Глава пятая. Козни Тьянмиры и Людвига

Дожидаться, когда Тьянмира с Матильдой и детьми вернутся с «чаепития», я не стала, легла спать.

Утро выдалось суматошным: приехал посыльный, который принес записку от господина Рольна. Тот сообщал, что вчера вечером нанятая охрана поймала двух мужчин, которые пришли к склепу семьи дье Эвиль. Один из них начал взламывать замок на двери, второй стоял на страже. Как только взломщика схватили, его подельник попытался скрыться, но был задержан.

Понятное дело, что негодяев послал Людвиг, но сами бандиты, полагаю, старательно притворялись несчастными бедолагами, которых бес попутал. Рассказывали, что у них дома семеро по лавкам, есть нечего, жена больная, теща злая, любимая канарейка при смерти, и прочие байки.

Охранники вызвали полицию. Повезло, что накануне Рольн успел найти независимого волшебника-эксперта, который быстро приехал и засвидетельствовал магические следы. Наряд полиции, прибывший по вызову, попытался забрать взломщиков, однако маг не позволил этого сделать, поскольку почувствовал артефакты в карманах якобы случайных воров, решивших поживиться на кладбище.

Согласно закону, людей, владеющих магическими вещами, или волшебников должен задерживать наряд полиции, в который входит хотя бы один чародей. Одаренному необходимо проверить остаточные магические следы на месте преступления и на людях, оценить опасность артефактов и прочее, и прочее.

Главное для нас, чтобы чародей из полиции, изучив магические следы, подтвердил, что артефакты действительно принесли бандиты. Думаю, полицейские не были довольны, но мага все же вызвали. Тот приехал, обнаружил артефакты, в присутствии двух понятых (сторожа кладбища и его друга, пришедшего выпить) забрал магические вещицы с обездвиженных бандитов и подтвердил, что артефакты принесли взломщики.

Кроме артефактов, были изъяты шприцы с ядом. Как я полагаю, бандиты должны были вколоть жидкость в тело и с помощью артефактов разогнать по всем органам, обеспечив «доказательства» отравления так необходимые Людвигу и Тьянмире.

Поскольку завтра именно этот маг должен был идти на кладбище, чтобы проверить заявление змеищи, то он, быстро обследовав склеп, гроб и тело Дориана, написал бумагу, что не видит никаких оснований для вскрытия и считает, что смерть графа наступила по естественным причинам. Его мнение разделил и нанятый мной маг.

В общем, все оформили так, что придраться или подкупить кого-то отдельно было сложно. Если только сразу всех, а это слишком накладно. Однако Рольн писал, что радоваться рано, заключение магов Тьянмира и Людвиг будут оспаривать. Взломщики, даже если их удастся расколоть, не смогут указать на детей Дориана. Понятное дело, что это не дье Эвили нанимали бандитов для грязных дел.

Но, если для суда недостаточно мотива преступления, то для прессы «воры» с артефактами, благодаря которым можно создать нужные магические следы и подложные улики, являлись едва ли не признанием вины Людвига и Тьянмиры.

Господин Рольн так же просил меня заехать, чтобы забрать копии бумаг, что подписали полицейские и маги. И сообщал, что денег, оставленных ему на разные нужды, может не хватить. Придется тратить свои сбережения.

Едва я отправила посыльного с ответным письмом, ко мне обратилась кухарка. Она поведала, что вчера Тьянмира, вернувшись с «чаепития», затребовала сегодня на завтрак манную кашу с ягодами и кокосовым маслом, на обед суп из кальмаров, а на ужин свинину, тушеную в вишневой подливе, и рагу из картофеля, кабачков и чуфы. Конечно, чуфа – растение, что росло только в жарких странах – кокосовое масло и кальмары стоили запредельно дорого, я уж не говорю о том, что купить их у нас практически невозможно.

Естественно, заказ Тьянмиры я отменила. Нужно напомнить змеище, что меню составляет не она. И так хорошо напомнить, основательно. Я поговорила со слугами и объяснила им, какие приказы незваных гостей выполнять не следует. Пусть ссылаются на меня, если что.

