Глава 33

– Ну как? – спрашивает Матвей, когда я возвращаюсь на кухню.

– Очень красивые, – говорю совершенно честно.

– Но?

Не собиралась ему говорить. А с другой стороны, после всего, что он уже выдержал и не сбежал, какие могут быть между нами секреты? Подхожу к нему и обнимаю. Хочется так – чтобы теплее и ближе.

– Спасибо, что так веришь в меня. Они меньше на пару размеров. Столько я, конечно, не сброшу, но с парой лишних килограммов могу побороться.

Его брови удивленно ползут вверх. Серые глаза проходятся по мне сканером. А потом он уверенно выдает.

– Ничего лишнего нет. Это посыльный дурак.

Я улыбаюсь. И в самом деле, как я могла подумать, что он мог так ошибиться? У него же глаз-алмаз, я видела тушки, я сама убедилась.

– Садись.

Пока я усаживаюсь за стол, Матвей снова что-то вбивает в смартфоне. К концу ужина ему снова звонят.

– За час ты заказал два комплекта разных размеров, – усмехаюсь я. – Представляю, что думает курьер.

Он пожимает плечами.

– Меня это никогда не волнует.

Да, пожалуй. Если опираться на чужое мнение, никогда ничего не добьешься. Так и будешь пытаться воплотить в жизнь чужие мечты.

На этот раз с размером все в порядке, да и заказ не ограничивается единственным наименованием. Там и прозрачный пеньюар, и комплект с майкой и шортиками. Правда, пока мне пригождаются только трусики. Ну просто остальное для наших дальнейших планов мне жалко, и Матвей выдает мне свои спортивные шорты и одну из рубашек.

– Где ведро и тряпки, я выяснил… – бормочет он и, пропав на минуту, возвращается с этими атрибутами.

Мы прихватываем с собой соль, свечи, смартфоны и идем к небольшому домику, расположенному возле особняка.

– Построил просто так, – поясняет он. – Ничего примечательного. Но иногда пригождается.

Я киваю. С меня достаточно и того, что даже на вид он раз в десять меньше его основного жилища. А когда попадаю внутрь, меня охватывает просто дикий восторг. Две комнаты! Здесь всего лишь две комнаты!

– Замечательный домик, – бормочу я растроганно. – Спасибо, что ты так обо мне позаботился.

Он смеется.

– Ну что, – осматривается, – чем тебе помогать?

Покрутив головой, я замечаю удобный диван с подушками. Подвожу к нему Матвея, потянувшись, целую и прошу:

– Ложись. Отдыхай. Будешь меня вдохновлять быстрее закончить.

К этому заданию он подходит очень ответственно. Ложится на спину и закидывает руки за голову. Он в свободных спортивных брюках, которые тоже не совсем ему по размеру – еле держатся, да и то ниже пупка. Я это отчетливо вижу, потому что футболка на нем задирается и дразнит видом кубиков пресса.

Вот поработаю… Бабушка бы порадовалась… Так я себя уговариваю отвернуться и приступить к ночному заданию.

Помня о том, как Матвей, раскинувшись, лежит на диване, справляюсь я быстро.

– Буду через минуту! – кричу, сдунув со лба прядь волос. – Ты там еще не уснул?

– Как ты могла такое подумать? – поражается он.

– Могла. Потому что ты, когда спишь, не подаешь никаких опознавательных знаков. То ли дело я. По мне всегда понятно, если я сплю.

Я мою руки, умываюсь, оставляю хозтовары и спешу в гостиную, туда, откуда доносится его смех. А зайдя в комнату, застываю. Свет выключен. Комната наполнена приглушенным светом уличных фонарей и горящих свечей. Надо же, и подсвечник нашел, и про соль не забыл.

Подхожу к дивану, сажусь рядом с ним. Склонившись, начинаю осыпать его лицо поцелуями. А он молчит. Молчит, улыбается. Видимо, хорошо вошел в образ падишаха и бесправной наложницы. Хочется над ним подшутить, и, обведя взглядом комнату, я его спрашиваю:

– Не боишься, что приворожу тебя?

