Глава 4

Мои молитвы были услышаны: Казбек сел в машину и уехал. У меня словно камень с души свалился. Я в доме одна. Хоть бы у Зарины получилось передать записку своему любимому. Честно сказать, мне кажется, что из этой затеи ничего хорошего не получится. Как я могу отправиться замуж вместо нее? Братья же вмиг распознают обман и накажут нас обеих! Сестра всегда была такой, любила выдумывать разные шалости. А мне потом доставалось от родителей, как старшей. Скорее всего, всё получится так же, как в детстве, нас поймают, и достанется именно мне. Казбек, как вы уже поняли, скор на расправу. Страшно представить, что он со мной сделает! Аллах, почему именно я?! Почему его глаз упал именно на меня? Я же недостойная, по его словам! Так почему он хочет держать меня при себе? Сделав домашние дела, принимаюсь ждать возвращения сестры из города. Солнце уже клонилось к закату, когда машина Ахмеда подъехала к дому. Ощущаю, как у меня дрожат руки. Что если Ахмед застукал Заришку при передаче записки? Всматриваюсь в их лица – вроде, все хорошо. Спокойные. – Дарина, ну как ты тут? – входит в комнату сестра. – Казбека нет? – Уехал с кем-то, – качаю головой. – Ну что там? Ахмед где? – Он вино пьет во дворе. Голова у него болит. – Ты передала? – Да! У меня всё получилось, – сестра берет меня за руки и улыбается. – Свобода близко! – А Ахмед? Он ничего не заподозрил? – Нет, он в машине проторчал все время, плохо ему, похмелье. Пока он спал я встретилась с Зауром! – Рискованная ты! – В общем, мы поговорили и всё решили. Он согласен бежать. – А что жених твой? – А-а, жених. Зовут его Аслан, ему что-то около тридцати пяти. Богатый. Ищет покорную и верующую жену. – Верующую? Значит сам такой? – радуюсь. – Не совсем. Ахмед сказал, что Аслан мотал срок в тюрьме. Но вроде как исправился. Брат вообще два слова связать не умеет, ничего не ясно из его рассказа! – Что-о?! – в ужасе накрываю рот ладонью – Я не пойду за него. Нет, Зарина! Ты что? Ни за что! Я лучше… – Что лучше? Казбеку покоришься? Мысль об этом вызывает омерзение. Казбеку уже сорок, он мне в отцы годится. Мне не нравится в нем всё: внешность, запах, характер. Я ненавижу его и боюсь! – Вот бы увидеть его хоть одним глазком и понять, что он за человек! – мечтаю вслух. – Он хочет жениться без знакомства с невестой. Казбек сказал ему только мое имя. И это нам на руку! Проще будет обмануть. – А братьев как мы обманем? – Что-нибудь придумаем! Я купила к платью плотную вуаль. Через нее невозможно будет рассмотреть твое лицо. – А голос? – Ты будешь молчать. В знак протеста против замужества я объявлю неделю молчания. У нас все получится! – Всё-то ты продумала, только вот, что со мной сделает мой муж, когда узнает об обмане? Что я не та сестра? Наверняка он вернет меня обратно братьям с позором. – Ты должна позаботиться о том, чтобы не вернул. – Как? – Ну что ты как маленькая, Дарина? Ублажить его придется! – А ты у нас прямо специалист по ублажению! – начинаю злиться. – Не специалист, но кое-что знаю. Ночью поделюсь! – Зарина! – орет со двора Ахмед. – Притащи еще вина, быстро! Сестра убегает, а я остаюсь стоять посреди комнаты в расстроенных чувствах. Мне предстоит выйти замуж за сидевшего в тюрьме мужчину. А если он кого-то изнасиловал или убил? Даже Казбек при всех его отвратительных качествах не совершал преступлений! Мне страшно до дурноты. Обмануть зэка, потом ублажить его и умолять, чтобы он не вернул меня братьям? Справлюсь ли я? Мне кажется, нет. Может все-таки покориться сводному брату? Выбрать из двух зол меньшее? Нет, нет, нет… Всё мое тело протестует против этого. Я не смогу. Остается только довериться незнакомцу, отбывавшему срок. Кому скажи – покрутят пальцем у виска и скажут, что таким людям доверять нельзя. Что же мне делать? Как поступить? Поздно ночью, когда мы с сестрой уже легли спать при закрытой двери, вернулся Казбек. Я слышу, как они о чем-то тихо беседуют с Ахмедом. У них какие-то свои дела. – Ты обещала рассказать, – напоминаю сестре, – насчет брачной ночи, – чувствую, как краснеют мои щеки. Пока что мысль о близости вызывает у меня отвращение (спасибо сводному братцу!). Как подумаю, что незнакомый мужчина сунет в меня свой член – это ведь больно и мерзко. Кто вообще придумал такое? – В общем, ты должна быть покорной, – шепчет Зарина, плотнее укрываясь одеялом. – И не перечь ему ни в чем. Что бы он ни делал. – А если мне будет больно? – спрашиваю шепотом. – Будет больно, конечно, – вздыхает сестра. – В первый раз всегда больно. Но потом привыкнешь. Главное – не кричи. И не отталкивай его. Не морщься. Мужчины этого не любят. И старайся, чтобы ему было хорошо. Это твой долг. Тогда он будет добр с тобой и сделает всё, что ты попросишь. Чувствую, как внутри меня поднимается волна протеста. Долг? Почему я должна делать хорошо мужчине, которого не знаю и который, скорее всего, мне не понравится? Почему мой долг – это удовлетворение его желаний? Это же несправедливо! Зарина смотрит на меня с такой обреченностью, что становится ясно: она тоже не в восторге от этих правил. Просто приняла их, как неизбежность. Хорошо ей, конечно, говорить – ведь она любит своего Заура! А мне придется спать с кем-то без любви. Неужели мои руки действительно должны будут прикасаться к чужому телу? Неужели моя судьба – это быть послушной куклой в руках незнакомого мужчины? И тут меня осеняет. Я вспомнила старую легенду, которую рассказывала мне мама. О женщине, которая обманула злого духа и спасла свой народ. Она притворилась слабой и покорной, но в нужный момент проявила смелость и хитрость. Может быть, и мне стоит сыграть роль? Притвориться послушной, а потом… Освободиться от ненавистного мужа, жестоких братьев и жить своей жизнью! Поднимаю глаза на Зарину и тихо говорю: – Я поняла, сестра. Я буду делать все, как ты сказала.