Глава 27

Лилия “Не думать. Не думать. Не думать, Лилия!” Убираю от лица ладони, сразу натыкаюсь на своё отражение с припухшими губами и горящими щеками. Причёска растрёпанная, а платье разорвано. Мы точно только целовались? Какое-то безумие охватило нас. Никогда ничего подобного я не чувствовала. И самое страшное, я просила Кирилла остановиться, но мысленно умоляла продолжить. Мне хотелось узнать, почувствовать, что будет дальше. Куда всё приведёт. Да, потом будет плохо, но это будет потом, а сейчас… Смотрю себе за спину в отражение зеркала, жду, когда откроется дверь и Кирилл снова заполнит собой всё свободное пространство. Но жених не возвращается. Я продолжаю стоять одна в просторной примерочной, которая ещё совсем недавно казалась мне маленькой и тесной. Когда появляюсь в общем зале, вижу одного Кирилла. Майи нигде нет. Жених поднимает взгляд от телефона. – Готова? – встаёт, пряча телефон в кармане пиджака. – А где Майя? – У неё появились срочные дела. Прищуриваюсь, потому что не верю. Подруга не могла уйти, не попрощавшись. Хотя кого я обманываю? Могла. Потому что Майка поставила себе цель: свести нас с Киром. Из служебного помещения появляется консультант с настолько неестественно широкой улыбкой, что мне хочется поинтересоваться: не защемило ли ей лицевой нерв? Но вопрос отпадает. Её взгляд цепляется за разорванное платье, и улыбка бесследно исчезает. – А-а, вы хоть знаете, сколько оно стоит? – взгляд испуганно бегает от меня к Кириллу и обратно, голос раздражающе пищит. Вон Кир тоже морщится. – Не переживайте. Оплатим. И у вас есть что-то похожее? – У нас все платья в единственном экземпляре. Полный эксклюзив, – она запинается о насмешливое лицо Кира. Краснеет. – Сейчас подберу. Девушка убегает, оставляет нас с женихом наедине, мне хочется метнуться следом. Помочь склад прошерстить, а то вдруг не заметит нужное платье. А главное, чтобы с Киром наедине не быть. Даже шаг делаю, но мне мастерски перегораживают дорогу. Я оказываюсь в кольце мужских рук. – Хотел извиниться за недоразумение в примерочной, – произносит с улыбкой, против которой невозможно устоять. Сразу чувствую себя безвольной, и мне это не нравится! Это что получается, он улыбнётся, и всё?! Я сразу становлюсь на всё согласна? Ау-у! Разум, ты где?! Чтоб какой-то там красавчик над нами власть имел?! Да никогда! Очнись, Лилия, у вас договор. Полгода и расстанетесь. А влюбишься – потом сердце не соберёшь. – Извиняйся, – великодушно разрешаю, выпутываясь из его объятий. – К сведению, для этого не обязательно обниматься. Кирилл усмехается. – Как говорил, случилось недоразумение. Обещаю, такого больше не повторится. – Хм, извинения так себе, если честно. Но ок. Поверю. Только больше никаких прикосновений, поцелуев и прочей ерунды, когда мы наедине. Уверена, у нас и без лишних репетиций получится сыграть счастливых влюблённых. – По рукам, – Кир протягивает руку, но тут же убирает. – Ах да, никаких прикосновений. А то вдруг не устоишь. Набросишься на меня. От возмущения весь воздух выбивает из лёгких, и приходится жадно хапнуть новую порцию. Я к нему как к человеку, а он… Гад он! Самонадеянный. – Нашла! – консультант спасает Кира от страшной кары. Бежит с чехлом в руке, – Точно такая же модель от этого же дизайнера, только лиф расшит натуральным жемчугом. – Берём! – А примерить? – в голос спрашиваем с консультантом. – Оно может мне не подойти, – приходится объяснять такие очевидные вещи. Но Кира не впечатляю. Пожимает плечами. – Выбросишь. Мне становится жаль работницу салона. У неё после нашей весёлой парочки правый глаз дёргаться начал. Не удивлюсь, если завтра седые волосы обнаружит. Чек на платье мне в руки передаёт и с такой мольбой смотрит, приходится успокоить. – Завтра загляну, расскажу. Девушка выдыхает, глаза от счастья увлажняются. Довели бедняжку. Ей после такого рабочего дня отпуск нужен для восстановления моральных сил. – За туфлями? Или, может, нижнее бельё подберём? – Домой! Этого варвара в магазин нельзя пускать! Тем более с нижним бельём! Неизвестно, чем поход закончится. Мозг сразу подкидывает яркие кадры не из детского кино, во что наш шоппинг выльется. Кровь в венах вскипает. Низ живота снова опаляет непривычными для меня ощущениями. Невольно сжимаю бёдра вместе. И в этот момент Кирилл отрывает взгляд от дороги, смотрит на мои ноги. Понимающе усмехается, отчего я заливаюсь краской и молю, чтобы промолчал. Не смел никак комментировать. – Как скажешь, невестушка. Домой так домой. Ехать не больше получаса. И они становятся для меня настоящей пыткой. Несмотря на кондей, мне всё равно жарко. А ещё весь салон автомобиля пропитан парфюмом Кирилла. Прикрываю глаза и чувствую его фантомные объятия и поцелуи. Тихий стон отчаяния срывается с моих губ. – Что-то не так? – в голосе напускное беспокойство, а в глазах лукавый блеск. Он всё знает. И про пожар, охвативший моё тело, и про те постыдные мысли в моей голове, которые не дают покоя с момента его появления в примерочной. – Всё так, – выдавливаю из себя. “Лилька, собери кисель в своей голове! Иначе через полгода будешь в углу сидеть, раны зализывать.” И вроде бы получается восстановить дыхание, привести мысли в порядок, как мы оказываемся в лифте. Вместе с нами поднимается семья: мама, папа и трое детей. Сначала я радуюсь, что мы будем не одни, но потом осознаю, в какой на самом деле ловушке оказалась! Кириллу приходится придвинуться ко мне вплотную, чтобы всем места хватило. И снова меня откидывает в примерочную. К нашему поцелую. К его рукам на моём теле. Смотрю в синие глаза и вижу полное отражение собственных мыслей. Его губы кривятся в дьявольской усмешке. Хмурюсь, не понимая, что происходит. Пока не замечаю, как его рука поднимается к моему лицу. Слегка шершавые подушечки пальцев скользят по моей скуле, заправляют выбившуюся прядь за ухо. А потом медленно скользят по шее сзади. Разгоняют табун мурашек. Отключают здравый смысл. Боковым зрением замечаю, как мать семейства от умиления прижимает руки к груди. “Здесь свидетели, и нужно отыгрывать спектакль до конца!” – говорю сама себе, прежде чем подаюсь вперёд и касаюсь мужских губ своими. Да. Определённо, всё дело в свидетелях, а не в том, что я не смогла себе отказать в такой слабости, как снова почувствовать вкус его губ. Это как с шоколадом. Сколько бы раз я ни обещала себе его меньше есть, всё равно отказаться не могу. Кажется, наши с Кириллом поцелуи – моя новая вредная привычка, от которой мне не хватит силы воли избавиться.