Глава 19

Противная, пронизывающая мелодия доносилась откуда-то издалека. Я попыталась открыть глаза, но они ни какую не хотели мне подчиняться. Голова отчего-то болела, как будто вчера вечером я пила. Вот только я точно знала – ни капли спиртного я не употребляла. Ни на ужине с Ленскими, ни потом, когда гуляла с их сыночком. Вспомнив последнее, я простонала. Черт, Элька, какая же ты все-таки дура! Ужинать с родителями Арса еще куда ни шло, а вот целоваться с ним в фонтане точно не стоило. И хуже всего как раз таки то, что мне понравилось. И что с этим делать, непонятно.

Телефон снова разразился недовольной тирадой со смутно знакомой мелодией. Не сразу, но до меня дошло, что это недовольная Алиска жаждет отчета. Вчера, вернувшись с нашей странной прогулки до фонтана, я так ей и не позвонила. Промокла, устала, была вымотана впечатлениями, время далеко за полночь – оправданий много. На самом деле, я просто боялась говорить со своей проницательной сестрицей. Почему-то казалось, что она сразу все поймет по моему голосу.

Надо отдать Арсу должное, он проводил меня до квартиры. Впрочем, поцеловать на пороге тоже не забыл.

И я по каким-то совершенно непонятным для меня причинам позволила ему это сделать. Даже не съехидничала.

Мелодия звонка пошла на новый виток, и я поняла, что Лиска не отстанет. И лучше бы мне взять трубку, пока она сама не купила билет на самолет и не прилетела проверить, не обидел ли кто из Ленских ее младшую сестренку. И вот тогда я никому бы не позавидовала.

– Я слушаю, – пробормотала я сонно. И тут же услышала категоричное:

– Элька, что у тебя с голосом? Ты ревела?

Я попыталась откашляться, чтобы начать говорить нормально. Вот только все бесполезно. Мой голос все еще был хриплым и ломким, как проржавевшая труба. А еще горло словно раздирало. Кажется, худшие опасения Арса оправдались. Я все-таки умудрилась простудиться.

– Нет, не ревела, – выдавила из себя я. Говорить было больно. – Я, кажется, того…

– Ну что ты того, я уже давно поняла, – не стала спорить со мной Алиска. – Ты же моя сестра. Ты просто не можешь быть нормальной.

Очень мило, ничего не скажешь. Утешает, что сама Алиска достаточно самокритична. Иначе бы совсем печально было.

– Да не в том смысле «того», – возмутилась я и закашлялась. Сестра тут же посерьезнела:

– Заболела?

– Кажется, да, – не стала отрицать я.

– Тебя там мороженным кормили, что ли? – сердито спросила она. Я, честно, не знала, что можно на это ответить. Вариант «я целовалась в фонтане» сестренка вряд ли оценит. Впрочем, ей и не требовался ответ. Следующие несколько минут я долго и мучительно выслушивала, как мне лечиться. И едва договорила с Алиской, провалилась в сон. И все бы ничего, вот только я оказалась в сказке, где из тридцати трех Арсениев Романовичей Ленских нужно было выбрать одного, настоящего. Я вертелась по кругу, то и дело в кого-то тыкала, но тут же передумывала. В общем, с выбором Арса оказалось, мягко говоря, сложно. И мучиться мне еще долго, вот только телефонный звонок снова вырвал меня из забытья.

Выслушав порцию причитаний и ценных указаний от мамы, я попробовала снова уснуть. Но сегодня явно был не мой день. Кажется, кто-то на небесах не хотел, чтобы мы со сном были вместе и пытался нас разлучить. Потому что телефон зазвонил снова. Я тяжело вздохнула, мысленно выстроила долгий и витиеватый путь, куда я пошлю очередного адресата и… Замерла. Потому что звонил Ленский. Я недоуменно посмотрела на телефон, перебирая тысячу и одну причину, по которой он мог мне позвонить. Очередной контент-план? Визит к родителям? Ну нет, сегодня без меня. У фальшивой девушки выходной.

А телефон все продолжал звонить. Кажется, Арс превратился в дятла, который упрямо долбит меня. Раз за разом. Но беседовать с ним в образе господина Джигурды мне совершенно не хотелось. Я еще раз посмотрела на имя входящего абонента, словно решаясь, а потом выключила звук на телефоне. Родители знают, что я болею, Лиска тоже. А остальной мир подождет. Как тут лечиться, если постоянно кто-то теребит? С этой мыслью я уткнулась носом в подушку и уснула.