Следом приехали полицейские. Они расследовали обстоятельства покушения на меня, заодно и расспросили об отношениях с Дорианом. Больше часа дознаватели опрашивали всех домашних. Людвиг с Матильдой и Тьянмира сначала возмущались, но потом как-то быстро притихли и стали отвечать на вопросы полицейских.

Я насторожилась, но горничная быстро разгадала причину, подслушав разговор брата и сестры, и сразу же мне донесла. Детей Дориана все работающие в особняке люди не любили. Неудивительно, учитывая, что Тьянмира и Матильда грозили всех уволить, когда дом перейдет в их собственность. В общем, тут у меня оказалась большая поддержка.

Так вот, дети Дориана решили, что на суде преподнесут этот допрос, как мои ужасные козни. Якобы я хочу погубить их, обвинив в какой-то ерунде.

Ну да, ну да, столкнули меня с лестницы – это ерунда, конечно.

Почему-то ни Людвигу, ни Тьянмире, ни Матильде не пришло в голову, что слуг полицейские расспрашивали чуть раньше, и показуха моих родственничков была совершенно очевидна. Хотя, возможно, из-за классовой раздробленности местного общества, змеища и ей подобные считали, что слово аристократа по определению весомее показаний каких-то там слуг.

В общем, цирк с конями... хотя правильнее со змеями.

Завтрак проходил в тяжелой атмосфере. Кажется, до детей Дориана все же дошло, что перед ними теперь не та пугливая скромная Илаида, которой можно просто пригрозить и делать что угодно, однако выстроить новую линию поведения они пока не могли.

– Кстати, Людвиг, – вытерев руки салфеткой, обратилась я к пасынку, – охрана, выставленная возле семейного склепа дье Эвилей на кладбище, сегодня ночью поймала взломщиков.

– Кхм… Что? Взломщики? – неискренне удивился Людвиг.

– Охрана? Какая еще охрана? – недовольно поджав губы, одновременно поинтересовалась Тьянмира.

– Та, которую я наняла. А то мало ли, что с телом захотят сделать разные негодяи? Особенно, если будет нужно обеспечить «доказательства». Правда, Людвиг?

Надо отдать должное, мужчина немного смутился.

– На что это ты намекаешь? – презрительно скривилась Матильда.

– У этих взломщиков были найдены дорогостоящие медицинские артефакты и два больших шприца с ядом. Воры получили указание вколоть в тело умершего жидкость из шприцев, а потом использовать артефакты, чтобы имитировать смерть от отравления.

– Неужели они сами признались? – с сарказмом спросил Людвиг.

Так-так, кажется, он уверен, что бандиты будут молчать.

– Не совсем, на них клятва. Но дознаватели знают, как ее обойти. У них какая-то новая система.

Я внимательно отслеживала реакцию пасынка, тот сразу как-то погрустнел.

– Это все ложь!

– Что все? Новая система? Правда! – Я блефовала, пытаясь прочитать эмоции Людвига. – Можешь сам поинтересоваться у дознавателей. Полагаю, вскоре полиция выйдет на тебя, как на заказчика.

– Твои предположения оскорбительны! – вмешалась Тьянмира.

– Почему? Не далее как вчера, Людвиг, пытаясь заставить меня отказаться от наследства, рассказал о том, что в склепе семьи дье Эвиль могут появиться «доказательства» моей вины. И надо же какое совпадение: этой ночью задержали взломщиков. С артефактами и ядом.

– Я уверена, ты просто не так поняла.

– Конечно, – протянула я с сарказмом, – Людвиг не то хотел сказать, как и ты, Тьянмира. Не то хотела сказать, угрожая мне в нотариальной конторе. Не то хотела сказать, когда печалилась, что Дориан из-за меня никак не умирает. Так?

Змеища раскрыла рот, чтобы ответить, но я ей не дала, стукнув ладонью по столу. На удивление это подействовало.

