Эпилог

Пять лет спустя

— Пей и не двигайся! — приказала я Баргу. — Сейчас попробую уравновесить потоки.

Барг послушно выпил бутылочку с зельем и снова замер на лабораторном стуле, неудобно скрючившись в три погибели, чтобы я со своими миниатюрным ростом могла достать до груди бывшего ведьмака.

Всю неделю я занималась своей последней разработкой — электромагнитным заклинанием, которое могло вытащить из тела мужчины те самые металлические осколки.

— Работает зелье, смотри — все осколки подсветило, — довольно сказал Шарль, который пристально наблюдал за моей работой. — Активируй амулет.

Я кивнула и магия вспыхнула сиреневыми искрами на кончиках ногтей. Через активированный амулет потекла рваным потоком и Барг тут же замычал от боли. На лбу ведьмака выступили капли пота, а из его бороды выглянула саламандра, обеспокоенно зашипела, показывая раздвоенный язычок.

— Прости, пожалуйста, — засуетилась я, пытаясь сделать поток магии тоньше. — Шарль, дайте вторую дозу обезболивающего. Попробуем еще раз.

Идея создать с помощью алхимии и моей магии специальный магнит, чтобы вытащить из груди Барга осколки пришла мне в голову благодаря… Голливуду. Я вдруг вспомнила знаменитого Железного человека и почти полгода вынашивала эту идею.

После долго обсуждала ее с Нейтом и мастером Вингольдом. Еще месяц создавала амулет в алхимической лаборатории и нужное для работы зелье, которое покажет местонахождение осколков в теле. И вот, наконец, день настал.

— Не бойся! Я сам боюсь, — хмыкнул из-под стола Яшка, который с любопытством наблюдал за процессом. — Но если че, можно я сожру ящерицу?

Никакую саламандру он, конечно, есть не собирался. Скорее переживал за друга, вот и нес всякую чепуху.

После восстановления колодца домовой дух так и остался жить с нами, переехав из Академии в особняк герцога Ридара в самом центре столицы. Как он говорил: пошел на повышение. Теперь Яша наводил ужас на прислугу, появляясь тут и там и контролируя буквально ВСЕ! Как укладывают плитку на парковые дорожках, хорошо ли служанки чистят серебро и даже какое сено конюх привез для лошадей. В общем, домовому было где развернуться в огромном особняке герцога и он как никогда был доволен жизнью.

— Тихо! Ну-ка брысь отсюда! — шикнула я на говорливого Яшу.

Кот оскорбленно дернул хвостом и ушел, а я вновь сосредоточилась.

В этот раз мне удалось попасть точно в плетение амулета и магия, наконец, потекла ровно и гладко, а у меня получилось подцепить первый осколок. Металлические грани появились на коже, прорывая покров, но Барг стоически терпел. Разве что сопел громче обычного.

— Хрш! Двй! — кивнул он.

Второй осколок пошел уже легче. Или это я успокоилась, направляя магию эфира в амулет и подцепив магнитом опасный для жизни артефакт.

На пятом дело пошло уже привычно, словно я сделала уже сотню таких «операций».

На десятом осколке у меня начали дрожать пальцы. Кроме того, из-за магических всполохов резало в глазах, но я упрямо продолжала работу, разве что мысленно ругалась больше обычного.

И даже не поверила, когда дедуля Шарль подтвердил:

— Это был последний.

— Кажется, и правда все получилось, — пробормотала я, еще раз проверяя магией, и, на всякий случай, отправила мысленную просьбу Нейтану.

Лучше пусть он сам зайдет и проверит все магические потоки и осколки в теле ведьмака. На всякий случай. Вдруг я что-то пропустила.

