Глава 11

Такое чувство, что я выдыхаюсь. По утрам еле-еле разлепляю веки и с трудом заставляю себя вылезти из-под тёплого одеяла. Дома все из рук валится. Ни на что нет сил: ни на уборку, ни на готовку. Аппетит отвратительный. Часто болит голова. И даже на себя любимую искать лишние полчаса нет желания. В салоне не лучше: после обеда клонит в сон, а утром нужно долго раскачиваться, чтобы влиться в рабочий процесс. Я стала рассеянной, из головы все вылетает. Раздражение периодически укрывает неожиданной волной.

Егор просто достал. То он везде, то он пропадает. Его номер давно уже висит в чёрном списке, но супруг приезжает ко мне домой, целуя дверь со стороны подъезда. А мне так плохо, что тратить энергию ещё и на него кажется кощунством. А еще… меня начало тошнить. Первая половина дня проходит как в тумане под лозунгом «поскорее бы наступил вечер». Все вроде бы и ничего, но ближе к ночи тошнота возвращается. Чаще – когда я уже ложусь отдыхать.

Не хочу жаловаться на своё самочувствие… но мне реально плохо. А ещё эти уколы… кажется, на мне уже живого места не осталось.

Да, дурацкое желание, но так иногда хочется просто выплакаться кому-то в жилетку, чтобы меня, не перебивая, хотя бы выслушали. И обняли. Но я довольно закрытый человек по натуре. И не привыкла делиться горестями.

С каждым днем идея сохранить место кажется все более бредовой. Не в далекой перспективе. А конкретно сейчас. И слова «я сильная, я справлюсь» уже не кажутся мне такими логичными…

Хорошо, что Аскар разрешил мне иногда филонить и оставаться дома. И, кстати, он, как и обещал, приставил ко мне помощника. Тем самым прибавив работы…

Недавно был корпоратив. Говорят, это был грандиозный праздник в известной на всю столицу высотке с входом только по пригласительным, но я отказалась присутствовать на мероприятии сразу же. Кристина мое состояние отметила, и я честно призналась, что неважно себя чувствую. Подруга благоразумно сдержалась и не стала задавать лишних вопросов. Она знает о моем положении. А остальной коллектив догадывается, но с вопросами никто не лезет.

Сегодня 31 декабря. Последний рабочий день в уходящем году. Сотрудников отпустили пораньше. А я задержалась на тридцать  минут, чтобы закончить  отчёт для Аскара: он просил поскорее. Зачем этот список руководителю именно сегодня… черт его знает.

Отправляю результат проделанной работы. Дополняю действие кратким сообщением в рабочей переписке. «Отчёт на почте».

Все. Надо домой ехать.

Поскорее бы остаться одной. Настроение скачет постоянно. И сейчас хочется все затопить слезами. Я действительно понимаю, что в некоторых ситуациях перегибаю палку и воспринимаю все чересчур остро, но не могу справиться с собственными эмоциями.

Прохожу к выходу, прощаюсь с охранником, желая ему счастливого Нового года, и бодро приближаюсь к машине. Скорее домой, скорее… открываю машину, и тут…

Что за черт! Не срабатывает! Дёргаю за ручку – ничего.

Замёрзла. Да что ж ты будешь делать, а?!  Она замёрзла в самый неподходящий момент! И теперь туча времени уйдёт прогреть ее! Ну как так-то! Вроде и мелочь, можно ведь подождать, но…

Я держалась как могла, а именно сейчас слезы хлынули из глаз. Как будто кто-то крутит вентиль и открывает кран. Именно сейчас, именно здесь.

Впервые за все время эксплуатации! И не такой уж жуткий на улице мороз. И так домой по диким пробкам, а тут ещё и…

– Оль.

Я замираю на пару секунд, а потом…

Чьи-то ладони ложатся на плечи и плавно съезжают вниз.

Сомнений нет, я точно знаю, кто это.

– Ты сейчас ручку оторвёшь.

Аскар мягко, но настойчиво разворачивает к себе лицом и впивается взглядом в мои губы. Потом поднимает взволнованный взор чуть выше.

– Случилось что-то?

Я опускаю глаза, рот сам собой кривится в горькой усмешке.