В его взгляде мелькает насмешка. Обхватив меня за талию, он тянет меня на себя. Зарывается пальцами в мои волосы, надавливает на мой затылок, заставляя склониться и выдыхает в мой рот:

– Это я тебя привораживаю.

Ну что я могу сказать? Он мастер и в этом процессе. Под тихий шепот свечей у нас все выходит бодро и долго…

И жестко – так, как он любит. И так, как теперь нравится мне. Когда задыхаешься от его губ и без них же дышать невозможно. И когда единственное, что в состоянии видеть, – это жадный взгляд серых глаз.

Каждое прикосновение приручает. Каждое движение усиливает зависимость. И каждую секунду кажется, что ты умираешь. Но не боишься. Потому что знаешь: он рядом, и он этого не позволит. Заставит, прикажет вернуться обратно, к нему…

– Фух! – пытаюсь я потом отдышаться.

Оглядываюсь, проверяя, горят ли свечи, или мы их нечаянно затушили.

– Слушай, Ир, – слышу расслабленный голос Матвея, – ничего, что я зажег три свечи? Ты не говорила – их нужно по отдельности или все сразу.

– Ничего, – смеюсь я. – Я все равно в это не верю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он даже приподнимается.

– Зачем тогда мы создаем пожароопасную обстановку?

– Ну… чтобы мне не на что было списать свои косяки и думать: а вот если бы я послушала бабку…

– А, понятно, – он откидывается обратно, – женская логика.

Ну да. Не верю, но делаю – мало ли? А так-то, естественно, все это полная ерунда и чисто случайные совпадения.

С приходом рассвета мы засыпаем, а от свечей остаются огарки.

Просыпаюсь я оттого, что на смартфоне срабатывает будильник. Кручусь, вожу рукой под подушкой, но нащупать его почему-то не получается. И вдруг звук прекращается.

– Отбой, – слышу сонное распоряжение.

Приоткрыв один глаз, всматриваюсь в окно и понимаю, что это не мое время. Слишком рано.

– Твой звонил?

– Мой.

– Почему не встаешь?

Он хрипло смеется. Ну да, да, может себе позволить. В следующий раз будит уже мой будильник. Ворочаюсь, снова ищу смартфон, но на мою талию ложится рука Матвея и тянет обратно.

– Как твой босс относится к опозданиям?

Единственное, что я успеваю понять, – это то, что вопрос риторический. Но зато сразу оба проснулись!

В душ договариваемся идти по одному, потому что время уже слегка поджимает, и перебираемся из гостевого домика в главный. Основная причина заключается в том, что там есть еда.

– Слушай, – говорю я, когда мы идем по дорожке, – всегда было интересно: зачем людям такой большой дом? Взять хотя бы вчерашний пример – это же такая засада! Подчеркнуть статус?

Он скептически поднимает брови.

– Согласна. Зачем подчеркивать очевидное? А больше у меня версий нет.

Матвей останавливается, и я вместе с ним. Повернув голову, вижу, что он смотрит на дом. Как будто пытается увидеть его моим взглядом.

– Знаешь, я мог бы сказать, что, когда строил его, думал, что там будет жить большая семья. Но с первой женой мы расстались куда раньше, чем я мог заработать хотя бы на кирпичи для этого дома. Вторая жена у меня появилась, уже когда дом стоял. А о том, что Лука захочет жить отдельно, я знал давно. Наверное, я построил этот дом таким, потому что могу себе это позволить.

Он поворачивается ко мне.

– Не слишком романтично, да?

Властный, сильный, говорит так, как есть, не пытаясь навешать на уши лапшу…

– Ничего, – говорю я и становлюсь на носочки, – вот узнать правду про ковбоев было обидно, а эту перетерплю.

Мы целуемся так долго, что у меня болят губы. Но это я тоже готова терпеть с удовольствием.

Пока Матвей поднимается к себе переодеться, я на скорую руку делаю нам по паре бутербродов, ему – черный кофе без сахара, а себе выбираю сок. Сделав пару глотков, решаю пройтись возле дома, подышать свежим воздухом. Ну и не завтракать же одной.

Красиво, со вкусом. С удовольствием брожу по ухоженной территории. И беседка здесь есть. Даже качели.

Услышав звонок смартфона, поначалу думаю, что это Матвей меня разыскивает. Но нет, это Алиса.