За последние четыре года под личным кураторством собственного мужа я неплохо изучила собственную магию, подчинив не только ментальные чары, но и электромагнитное поле и даже боевые молнии. Но, конечно, до уровня Верховного мага все еще не дотягивала. Да и вряд ли дотянусь, все же Нейт занимается этим всю жизнь. К тому же он — дракон с четырьмя стихиями. Но мы и не на соревнованиях, чтобы доказывать, кто круче.

Он — Верховный маг королевства, а я — один из лучших алхимиков столицы, и еще конечно, я — герцогиня Ридар, счастливая жена и мать.

Тишину и спокойствие лаборатории вдруг нарушил яростный детский вопль:

— Мама! Мама⁈ Он опять меня удальил! Яфка, ну скажи-скажи!

— Ага-ага, — рыжий кот протиснулся обратно сквозь приоткрытую дверь и теперь яростно нализывал заднюю лапу под столом.

Наша младшая дочь Элана все еще картавила в свои три года, и ей пока с трудом удавались звуки «ш», ну и многострадальное «эр». Но на любви к болтовне это никак не сказалось и целый день особняк герцога Ридара с утра и до вечера оглашал ее звонкий голос.

— Ты первая начала! Она бросила в меня молнией! — заорал Рейвен, влетая в лабораторию следом за сестрой.

— Потомуфто ты хвастун!!!

Старший брат уже научился менять свою ипостась и действительно часто дразнил сестру, превращаясь в дракона. А младшая отчаянно завидовала и вымещала злость так как умела, то есть плохо. А еще точнее: швыряла молнии или замораживала все подряд.

Да-да, у Эланы в таком юном возрасте уже появились способности к магии эфира и воды. Еще пока совсем в зачаточном состоянии. Она скорее не читала мысли, а угадывала настроение, да и молнии были хоть и колючие, но пока что больше напоминали разряд статического электричества. С тем же успехом можно было начесать Яшку против шерсти. Вода и вовсе то выпадала туманом в коридорах особняка, то покрывала изморозью комнаты, если юная герцогиня Элана изволила гневаться.

Но Нейтан был очень рад и горд. И говорил, что велика вероятность того, что к десяти годам, когда открываются магические потоки, дети будут сильными магами. А Рейвен и вовсе может получить магию всех пяти стихий, учитывая как рано проявилась его драконья ипостась.

— Так, дети! — как можно строже проговорила я. — Если вы считаете отличной идеей использовать свои способности, чтобы дразнить друг друга или драться, думаю… им можно найти лучшее применение. Я поговорю с отцом, чтобы он включил в ваше расписание минимум четыре часа ежедневных занятий по обороту, полету, а также медитации и магическим навыкам.

— Отличная идея, дорогая, — раздался от двери голос Нейтана. — Заодно включим в обязанности еще работу по дому. Элана может заряжать электричеством лампочки и помогать на кухне — поварихам часто требуется что-то заморозить. А Рэй — садовнику, сжигать драконьим огнем листву, и печнику — растапливать камины. Их у нас, если мне не изменяет память, двадцать?..

— Нейт!.. — я расплылась в счастливой улыбке при виде мужа.

А вот погодки напротив разревелись:

— Не надо! Мы больше не будем!

Два шкодника тут же помирились и превратились в милых заек, обнимая друг дружку. Я отключилась от их мыслей и улыбнулась про себя. Еще бы! Когда игра вдруг превращается в обязанности и становится ежедневным занятием — это не так весело. Но кто сказал, что воспитывать юных драконят с магическими способностями — это легкое дело?

Нейт сурово кивнул, показывая, что все решено. Прошел в лабораторию и нежно поцеловал меня, а после притянул детей, обнимая и подкидывая в воздух по очереди.

Элана счастливо заверещала. Хотя Нейтан бесконечно любил обоих, но все же дочь иногда баловал сверх меры, а вот с Рейвеном был строже, как с будущим наследником. Рэй это чувствовал и я видела, что несмотря на юный возраст, он изо всех сил старается подражать отцу.