В следующий раз я проснулась от того, что кто-то тарабанил в мою дверь, периодически прерываясь на звонки. Я полежала еще минутку, поняла, что тот, кто пришел, никуда не уйдет и, тоскливо вздохнув, поплелась открывать. Хотя поплелась – это очень громко сказано, во всем теле чувствовалась слабость, очень хотелось просто лечь и ползти. Но, чувствую, нежданный посетитель к тому времени меня просто задолбает.

В глазок даже не взглянула, распахнула дверь. И кто бы сомневался? На пороге стоял его величество тигр Арс.

– Ты почему не отвечаешь? – тут же набросился он на меня с упреками. И замер, глядя на меня. В другой ситуации я, наверное, посмеялась бы над его выражением лица. Представляю, как я выгляжу со стороны. Заспанная, со спутанными волосами, в короткой пижамке с мелкими то ли летучими мышками, то ли вампирчиками, я была неподражаема. Интересно, у человека после этого чудесного зрелища инфаркт не случится? Не хотелось бы, а то еще апельсинчики в больницу таскать придется.

– Сплю, – позевывая, сообщила я. – Слушай, Арс, какие бы у тебя там планы ни были, я не в кондиции. Так что сегодня без контента. Хорошего дня!

Попытка захлопнуть дверь провалилась. Ленский подставил ногу, мешая мне вновь воссоединиться с диваном.

Ну вот что за человек! Парень он фальшивый, больше нескольких поцелуев у нас ничего не было, а конкуренции не терпит, как настоящий! Возмутительно просто!

– Ленский, вот серьезно, не до тебя сегодня, – прислонившись боком к стене, почти попросила я. – Давай потом во всем разберемся, что-нибудь точно запилим. Но не сейчас.

В подтверждение своих слов я громко чихнула, словно ставя точку в своей просьбе. Не сработало. Меня смерили таким взглядом, будто готовы были вот-вот сжать горло и начать душить. Не хотелось бы. Мое горлышко и так многострадальное. Хотя вроде бы голос уже не такой хриплый, но все-таки.

– Все-таки заболела.

Он не спрашивал, он просто констатировал факт. Но смотрел на меня с таким упреком, что стало не по себе. Я не привыкла к тому, чтобы со мной разговаривали как с неразумным ребенком, вот только в присутствии Арса я все время чувствовала себя какой-то маленькой, хрупкой и уязвимой. Понятия не имею, с чем это связано.

– Самую чуточку, – преуменьшила я масштабы. – Так что давай все завтра, я пока отосплюсь?

И что я услышала в ответ на мою вежливость? Краткое и очень конкретное:

– Дура!

И пока я офигевала от происходящего, грубая физическая сила открыла дверь, отскребла меня от косяка и подтолкнула в сторону комнаты.

– Э-э-э… – выдала я крайне глубокомысленное. На что-то более умное меня банально не хватило – такой у меня был шок. На что Ленский сердито посмотрел на меня и сообщил:

– Или ты идешь в постель сама, или я тебя туда отнесу.

– Слушай, а может, ты пойдешь к черту? – предложила я. После его ультиматума слова как-то сразу нашлись. И хорошо. Быть шокированной бессловесной куклой мне не особо нравится.

Меня развернули к себе, приподняли подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза и ласково так сообщили:

– Элечка, я сейчас ничего не буду говорить по поводу твоего купания в фонтане. А заболела ты явно из-за него. Не выскажу ничего по поводу тотального игнора моих звонков. Ты себе представить не можешь, что я насчет этого уже успел надумать. Но если ты немедленно не отправишься в постель и не померяешь температуру, я тебе просто и незатейливо придушу. Поняла, радость моя?

«Радость», то есть я, все еще продолжала офигевать. Вот только от этого ласкового тона стало абсолютно точно не по себе. Больше всего пугали даже не слова, а совершенно серьезные глаза Арса.

– Не слышу, – поторопил меня с ответом непрошенный гость. И вот спорить с ним было как-то…жутковато, что ли. Да и сил особо не было. Хотелось спать. Поэтому я вздохнула и пробурчала:

– Да иду я, иду. Давай только без тэга принуждение, ладно? Никогда не любила арбузеров.

– Кого? – поперхнулся он, тут же растеряв всю свою жесткость.

