Глава 34. Даша

Мне нравилось быть рядом с Сеней. Хотя нравилось — очень слабое слово, глупое. Рядом с ним я оттаяла. Не нравилось мне только то, как Булатов меня прогнул и в какие рамки поставил.

Куда бы я не пошла в этой огромной квартире я всегда чувствовала рядом его присутствие. Незримое давление не стихало, даже когда Карим уезжал на работу. Я хотела к себе, в свою маленькую, покрытую пылью квартирку. Но беда была в том, что быть рядом с Сеней я хотела сильнее. Сильнее всего в мире, я так мечтала стать мамой, что попала в ловушку собственной мечты.

Сегодня мы гуляли. Все вместе. Няня нам по сути, не нужна была уже, но не моё это дело, куда Карим тратит свои деньги. Нужна ему няня — пусть будет. Сеня все равно её игнорировал, не отходя от меня ни на шаг. Впрочем, как и охрана, которая ходила за мной тенью.

После прогулки мой мальчик кушал и спал. Спал он в тихий час хорошо, только если я сидела рядом на диване. Я накачала себе книг и время проводила не без пользы. Даже странно было просто сидеть, после гонки на работе в последние годы, после стресса последних недель. Как будто все взяло, и наладилось само по себе, только я знала, что это неправда.

Нужно было сказать Кариму, чтобы он больше проводил времени дома, но я все тянула. Знала, что так Сеня быстрее к нему привыкнет, но этот взгляд босса двадцать четыре на семь? Умоляю, не стоит.

Потом мы снова кушали, Сеня снова ел сам и с удовольствием. Потом — играли, и щенок лежал возле нас на ковре и грыз игрушки. Пусть грызёт, хозяин миллионер купит все новое.

— Гав, — сказал Сенька. — Гав!

Он говорил это так часто, что я смирилась с тем, что щенка будут звать Гав. А что, неплохое имя…другого у него все равно не было.

Дверь открылась — я бросила беглый взгляд на часы, всего пять вечера. Черт, теперь находиться в квартире с Булатовым, а квартира, такая огромная, казалась до ужаса тесной.

— Играете? — спросил Карим входя. — Я на пять минут, потом снова уезжаю.

— Играем, — констатировала я.

Он не уходил, все стоял и смотрел. Сенька не обращал на нас внимания, пытаясь отобрать у щенка плюшевого, всего в собачьих слюнях, зайца.

— У меня к вам…некоторого рода претензия.

— Да? — удивилась я. — Слушаю.

Булатов выдержал паузу, я даже успела ещё раз удивиться — он что, смущается, мой непоколебимый босс?

— Меня смущают ваши шорты. И эти, и вчерашние. Они…очень короткие. А у меня сын растёт.

Я растерялась. Надо было привезти свой огромный халат? В него я куталась только когда мерзла, например, после душа. Да и сомневаюсь, что Сеньке есть дело до моих ног, есть — и ладно.

— Что именно вас смущает?

— Понимаете, наше происхождение и религия…

— Понимаю, — перебила я. — Взыграл восточный менталитет. Я вас услышала. Езжайте на работу.

Внутри меня тихо тлело бешенство. Он сломал всю мою жизнь, а теперь смеет возмущаться моей одеждой? Я… я…да что бы я ему сделала? Ничего.

— Маме нужно в магазин, — решилась я.

— Нет, — возразил Сенька, который все боялся, что уйду и не вернусь. Показал на себя пальчиком и добавил, — я!

— Ну раз я, то пошли…

Без няни мы меня не выпустили — смешные правила. Так что поехали толпой, я, Сеня, и няня на такси, и следом машина охраны. Ладно хоть в торговом центре они не ходили след в след, пугая людей — видимо, Булатов немного ослабил санкции.

Нужное мне я нашла предельно быстро. Примерила, под удивлёнными взглядами продавцов и испуганным — няни. Одному Сеньке было фиолетово, что на маме надето, главное, она рядом. Он с удовольствием играл бусами из красного камня, нужно будет ему их купить.

— Но зачем вам? — непонимающе спросила консультант.

— Любовь, — вздохнула я. — Любви все возрасты и конфессии покорны.

— Понимаю, — кивнула она, у неё больше вопросов не возникло.

Другое дело, няня. Её глаза были круглыми и испуганными. Казалось — вот вот заплачет.

— Но Карим Амирович… — робко начала она.

— Будет очень доволен, — закончила за неё я.

Снимать новую одежду не стала — не уверена, что смогу потом дома все правильно надеть. Чтобы не пугать раньше сроку охранника, натянула шапку сверху шапку и куртку с капюшоном.

Дома щенок по имени Гав, сразу погрыз бусы и они валялись по всей квартире ярким, праздничным красным конфетти, словно напоминая — скоро новый год. Я слонялась по квартире, ожидая возвращения босса, за мной ходили Сенька и Гав, няня пила таблетки от мигрени.

Иногда я подходила к зеркалу, думая о том, правильно ли поступаю, дергая тигра за усы. Потом вспоминала, что он сделал с моей жизнью, и отбрасывала терзания в сторону. В кои то веки я именно ждала Булатова с работы, а он задерживался!

Наконец заворчал, залязгал в дверной скважине ключ. Я подобралась и повесила на лицо улыбку. Потом так и стояла, с этой улыбкой дурацкой…

Карим был не один. С матерью. Я её видела раньше, несколько раз, но увидеть сейчас совсем не ожидала.

— Дарья? — удивлённо приподнял брови Булатов.

Все заготовленные заранее колкие фразы медленно растворялись на моем языке отдавая горечью.

— Сынок! — воскликнула мама босса. — Что ты сделал со своей помощницей? Даша, милая, что случилось???

Огромное зеркало в прихожей услужливо показывало моё отражение. Абая, так мне сказали называется платье мусульманских девушек. В пол, длинные рукава, прикрывающие запястья, национальные орнаменты на них. Голову и шею прикрывает платок, который мастерски, по всем правилам накрутила мне констультант, в нескольких местах даже заколов.

Под платком дико чесалась голова, а я стояла, и не знала, что сказать.