— Па-а-ап, — с хитрыми искорками в глазах протянула Элана, — а куда вы с мамой собилаетесь?

— Ага, — поддержал брат. — Я видел, как бабуля Бетти с утра командовала горничными, которые гладили мамино новое платье. То, которое с сапфирами и кружевом.

— Сегодня прием в королевском дворце по случаю восстановления всех колодцев с эфирной магией, — подтвердил Нейт. — Мы с вашей мамой приглашены.

Еще бы не были приглашены! Можно сказать, мы только этим и занимались. Но все равно на то, чтобы восстановить все источники ушло почти пять лет. Скорость восстановления затянулась еще и в связи с моими двумя беременностями. И вот на той неделе, наконец, был установлен последний камень Акаш.

— А мы-ы-ы⁈ — тут же заныли погодки и попытались найти поддерку в лице Шарля Вингольда. — Дедуль, ну скажи им.

— А вы подрастите сначала, — хмыкнул пожилой алхимик, а я шутливо чмокнула обоих деток в щечки.

— Ну мы тоже хотим! — надулся Рэй. — Мы Хани все лето не видели.

После нашей с Нейтаном свадьбы я вдруг обнаружила себя в центре огромного клана Ридар. Оказалось, что у герцога были живы не только родители, но еще и куча кузин, тетушек и дядюшек.

И пока я с супругом занималась восстановлением последнего камня Акаш, дети все лето колесили по бесконечным родственникам, отдыхая то у бабушки с дедушкой в поместье у моря, то у двоюродной тетушки в горах.

— Да-да, хотим к Хани! — подключилась Элана. — Пофалуйста!

— Нет, дети, этот приём только для взрослых, — категорично отказал Нейтан. — Но через две недели у принцессы будет День рождения и вы тоже приглашены.

Хани действительно уже давно заняла свой статус принцессы и переехала в королевский дворец. Хотя Джеральду пришлось долго добиваться расположения дочери. Но упорство, с которым он это делал вызывало уважение. Пожалуй, не проходило и двух дней, чтобы король не появился навестить девочку.

Так что спустя год Хани все же уехала во дворец к своему настоящему отцу. Думаю, не последнюю роль сыграло то, что к тому времени я уже была беременна Рейвеном и все меньше времени могла проводить с воспитанницей.

— Ула-а-а! — заорала во все горло Элана, повиснув на отце как спелая грушка и болтая ногами. — Пап, а мофно я поеду на пони⁈

— Нет, — покачал головой Нейт. — Но ты можешь полететь на брате, если он будет продолжать тебя дразнить.

Рэй намек понял, сдулся, но спорить с отцом не стал. Впрочем, Нейтан тут же притянул к себе и сына, крепко обнимая и взъерошив его светлую шевелюру.

— Ох, ты ж! — всплеснула руками Эльжбета, появляясь в дверях и громко отдуваясь. — Вот вы где, негодники! Не в моем возрасте бегать за вами по всему этажу. Ну-ка марш отсюда!

— Да и я, пожалуй, пойду, — закряхтел Шарль, подхватывая Бетти под руку.

— Вот-вот, давно обедать пора, — согласилась бабуля, заботливо поправляя воротник рубахи Шарля. — Еда стынет, а они носятся, как угорелые!

— Еда⁈ Кто сказал еда⁈ — тут же подскочил на ноги Яша, рыжей пулей вылетая следом. — Подождите меня-я-я!!!

В лаборатории тут же стало непривычно тихо и спокойно.

Что и говорить, дети и коты умеют вносить в нашу жизнь толику оживления.

Разве что бывший ведьмак все еще сидел на стуле тише воды ниже травы. К нему тут же направился Нейтан, на ходу призывая магию. Барг испуганно замер, вытаращив глаза как камбала и, кажется, даже дыхание затаил на всякий случай.

