Глава 16

– Вот сдохнешь и не узнаешь! – ругалась я на ведьму.

Хоть впору было бежать и просить помощи у дракона, и я даже поднялась и взялась за дверную ручку. Но тут до меня дошло, что я голая от слова совсем. Мокрое покрывало свисало с края ванной, и пытаться прикрыться им, чтобы спуститься и позвать дракона, не было смысла. Намокнув, оно стало тяжелым и вообще бы ничего не прикрыло. Осматривая ванную комнату и ища глазами, что бы такого надеть или во что обмотаться, зацепилась взглядом за полочку над умывальником, там помимо помазка для пены была бритва. Такая старая раскладная опасная бритва.

Недолго думая, я подбежала к умывальнику и убедилась, что не ошиблась. Лезвие было острее скальпеля и блестело в свете магических светильников.

Вернувшись к Шшилке, снова присела рядом с ней. Ведьма не подавала признаков жизни. Почти не подавала, глаза ее были стеклянными, губы потеряли цвет, но если приглядеться, было заметно, как медленно все еще вздымается и опускается ее грудь.

Еще жива! Ей просто нужно пополнить резерв!

Если моя кровь ей не поможет, тогда пойду за драконом. Хотя где-то на подсознательном уровне у меня стоял запрет, негласное правило, которое ведьма-змея вбила мне в голову:

Никому нельзя говорить правды о Шшилке. Табу!

Элеммакил был связан клятвой на крови, и посему он был единственным, кто знал о существовании Шшилки и нашей с ней родственной и магической связи. И если передать права опеки он сумел в обход моего согласия, то про Шшилку рассказать кому бы то ни было он не мог. Клятву на крови не обойти, он бы умер, и эльфийская магия его бы не спасла.

Но если у ушастого опекуна имелся выбор, то у меня его не было.

Я решила, что, если кровь не поможет, точно нарушу запрет ведьмы.

О последствиях этого поступка лично для меня подумаю потом, если вдруг придется позвать дракона – позову.

Моя рука дрожала. Точнее, дрожали обе: и та, что держала бритву, и та, которую я собиралась порезать. Мысленные дебаты с собой уже нервировали. Без шипения ведьмы в моей голове было слишком тихо.

Я заговорила вслух:

– Ну не убьет же меня ведьма за это? Хотя, чего мне переживать, богиня сказала, что я не умру. Так что не страшно!

Сказала и полоснула бритвой. Хотела чуть-чуть чиркнуть, а получилось не чуть-чуть. Кровь пусть и не хлынула, как в боевиках, но мне показалось, что лишь от ее вида я шмякнусь в обморок. Прямо как в аэропорту, меня замутило, и голова начала кружиться. И снова я не была хозяйкой тела, которое было моим последние полгода. Вид крови вызывал у Кэт панический ужас.

– Кэт, держись! – приказала я себе и подставила руку к бледным и уже прохладным губам рыжей ведьмы.

Первые несколько секунд не могла смотреть, как моя кровь тонкой струйкой бежит по руке и лишь пачкает губы ведьмы.

– Кэт, соберись, ты должна ей помочь! – заставила себя открыть глаза и приказала сама себе: – А ну, Катерина Бекетова, не раскисать! Взяла себя в руки и действуй!

Приказ сработал. Откинув в сторону бритву, второй рукой попыталась приоткрыть рот ведьмы. От прикосновения к бледной и прохладной коже подбородка у меня холодок пробежал по позвоночнику. Стало страшно оттого, что мое промедление все-таки будет стоить жизни Шшилке.

– Ну же, хорошая моя, глотни, – упрашивала я, – сделай глоточек, и тебе станет лучше. Пожалуйста, Шшилочка. И я тебе обещаю, я больше не буду влюбляться в дракона. Честно-честно. Вообще о мужиках думать не буду, а о нем в первую очередь. Останусь девственницей до конца жизни. И про Милку с работы все тебе расскажу. Ты же не поверишь, чем ее история с боссом-то закончилась. Шшилочка, ну давай, глоточек. Пожалуйста.

Но все было без толку! Дыхание ведьмы становилось все более медленным, но я никак не могла заставить ее сделать хотя бы один глоток.

Мои щеки уже были мокрыми от слез, но я не замечала их. Левая рука была перепачкана кровью, и весь пол вокруг был заляпан красными пятнами, как, впрочем, и платье рыжей ведьмы.

Но результат моих стараний был нулевой.

– Атсева или как там тебя, богиня Яаннелесва! – в сердцах позвала я.

Вероятность, что богиня отзовется, была нулевой. Но что-то не то было в этом мире с богами, и вот стена справа от меня поплыла, и я увидела ее.