– Она замёрзла, – я честно пытаюсь добавить воодушевления в дрожащий голос, но не выходит совсем, а слёзы горячим потоком скользят по лицу, – а я домой хочу…

Стыдоба-позорище. Жалкое зрелище…

Новые обжигающие потоки все льются и льются из глаз. Я стираю их, но они сменяются новыми. Просто опускаю лицо, Аскар все равно уже увидел, в каком я состоянии.

Аккуратным касанием мужчина приподнимает подбородок и перехватывает мой взгляд.

– И все?

Тембр его голоса непривычно мягок. А взор искрится задором.

– Угу.

– Вызвать тебе такси?

Конечно, я отмечаю, что он не предложил отвезти меня. Как в прошлый раз, например. Конечно, я понимаю причину. А он, конечно, понимает, что я все равно не соглашусь.

Он улыбается. Он реально улыбается, когда я хочу оторвать эту чёртову ручку!

– Нет. Потом возвращаться будет неудобно. Мне машина завтра понадобится, – я планировала навестить маму.

– Ну это не беда. Сейчас что-нибудь придумаем. Автозапуск есть?

А как же? Конечно есть! Но у меня он не сработал!

Мужчина убирает руки, хоть от меня не отходит. Я утвердительно киваю, объясняя, что не смогла завести. Пытаюсь справиться с эмоциями. Но меня все равно не «отпускает».

– Так, давай брелок. Сейчас решим, – в его руках брелок неожиданно оживает и раздаётся тихий звук зажигания. – Ну вот, у меня все работает как часы.

В другой ситуации я бы рассмеялась от двусмысленности фразы… все-то у него работает… как часы, ага…

Тёплый взгляд обволакивает.

– Скоро прогреем, – на его губах играет снисходительная улыбка, а я вдруг чувствую себя маленьким ребёнком, а не взрослой рассудительной женщиной. В последнее время я вообще сама себя не узнаю: выхожу из себя по любому поводу. И каждый, даже самый незначительный пустяк кажется верхом трагедии.

– Ну вот. Теперь осталось подождать чуток.

– Спасибо, – поправляю шапку, откидываю волосы назад и желаю начальнику счастливого Нового года.

Разворачиваюсь и плетусь обратно в здание. Полчаса точно здесь куковать.

– Оля.

– А?

Он успел придержать меня за руку, а последующий вопрос уже успел резануть по напряженным нервам.

– А мужу почему не позвонила? Ты в таком напряженном состоянии… Он же должен о тебе заботиться, Оль.

– Мы не живем вместе, – неприглядная правда оголенным проводом бьет по толще лжи, которую я сама вокруг себя выстроила. – И я не желаю принимать от него помощь.

Аскар медленно-медленно, плавно, почти невесомо спускает пальцы ниже и, обхватывая их, приподнимает мою руку, опуская взгляд. Да. Кольцо не появилось и сегодня.

– Посуду, значит, мыла?

Я ожидала взрыва. Претензий. Грубости. Да чего угодно. Но точно не рассчитывала наблюдать, как его губы трогает насмешливая улыбка. Правая бровь саркастически выгибается. Но агрессии в мужчине нет. Он не обвиняет. Лишь припоминает мои собственные слова и тыкает носом в мою же изворотливость.

– Извини за ту ложь, – слова вдруг сами слетают с губ, и я не успеваю продумать фразу. – Я не хотела, чтобы ты знал. Мне так было комфортнее.

– А сейчас?

– И сейчас тоже. Но ведь все равно узнаешь.

– Пойдём, составлю тебе компанию, пока салон прогреется.

– Так… Новый год же… скоро… – имею в виду, как он может тратить драгоценное время не там и не с тем, как говорится, но в итоге предпочитаю не уточнять.

– Ммм, Новый год? Серьезно? – снова насмешливый изгиб брови. – Даже странно, что я забыл.

Не могу удержаться – смеюсь в ответ. Неожиданно вдруг стало так тепло внутри… и спокойно.

Мы вместе вернулись в здание. И теперь Аскар сам наливает чай. На нас двоих.

Я сижу за столом и слушаю его впечатляющий рассказ о жизни в Бельгии. Как много приключений за его плечами.

Мы с мужчиной беззаботно смеёмся. Он, оказывается, вёл международные проекты, занимался открытием дилерских центров от и до. По его словам, в автобизнесе он уже много лет: сколько себя помнит.