Впрочем, я тоже притихла, ожидая вердикта Верховного мага, пока он проверял результаты моего эксперимента. Наконец, Нейтан улыбнулся:

— Что ж, Барг, такими темпами ты поправишься быстрее, чем успеешь сказать «саламандра». Отличная работа, Злата. Ты молодец!

Барг смущенно улыбнулся, пряча довольное выражение лица в бороде, пробурчал слова благодарности и чуть ли не бегом направился к выходу. Я давно заметила, что бывший ведьмак терпеть не может алхимическую лабораторию, но терпит исключительно из-за уважения ко мне и Нейту, ну и в надежде излечиться от недуга. И вот, наконец, долгожданная свобода!

Впрочем, мы ничуть не расстроились тому, что оказались вдвоем.

— Я соскучился, любимая, — прошептал супруг, одновременно щелкая пальцами и запирая дверь лаборатории на магический замок.

Сильные руки схватили меня в плотное кольцо объятий и почти тут же Нейт подхватил меня под бедра, усаживая на рабочий стол, и целуя страстно и жадно. А его пальцы уже нахально расстегивали лиф платья. Горячая ладонь почти обожгла кожу, лаская бесстыдно и пошло. По оголенной коже пробежали электрические разряды, а внизу живота собрался комок нервов, желая продолжения.

Мелькнула вялая мысль: хорошо, что на столе не было ни реторт, ни горелок. А то, боюсь, пришлось бы закупать новое оборудование.

Все остальные размышления тут же улетучились, уступив место наслаждению.

Лишь спустя полчаса я смогла кое-как прийти в себя, лежа на груди мужа на узком лабораторном диванчике. Взглянула на часы и охнула:

— Мы не опоздаем?

Нейт выругался, тоже поднимаясь на ноги:

— Худы бы побрали эти королевские приемы!

— Ну не скажи, последний раз мы были во дворце на Новогодье — возразила я, торопливо натягивая платье. — К тому же я тоже соскучилась по Хани.

В карету мы спускались уже в сумерках. Хотя сумерки были условные. Столица отлично освещалась в вечернее и ночное время магическими фонарями.

Экипаж медленно двинулся по мощеной дороге. Несмотря на вечер на улице было много людей, сентябрь стоял теплый, даже жаркий, и все старались урвать последние хорошие деньки.

— Как прошел день? — поинтересовалась я, пока Нейтан стягивал с рук лайковые перчатки, бросая их на обитое бархатом сиденье кареты.

— Ничего интересного. В основном рутина. Разве что пришлось консультировать в очередной раз дознавателей по делу того сумасшедшего пиромана. Между прочим, это дело ведут твои дружки Джан Кумар и Пит Джонсон. Фарелл их уже повысил до следователей. Молодые, наглые, но схватывают быстро и работать не ленятся. Думаю, далеко пойдут. И, кстати, Бертран передавал тебе привет, они с женой тоже будут на приеме.

— Как Лисса справляется? — поинтересовалась я. — Должность директрисы приюта еще не свела ее с ума?

— Спросишь у нее сама, — улыбнулся Нейт, — но, кажется, все идет неплохо.

После ареста Мардж Фелпс несколько лет в приюте вовсе не было руководителя. Почти на всех воспитанниках оказались ментальные чары подчинения, которые бывшая директриса день за днем накладывала на детей. Больше двух лет с детьми работали маги, дознаватели и я.

Да, мне тоже нашлась работа. Я оказалась едва ли не единственной, кто мог снять чары эфира. В том числе и с Эбигейл Крок, бывшей графини Кирквуд. Ее доставили из монастыря ничего не понимающую, растерянную и перепуганную. И, конечно же, на ней, как и на всех, кто был в подчинении Мардж Фелпс, оказались чары подчинения.

