10

Кристина Мирно откусываю печеньку. Получились не сладкими, потому что я пекла их для малышки. Надо сказать огромное спасибо этой группе в соцсетях под таким интересным названием «Лимонный чизкейк». Я там рецептов насобирала на годы вперед уж точно! Отхлёбываю черный чай с лимоном. И это могла бы быть идеальная картина семейного завтрака, вот только… Охотников! Смотрю на своего псевдомужа, который направляется к нам, и понимаю, что я попала в ловушку. В первый же день моего пребывания в доме Ярослав буквально запретил мне выходить. Точнее, отходить далеко от ребенка. А ведь у меня работа! Этот гад оформил мне отпуск, сначала обычный, а после получения документов на удочерение еще и отпуск по уходу за ребёнком. Полина просто золотко, чудо малышка, с которой так приятно возиться, но вот с папашей ей явно не повезло. Охотников довольный заходит на кухню в поисках завтрака. Зря я, конечно, готовила по утрам, теперь мне от него не отделаться. – Дорогая! – радостно произносит Ярослав. – Что сегодня на завтрак? Мышьяк, приправленный ядовитым плющом! – Яичница с беконом, –  ворчу в ответ, я ему служанка, что ли… В предвкушении садится за стол и ждёт, когда я принесу порцию. Хочется эти вот яйца ему прямо на голову вывалить, но, стиснув зубы, покорно ставлю тарелку перед ним. – Послушай, Ярослав, нам надо поговорить, –  начинаю я. –  Шутка затянулась. Я все понимаю. Была не права, но надо же как-то решать теперь эти вопросы… Ярослав хмурится, насаживает на вилку очередной бекон и сверлит меня взглядом. – Что тебя не устраивает? И он ещё спрашивает! Да вообще всё! Какого хрена я здесь делаю? Как докатилась до всего этого… Возмущение так кипит внутри меня, что я только и могу дышать, как паровоз, а слова не подбираются. – Да у меня… У меня личная жизнь есть! –  ударяю кулаком по столу. Недожаренные яйца предательски подрагивают на тарелке от вибраций. – Кристина! –  рычит Охотников. –  Ты замужем! Какая, к черту, личная жизнь?! От возмущения снова теряю дар речи. Да как он смеет! – Да у меня… –  пытаюсь хоть что-то придумать. –  У меня работа. Карьера. Вот! Вроде весомый аргумент. Ярослав откладывает вилку в сторону, дожёвывает злосчастные яйца, вытирает рот салфеткой и задумывается. Постукивает пальцами по столу. Неприятный звук. – Кристина, – обращается ко мне таким спокойным тоном, что у меня аж ледяные мурашки по коже пробегаются. Страшновато. – Да, –  отсаживаюсь от него на всякий случай подальше. Прокашливается. – Какая, к черту, карьера! –  начинает нагло ржать надо мной. –  Ты себя  видела? Ни образования, ни деловой хватки… –  смеётся ещё сильнее. – Да тебя сожрут с потрохами, и ты даже пискнуть не успеешь. Карьера, говоришь? Это точно не твоё! Я видел отчёты, которые ты, кстати, так и не научилась составлять… Всхлипываю. Обидно до боли. Я же старалась. Мне нужны деньги, я работала без остановки, даже отпуск не брала. Ни одного отгула. Мои прекрасные глаза наливаются слезами. Шмыгаю. Малышка тут же перестаёт грызть печеньку и отвлекается от мультика. Посматривает то на меня, то на своего папашу. Губы ребёнка начинают кривиться и дергаться. Гримаса на её лице предупреждает, что сейчас будет ор. И я могла бы подойти и успокоить ребёнка, но я не хочу! Начинаю сама плакать. Малышка вторит мне. Я ору вовсю, а Полина кричит ещё громче. Охотников начинает суетиться. Паниковать. Вскакивает со своего места, подбегает к своему ребёнку. Но все попытки успокоить бесполезны. Она тянется ко мне. Перехватываю Полину. Крепко её обнимаю. И орём. Дружным хоровым пением, со слезами. – Ну, вы чего? –  обеспокоенно начинает говорить Ярослав. – Чего так сразу… Все же хорошо… – Ничего не хорошо! Ты нас тут запер! Маньяк! Больной… – У-а-а! –  подхватывает Полина и цепляется за мою шею. Так и кричим с ней в обнимку. – Ладно! –  пытается перекрикнуть Ярослав. Чуть сбавляю тональность, чтобы услышать, чего он там удумал. –  Твоя взяла! Притихаю, но продолжаю всхлипывать и вытирать слезы салфеткой. Полина, заметив смену моего настроения, тоже замолкает. – Есть предложение, –  произносит грозно. Ох, мать моя женщина, отец мой мужчина. Надеюсь не снова руки и сердца, которого, кажется, нет в груди. – Внимательно слушаю, – смачно высмаркиваюсь в салфетку. – Если серьёзно, то я предлагаю тебе работу с условиями в разы лучше, чем сейчас в этом твоём офисе. Оформим всё, как надо. Должность – выбирай любую. Зарплата как твоя сейчас, помноженная на три… – На десять, –  осторожно перебиваю муженька. Вскидывает одну бровь от удивления. – На пять и больше