Глава четвертая. План

Я быстро ввела в курс дела старого актера. Рассказала ему о наследстве и детях Дориана, которые хотели все отобрать, поделилась соображениями господина Рольна и предостережением от адвоката.

– Интересно, такого еще мне играть не доводилось, – почесал затылок Жерар. – Говорите, что я похож на покойного графа дье Эвиль?

– Да, не сказать, что сходство полное, но если немного исправить прическу, форму бровей и наклеить бороду, чтобы скрыть подбородок, то вполне.

– Вы хотите, чтобы я изобразил призрака?

– Ну да. Тьянмира не просто так хотела заранее нанять некроманта, чтобы он провел очистительные ритуалы. Не знаю, удалось ей это или нет, но то, что она боится гнева покойного отца, очевидно. Если вы появитесь в темноте при плохом освещении, а потом исчезните, она испугается. Вы ведь знаете, что от призрака можно получить сильнейшее проклятие.

– Да.

– Вот покажетесь им на глаза, повоете, как призраки обычно делают.

– А откуда вы знаете, как они делают?

– Честно говоря, не знаю, просто предполагаю. Мне кажется, что, испугавшись проклятия, Людвиг и Тьянмира заберут заявление из полиции и оставят мне мою часть наследства.

– Вы же понимаете, что они могут и не пойти на примирение? Просто вызовут некроманта, а тот подтвердит, что никакого проклятия и призрака не существует.

– Просто вызвать некроманта не получится. Во-первых, это очень дорого, во-вторых, найти его сложно. Некромантия – редкий дар. Кроме того, оплачивать услуги мага, а потом еще подкупать судью, прокурора, присяжных очень накладно. Даже если Людвиг и Тьянмира выиграют, доставшаяся им в результате сумма будет небольшой. Как бы в минус не уйти с такими затратами. Тем более, если можно и самим попробовать избавиться от призрака, выполнив его желание, то есть оставив мою часть наследства мне.

– Понимаете, леди, – Жерар тяжело вздохнул. – Я же не призрак. Можно нанести грим, но, думаю, что Тьянмира меня быстро раскроет, все же ходить сквозь стены и исчезать я не умею.

– Да и не нужно, – махнула я рукой. – Спецэффекты можно продумать…

– Спец… что?

– А ну дыма там напустить, чтобы вы из него как бы вышли. Хотя до этого нужно разогреть аудиторию, ну как… – я чуть не ляпнула «в фильмах ужасов», – …как бы подготовить. Какие-нибудь завывания, шепот в комнатах, пятна крови. Это не сложно организовать, как раз в комнате Людвига есть тайный ход. Он о нем не знает, особняк был куплен Дорианом относительно недавно, лет пятнадцать назад. Через этот ход можно незаметно что-то подкладывать и пугать звуками. Еще можно попробовать фокус с зеркалом, но как его реализовать, понятия не имею.

– Что за фокус?

– Это когда кто-то смотрит в зеркало, и видит рядом с собой человека или просто тень, резко оборачивается, а сзади никого нет. Снова смотрит в зеркало, а тень никуда не делась, или, допустим, исчезла, но потом опять появилась. Это страшно!

– Да уж, представляю, – задумчиво протянул Жерар. – На самом деле, что-то такое я мог бы попробовать сделать.

– В смысле?

– Ну, отражение в зеркале. У меня есть очень небольшой магический дар. Лучше всего удаются иллюзии, поэтому я и пошел в актеры. Но объемными у меня получается только что-то маленькое. А с зеркалом проще. Совсем несложно сделать там крупную человекообразную тень.

– Это же замечательно! – воодушевилась я. – А еще появляющиеся и исчезающие надписи на стенах можно будет сделать. Такие, словно кровью написанные.

– Это тоже несложно. Главное, находится где-то рядом, чтобы я сам мог видеть результат иллюзии.

– Ага, и вот вообразите себе звуки страшные, завывания, потом вдруг тени в отражении, надписи на стенах кровью, то появляющиеся, то исчезающие, а затем в клубах дыма появляетесь вы! Кстати, ведь можно наложить грим, как у мертвеца. Знаете, с трупными пятнами…

– Откуда у духа трупные пятна? – засомневался Жерар.

– Ладно, без них. Только как сделать клубы дыма? Или обойдемся?

– Для дыма есть средство. Можно купить недорогие ингредиенты в аптеке и сделать самим. Правда запах будет своеобразный. Аптечный.

