер делать.

Мало того, что бухим попадусь, так ещё и с девчонкой. А тренер такого вообще не одобряет перед соревами…

Но, блин… какая ж она балдежная!

Амина

Мне требуется несколько дней, чтобы прийти в себя. И эти несколько дней я хожу и оглядываюсь, чтобы не нарваться на того психа, который ввалился в мою комнату.

До сих пор передергивает, стоит только вспомнить тот эпизод. Но мне урок на будущее. Нечего засыпать с открытой дверью в комнату. А то шляются всякие разные.

— Ну что? — за стол садится Рада и наматывает жвачку на палец, весело сверкая глазами. — Как твое междуножье?

Цокаю и закатываю глаза.

— Долго ты собираешься мне его припоминать?

Подруга прыскает со смеху, прикрывая рот ладошкой. Наклоняется поближе ко мне и понижает голос:

— Ну, просто я ни разу не слышала такую душещипательную историю, Мин. Мне тебя искренне жалко, но подкалывать я буду.

Показываю большой палец.

— Спасибо за честность, подруга.

— Обращайтесь, — пожимает плечами.

Хватаю её за руку.

— Слушай, у меня тут такая мысль созрела.

Рада загорается интересом и подается ещё ближе.

— Внимательно.