Глава 39
Олеся
Я подрываюсь с места и раскрываю все шкафчики подряд в поисках аптечки. Да где же она?!
Наконец-то нахожу и дрожащими руками достаю перекись, вату и бинт. Поворачиваюсь к Дану и пошатываюсь. Я с детства боюсь крови, и меня всегда мутит.
– Лисенок…
– Рану надо обработать, – тараторю, глядя на капающую кровь широко распахнутыми глазами. – Иначе будет заражение…
– Лесена! – мужчина повышает голос, но я его не слышу. Мне буквально физически плохо от его окровавленной руки.
– Да, да, сейчас…
– Олеся! – рявкает Дан и поднимается на ноги. Вырывает из моих рук перекись и бинты. – Посмотри на меня.
Я запрокидываю голову, заглядываю в теплые, но такие взволнованные карамельные глаза.
– Смотри мне в глаза и ответь на вопрос: что хотел от тебя твой муж?
Растерянно моргаю. Смотрю в любимые глаза и понимаю, чувствую, что действительно шторм надвигается. Переживает? Волнуется? Погодите, Дан, что, ревнует?! Да ну, глупость какая!
– Он на развод подал…
Дан хмурится, губы поджимает. Как будто не верит мне. Между бровей снова залегает глубокая морщина, и пальцы так и зудят, чтобы прикоснуться и забрать все переживания, разгладить ее.
– Он тебя трогал? Сделал тебе что-нибудь? Скажи мне честно, Лисенок.
– Нет-нет, все в порядке. Мы же были в кафе, на людях…
Дан становится еще более мрачным, его брови изгибаются в удивлении.
– Тогда зачем он искал тебя? Вряд ли ради того, чтобы сообщить тебе лично о разводе, он подбил твою сестру организовать вам встречу…
– Лёне нужна была моя подпись на судебной повестке. А еще на документах…
– Каких? Ты, надеюсь, ничего не подписывала?
Мотаю головой, и только тогда Дана отпускает. Он выдыхает с облегчением и опускается обратно на стул.
– Нет, я сказала, что хочу показать их юристу. Но…на самом деле я хотела попросить помощи у тебя. Я совершенно не разбираюсь в подобных документах, не пойму, что там написано…
– Конечно, неси, я посмотрю. Если что, дам своим юристам на проверку. Там у меня толковые ребята сидят.
– Но сначала надо обработать твою рану, – тяжело сглатываю, но все равно стою на своем.
Дан закатывает глаза, но все же переворачивает травмированную руку ладонью вверх. На мгновение прикрываю глаза, но беру себя в руки и, стиснув зубы, щедро заливаю рану перекисью. Дую, когда Дан шипит от боли, и быстро забинтовываю.
– Самая лучшая медсестра в моей жизни, – ухмыляется больной. – Хоть каждый день приходи с боевым ранением.
– Не надо! – машу руками, открещиваясь. – Ты не представляешь, каких трудов мне стоило сейчас обработать рану! Я крови с детства боюсь.
– А по тебе не скажешь. Но учту на будущее, что на анализы заходить в кабинет надо с тобой, – подмигивает и резко становится серьезным. Включает большого босса. – Давай сюда бумаги, посмотрим, что придумал этот олень.
Голос Дана звучит кровожадно и многообещающе. А у меня внутри разливается удовлетворение. Если Ковалев потребует крови, я просто отойду в сторонку…
Приношу папку, передаю Дану. Сажусь напротив и слежу за его выражением лица. Он бегло пробегается по документам, листает страницы.
Поднимает взгляд на меня, ведет подбородком из стороны в сторону. Как будто что-то хочет спросить, но не знает, как.
– Откуда у тебя столько имущества, Лисенок? Квартиры, земельные участки…
Челюсть мгновенно стремится к полу. Я часто моргаю, надеясь, что морок рассеется, и все это окажется моей больной фантазией.
Но черта с два.
Все та же кухня, все те же бумаги, все те же охреневшие лица.
– У меня ничего нет, – шепчу, медленно качая головой. – Правда…
Дан склоняется над бумагами, но вчитаться в документы не дает резкая вибрация его мобильного.
– Слушаю. Что?! Какого…И что теперь делать?! Хорошо, я проверю долбаный отчет, но финансиста завтра же уволю к чертовой матери! Что? Не все новости? Да бля….
Дан прикрывает глаза, зажимает переносицу пальцами. Тяжело дышит. Видно, что сдерживается с трудом, чтобы не разораться. Видимо, случилось что-то из ряда вон.