– Покрепче? – отвлекается от интригующей истории, когда несколько лет назад ему пришлось поехать на международный форум вместо своего непосредственного руководителя даже не подготовившись.

– Нет-нет! – всплескиваю руками, – предпочитаю слабый чай. Сейчас тем более.

Наши телефоны лежат рядом на столе.

И мужской айфон вдруг начинает вибрировать. Контакт подписан лаконично: Дарина.

Второй раз за последние двадцать минут проносится в голове фраза: «Зачем он теряет здесь время? Скорее всего, его ждут…».

– Твой телефон, – на всякий случай уточняю.

– Я перезвоню. Ничего страшного, – отвечает не оборачиваясь и колдует еще немного. – Вроде не горячий. Этот твой, послабее.

Приближаясь, ставит передо мной дымящийся напиток.

– Спасибо, – медленно ощупываю взглядом кружку, в которой Аскар заварил чай для себя. – А ты предпочитаешь покрепче?

– Да, – садится напротив и берет в руки телефон. Экран подсвечивается, а мужское лицо остаётся абсолютно бесстрастным. Проходит ещё нескоро секунд перед тем, как Аскар, сбросив вызов, возвращает гаджет на место и небрежно поясняет. – Я не могу пить такую безвкусную водичку, как ты, – и кивает на мой напиток.

– Жаль, у меня закончились стаканчики с крышками, можно было бы с собой забрать. Скоро пора ехать.

– Так торопишься домой?

– Да. Хотелось бы оказаться там пораньше.

– С кем будешь отмечать? – бросает как бы между делом, размешивая сахар. Я же на дух не переношу сладкий чай.

– Да ни с кем, – отвечаю честно. – Даже стол накрывать не буду. Рассчитываю лечь пораньше. Последнее время меня постоянно в сон клонит. Думаю, не дотяну до полуночи: устала. А завтра уже к маме поеду.

– Я понял. Как тебе Комаровская?

– Неглупая девочка, – а ещё она стройная высокая брюнетка с пухлыми губками и нарощенными ресницами. Но привлекательная внешность не мешает девушке мгновенно вникать в суть вопроса, грамотно общаться как с коллегами, так и с высшим руководством. – Кто-то из твоих друзей настоял пристроить дочь?

– И да и нет. Один знакомый попросил взять племянницу помощником руководителя, если есть такая возможность. Но девочка далеко не промах и без этого. Иначе ее бы здесь не было.

Он прав. Девочка сообразительная. И она младше меня всего лет на пять.

Аскар смотрит на меня по-доброму. Его взгляд почти осязаем, ласков…

Руководитель еще дважды отбивает звонок, а потом на минуту погружается в телефон: набирает текст, отправляет смс. Потом что-то листает.

Внимательный взор сам собой вновь возвращается к Айдарову. К нахмуренным бровям, плотно сжатым губам… Смотрю на него и не могу отвернуться.

Много мыслей витает в голове. Очень много... так много, что сбежать от них не удаётся.

Во мне растёт его ребёнок. Интересно. Малышка – я уже свыклась с мыслью, что будет девочка, моя крошка, моя отрада – внешне больше на него будет похожа или на меня? А по характеру? Я по натуре довольно спокойный человек, рассудительный. А Аскар? Какой он по характеру? Какой он, когда не сидит в кресле руководителя? По тем крохам, что у меня есть, делаю вывод, что мужчина тоже вдумчивый, рациональный, расчетливый. Благоразумный. Но я на подсознательном уровне чувствую, что если его вывести, он становится взрывоопасным и вспыльчивым. Хорошо, что сейчас не такой момент и мы с Аскаром спокойно и довольно непринуждённо общаемся.

И сейчас не самый плохой момент рассказать ему обо всем. В принципе… Я не строю воздушных замков. Конечно, я не рассчитываю, что Аскар начнёт от радости до потолка прыгать. Но мне кажется, он отреагировал бы адекватно.

Да. Возможно, так и есть. Но проверять я ведь не намерена… и рассказывать мужчине ничего не буду.

Сейчас особенно сложно противостоять голосу разума, тем более что Аскар идёт на контакт, да и вообще ведёт себя… прилично.