– Можно подумать, как сделать дым менее насыщенным, или перебить запах…

Точно! Илаида варила зелья и вполне неплохо. Ее память досталась мне. Значит, в теории можно подобрать мерзко пахнущее варево...

– Знаете, если проварить одну травку, то можно получить что-то похожее запах плесени, – снова заговорила я. – Им вполне можно перебить запах аптечных препаратов.

– Главное, самому не задохнуться…

– Можно и без дыма, просто наложить грим и показаться в темноте. Или в плохо освещенной комнате.

Жерар замолчал. Я видела, что ему интересно мое предложение.

– А если нас разоблачат?

– Насколько я знаю, даже если все вскроется, то это… – Я лукаво улыбнулась, кое-что вспомнив, – Эта операция может считаться мелким хулиганством. И за это мелкое хулиганство я плачу крупные деньги. Жерар, вы мне поможете?

– А какой у меня будет гонорар? – хитро прищурившись, спросил актер.

Немного поторговавшись насчет цены, мы договорились на сумму, которая устраивала нас обоих. Я понимала, что Жерар рискует, поэтому не стала сильно сбивать названую им цену. Кроме того, актер получил от меня деньги на расходы. В первую очередь нужно было купить в аптеке ингредиенты для создания дыма. Жерар сказал, что попытается подобрать пропорции, при которых дым не будет иметь выраженного запаха.

Рубашки я тоже отдала актеру и попросила, чтобы он оделся получше. Маракт хоть небольшой городок, но расположен близко к столице, всякие королевские проверки сюда приезжают в первую очередь, поэтому мэр хорошо следит за порядком. Если одет в рваньё, то стражники могут забрать в полицейский участок. Тунеядство и попрошайничество не поощрялось.

Существовало несколько организаций, в которые могли обратиться люди без средств или без места жительства. Там им подбирали работу, вроде уборки улиц, перевозки мусора, чистки канализаций и чего-то подобного. То есть, не очень приятное, но необходимое для города. Так же тут были социальные ночлежки. Не сказать, чтобы удобные, скорее, наоборот: по десять-двадцать кроватей в одной комнате. Однако на улицах люди не спали.

В общем, мэр тут действительно работал, поэтому нужно следить за тем, как выглядишь, чтобы не загреметь в полицейский участок. Жерар проникся и пообещал подобрать более подходящие для города вещи.

Завтра я должна была заехать к адвокату вместе с актером. Все же нужно посоветоваться с Йорданом. Мало ли какие тут законы. Вдруг изображать призраков нельзя.

Честно признаться, возвращаться в особняк я боялась. Тьянмира могла подготовить какую-то каверзу к моему приезду. Мелькнула мысль: снять комнату в гостинице или вовсе домик, но я ее сразу отмела. Если не приехать ночевать, змеища запустит слухи о моем моральном падении и мнимом любовнике. Причем, даже не одном.

Да и… раз уж я решилась на противостояние с ней и Людвигом, отступать нельзя. Хотя, конечно, страшно. Я отдавала себе отчет, что Илаида умерла по вине детей Дориана. Такие люди, как Тьянмира и Людвиг способны на убийство, а я уже умерла один раз, и второй раз мне не хотелось. Сейчас, после оглашения завещания, моя смерть им невыгодна, но доставить неприятности они могут.

Отпустив экипаж, я окинула взглядом особняк Дориана. Небольшой по местным меркам: зал для торжеств, кухня, столовая и две комнаты на первом этаже и шесть спален на втором. Еще выше застекленная мансарда, где Илаида выращивала лекарственные травы.

На огороженной территории так же находился очень уютный садик, беседка, конюшня и флигель. В последнем жили слуги: пожилая пара и их дочь. Женщина работала экономкой, мужчина садовником и конюхом, а их дочь горничной. Кухарка и ее сын занимали комнату на первом этаже. Была так же приходящая прислуга.

В общем, хорошее место. Дориан недаром купил этот дом, сделал ремонт, кое-что поправил, а после переехал сюда. Большой родовой особняк на окраине столицы в тихом районе достался Людвигу и Матильде. Еще один дом в самом центре – Тьянмире. Оба были гораздо дороже, чем тот, что достался мне, но упускать из рук наследство дети Дориана не собирались.

Едва переступив порог особняка, я увидела спускающегося со второго этажа Людвига.