После этого король Джеральд долго думал о том, чтобы вовсе расформировать приют, но неожиданно, полтора года назад директрисой вдруг стала Алисия — жена Бертрана. Рыжая лисичка, бывшая контрабандистка, а ныне графиня Фарелл, не понаслышке знала каково это — быть сиротой. Она сама когда-то выросла на улице. Из Лиссы получился идеальный руководитель. Понимающий, сочувствующий и, в то же время, с жестким пробивным характером, которая за своих воспитанников могла горло перегрызть. И порой, вовсе не для красного словца.

— А еще я слышала о том, что на днях в тюрьме Слок произошел… инцидент. Слуги с утра обсуждали. Это правда?

— Ты об этом?.. — помрачнел супруг. — Не хотел тебе говорить. Да, правда. Мардж Фелпс каким-то образом заполучила ключ от антимагических браслетов, попыталась сбежать и… Охранникам пришлось использовать смертельное заклятие. Тебе ее жаль?

— После всего, что она сделала с детьми, которых она должна была защищать? Нет, — покачала я головой. — Каждый получил то, что заслуживает. Хотя даже не знаю, что лучше: пожизненное заключение, к которому ее приговорили, или такая быстрая смерть.

Наш экипаж подкатил к центральному входу во дворец. Нейтан вышел первым, подал мне руку, помогая слезть с подножки.

Мы под руку направились к широкой мраморной лестнице, которая вела к центральному входу. И я задрала голову, с восторгом рассматривая величественный и прекрасный королевский дворец. И хотя я уже не раз бывала в нем, сердце каждый раз замирало от восторга. Что и говорить: семьсот семьдесят пять комнат, из которых больше трехста — это залы для встреч и приемов, пятьдесят две спальни для членов королевской семьи и гостей, сто восемьдесят восемь спален для слуг, девяносто два кабинета и семьдесят восемь ванных комнат. Не знаю, зачем мне была эта информация, но я не слезла с Бертрана, пока дознаватель не выдал мне эту информацию государственной важности.

В первом вестибюле в форме трапеции каждый раз меня поражал пол из двух миллионов камешков мозаики, на котором были изображены стихии. Точнее парочка изящных драконов, которым парили в грозовом небе — так художник изобразил магию воздуха и эфира, а под крыльями ящеров раскинулся древний лес с водопадами — стихиями земли и воды. В левом углу нашлось место и для устрашающего вулкана — стихии огня.

В мозаичном вестибюле нас встретил королевский распорядитель, виконт Бруборо. До начала официального приема был еще час. Мы как раз успевали навестить Хани, тем более я привезла девочке подарок.

Где находятся покои юной принцессы мы знали и сами, но этикет был превыше всего. Негоже герцогу с женой шлятся по дворцу в одиночестве.

— Покои Ее Высочества, принцессы Йоханны! — пафосно объявил распорядитель, открывая двери в комнату Хани. И не менее патетически добавил. — Его Светлость герцог Нейтан Ридар с супр…

На этих словах виконт подавился и торопливо отпрыгнул в сторону, чтобы его не сбило рыжим снарядом счастья.

— Злата-а-а! Не-е-йт! — Хани вылетела из спальни и мгновенно повисла сначала на мне, а после на Нейтане.

— Хани, солнышко! — я крепко обняла девочку.

— Какая ты красавица! — Нейт галантно отпустил Хани комплимент. — Так выросла за лето.

Мы не виделись несколько месяцев. И за это время юная принцесса действительно вытянулась и словно повзрослела. Хотя чего уж там, даже не верилось, что ей почти десять лет.

— Ой, а у меня такое! Такое есть! Пойдем быстрее, покажу! — затараторила Хани, почти втягивая нас в гостиную.

Первое, что я увидела — это… ничего. Просторная комната, диванчики, белоснежный пушистый ковер на полу. А вот Нейт моментально сориентировался и удивленно спросил:

— Это туманный барс?

Ковер зашевелился и оттуда прыгнуло нечто такое же пушистое и белоснежное. Игривый котенок размером с хорошего бульдога проорал какой-то боевой клич и попытался закогтить длинный шлейф моего платья.