Огромными волевыми усилиями я стараюсь отогнать от себя внутренний голос справедливости. Человек спокойно себе живет, строит бизнес, развивает его. У него есть девушка. Возможно, он ее любит. Возможно, собирается сделать предложение. То, что одна ночь выдалась действительно горячей и несдержанной, ярким клеймом оставшись где-то на уровне подсознания… все это дела не меняет. У Аскара своя жизнь. Мне бы не хотелось в неё лезть. Потому что я, к примеру, узнав, что муж так же провёл случайную ночь с другой женщиной, став при этом счастливым отцом… я просто больше не могу жить, как прежде. Никого не осуждаю, не в моей ситуации. Но если бы женщина Егора ничего ему не сказала, я бы так и продолжала жить в неведении, что мой брак давно уже дал трещину, потому что того, что было у нас, моему мужчине, очевидно, стало недостаточно.

– У тебя приятные духи. Мне нравятся.

Я понимаю, что задумалась и уставилась на мужчину. А он только что отодвинул в сторону телефон, перевернув экраном вниз и отключив звук.

На подсознательном уровне я отмечаю этот факт. Потому что он насквозь пропитан желанием что-то скрыть от посторонних глаз. Я бы на месте Аскара просто убрала телефон в карман. С глаз долой.

– Мне тоже, спасибо. И за чай спасибо. Я пойду.

– Минут десять ещё лучше подождать.

– Я думаю, машина уже прогрелась. У тебя телефон вновь звонит, – кивком указываю на подсветку. – Кто-то очень хочет с тобой связаться. А я чувствую, что ворую у этого кого-то время.

Мужчина не последовал за мной. И на крыльце я вздохнула свободно.

До дома ехала долго. Всегда в предыдущие годы я ездила на метро за несколько часов до праздника. Но там такая давка, что в моей ситуации лучше плестись по пять километров в час.

Подъехав к дому, я выдохнула с облегчением. Но… слишком рано.

У подъезда меня уже ждёт Егор. В его руках небольшой букет цветов. Все как я люблю: много зелени, мелкие бутоны, нежные оттенки. Раньше Егор частенько прихватывал охапку роз по праздникам, зная, что я люблю совершенно другие цветы. Но, по его мнению, розы – особенно с толстыми длинными стеблями – это идеал и высший класс. Лучше просто не бывает. И приходить ко мне с «обычным полевым веником» как-то не комильфо. А я говорила, что если он хочет сделать приятное мне, а не себе, то розы лучше оставить для мамы, например.

Я приближаюсь к мужу молча. Останавливаюсь напротив. Смотрю на него. Разговор начинать не хочется. Подниматься наверх, не зная, зачем он приехал – тоже.

Поэтому просто стою и смотрю. Без слов.

– Оль. До тебя не дозвониться. На работе не застать.

– Потому что я не хочу, чтобы меня застали. Только и всего.

– Прогуляться ты со мной можешь?

– Я очень устала. Буквально с ног валюсь, – это правда. Дорога очень вымотала.

– Пойдём в кафе. Поговорим там, отдохнёшь, – в моих глазах он видит категоричный отказ. Ну не хочу я с ним разговаривать. Если нужно что-то обсудить по делу, могу послушать здесь. Прошло совсем немного времени с той счастливой жизни, но этот мужчина стал для меня бесконечно далеким. Чужим.

Я предполагаю, зачем он приехал. Обсудить раздел имущества.

Демид настоял. Я поначалу хотела уйти без претензий, без финансовых разборок, но… сейчас у меня совершенно не та ситуация. Сейчас мне положиться не на кого. И ещё у меня нет в запасе лишних десяти лет и здоровья, чтобы начать все с чистого листа. Как было в двадцать. Сейчас мне нужна стабильность, уверенность в завтрашнем дне, тишина и спокойствие. И да, эти десять лет я тоже вкалывала как проклятая, и остаться в итоге ни с чем… в общем, да, это было бы очень глупо и недальновидно. Эмоции немного схлынули. Реальность отрезвляет и заставляет быть более расчетливой.

– Ты приехал про имущество поговорить? – бросаю равнодушный вопрос. Осознание того, что мы с Егором теперь посторонние люди, просто убивает. Восемь лет брака, не говоря уже о двух годах отношений до ЗАГСа, и вот мы с супругом друг другу никто.