– Ладно. Не будем об этом, – продолжила я. – Хотелось бы услышать ответ на мое предложение. Повторю его еще раз: вы забираете заявление из полиции, я отзываю свое, и мы расходимся, как в море корабли. В противном случае уже завтра история со взломщиками и наследством будет на первых полосах газет. Итак, ваше решение, Людвиг?

Судя по тому, что на лицах Тьянмиры и Матильды не промелькнуло удивления, полагаю, они были в курсе моего предложения.

– Кхм… – Людвиг покрутил усы, потом взглянул на сестру и жену. – Мы согласны, но только в том случае, если ты перепишешь на меня дом, а Тьянмире отдашь половину суммы на счете.

Просто потрясающая наглость и жадность!

– Об этом не может быть и речи. Наследство останется мне. Третий раз предлагать решить все миром я не буду. Прошу извинить, у меня назначена встреча с адвокатом. Всего доброго.

Я поднялась из-за стола и покинула столовую. Кажется, что Людвиг хочет пойти на мировую, но я недооценила влияние на него жены и сестры. Или, возможно, они что-то задумали и уверены, что выиграют?

Переодевшись, я быстро покинула дом. Экипаж уже заложили. Первым делом заехала в банк, там сняла деньги, отвезла часть нотариусу, забрала копии документов и только потом отправилась к Йорвану Рею. Адвокат уже меня ждал.

– Вы взволнованы? Что-то случилось? – спросил он после взаимных приветствий.

Какой внимательный.

– Да, многое.

Я быстро пересказала события прошедшей ночи, добавив свои соображения, и показала Йорвану документы о задержании.

– Думаю, это очень заинтересует репортеров газет, – сказал он, просматривая бумаги, – можно уже сейчас позвать одного моего знакомого.

– Зовите, однако это еще не все.

Я поведала о встрече с Жераром и в общих чертах поделилась планом.

– Вы доверяете вашим слугам? – спросил Йорван, после моего рассказа.

– Да. А разве вы не должны…

– Отговаривать вас от этой затеи? – закончил за меня господин Рей, я кивнула. – Хочу напомнить, что я адвокат, а не полицейский. К сожалению, закон не всегда может защитить невиновного и наказать преступника. Наша правохранительная система не без недостатков. Однако есть множество лазеек, чтобы обойти закон или трактовать его в пользу клиента.

– А справедливость?

– Вот именно! Я стараюсь добиться справедливости так, как ее понимаю. Я на вашей стороне, и буду сражаться за вас в суде. Но, если есть шанс прийти к мирному соглашению, то это надо использовать. Безусловно, то, что вы задумали, противозаконно, однако противостоящие вам люди моральным терзаниям не подвержены. Если уж хотели убить, то не остановятся ни перед чем. Согласно букве закона, ваша с Жераром постановка трактуется, всего лишь как хулиганство. В том случае, если вас раскроют, придется заплатить штраф. Правда, если Людвиг сможет доказать, что вы нанесли вред его здоровью, то размер выплат возрастет. Хотя уверен, что ничего подобного не будет. Даже если вдруг у него прихватит сердце, или случится еще какая-то напасть, вы окажете помощь.

Я хотела спросить, почему он так в этом уверен, а потом вспомнила, что Илаида была практикующей целительницей, и долгое время лечила Дориана.

– Если тщательно подготовится, то план сработает, – уверено продолжал Йорван. – То, что вы придумали, невозможно реализовать без помощи слуг. Кто-то из них должен провести актера внутрь, а затем увезти. Да так, чтобы он никому не попался на глаза.

– Слуги на моей стороне, поверьте, они терпеть не могут Матильду с Людвигом и Тьянмиру. На всякий случай я могу взять у них магическую клятву о неразглашении. Только надо составить ее так, чтобы они могли рассказать репортерам о том, что случилось.

– А вы мстительны, – усмехнулся Йорван.

