Глава 63

Настя

Динар удаляется в свою спальню и уже через несколько секунд общается с кем-то резкими и рваными фразами. Как бы он не держался, как бы не старался показать собранность, Рахимов волнуется. Но старается быть сильным ради своих девчонок.

И я нахожу подтверждение своим мыслям, когда буквально через пять минут сажусь на заднее сидение автомобиля, и Рахимов передает мне в руки вялую Полюшку. Замечаю, что его ладони мелко подрагивают, а венка на шее пульсирует с бешеной скоростью. Но при этом все движения отца Поли четкие и выверенные. Я приятно удивлена. Честно признаться, не ожидала от него такого.

В частной клинике, которую посоветовал друг Динара, нас уже ждут. Полю сразу же забирают из рук отца и увозят на каталке. Начинается самое страшное и сложное – ожидание.

– Все будет хорошо, Настен, – Динар сгребает меня в охапку. Заключает в кольцо своих сильных рук, и я прячу лицо у него на груди. И дышу, дышу, пропитываюсь его запахом, который так меня успокаивает. – Это очень хорошая клиника, и врачи нам обязательно помогут.

– Угу…

Рахимов не дает мне морально упасть, шепчет на ухо приятные глупости, просто не позволяет тишине давить на нервы. Раскачивает, как ребенка, и постоянно целует, куда придется.

– Вы родители Полины? – раздается откуда-то сбоку через миллион бесконечно долгих и страшных минут.

– Да! – отвечаем хором, не сговариваясь.

– У вашей дочери острая кишечная инфекция, – информирует доктор. У меня подгибаются колени, но крепкие руки Динара не позволяют осесть на пол. Да и доктор спешит ободрить: – Вы приехали вовремя, у девочки уже пошло обезвоживание, каждая минута была на счету. Но прогнозы благоприятные. Сейчас мы переведем ее в палату и прокапаем. И вам придется задержаться у нас на несколько дней.

– Хорошо, конечно. К ней можно?

– Ненадолго – девочке нужен отдых.

Врач удаляется, а меня резко покидают силы. Все это время я была в диком напряжении и не позволяла себе сломаться. Держалась. А с новостями, кажется, как будто меня опустошили. Вынули стержень. Я стою посреди коридора потерянная и не знаю, что делать дальше.

Хорошо, что я не одна. Понятия не имею, как бы я справлялась со всем, если бы не Динар.

– Так, – выдает Рахимов строгим голосом босса – четким и уверенным. – Ты сейчас сядешь на этот диванчик и будешь меня ждать здесь. Я схожу на стойку регистратуры и договорюсь насчет палаты.

Хлопаю ресницами и смотрю на Рахимова сквозь слезы. Нужно что-то сказать, а я не могу. У меня банально не хватает сил выдавить из себя хоть что-то.

– Настя, ты услышала? Кивни, если поняла.

Отмираю, отчаянно киваю и, как послушная девочка, сажусь на диван. Складываю ладони на коленях и готовлюсь ждать.

– Умница. Я быстро.

Понятия не имею, что говорил Динар девушке из регистратуры, сколько им заплатил, но через двадцать минут он заводит меня в палату.

Вот тут-то моя челюсть и падает на пол. С концами.

Потому что это помещение напоминает что угодно, но не палату. Это номер отеля, пансионата, санатория, но не больница. Пусть даже и частная.

Здесь все в нежных тонах, и поэтому сразу возникает ощущение уюта. Есть свой огромный санузел с душевой кабиной, шкаф, холодильник, микроволновка, плазма напротив кровати. Именно кровати, а не койки. Кресло в углу и небольшой торшер, банкетка для ног. Круглый стол и стулья у окна, которое выходит на лес. Даже небольшая кофемашина и свежие цветы в вазе.

Единственное, что напоминает, что мы все же в лечебном учреждении, это кнопки экстренного вызова врача, расположенные сбоку на кровати. Надеюсь, нам они не понадобятся.