– Да плевать мне на него. Забирай машину. Забирай квартиру. Больно смотреть, как ты по съёмным таскаешься.

Я лишь горько улыбаюсь. Егор частенько на эмоциях говорил что-то невпопад. И сегодня – не исключение.

Лицо мужа в свете вечерних огней выглядит осунувшимся.

– Что это ты такой щедрый?

– Потому что я тебя люблю. Потому что я виноват. И потому что я не хочу тебя терять.

– Егор. Темно уже. Я пойду, ладно? Это бессмысленный разговор.

– Цветы возьмёшь?

– Нет.

Кривит губы и отворачивается. Делает два шага в сторону. И с силой вбивает букет в урну. Он тяжелый, видимо. Цветы перевешивают. Крашеный металл опрокидывается, и все содержимое падает на снег. А розовые лепестки украшают пушистое белое одеяло своим нежным оттенком.

– Егор, ты за рулём поаккуратнее, ладно?

– Если со мной что-то случится, ты даже не заметишь.

Я предпочитаю никак не комментировать. Зла ему не желаю. Добра… Тоже. Вот такая с*ка я, оказывается. Мужу изменила. Ребёнка не от него ношу. Ещё и расчетливо протягиваю руки на имущество при разводе. И да. На меня уже не действуют голословные «я тебя люблю». Раньше любить надо было, а не врать, что по командировкам мотается, а самому двойной жизнью жить. И пусть меня осудят. Все те, кто не бывал в такой ситуации.

– Есть, кому заметить. Не печалься.

– Оля. Я никогда ее на твоём месте не представлял. Вообще никогда. Я ей сразу дал понять, что женат. Что мне это не нужно.

– Да? – в голос мой пробиваются стальные нотки. И удивление. Брови ползут вверх. – А ты же говорил, только разок было. Когда ты перебрал.

– Нет! Ну то есть да! – потрясающе. Это просто здорово! – Я ее знаю давно. И она давно пыталась подбиться. Я сразу с самого начала жестко сказал, что у меня есть ты. Она отошла в сторону. А потом через какое-то время мы… ну получилось так, Оль! Просто общались, ну… в компании общей. Она родственница одного из ребят. И бывала иногда на каких-то сборищах. Ты просто такие не любишь и никогда не присутствовала со мной.

– Конечно, я не бывала, Егор! Конечно! – держать отстраненной дальше становится невозможным. – Потому что слушать пьяный бред и тупые шутки ниже пояса от твоих друзей – не самое лучшее времяпрепровождение! Что мне было делать на мужских посиделках?! Или я должна была с ружьём ходить – конкуренток отстреливать?! Которые все же там были! Удивительно, как это у тебя только один ребёнок родился!

– Это случайность, – делает резкий шаг ко мне и пытается схватить за запястье. – Это просто гребаная случайность, Оля!

Я отворачиваюсь и срываю сумку с плеча. Негнущимися пальцами тяну молнию. Выхватываю связку ключей.

Руки трясутся от эмоций. Что же я делаю! Что? Мне вообще нельзя нервничать, а каждый разговор с Егором – это особый вид издевательства над собой. Я должна была просто мимо пройти, и все! Молча!

Нормально?!?! Оказывается, он с ней ещё и отдыхал постоянно!!!

– Оль, да послушай! – его рука ложится на плечо, а я, резко оборачиваясь, скидываю с себя его ладонь и отступаю в сторону.

– А если бы я тебе изменила. Ты бы как себя чувствовал? Ну а что? – равнодушно пожимаю плечами, пока он меняется в лице, а его подбородок плавно выезжает вперёд. – Разок. В состоянии аффекта. Что бы ты сделал? Сказала тебе, что есть мужик, который постоянно меня обхаживает, но я же ему сразу сказала, что замужем! Не, ну а потом просто случайность произошла! Ну гребаная случайность! Что бы ты сделал, Егор?!!!

– Не надо, Оль. Ну не надо.

– Так вот и я тебе говорю. Не надо, Егор. Не надо. Не приезжай ты больше, ради Бога!

Прохожу в подъезд и быстрым шагом иду к лифту. Жму на кнопку. Очень надеюсь, что супруг за мной не последует…