– О! Илаида, ты как раз вовремя, – расплылся в улыбке мой пасынок. – Я недавно вернулся с переговоров, голодный ужасно. Приказал накрыть на стол. Составишь мне компанию?

Что-то он уж очень милый. Не задумал ли чего? Хотелось послать Людвига подальше, но надо же узнать причину резкой перемены, поэтому ответила я вежливо:

– Конечно.

Быстро переодевшись в домашнее платье, я спустилась вниз. Что-то подозрительно тихо. Ни горничной, ни экономки. Куда все делись? В столовой было накрыто только на две персоны. На кухне кто-то стучал тарелками. Видимо, слуги тоже ужинали. Людвиг уже порезал отбивные на мелкие кусочки, и ел их, обмакивая в подливу.

Согласно этикету, он должен был меня дождаться, раз пригласил отужинать вместе, а потом отодвинуть стул, чтобы помочь сесть, но дети Дориана намерено нарушали правила хорошего тона в отношении Илаиды. Ничего удивительного.

– Людвиг, а где все? – спросила я, присев за стол.

Мужчина взял бокал с вином, сделал большой глоток, вытер губы салфеткой и только потом ответил:

– Грегори гуляет в саду. А сестра с Матильдой и племянниками уехали на чаепитие к леди Луизе дье Шамриан.

– И когда они вернуться?

– Я думаю около полуночи.

Чаепитие, ну-ну. После похорон близкого родственника полагалось выдержать траур. Увеселительные мероприятия посещать было нельзя, однако собираться на чаепития не возбранялось. Только обычно они проходили либо в первой половине дня, либо сразу после обеда и заканчивались до шести вечера.

А тут в полночь должны вернуться. Ну, да. Чаепитие. Конечно, конечно.

– А вы что же не поехали, Людвиг?

– У леди дье Шамриан собираются, в основном, молодежь и женщины. Мужчин мало, мне там будет скучно.

Полагаю, дело было не в этом. Луиза ненавидела азартные игры, и никогда не устраивала подобных развлечений у себя дома. А Людвиг любил переброситься в картишки.

Есть мне не хотелось, поэтому я положила себе немного салата и размазывала его по тарелке. Интересно, зачем на самом деле сын Дориана позвал меня на ужин?

– Вы мне всегда казались вполне разумной девушкой, – начал Людвиг, выпив еще один бокал вина. – Однако сейчас повели себя неправильно.

Кажется, я поняла, о чем он хотел поговорить. Сейчас меня начнут убеждать и уговаривать отказаться от наследства, раз запугать не получилось. Послушаю. Может, поведает что-нибудь интересное. Например, о некроманте. Нашла его Тьянмира или нет?

– У вас есть возможность выгодно выйти замуж. Титул графини не отобрали, поэтому вы можете рассчитывать на брак практически с любым аристократом. Внешность приятная, есть магический дар – это достоинства, которые многие оценят. Вы хорошая партия, но только пока.

Людвиг со значением посмотрел на меня. Я подняла брови, ожидая продолжения.

– И скоро все это может измениться, – не дождавшись от меня другой реакции, сообщил он. – Только подумайте, какой урон репутации, если вас будут судить за убийство собственного мужа! Конечно же, осудят! Упекут за решетку.

– Да что вы говорите! – с сарказмом воскликнула я. – Вы же сами понимаете, что никой вины за мной нет, зато о вашем разговоре с сестрой кто только не слышал. Подумайте лучше о другом. Скоро во всех газетах появится история о том, что вы, вопреки последней воле отца, пытаетесь отнять у молодой вдовы долю наследства, обвинив в убийстве, которого она не совершала.

– Ерунда, этим писакам можно заплатить, и они напишут все что угодно, – раздраженно пробурчал Людвиг.

– Да, безусловно, но вот вопрос: кому из них поверят? Как вы думаете, дье Бохо воспользуются этой ситуацией, чтобы подтолкнуть мнение общественности к нужным им выводам? – вкрадчиво осведомилась я. – Вспомните, скольким вы навредили, скольким попортили кровь. Уверены, что эти люди будут молчать, когда появиться возможность потоптаться по вашей репутации? А ваши деловые партнеры? Как они отреагируют на информацию о том, что вы даже последнюю волю своего отца не хотите выполнять? Что уж говорить о договорах, которые заключены с чужими людьми. Наверное, их вы тоже исполнять не будете.