Я, конечно, отзову заявление из полиции, если дети Дориана заберут свое и перестанут тянуть лапы к наследству Илаиды. Однако о репутации Людвига и Тьянмиры заботиться не собираюсь, разрешу слугам рассказывать о призраке старого графа дье Эвиль. Пусть репортеры напишут в газетах, что змеища и ее братец согласились выполнить последнюю волю покойного отца, только когда тот заявился с того света.

– Дело не в этом, – ответила я. – Точнее не только в этом. Просто выполняю обещания, потому что мои угрозы, кажется, всерьез не воспринимают. Я сказала, что завтра в газетах напишут о наследстве семьи дье Эвиль, значит, так и будет. И если даже Тьянмира и Людвиг пойдут на мировую, репортеры не отстанут. Обязательно заинтересуются, почему это такие алчные люди отказались от мысли ограбить вдову. Призрак прекрасно впишется в эту историю.

– И вы не боитесь, что пострадает ваша репутация?

– Моя-то почему должна страдать? Вон даже призрак явился с того света, чтобы восстановить справедливость и защитить меня.

Йорван рассмеялся.

– Да уж, вы, похоже, все можете повернуть себе на пользу.

– Было бы что поворачивать! Я обязательно поговорю со слугами и постараюсь, чтобы они подали информацию прессе в нужном свете. Кстати, о прессе, где там ваш репортер?

– Одну минуточку, сейчас напишу ему записку и отправлю посыльного.

Еще около получаса мы обсуждали другие проблемы. Например, Кевина – внука Жерара, надо было чем-то занять на время операции. Йорван предложил вообще переселить актера в приличный доходный дом в торговом квартале. Среди простых людей, которые живут в этом районе, вряд ли кто-то мог бы видеть графа Дье Эвиль, чтобы найти сходство с Жераром. Кроме того, в некоторых доходных домах можно было договориться, чтобы с мальчиком посидела няня. Йорван как раз знал один такой.

Мысль показалась мне здравой, хотя, уверена, что отметить внешнее сходство бедного актера и графа дье Эвиль могли немногие. В последние два года Дориан очень сильно похудел и поседел, превратившись из полного, всегда чисто выбритого пожилого брюнета в худощавого седого старика с короткой бородкой. Кроме того, за эти годы он почти ни с кем не встречался. Тем не менее бедный актер в лучшей гостинице города будет привлекать лишнее внимание. Желательно все же перевести Жерара и Кевина из центра в этот доходный дом.

– Что-то Марис не идет, – Йорван обеспокоено посмотрел на часы.

– Знакомый репортер?

– Да, может быть…

Закончить фразу адвокат не успел, в приемной что-то разбилось, а через доли секунды завизжала секретарша.

Йорван мгновенно оказался у двери, распахнул ее и пораженно воскликнул:

– Марис, боги милосердные, что с тобой произошло?!

Опа! Это, кажется, репортер пришел. Я опасливо выглянула в приемную из-за спины адвоката. Высокий, сухопарый, молодой мужчина лет двадцати-двадцати пяти, смуглый и кучерявый, едва стоял, прислонившись к стене. Его лицо опухло, из носа текла кровь, разбитые губы мешали говорить. Одежда испачкана, короткое темное пальто порвано, пуговицы с жилета оторваны.

У стола застыла секретарша, возле ее ног валялись черепки расколотой чашки, край длинной, светлой юбки заляпали пятна от выплеснувшегося кофе.

– Побили… – непослушными губами едва слышно выдавил Марис.

Йорван подскочил к другу и помог тому снять пальто и добраться до узкого диванчика, стоявшего в приемной. А потом кинул напряженный взгляд на меня.

– Илаида, вы не поможете?

Блин! Я же целительница!

– Да-да, конечно. Извините, растерялась.