Небожительница Яаннелесва сидела в каком-то темном помещении и читала книгу. Из книги шло свечение. Богиня, не поднимая глаз от страниц, тихо сказала:

– Слушай, Катерина, это уже наглость с твоей стороны, призывать меня по всяким мелочам.

Утерев слезы и не поднимаясь с колен, я тут же без вступления потребовала:

– Спаси Шшилку!

– Ведьму твою, что ли? – отвлеклась от чтения божественная блондинка, кинула взгляд на почти бездыханное тело рыжей и снова уставилась в книгу. – Так чего ей помогать. Ее мой дядюшка в загробном мире давно ждет. У нее должок перед ним. Не зря гном стал хранителем меча, это он за ней в такую даль приперся. Ты думаешь, она добрая? Вон, кровью с ней делишься, у тебя же и так маленький магический резерв, а ты ее спасаешь?

Слова богини удивили, но не изменили моей решимости.

– Мне плевать, какие счеты у нее с твоим дядей и почему гном таскает с собой магический меч. Я лишь хочу, чтобы она жила, а моя кровь в этот раз не помогает ей.

– Не умаляй значение магии крови, но ты права, сейчас она действует слишком медленно, у тебя ведь такой маленький магический резерв, – сочувственно вздохнула блондинка. – Смирись, ты не виновата. Это был ее выбор.

– Нет, – закричала я, – это из-за меня она умирает! Помоги ей. Ты же богиня!

– Шшилка предала богов Ялмеза, я не могу ей помочь. Так что и не проси, – все так же не отрывая глаз от страниц книги, безэмоционально ответила богиня.

На этом она решила закончить аудиенцию, стена снова начала становиться стеной, но прямо перед тем как богиня исчезла совсем, я увидела, как она перелистнула страницу и зачитала вслух:

– Мэль – эль приготовленный с добавлением натурального мангового сока и с использованием магии. Данный напиток может использоваться для…

Стена стала непроницаема, но я уже не смотрела на нее.

– Ну конечно же! Кэт, ты дурында. Не могла сама догадаться, что ли? – подскочила я и дернула дверь на себя. – Спасибо, Астева!

Подсказка богини заставила действовать, а не сидеть на месте. Я надеялась, что остатки Мэля из той злосчастной бутылки Дарстэн не вылил и не выпил, а значит, она должна быть где-то в его кабинете, то есть в спальне. Как хорошо, что у дракона и кровать, и рабочий стол в одной комнате.

Как только я открыла дверь, из ниоткуда в меня кто-то швырнул розовое полотенчико-салфетку и раздался раздраженный голос богини:

– Атсева! Выучи уже мое имя! И на вот, замотай.

Посмотрев на размерчик полотенчика, я не удержалась и спросила:

– И что я этим замотаю?

Ответа я не ожидала услышать, но снова ошиблась.

– Руку, дуреха! Ты хочешь, чтобы дракон прибежал на запах твоей крови?

– Нет, не хочу, – виновато ответила я и последовала указаниям богини.

– Ну ладно, раз ты такая скромница, на вот, накинь. Извини, тут не мои владения. Это единственное, что было твоего размера в доме у дракона.

Я все еще заматывала руку полотенчиком, как почувствовала, что на мне появилось что-то из одежды. Точнее, мое тело было обмотано очередным покрывалом, только черного цвета. Но в этот раз оно было завязано на шее узлом, и его при ходьбе не нужно было поддерживать. Намек небожительницы, что дракон худее меня, я пропустила мимо ушей. Мне плевать на это!

Выйдя из ванной, я закрыла дверь, так как действительно не знала, насколько сильное обоняние у дракона. А в ванной на полу было предостаточно моей крови. Рисковать не стоило, но и времени на уборку не было. Добравшись до рабочего места, я начала искать знакомую бутылку. Увы, на самом столе и в выдвижных ящиках я не нашла искомое. Но тут же стоял рабочий шкаф для бумаг, и внизу располагалось несколько закрытых полок. Вот в одной из них я и нашла уже початую бутылку моего Мэля.

Радостно подхватив ее и прижав к груди, я уже поспешила обратно в ванну, как за спиной услышала шаги и знакомый голос. Железный дракон разговаривал с кем-то, и они поднимались по лестнице.

Подлетев к двери, дернула ручку, но она не открылась. И, кажется, я дернула ее так сильно, что, наоборот, почему-то замок с той стороны щелкнул и дверь не получалось открыть.

Голоса стали слышны еще четче, и вот я застыла перед дверью ванной комнаты, смотрела на входную дверь и видела, как опускается ручка и…