– Палата двухкомнатная, поэтому мы можем остаться ночевать рядом с Полюшкой. И вообще находиться здесь до ее выписки, – раздается позади голос Динара.

Разворачиваюсь и кидаюсь в его объятия. Льну всем телом, стараясь согреться. Отчаянно цепляюсь за футболку на его спине.

– Спасибо. Спасибо тебе. За то, что взял все на себя. Что не растерялся и был поддержкой и опорой нам. А вот я расклеилась. Мне стыдно, что в ответственный момент повела себя, как истеричка.

– Брось. Ты умница. Замечательная мама. Самая лучшая для Поли. Просто в последнее время на тебя все валится, как из рога изобилия. Такое не каждый мужик выдержит, не то, что хрупкая девушка.

Я не успеваю осмыслить слова Динара, как в палату ввозят Полюшку. Слабенькую и бледненькую. Я хочу кинуться к ней, но Динар удерживает, позволяя врачам делать свою работу. Нашу девочку перекладывают на кровать и подключают к капельнице.

– Отдохните, – обращается к нам миловидная медсестра. – Я зайду проверить малышку через полчаса.

Мы садимся с Динаром на кровать и берем хрупкую ладошку в наши руки. Молча, не сговариваясь. Полюшка спит, но, кажется, как будто выглядит лучше. Мне хочется на это надеяться.

– Ляг, поспи. Тебе нужно отдохнуть, – Динар целует меня в плечо и пытается поставить на ноги.

Отрицательно мотаю головой и продолжаю сидеть на месте.

– Капельница будет идти восемь часов. Я должна все проконтролировать.

– Я сам за всем прослежу, – Динар снова становится суровым и непримиримым боссом. – Иди, Настен.

– Я не смогу. Не смогу уснуть…

Динар поднимается на ноги, переплетает наши пальцы и тянет за собой. Я подчиняюсь. Просто не могу иначе. Сегодня в очередной раз Рахимов показал, что ему можно доверять. Что не разбрасывается пустыми обещаниями.

– Я знаю один способ, как тебя успокоить, – Динар ложится с краю и хлопает по матрасу рядом с собой.

Опускаюсь и тут же оказываюсь в медвежьих объятиях. Рахимов обнимает всем телом. Мы сливаемся друг с другом, образуя единое целое. Сам располагает мою голову так, что она оказывается в местечке между шеей и плечом. В нос тут же ударяет его запах, и я чувствую, как спокойствие и умиротворение текут по венам.

– Спи, Настен. Я рядом. Я с вами. Все хорошо будет, обещаю.

И я действительно проваливаюсь в спасительный и такой нужный сейчас сон.

А утром просыпаюсь от ярких солнечных лучей, бьющих прямо в лицо, и строгого голоса Динара.

– Нет, я не смогу сегодня подъехать. Перенесите, пожалуйста, встречу. Я знаю, что сам настаивал, но так сложились обстоятельства – у меня дочь в больнице.

Динар говорит что-то еще, но я не могу разобрать. Он завершает разговор, поворачивается и сразу же сканирует меня взглядом.

– Доброе утро. Как себя чувствуешь?

– Стыдно, – поднимаюсь и подхожу вплотную к Рахимову. – Тебе нужно было меня разбудить и поспать самому. Ты же не железный, Динар.

– Все в порядке, Настен, – целует меня в висок. Я млею с этих его ласк. И становлюсь зависимой. Обнимаю Рахимова за шею и становлюсь на носочки, чтобы вернуть поцелуй.

– Если тебе нужно куда-то ехать, то поезжай. Мы справимся. Честно. Будем лечиться, набираться сил и ждать нашего папочку.

Но Динар меня удивляет. Который раз за прошедшие сутки.

– Нет, это встреча, на которой тебе тоже будет нужно присутствовать. Обязательно. Тут без вариантов, Настен.