Я мигом забываю про бумаги от Лёни. Не до них сейчас. Мне хочется хоть чем-то помочь, поддержать Дана…Сердце не на месте, когда я вижу, как проблемы сыпятся на небезразличного мне мужчину.
– Извини, я завтра покажу юристам эти бумаги, хорошо? – Дан захлопывает папку, даже не глядя в мою сторону. Он мыслями уже далеко, решает экстренные вопросы.
– Что случилось? Я, конечно, понимаю, что от меня толку мало, но может, я могу чем-то помочь?
– Это вряд ли. Финансовый отдел здорово накосячили в отчете, цифры не сходятся. Ошибку найти не могут, а его завтра надо сдать инвесторам. Еще и переводчица эта…
Я цепляюсь за последнюю фразу. Хватаюсь за запястье Дана, удерживая его на месте.
– А с ней что?
– Не перевела важные документы для этих же инвесторов. И уволилась. Сегодня был ее последний рабочий день. И вот я не знаю: то ли отчет проверять, то ли бумаги самому переводить…
Улыбка против воли расползается по моим губам. Даже хочется запрыгать на месте от счастья и захлопать в ладоши. Дан снова выгибает брови и смотрит на меня как на дурочку. Понимаю его: у него на носу проблемы с инвесторами, а я вся свечусь от счастья.
– Кажется, одна твоя проблема решена. Я в свое время плотно изучала языки – английский и французский. По всем возможным бесплатным урокам. Даже нашла носителей языка и общалась с ними по видеосвязи, чтобы укрепиться в знаниях. Я могу попробовать перевести твои бумаги. Я, конечно, не специалист, возможно, многого не знаю, но хотя бы часть работы возьму на себя…
– Правда? – в голосе Дана слышится надежда. Он накрывает мою ладонь своей и несильно ее сжимает. – Лисенок, ты даже не представляешь, как сильно меня выручишь! Ты – мое спасение!
Дан целует меня в макушку и крепко обнимает.
– Брось, Дан. Ты сделал для нас с Анютой гораздо больше…Мне несложно тебе помочь, правда. Лишь бы был толк.
Мужчина широким шагом выходит из кухни и возвращается с документами и ноутбуком. Листаю бумаги, стараясь прикинуть масштаб. Да уж, тут работы на несколько дней, но я просто обязана успеть до утра!
– Лесен, завтра не вздумай готовить! И убираться. Отдохни по возможности, хорошо? Я постараюсь придумать что-нибудь, чтобы разгрузить твой день…
– Ага, – бормочу, вчитываясь в текст и ограждая себя от всего мира. Даже не смотрю на «босса». – Завтра разберемся…
***
Утром я обнаруживаю себя в постели. Не помню совершенно, как сюда попала. Помню только, что в полшестого я еще проверяла последнюю страницу…
Заглядываю под одеяло и обнаруживаю себя только в нижнем белье. Черт! Откидываюсь на подушку и закрываю лицо руками.
Я, скорее всего, уснула за столом. Дан перенес меня и раздел…Потому что я не люблю спать в нижнем белье, предпочитая свободные хлопковые пижамы. Это точно Дан! Сама бы я переоделась на автопилоте.
Боже! Он видел меня почти голой, кошмар какой…Ну, почему я всегда попадаю в такие нелепые ситуации?!
Поддаться панике не позволяет моя малышка. Как обычно, Анютка спасает ситуацию. Она садится на кровати и сонно потирает глазки. Тянется ко мне ручками и обнимает за шею.
– Доброе утро, сокровище. Ну, что, будем вставать? Надо хорошенько покушать, красиво одеться и съездить в одно место. У нас с тобой сегодня очень важное мероприятие. Пойдем, поможешь маме?
Мы с Анюткой завтракаем и одеваемся. Осталась только одна небольшая проблема – личная вещь Дана. Где же ее достать-то?!
Я захожу в его кабинет и едва ли не взвизгиваю от радости, когда замечаю на столе чашку с недопитым кофе. Кладу ее в пакет и прячу в сумке. Совсем скоро я узнаю, является ли Дан отцом моей малышки. Правда, совсем не представляю, как предоставить ему эту информацию, если отцовство все же подтвердится…
Дан, наверно, чувствует, что я думаю о нем, и поэтому на экране моего мобильного загорается его имя.
– Алло?
– Лисенок, вы дома?
– Пока да, но собирались прогуляться по делам. А что?
– А можешь их перенести? Я хотел бы пообедать с тобой. Соскучился по вам, девчонки. Заодно бы мы обсудили мое интересное деловое предложение…