не обсуждается. Тоже неплохо. Киваю в ответ. – Сама посуди: проживание, питание, карточку дам на мелкие расходы, чтоб себя в порядок привела… – Эй! –  пытаюсь возмутиться, но, учитывая, что сейчас я вся опухла от слез и глаза, небось, красные… – Не обсуждается! –  хрясь по столу. Демонстративно надуваю губы и отворачиваюсь от наглеца. – И одежду, чтоб новую себе прикупила, а не это тряпьё! –  показывает на меня пальцем. Обидно. Да что за утро такое. Что не слово, то претензия ко мне! – Вообще-то, это мы с мамулечкой… Поправляю сарафан, который мы с ней шили одним из первых, и мой любимый, кстати. В цветочек, удобный, ткань лёгкая. – Да плевать, хоть папулечка, хоть мамулечка, –  мерзко передразнивает меня. –  Но выглядеть ты должна достойно! – Это как? –  растерянно хлопаю ресничками. – Как моя жена и мать моего ребёнка. Фыркаю в ответ и продолжаю дуться. – Предлагаешь продолжать этот цирк на людях? –  на всякий уточняю и мысленно откладываю зарплату на счёт под проценты. – Не цирк! Просто воспринимай это, как игру в театре. Хотя, актриса из тебя, конечно, так себе… Да блин, блиновский, сколько можно-то! Нормальная я актриса. Я смогу! Так сыграю женушку – всем на зависть. – Я постараюсь! –  слегка ударяю кулаком по столу, чтобы ноготки не сломать. Полина начинает посмеиваться. – Стану лучшей женой! Во всем мире! Нет, Вселенной… Оскар будет мой! Так, стопэ, о чем это я вообще? Вот же плут, снова меня обвел. – И дело не только в этом, –  возвращаюсь в реальность, совершенно забыв, какое сегодня число. – Просто у меня сегодня… – Ну, что ещё? –  раздражается. –  А, хотя знаю, я ж типа негодяй, что запер тебя в башне!? Ухмыляется. Резко встаёт и ведёт нас Полиной за собой. Любопытно. Заходим в огромный гараж, где стоят крутые тачки. Дух захватывает. Машины все чистые, натертые до блеска. Чувствую себя, как в элитном музее. Пройдя мимо всего этого автопарка, в итоге останавливаемся рядом с маленьким красненьким авто. Кажется, его каким-то насекомыми называют, не то пчела, не то шершень… Совершенно вылетело из головы… Может, кузнечик… Нет, точное какое-то другое название было… – Кристина, лови! И я ловлю, реакция у меня всегда отличная. Разглядываю предмет в своей руке. – Что это? – Ключи от твоей новой машины. Вчера вечером привезли, совершенно вылетело из головы. Так что можешь ездить куда хочешь, с ребёнком, естественно. Потому что ни одна няня в городе не захочет сидеть с Полиной. И опять пытается меня подкупить! – Да я же не про это, – обречённо выдыхаю, закатываю глаза. –  Я же не столько про деньги пытаюсь тебе сказать… Просто у меня сестрёнка с братишкой… – Не начинай только снова, –  Ярослав бесится и подходит к черному авто. –  Я же не изверг там какой. Никто тебя не запирает. Можешь спокойно видеться с семьёй! – Но они приезжают… –  пытаюсь объяснить ситуацию. Охотников меня не слушает. Садится в машину, заводит мотор и говорит напоследок: – Можешь пригласить своих сестёр в гости. Мне все равно. У меня и без того проблем много, так что будь хорошей женой и не отвлекай меня! Захлопывает дверь своего авто и уезжает. Стоим с Полей в обнимку. А ведь я не умею водить, и прав у меня нет. Быть хорошей женой? Буду! Я такой хорошей буду! – Агу, –  удивлённо произносит малышка. И я с ней абсолютно согласна –  надо звонить маме! Достаю сотовый. – Доча! –  слышу такой родной и радостный голос своей мамулечки. –  Аленушка и Максик уже сумки собрали. Отец их скоро повезёт в город. Ты как там? Ждёшь? – Да, только тут немного планы поменялись, –  расплываюсь в нервной улыбке. – Что случилось? –  мама сразу же тревожится. – Да ничего такого… Просто я немного вышла замуж! Молчит. Потом слышу грохот. Крики братьев и сестёр. Сжимаю трубку со всей силой. Довела я все-таки мать… На заднем фоне слышится ворчание моей мамулечки о том, что её конкурсы на выкуп теперь никому не нужны и она никому не нужна, и платье наше, которое мы еще не сшили, тоже теперь никому не нужно. Вся родня суетится рядом и пытается хоть как-то успокоить маму. Мне бы ее проблемы. – Але, сестрёнка? –  слышу голос Максика. –  Что случилось? Мама про какой-то брак бормочет. Ничего не понимаю. – Долгая история, –  нервный смех так и проскальзывает у меня. –  Просто запиши мой новый адрес! А ведь пока сестренке и брату не дадут общежитие, они собирались пожить у меня! Но Охотников сам виноват, дал добро на то, чтобы позвать своих родных в гости. – Агу! – снова радостно произносит малышка. И я с ней опять согласна – это будет очень веселое время в моем новом доме.