Как по заказу «подгрузились» знания Илаиды, колдовство давалось легко, если об этом особенно не задумываться. Руки делали магические жесты в нужной последовательности. Диагностическое заклинание, обезболивание, а теперь вправить сломанный нос. Кстати, с ним получилось сложнее всего. Я не врач, и на этом этапе немного запаниковала, но затем взяла себя в руки. Если не справлюсь, то тут есть умельцы, чтобы вправить нос. Не так сложно на самом деле.

Только минут через десять удалось, наконец, привести Мариса в порядок. Изольда, секретарша Йорвана, быстро организовала мне небольшой перекус. После использования магии шатало от резко навалившейся усталости и очень хотелось есть.

– Большое спасибо, леди Илаида, – Марис слегка поклонился. Из положения полулежа на диване, это выглядело немного нелепо, но было видно, что репортер искренен, – ваша помощь очень кстати.

– Да, тебе очень повезло, что Илаида захотела помочь, – Йорван посмотрел на меня.

«Захотела помочь» – вот как интересно он сформулировал. У адвоката, должно быть, создалось впечатление, что графиня – а у меня сейчас довольно высокий титул – сначала не хотела помогать простому журналисту, а потом решила все же замарать ручки. Надо объясниться:

– Я в любом случае помогла бы. Это мой долг. Просто сначала несколько растерялась. Такие травмы для меня непривычны. В основном я следила за состоянием пожилых людей, купировала приступы, занималась поддерживающей терапией, иногда принимала роды, лечила женские болезни, а тут видно же, что человека били в уязвимые точки, чтобы сделать больнее. Ужасно!

На самом деле Илаида не растерялась бы, все же девушка была прирожденной целительницей. Обучаясь в пансионе, она проходила практику в нескольких больницах и там навидалась всякого. Но я-то не Илаида! Я-то не врач!

– Марис, я отправил посыльного в полицейский участок, еще одного к доктору, поэтому у нас мало времени. Расскажи подробно, кто тебя избил и за что? – попросил Йорван. – У меня есть кое-какие подозрения…

У меня тоже. Но послушаем, что скажет репортер.

– Я шел к тебе, и вдруг из переулка выскочили трое здоровенных мужиков самой бандитской наружности. Я даже опомниться не успел! – начал Марис. – Избили, отобрали деньги и записную книжку. Кажется, один из них вытащил нож, но его подельник сказал, что за убийство им не платили. Он же пригрозил, что я пожалею, если напишу что-то очерняющее репутацию известных аристократов.

– Имена этих аристократов этот бандит не сказал? – поинтересовался адвокат.

– Нет, но полагаю, что это может быть связано с вами, леди Илаида.

– Более чем уверена в этом, – признала я.

Вот почему Тьянмира и Людвиг не испугались моих угроз. Что-то мне подсказывает, что змеища не только чай пила, а продумывала, как мне навредить. А её братец мог договориться с местными «братками».

– Где на тебя напали? – продолжил допрос Йорван.

– На пересечении Сосновой улицы и Седого переулка. Буквально в двух шагах от твоей конторы. Главное, отметелили меня очень быстро и так же быстро скрылись.

– Их кто-нибудь видел?

– Столяр Вил. Но, маловероятно, что сможет опознать. Их лица закрывали серые маски, оставляя только глаза. Пожалуй, я смогу опознать голос того, кто мне угрожал. У него южный говор, и довольно высокий тембр для мужчины. Ты же понимаешь, что по такому описанию их не поймают?

– Да. Но, главное, вызов в полиции будет зафиксирован, как и факт побоев. Это можно использовать в суде.

– Так вы не отказываетесь от моего дела? – уточнила я.

– Конечно, нет! – несколько обиженно воскликнул Йорван.

– Как и я от написания статьи, – вставил Марис.

– Но безопасностью надо озаботиться, – подняв указательный палец вверх, заявил адвокат.

Не прошло и пяти минут, как в контору прибыл сначала доктор, а затем наряд полиции. Пока Марис пересказывал все обстоятельства нападения, Йорван отвел меня в сторону.

– Я тут подумал, и понял, что эти головорезы следили за вами, леди Илаида. Вы ведь не говорили своим родственникам, какого именно адвоката наняли?

