Глава 20

АСКАР

Всеми правдами и неправдами, но я все же уломал ее посмотреть вместе со мной несчастный детский мультик.

Под предлогом проверки почты и срочных ответов на важные письма – ой, такие важные, что я просто их пролистал, дабы выгадать время и напустить на себя занятой вид – я все же выбил себе место под солнцем. То бишь на диване.

Не могу не замечать, как Оля каждый раз замирает, когда я сокращаю дистанцию меньше, чем на полметра. Вот я понять не могу! Когда это я успел настолько все испоганить?!

Она так твёрдо и решительно прочертила между нами границу, что я даже не решаюсь за неё заглядывать. Потому что уверен: будет ещё хуже. А я не хочу, чтобы она нервничала и переживала, постепенно укрепляя крепость. Я рассчитывал, что пройдёт немного времени, и Оля хоть немного смягчится, перестанет испытывать напряжение в моей компании. Каждый раз, сталкиваясь с ней в салоне, я вижу эту дурацкую неловкость в ее глазах. Она всегда довольно дружелюбно и с улыбкой поясняет рабочие моменты, пытается держаться весело и непринуждённо…. Да, молодец, выглядит со стороны все это довольно чинно и благородно, но я точно знаю – все это лишь видимость. Ей не просто не нужно мое присутствие, оно ее действительно напрягает.

Перевожу взгляд на экран, наблюдая за тем, как львёнок, мотая мордой, топает за кабаном и ещё хрен знает каким зверем, и ощущаю невесомую тяжесть на плече.

Слегка проворачиваю голову и облегченно выдыхаю.

Она уснула. Оля мирно сопит в мое ухо, бессознательно прижавшись ко мне. А я, отбрасывая в сторону все приличия, осторожно притягиваю ее, укладываю на подушку и вытягиваюсь рядом.

Теперь я могу спокойно смотреть в ее лицо, не боясь задержаться взглядом на пару лишних секунд.

Я когда ее увидел на выставке, первым порывом было закинуть на плечо и унести в свой номер. Сложно объяснить, как из многочисленных посетителей взгляд выхватил именно ее. Блеск в глазах, искренний интерес к происходящему, слегка мечтательная улыбка, будто девушка думала о чем-то очень приятном… не знаю, что именно заставляло раз за разом сканировать толпу.

Тогда хотелось услышать от неё «да». Неважно, что позже мы бы торопливо разбежались в разные стороны. Не играло роли обручальное кольцо, наличие которого я, кстати говоря, отметил сразу же. К отказам я не привык, чего уж греха таить, давненько такого динамо не было. Оттого напор был неудержимым. Я уже пришел! С хрена ли я должен уходить ни с чем?! Утро меня мало интересовало. Я был нацелен на ночь. Бурную, громкую и запоминающуюся. Не то что я частенько нахожусь в поиске приятной компании, совсем нет. Но тогда мысли о том, что она меня на полном серьезе пошлёт далеко и надолго… да в общем, такие мысли мне даже и в голову не пришли.

А теперь все вообще по-другому. Мы сталкиваемся почти каждый день. Я могу беспрепятственно ей звонить. Спрашивать, где она, чем занята. Могу даже приехать, задержаться у неё, но… это все вообще не то. Отстранённость взгляда, женское равнодушие, тщательно замаскированное ожидание момента, когда я развернусь и, наконец-то, оставлю ее одну… это реально вымораживает. И самое главное, я вроде ничего плохого ей не сделал, никак не обидел. С чего она настроена против? Ещё и так решительно. Ожидает подвоха? Или просто не доверяет. Чуть зубами не скрипнул от злости, когда Оля спокойно и завуалированно обрисовала наше с ней дальнейшее взаимодействие: ни к чему не обязываю. Встреч не жду. Денег тоже. Катиться можешь уже сейчас. Но если очень захочешь поприсутствовать, так уж и быть – потерплю. Только нечасто, ок?

Прекрасно. Что тут скажешь. Ей даже бабки не нужны. Она согласна вкалывать как лошадь, лишая себя радости полноценного материнства, отдавать всю себя работе, только бы ни от кого не зависеть. А я так и подавно ей как кость в горле. И это осознание все больнее пилит, пилит, пилит…

Я вообще-то не романтик. И это мягко говоря. Но перед глазами частенько всплывают приятные картины. Мы с Олей гуляем по набережной, она гладит округлившийся живот, улыбается и радостно на меня смотрит… Она звонит мне и воодушевленно рассказывает, как малыш ощутимо толкается, а мне хочется послать все к черту и тут же приехать к ней. А ещё… то, к чему мысли возвращаются наиболее часто: я влезаю в любимые спортивки вместо строгих офисных брюк, натягиваю кеды, кепку, хватаюсь за ручку коляски и выхожу из квартиры, пока Оля тихонько закрывает ключом дверь. Дверь квартиры, где мы живем вместе. Нас с мелким она догоняет у лифта и любовно поправляет малышу одеяло, а потом обнимает меня сзади. А я накрываю ее пальцы своей огромной ладонью…

И я отчего-то уверен, что будет пацан.

