Глава 74

Настя

– Здравствуйте, – воспитательница, та самая, которая заменяет нашу, смотрит на меня удивленно и с долей тревоги.

– Здравствуйте! А где Поля? – моя улыбка искусственная, натянутая.

Девушка смотрит, выпучив глаза. Бледнеет, открывает и закрывает рот.

– А Поли нет.

– Она переодеться зашла, да? – от подкатывающей истерики начинаю много болтать и заламывать пальцы до хруста. – Сейчас подойдет?

– Н-нет…– медленно качает головой. – Ее папа забрал.

Теперь я хлопаю глазами. Сердце барабанит на вылет. Ладони потеют, и я постоянно вытираю их об юбку.

– Это невозможно, – запускаю пальцы в волосы. – Ее папа в командировке! Где моя дочь?! – срываюсь на крик и пугаю рядом стоящих малышей. Кто-то отшатывается, кто-то испуганно начинает похныкивать и жмется к воспитателю.

– Но он ее забрал! Вот, смотрите, его подпись в журнале!

Воспитательница тычет мне тетрадку посещаемости, и земля уходит из-под ног. В графе «Родитель» стоит размашистая подпись. До боли знакомая и кричащая.

Время стоит двенадцать пятнадцать. Мою малышку забрали хренову тучу часов назад.

Перед глазами все плывет, и я хватаюсь за стойку веранды, чтобы не упасть.

– Как. Вы. Могли. Отдать. Ребенка. Чужому. Человеку?! Как?!

– Я не отдавала ее чужому! Это был ее отец! Полина сама его узнала и кинулась навстречу! – уже с возмущением заявляет эта воспитательница. – Послушайте, у меня тридцать пять детей, половину из которых я не знаю. Как и их родителей. Но девочка бросилась ему на шею со словами: «Папа! Мой папа! Смотрите, мой папочка приехал за мной!». Посудите сами, к чужим так не кидаются.

Медленно оседаю на корточки. Я едва не вою.

Как?! Как он нас нашел?! Почему именно сейчас?!

Истерика и паника затягивают меня в самый эпицентр. Руки дрожат, зуб на зуб не попадает. Я бормочу сразу все молитвы всем Богам, которых знаю.

Но чуда не случается.

Разумеется, телефон Тимофея недоступен. Он может быть где угодно! Он мог заранее узнать, где находится Поля, и подготовить все, чтобы вывезти ее за границу!

Господи!

Не прощаясь с воспитательницей, я срываюсь с места, сыпя по дороге проклятиями вперемешку с мольбой. Работники садика, наверно, думают, что я сумасшедшая.

Уже за территорией срываюсь на крик отчаяния. Задыхаюсь от слез и ужаса. Случилось самое страшное. То, чего я так боялась. То, что обещал Тимофей. И я теперь понятия не имею, смогу ли найти свою дочь…

Набираю Динару раз за разом, но Рахимов не отвечает. Оно и понятно – он предупреждал.

«Тимофей забрал Полю. Я еду домой. Ты нам очень нужен», – бросаю короткое отчаянное сообщение и несусь к стоянке такси.

По дороге на вокзал телефон вибрирует. Роняю его от неожиданности, пальцы трясутся, и я не с первого раза попадаю по зеленой кнопке.

– Алло! – кричу на весь салон так, что водитель подпрыгивает.

– Мы освободились чуть раньше, едем к вам, – радостно щебечет Валя.

– Все отменяется, Валюш, – едва выдавливаю из себя.

– Что случилось?!

С трудом, между всхлипываниями рассказываю о своей беде.

– Динар в курсе?

– Я оставила ему сообщение. Он на выступлении.

– Черт! Настен, я против, чтобы ты ехала одна. Кто знает, какие тараканы в голове у твоего муженька!

– Я не могу сидеть и ждать, пока он запрячет мою дочь хрен знает, куда! Не могу, понимаешь?! Я с ума сойду! Уже схожу! Я должна ехать! Хоть что-то делать! я должна начать искать Кукленыша! Я умру без нее, понимаешь?! Все, извини, у меня связь пропала.

Отключаю телефон и бросаю его рядом с собой на сидение. Сгибаюсь пополам, роняю голову на колени. Зажимаю уши, чтобы хоть как-то заглушить гул в голове, и раскачиваюсь вперед-назад.

Водитель, наверно, думает, что я сумасшедшая, и прибавляет газу, чтобы скорее избавиться от чокнутой пассажирки.

Оно и к лучшему. Благодаря этому я успеваю купить билет на ближайший поезд, и мне не приходится ждать.

Я не помню дорогу. Не помню, как выхожу на вокзале родного города. Не помню, как добираюсь до квартиры Тимофея.

На удивление, охрана и консьерж пропускает без каких-либо вопросов. Хотя, меня бы сейчас и БТР не остановил. Я требовательно жму звонок, и дверь практически мгновенно распахивается. Как будто меня ждали.

– Здравствуй, Настя.