– Нет, – пораженно выдохнула я. – Господин Рей вы хотите сказать, что эти бандиты должны были побить меня?

– Не думаю. Зная, что вы хотите обратиться к журналистам, нанятые преступники следили за вами. Полагаю, им дали задание побить репортера, запугать его, отобрать записи. Не просто так у него записную книжку отобрали! Однако вы не пошли в издательство, а сидели у меня, они же бродили где-то поблизости.

– И тут кто-то из бандитов увидел Мариса и понял, что тот репортер! – закончила я. – Вы считаете, они могут потом и меня побить?

– Возможно. Вам необходим телохранитель.

М-да, я должна была подумать об этом раньше.

– У вас есть кто-то на примете?

– Несколько человек. Думаю, вам нужно нанять, как минимум, двоих. Пока я могу договориться с одним мужчиной. Ему сорок шесть, он бывший военный. Сейчас в поиске работы, и, полагаю, может приступить прямо сегодня.

– Было бы замечательно, – пробормотала я. – Если за мной следили, то вряд ли отстанут. А после визита к вам я планировала заехать к Жерару и Кевину.

– Пожалуй, сейчас этого делать не стоит… – Йорван ненадолго задумался, а потом предложил: – Может быть, вы напишете записку актеру? Он умеет читать?

– Думаю, да. Он говорил, что владеет магией иллюзий. Значит, где-то обучался.

– То, что он владеет даром, ни о чем не говорит, мог учиться у такого же иллюзиониста без диплома. Но мы будем надеяться на лучшее. Пишите письмо, обязательно добавив несколько слов, чтобы Жерар понял, что это вы, и печать поставьте, перстень у вас есть. Я сейчас постараюсь найти посыльного. Он отнесет письмо, а потом приведет актера и его внука сюда. У этого дома есть еще один вход с другой улицы. Надеюсь, там нет наблюдателей. А если есть, то точно определить, к кому какой посетитель пришел, невозможно.

– Хорошо. Дайте мне бумагу, пожалуйста, и подскажите, куда сесть.

– Располагайтесь за моим столом. Слева от вас пачка бумаги.

Быстро написав послание Жерару, я сложила желтоватый лист в конверт, капнула специальным воском и поставила оттиск перстня. Пока Йорван искал посыльного, мысленно пересчитала деньги, стараясь понять, хватил ли мне на найм телохранителей, или придется снимать со счета. Честно сказать, не знаю, сколько берут подобные люди за свои услуги.

Полицейские оформили заявление, опросили свидетелей, в том числе и меня, доктор засвидетельствовал побои. Все происходило на удивление быстро, поскольку работали сразу три дознавателя. Полагаю, подобные выезды для них не впервые. Я подписала показания, как и все, кто находился в конторе, и полицейский наряд, наконец, нас оставил. Доктор ушел еще раньше.

– Леди Илаида, я жажду услышать вашу историю. Изнываю от любопытства, – с улыбкой сказал Марис.

Он так и остался лежать в приемной, целитель пока запретил ему вставать, а секретарша ушла в кабинет Йорвана. Нам предстоял приватный разговор.

Но, вероятно, звезды сегодня были против этого: не успела я и рта раскрыть, как распахнулась дверь в кабинет и оттуда вышли Жерар и Кевин. Вот как. Интересно, значит, из кабинета адвоката есть еще один выход. И ведь я ничего не заметила!

Кстати, актер и его внук выглядели гораздо лучше, чем при первой нашей встрече. Мальчик мог похвастаться не только новенькими ботинками, но и добротной курточкой, и отглаженными брючками. На Жераре был надет плащ, а шея замотана цветастым шарфом, который отвлекал внимание от старых, начищенных ботинок и серых штанов.

– Мы, кажется, не вовремя, – смутился актер.

– Нет, все в порядке, – поспешила успокоить я, – Жерар, как вы смотрите на то, чтобы переехать в менее помпезное жилье?