– Ты смеешь мне угрожать?! – наконец, справился с возмущением и удивлением Людвиг.

Настоящая Илаида постеснялась бы говорить с ним в таком тоне. Понятное дело, что на отпор сыночек Дориана не рассчитывал.

– Я? Угрожаю? Нет, что вы! Просто обрисовываю ситуацию, которая возникнет, если вы не заберете заявление. Каждую, вдумайтесь, каждую вашу бумагу я буду оспаривать, выводы экспертов подвергать сомнению, привлеку всех ваших конкурентов.

– У тебя денег не хватит, чтобы победить семью дье Эвиль, – прорычал Людвиг.

– Хватит. Арест на счета, что завещал мне Дориан, может наложить только суд тогда, когда вынесут приговор или предоставят достаточно веские доказательства моей вины. А с доказательствами, Людвиг, у вас не очень.

– Вот какая ты оказывается! Что же, раз ты решила играть по-крупному, то знай, что сторожа кладбища несложно подкупить. И добавить доказательства, которых так нам не хватает! Например, ввести в тело яд и с помощью артефакта разогнать кровь трупа.

Я расхохоталась. Все же господин Рольн действительно знал детей Дориана, и рассчитал их следующий шаг. Людвиг смотрел на меня, нахмурившись, не понимая такой реакции.

– Уважаемый, граф дье Эвиль, – издевательски вежливо обратилась я, – довожу до вашего сведения, что в склепе уже дежурит охрана, и подкинуть туда «доказательства» никак не получится. Я уже предупредила начальника полицейского управления, что все проверки там должна проводить группа, как минимум, с одним магом, который должен подтвердить письменно, в присутствии независимых свидетелей, что склеп и гроб никто не посещал с похорон. Вы, кстати, не боитесь отправлять туда людей, которые должны будут подкидывать «доказательства»? Вдруг возле тела Дориана появится его призрак? Или дух?

– Бред это все! – недовольно буркнул Людвиг. – Специалист нам сказал, что процент людей, которые после смерти становятся призраками, крайне мал.

Вот оно что! Значит, некроманта они не наняли. Просто поговорили со специалистом, который убедил их не тратить деньги. Прекрасно!

– И вы настолько жадны, что готовы рисковать? Страшные проклятия, которые насылают духи и призраки, не шутка.

– Это все слишком маловероятно, чтобы всерьез по этому поводу переживать, – отмахнулся Людвиг.

– Вот как… Тогда переживайте по другому поводу. Я сделаю все, чтобы ни деньги, ни дом вам не достались. Если буду чувствовать, что вы побеждаете, сниму все средства со счета и пожертвую благотворительным организациям. Что же касается дома, вы ведь уже убедили наших с Дорианом слуг, что как только выгоните меня отсюда, смените весь штат, так?

– Да! Они отвратительно выполняют свои обязанности. Отец их изрядно разбаловал.

Нам обоим было известно, что проблема в другом: никто из слуг даже за деньги не соглашался лжесвидетельствовать и шпионить на эту семейку. Людвиг и Тьянмира, пытаясь расстроить свадьбу Илаиды и Дориана, переговорили со всеми, кто работал в особняке, и не добились ничего.

– Ну-ну, – фыркнула я. – Вы же понимаете, что в таком случае слугам терять нечего? Даже если вы сможете отсудить у меня наследство, то особняк вам не достанется. Они его сожгут.

Ничего подобного мне слуги не говорили, но, судя по тому, как они относились к Тьянмире и Людвигу, такой вариант вполне вероятен. Вон как у сыночка Дориана лицо вытянулось. Неужели сам не додумался до подобного финала.

– Поджигателей схватит полиция!

– Уверена, что каждый из них озаботится хорошим алиби. Но даже если нет, разве это поможет восстановить дом? Подумайте, Людвиг, готовы ли вы потратить большую сумму на подкуп свидетелей, судьи, присяжных, экспертов, прессы ради того, чтобы получить пустой счет и обгоревшие развалины на месте особняка? А если вы проиграете, то результат будет еще более печальным, поскольку все судебные издержки я с вас стрясу в полном объеме.

Продолжать этот разговор больше не имело смысла, поэтому я поднялась из-за стола и уверено зашагала к себе в комнату. Очень надеюсь, что Людвиг сделает нужные мне выводы. Он, конечно, скупой и жуликоватый, но не идиот.