– Привет, – говорит она, – мы на следующей неделе возвращаемся в Испанию. Как ты смотришь на то, чтобы встретиться?

– Отлично смотрю. А когда?

– Приезжай к нам в субботу. Если понравится, можешь остаться на выходные. Посидим, поболтаем.

– Понятно. У тебя для твоих историй сюжеты закончились.

– Ну ты же просила написать историю про тебя, – смеется она. – Как знать, возможно, в этот раз мы все-таки сочиним что-то интересное.

– Я подумаю, готова ли видеть босса еще и в свои законные выходные, и… – Я замолкаю, потому что в этот момент я захожу за угол дома и вижу, как преобразилась здесь территория. – Алис, я тебя наберу.

Она что-то отвечает, но я уже опускаю телефон. И осторожно, как будто увиденное мною – видение и в любое мгновенье может исчезнуть, иду дальше. Смотрю. Смотрю. Глубоко вдохнув аромат цветов, закрываю глаза. И снова смотрю.

Когда-то здесь была клумба с оранжевыми цветами. Матвей ворчал и хотел приказать садовнику, чтобы он их убрал, потому что ему не понравился запах. А теперь… теперь здесь оранжевый немаленький участок. Куда ни глянь – все в этом цвете.

Я слышу шаги, но не могу обернуться, настолько меня поражает эта картина. Сорта цветов разные, видно, что работа еще идет, там, вдали, еще только подготовка к посадке, но… Оранжевое… так много оранжевого, и цветы, которые мне нравились, тоже есть.

– Те свое отцвели, – слышу голос Матвея. – Садовнику пришлось опять слегка поработать.

Садовник. Вот кем был тот ворчун, которого мы вчера встретили. Учитывая фронт работы, понимаю его настроение.

– Но тебе же… – Я оборачиваюсь к Матвею. – Как ты терпишь их запах?

– Вонь – ты хотела сказать? – Он морщится. – Это не проблема. У меня много комнат, есть окна, которые выходят на улицу.

– А когда ты привозил цветы мне?

– В машине тоже есть окна. Даже больше, чем в комнате.

Я смеюсь и обнимаю его. Терпел. Чтобы доставить мне удовольствие. Изменил дизайн своего сада. Купил новый диван.

Уходить из сада не хочется, но время торопит. Поэтому мы быстро завтракаем и возвращаемся в город. Время от времени я бросаю в его сторону взгляд: белая рубашка, строгий костюм, сосредоточенный взгляд. Не знаю, каким он мне нравится больше: таким, как сейчас, или в майке и спортивных штанах, которые намекают, что, если я постараюсь, готовы упасть с его бедер.

Так как мне тоже нужно переодеться, Матвей подвозит меня домой.

– Подождать тебя?

– Зачем?

Я киваю на свою машину, которая стоит у парадного.

– И то верно, – соглашается он. – Тогда могу подняться вместе с тобой.

– Зачем? – удивляюсь я.

– Могу с легкостью отличить платье от пиджака. Это сократит тебе время на сборы.

– Если ты зайдешь в мою комнату? Вряд ли.

– Могу познакомиться с твоей бабушкой.

– Она еще в ночнушке и без укладки, поэтому не в лучшем расположении духа. Может быть, как-нибудь в другой раз…

– Ну да, – соглашается он после короткой паузы. – Как-нибудь в другой раз, когда ты ей обо мне хотя бы расскажешь.

Я согласно киваю.

Спохватываюсь, но поздно. Ему кто-то звонит, он принимает звонок. А я сижу, слушаю разговор, которого не понимаю. Сижу, не выхожу из машины.

Он говорит долго. А потом поворачивает голову, будто вспомнив о том, что рядом с ним пассажир.

– Да… буду… – Отводит смартфон в сторону и говорит уже мне: – Сегодня я буду занят. Увидимся в выходные.

Таким тоном…

У меня аж вспыхивает все внутри от праведного негодования. Не просил. Поставил в известность. И ведь уверен, что так все и будет!

– Не получится, – я открываю дверь джипа, – в выходные я занята.

И нет, не хлопаю дверью. Мягко ее закрываю. Чтобы не догадался, что я сейчас чувствую.