«Мы с тобой чужие люди».

Ну да. Так и есть. Только эти мысли из головы все никак не уходят. И я реально задумался: а почему мы до сих пор чужие?

Я иногда размышляю… каково это? Быть отцом. Это ведь не ежемесячные переводы на карту. Это когда просыпаешься пораньше, тихонько готовишь овсянку, наваливаешь туда ягод, мёда и двигаешь тарелку к сыну. А потом берёшь малого в охапку и прешь с ним в спортзал, объясняя, как надо работать с железом. А после по сугробам ещё и за букетом для жены валишь. Точнее, за двумя. Один от меня. Другой от сына. А перед уходом на работу меня целуют в обе щеки и выпрашивают сегодня приехать пораньше.

Как-то так я вижу семейную идиллию. Такую же видел и с Селеной, но она не захотела. А я со временем перегорел. В моих видениях будущего Оля не ждёт, пока я скорее отвернусь или свалю. А терпеливо дожидается меня с работы домой. А ещё так мягко улыбаться может только она…

– Аскар, – ее сонный голос, – уже одиннадцать…

Ну вот, говорю же: ждала меня с работы.

– Извини, задержался… – оправдываясь, бормочу себе под нос, не различая, где заканчивается царство туманного сознания и начинается явь.

– Аска-ар, – чувствую, как ее пальцы ложатся мне на голову, медленно съезжают вниз, касаясь щеки, и опускаются на плечо. – Вставай. Поздно уже. Мы уснули.

– И что? – не понимаю, чего она от меня хочет.

– Ночь на дворе. Просыпайся.

– Ну так давай утром проснемся, – едва разлепляя губы, пытаюсь вытолкать из себя слова.

Сны медленно растворяются, а я начинаю пробуждаться.

Сонный взгляд упирается в потолок, и я стараюсь соображать и возвращаться к действительности.

Подношу руку к глазам, взгляд фокусируется на подсветке стрелок часов. Ого. Уже почти половина двенадцатого. Вот это меня вырубило…

Прогоняю остатки сна и немного подтягиваюсь, облокачиваясь на спинку дивана.

Чувствую себя жуть каким беззащитным. Со мной сейчас можно что угодно делать, я слова против не скажу. Капеееец спать хочется.

Тру глаза, чтобы хоть как-то взбодриться.

– Тебе домой не пора? – осторожно шепчет.

Моя рука замирает в воздухе, я разочарованно поднимаю на Олю вялый взгляд.

– Я настолько тебе мешаю?

Она реально не моргнув глазом выпнет меня? В середине ночи? Это сокрушительное фиаско. Тем более с женщиной, которая уже побывала в моей постели…

Оля подавляет зевок и пожимает плечами:

– Не очень. Просто я думала… что тебе домой нужно… мало ли. Да и не рассчитывала, что ты останешься на ночь.

– Дык и я не рассчитывал. Но в полусонном состоянии тоже не хочется за руль садиться. Я бы тебя не выгнал, окажись ты в подобной ситуации. Более того, даже будить бы не стал.

Молча бы отнёс в спальню и накрыл своим одеялом. Угууу…

Встаю и немного пошатываюсь.

Оля делает то же самое. Но на ногах стоит твёрдо.

– А ты когда проснулась?

– Минут десять назад. Сложно из-под тебя выбираться было, кстати.

– Извини. Я не придавил?

– Нет.

– Слушай. Давай я уже не поеду никуда. В голове туман. Я не буду мешать. Реально.

– Ладно. Сейчас принесу тебе белье. Постелю. Встаём рано. Питательный завтрак не обещаю.

– Спасибо, я уж надеялся хоть на коврик. А тут ещё и диван с завтраком маячат.

В мою руку Оля вкладывает что-то шелестящее. Опускаю глаза вниз.

– Тебе повезло. Купила пару наборов, когда только переехала. Паста за зеркалом в ванной.

Разглядываю белую зубную щетку в прозрачной упаковке. А Оля тем временем начинает расстилать диван.

– Да я и так могу… только одеяло дай. Или плед какой…

– Перестань. Ты ж не собака – как на коврике спать. В душ пойдешь?

Я замялся с ответом. Неплохо было бы, но я тогда проснусь окончательно и не усну полночи. При других обстоятельствах это было бы мне на руку и я бы воспользовался ситуацией обязательно…

– Я полотенце повешу в ванной, если надумаешь – не стесняйся. А я спать пошла. Спокойной ночи.

Дверь за ее спиной тихонько закрылась. И щелкнул замок. Не доверяет мне Оля. Ну и правильно. Говорю же, при других обстоятельствах я бы не задумываясь воспользовался ситуацией и пробрался к ней в комнату.

Спустя десять минут, ощущая во рту вкус пасты с эвкалиптом, я стягиваю с себя измятую в хлам рубашку, брюки и устраиваюсь на диване. На автомате тянусь к телефону.

На экране один пропущенный и смс. Я тщательно промаргиваюсь, стараясь испепелить все эмоции, а имя контакта заставляет проснуться окончательно.

Селена прислала неожиданный привет. И поинтересовалась, как я устроился на новом месте.