– Я хотел и сам предложить что-то подобное, леди. А то в гостинице нам неуютно.

– Замечательно! У господина Рея есть несколько вариантов, поговорите с ним, пожалуйста.

В результате Йорван и Жерар с Кевином ушли в кабинет, а я, наконец, приступила к рассказу. Вскоре адвокат вернулся и сел поодаль. Надеюсь, вопрос с переездом и няней для мальчика улажен.

История наследства заинтересовала Мариса, в подтверждение своих слов, я показала ему не только бумаги о задержании взломщиков, но и завещание покойного мужа, справки о его здоровье и даже выписку о приеме моего заявления в полицию. Но и без всего этого я видела, что Марис не сомневается в моей искренности, и была уверена, что он покажет эту историю в правильном свете.

Тем не менее вопросы, которые задал репортер, оказались неожиданными не только для меня, но и для господина Рея:

– У вас ведь есть план, как сохранить наследство?

– Примерный, – расплывчато ответила я.

– И какую роль в нем играет этот Жерар?

– А с чего ты вообще взял, что он как-то к этому относится? – спросил Йорван.

– Иначе вы бы не вызвали его сюда. Значит, встречаться с ним, зная, что за леди Илаидой следят, опасно. Несложно вычислить, что он как-то связан с наследством. Как?

Я задумалась. Марис мне понравился. В нем не чувствовалось гнили и фальши, но безоглядно доверять репортеру не стоило. Тем более в таком важном вопросе. С другой стороны, скорее всего, именно он будет писать и о призраке, вне зависимости от того, согласятся ли Тьянмира и Людвиг на мировое соглашение или нет. Конечно, кто-то опишет ему этого «призрака». А дальше Марис сложит два и два. Он уже доказал, что неглуп.

– Леди, мой друг – честный, достойный человек, – произнес Йорван.

Кажется, он пришел к теме же выводам, что и я.

– Хорошо. Я расскажу все, если Марис принесет клятву о неразглашении.

Получилось жестко. Для журналиста такое условие сложно выполнимо, особенно, если дальше он будет писать о призраке, поэтому я добавила:

– Видите ли, эта информация для меня очень опасна, поэтому, принеся клятву, вы не сможете разглашать только те сведения, которые напрямую вредят мне или мешают получить наследство. Вы согласны на такие условия, Марис?

– Да.

Клятва не заняла много времени. Так же как и рассказ о том, как я планирую получить свое наследство. Репортер пришел в восторг.

– Я в деле! Даже придумал, как будет называться вторая статья о наследстве дье Эвилей: «Интервью с призраком!».

– Ты решил расспросить Жерара?

– Нет, конечно! Я проведу журналистское расследование и предположу, как призрак старого графа дье Эвиль будет отвечать на вопросы! А название «Интервью с призраком» сразу же привлекает внимание!

Отлично! Рада, что ему все понравилось. Марис ушел в сопровождении двух крепких парней. Пока Жерар решал проблемы с переездом, мы с Йорваном решили попить чаю с печеньем. Я бы съела чего-то посущественнее, но не хотелось объедать адвоката.

Не успели мы допить чай, в контору зашел высокий, плотно сбитый мужчина лет тридцати в военной форме. Он слегка прихрамывал, опираясь на трость. Светлые, чуть прикрывающие уши волосы завивались в кудри. Симпатичное лицо, едва видные веснушки на носу и серые глаза.

– Добрый день, Винс! – обрадовался Йорван, увидев вошедшего. – Позволь тебе представить графиню Илаиду дье Эвиль. Леди, а это Винсент дье Одфей. Я думаю, он может побыть какое-то время вашим сопровождающим.

Ага, так это обещанный телохранитель. Интересно. Очень интересно. Если я правильно помню ему уже больше сорока. А выглядит лет на пятнадцать моложе. Маг? Да еще и благородный. Приставка дье между именем и фамилией тут означает принадлежность к аристократии. Раз Йорван не назвал титул, значит, безземельный.