– Ну абьюзеров этих… – поправилась я, но махнула рукой, глядя на его непонимающее лицо. – Забей, жертва любовных романов. Будем считать, что ты победил.

И я действительно потопала к столь вожделенной постельке, чтобы уткнуться носом в подушку и спать дальше. Не тут-то было! Мои мучения только начались!

Спустя полчаса я была готова сама придушить Арса. И плевать, что у меня было мало сил, а он физически точно меня превосходит. Я не подозревала, что взрослый, слегка избалованный вниманием парень может быть таким досаждающим! Потому что он совершенно не дал мне спать! Сначала меня заставили померить температуру, потом долго ругались. Половину его витиеватой речи я пропустила мимо ушей, а половину чуть не бросилась записывать вслед за ним. Хорошо ругается, красиво. Жалко только, что на меня.

– Ты меня не слушаешь? – оборвав себя на полуслове, обратился ко мне парень.

– Ну почему? – я лениво зевнула. – Слушаю. Только давай я диктофон включу, а то я половину выражений не запомнила, а потом пригодится.

Меня убили. Взглядом. Наповал. Зато орать Ленский сразу перестал. Вместо этого сообщил:

– Я на кухню. Тебе надо поесть. Эля, где у тебя аптечка?

– На холодильнике, – обрадовалась я, что меня наконец-то оставят в покое. Мне же много времени не требуется, пока он будет инспектировать содержимое бытовой техники, как раз успею уснуть. Не будет же он меня будить! Не настолько изверг!

На меня посмотрели крайне подозрительно. Но смилостивились и ушли. Однако стоило мне обнять подушку, как послышался вопль раненного бизона:

– Озерова, твою мать! Вот скажи, как ты вообще дожила до своих лет?

– Прекрасно, – сонно сообщила я, приоткрывая один глаз. Ленский опять стоял возле дивана и разгневанно тряс коробкой, в которой я хранила лекарства. Ну как хранила…

– Ну да, замечательно! – скрипнул зубами он. – С лекарством от головной боли, обезболивающим и… Это еще что за хрень?

– Это не хрень! – обиделась я. – Это мазь с… Блин, забыла, как вещество называется. Короче, она хорошо помогает при растяжении связок.

– Элина! Почему у тебя в аптечке нет ни одного антибиотика, жаропонижающего и… что там еще есть у нормальных людей?

– Вот! – торжествующе распростерла я ладонь в его сторону. – Ты сам даже не знаешь! А от меня требуешь.

– Ты же девушка, у вас лекарств должен быть полный шкаф! – выдал странную логическую цепочку он. После чего приказал. – Дай ключи!

Что ж, я готова принести ключи в жертву своему сну. Если Ленский свалит в аптеку, я смогу спокойно поспать. И пусть мои мысли и планы кажутся неблагодарными, но сон – это лучшее лекарство.

– Эля, я скоро вернусь, – поставил меня в известность Арс, с сомнением на меня покосившись. Не ждет ничего хорошего? Впрочем, правильно.

– Угу, – согласилась я, погребая к себе ближе одеяло. Арсений хотел что-то сказать, но потом махнул рукой и ушел. Я вновь уснула, и снилось мне… Угадайте что? Точнее кто. Правильно, Сенечка. Сон был странный, я бы даже сказала, бредовый. Я бы назвала это романтическими грезами, если бы была в него влюблена. А так… Одно слово, кошмар. Будто я – его жена! Приснится же такое! Видимо, я действительно уже слишком заигралась в эти фальшивые отношения с Ленским!

– Эля, – кто-то коснулся моей щеки. – Элечка, просыпайся. Нужно поесть и выпить лекарство.

– Изыди, демон, – попыталась откреститься я. Не тут-то было. В ответ услышала ехидный смех, а потом тихое:

– Элина, если ты сейчас не встанешь, я тебя поцелую. Именно так положено будить спящих принцесс.

Сонная ведьма принцессой не являлась, а потому угроза подействовала практически мгновенно. Целоваться мне не хотелось. И так уже тенденция нехорошая замечается. Я открыла глаза и недовольно посмотрела на усмехающегося Арса:

– Сам-то заболеть не боишься, целовальщик?

– Не-а, – весело покачал он головой. – Ты же меня тогда лечить будешь.

От его наглости я буквально дар речи потеряла. Но Арс и не стал дожидаться моего ответа, продолжил:

– Но сначала мы все-таки вылечим тебя. Давай-ка поешь это. Говорят, куриный бульон помогает.