— Да! — запрыгала девочка. — И еще вот!

Ее руку мгновенно обвили зеленые безлистые лозы, распускаясь сразу ароматными медовыми цветами.

— У тебя проявилась стихия Земли? — я искренне порадовалась за воспитанницу. — Поздравляю! Ой, Яшка заревнует!

— Да ну! — надулась Хани. — Яша — вне конкуренции, но его же здесь нет! А Снежка со мной ходит на прогулки и даже спит.

Я услышала шорох сзади и повернулась. Из-за спинки дивана, который был повернут к камину, мы не сразу увидели красивую черноволосую девушку. При нашем появлении она встала с кресла, растерянно поздоровалась и предложила чай.

— Это моя новая няня Надин, — представила незнакомку Хани, а после потянула меня вниз и горячо прошептала на ухо. — Она такая хорошая! Знаешь, я почти не помню маму, но думаю, что она была бы такая же добрая.

— О-о-о, ничего себе!

— Да. Думаю, папе она тоже нравится, — девочка заговорщицки хихикнула. — Мне кажется, он из-за этого теперь специально заходит по пять раз на дню. И рычит на нее… Лучше бы цветы принес, дурак.

Не знаю, что услышала смущенная девушка, но заварочный чайник в ее руках дрогнул и чашка и ее содержимое вдруг оказались на полу.

— Ёшки-матрёшки! — тихо-тихо вполголоса прошипела девушка, растерянно подбирая осколки фарфора.

Матрешки… Матрешки⁈

Кхм…

Скажем честно, я еще ни разу не видела и не слышала о такой игрушке в этом мире. Как и использование местными такой непереводимой игры слов. А вот в другом мире — очень даже.

Я присела рядом, помогая Надин собрать осколки, одновременно магией окутывая незнакомку. О-о-о! Сколько мыслей и эмоций! Значит, все же мы земляки. Во всех смыслах слова.

— Надин, простите, мы не знакомы. Я — Злата. А вы откуда?

Девушка нервно вжала голову в плечи, опасаясь смотреть мне в глаза.

— С Севера, саэра.

— Нет, нет. Я не про это. Просто я случайно услышала вашу фразу. Ну и знаете, ничего не роднит больше, чем родное и милое сердцу ругательство. Моя мама так же говорила, а еще иногда добавляла «Японский городовой». Так с чувством и с выражением.

— О-о-о!… — глаза девушки расширились до размером тележного колеса. — Вы?.. Вы?..

— Можно на «ты», — улыбнулась я. — Когда еще встретишь родственную душу с Земли. Я, Дивова Злата Витальевна, нынче герцогиня Ридар — уже пять лет в этом мире. Эй, ну ты чего? Плачешь?

Я обняла девушку, одновременно магией пытаясь успокоить ее, добавить немного уверенности.

— А я — Надя Фролова, — признала девушка и на ее глазах заблестели слезы. — А обратно никак?

— Я не нашла такого способа. А может не особо и старалась, — честно призналась я. — Знаешь, у меня уже муж, дети, а на Земле меня никто не ждет. А у тебя?

Она покачала головой:

— Тоже нет. Пожалуйста, только не говорите Джеральду, то есть Его Величеству, что я попаданка.

— Здесь это не преступление, — мягко напомнила я.

— Да, я знаю. Но я все равно чужачка. А я не хочу, чтобы меня выгнали. Я так привязалась к Хани. Тем более вчера я и так… ну, немного накосячила. И не только вчера…

— Хорошо, не скажу. Но, на самом деле Джеральд не так суров и строг, как кажется.

Как говорят в народе: помянешь черта — он тут как тут.

В комнату буквально влетел разъяренный король, с порога напускаясь на няню:

— Какого худа у Хани отменены уроки фехтования⁈

— Такого, что новый учитель фехтования — ужасен! Первый раз он «забыл» использовать защиту, а во второй пришел пьяным! — сердито выпалила Надин, упирая руки в бока, как наседка крылья над цыпленком. — Но я не смогла попасть к вам на прием, Ваше Величество, поэтому мне пришлось принять это решение самостоятельно.

— Извини, дружище, но тут эта милая девушка права, — хмыкнул Нейт.

— Вот-вот, — кивнула я. — И в качестве искупления своего поведения ты просто обязан пригласить ее на бал.

— Нет! — воскликнула Надин, кажется это предложение привело ее в ужас. — Вовсе не обязан! Я не хочу!

— То есть, ты отказываешь королю⁈ — тут же встал в позу Джеральд, а я закатила глаза. Ох уж эти мужчины! И кого это он мне напоминает? — Чтоб через час была готова! Злата, поможешь?

Нейтан ушел с королем, а к нашей девичьей компании присоединилась Лисса, которую отправили на помощь, пока мужчины «решают важные государственные дела».

Ага, знаем мы, какие дела они там решают на троих.

Впрочем, наш внеплановый девичник тоже удался на славу и через час мы оказались в одном из самых красивых залов во дворце — в золотой бальной зале.

Янтарные колонны уходили вверх на добрые пять метров. Роскошные хрустальные люстры с позолотой и магическими огоньками освещали пространство мягким бестеневым светом, отражаясь в натертом до блеска паркете из красного дерева. А огромные зеркальные панели в стенах делали зал еще больше.

Его Величество, под руку с Надин, которая явно нервничала, но не смотря на это держалась достойно, открыл королевский бал. Оркестр тут же грянул музыку, приглашая пары на паркет.

В то же мгновение сильные мужские руки обхватили мою талию, увлекая к другим танцующим парам. Вел Нейтан легко и уверенно, то прижимая к себе, то отпуская так, что иногда мне казалось, я почти парю над зеркальной поверхностью паркета.

Я кивнула, обращая внимание Нейтана на еще одну парочку, которая танцевала недалеко от нас. Джеральд и Надин. На фоне высокого и сильного короля-дракона она казалась совсем хрупкой и нежной. А еще явно смущалась в его руках.

— Видишь, как он на нее смотрит? — восторженно прошептала я. — И не только смотрит, между прочим.

— Злата! — буркнул муж. — Хватит подслушивать чужие мысли. Особенно королевские.

— У-у-у! — заныла я, но все же сбросила магию, отключаясь от эфирного поля. — Ну как тут удержаться? Как думаешь, к весне нас ждет еще одна свадьба?

— Пф-ф-ф! — фыркнул супруг. — Зная Джеральда — к Новогодью, до весны он не дотерпит.

Уже поздно ночью, когда от танцев ноги просто гудели, а голова от содержимого последних трех бокалов, мы вышли на балкончик королевского дворца. Отдохнуть и подышать свежим воздухом. Не смотря на то, что днем все еще было слишком жарко, но ночью чувствовалось приближение осени.

— Устала? — спросил муж, обнимая меня сзади. — Поедем домой? Отправлю лакея к кучеру.

— Хочу, но не ехать. У меня есть идея получше.

Муж понял меня без слов. Коварно улыбнулся и, подхватив меня на руки, шагнул с высокого балкона. А через мгновение уже взлетел в облике дракона — огромной мощной зверюги черного цвета.

Мое сердце замерло от восторга. Как всегда, когда мне удавалось оказаться на спине крылатого ящера. Ощутить эту свободу полета, почувствовать всю силу и могущество дракона, а в очередной раз вспомнить, что он любит именно тебя.

— Домой? — пророкотал Нейт.

— Домой, — согласилась я.

Пусть мы все разные, но каждый из нас может найти того, с кем ты можешь быть собой, настоящей. И кто будет любить тебя без условностей и бесконечного «если», а просто потому что ты есть. Так же, как и ты его.

КОНЕЦ