– Ленский, если ты сейчас скажешь, что сам это сварил, я побоюсь это пробовать, – честно предупредила я. Пусть я неблагодарная зараза, но я сильно сомневаюсь, что мажор умеет такое готовить. Мне вообще не хотелось есть, но что-то мне подсказывало, что вряд ли у меня есть выбор. Арсений Романович заставит.

– Ну что ты? – он ухмыльнулся. – Заказал в одном кафе, так что можешь успокоиться, должно быть съедобно.

Подозрительно на него посмотрела. Ощущение, что меня в чем-то обманывают, не давало покоя.

– Ешь давай! – грозно приказал этот тигр. – А то с ложечки буду кормить. И, поверь мне, Элечка, – он окинул меня взглядом, от которого мне стало еще жарче (хотя, казалось, куда еще-то?), – тебе понравится.

Если судить по тону Арса, он мне явно предлагает что-то неприличное. Или я такая испорченная, и во всем мне видится двойной подтекст? Так вроде раньше была нормальная, откуда вообще во мне это возникло?

Но одно я знала точно. К тому, что Арсений Романович будет кормить меня с ложечки, жизнь меня не готовила. И в дальнейшем я с этим явлением тоже сталкиваться не желаю. Поэтому я протянула руку к бокалу, в который на удивление предусмотрительный Ленский перелил бульон. На мгновение мои пальцы коснулись его, и отчего-то сразу вспомнились вчерашние события.

Рука дрогнула, но Арс тут же поддержал ее, не давая горячему бульону опрокинуться на меня.

– Давай ешь и не капризничай, – протянул он мне несколько пампушек. Я почему-то улыбнулась. Допускать даже мысль, что Ленский сам готовил их, я не стала. Значит, действительно заказал. – А потом чай с малиной и лекарства, – добил меня мажор.

Я простонала. Что ж ему так приспичило в доктора поиграть? Я бы предпочла сейчас просто поспать, пока не станет лучше. Вот только кто меня бы слушал?

– Знаешь, как это называется? – пробурчала я, стараясь не смотреть на него. Умом я понимала, что он крайне неожиданным образом обо мне заботится. Вот только принять это мне было сложно. Да и снова не укладывалось в голове.

– И как же? – довольно ехидно поинтересовался мажор. Кажется, он прекрасно понимал, что я далеко не в восторге от его внезапно проснувшейся ответственности.

– Пытка пирожками! – поставила в известность собеседника я и сделала глоток бульона. Горло тут же обожгло, и я пожаловалась. – Горячо!

Никогда не любила горячий чай. После него язык обжигался так, что еще несколько дней побаливал. Всегда разбавляла. Но Арс об этой моей особенности, конечно, знать не мог.

– Холоднее нельзя, – покачал головой мажор. – Тебе нужно прогреть горло. И убить все микробы. Лекарство тоже горячее будет.

– Ты так меня быстрее убьешь, чем микробы, – капризно надула я, а Арс улыбнулся и сообщил:

– Если ты сейчас выпьешь бульон, а потом лекарство, получишь свежую клубнику.

– Это подкуп, – возмутилась я. Аппетита не было совсем, но воображение тут же нарисовало яркую, сочную, ароматную ягоду. Мою самую любимую. И как он только узнал?

– Это попытка с тобой договориться, – поправил меня Ленский. – Давай, еще несколько глотков. Вот. Умница.

– Слушай, – я скептически посмотрела на своего мучителя. – Ты в детстве, что ли, в доктора не наигрался? Так скажи своим бабам, они мигом тебе ролевые игры устроят. Меня-то зачем мучить?

– Прости, Элечка, на данный момент у меня одна, как ты говоришь баба, – хмыкнул Арсений, ничуть не обидевшись моей прямоты, граничащей с грубостью, – и это ты. Так что давай, справляйся со своими обязанностями официальной девушки.

И я, наверное, в сотый раз пожалела, что влезла в эту авантюру, и еще и его втянула. Просто кто-то, кажется, слишком увлекся. Впрочем, плевать. Я подумаю об этом завтра. Если мне для того, чтобы наконец-то поспать, нужно потерпеть Арса, что ж, я потерплю. Хотя где-то в глубине души мне была приятна эта забота. Но это было так глубоко, что я совершенно не готова это озвучивать вслух.

– Знаешь, надо было составлять договор, в котором четко будут указаны все мои так называемые обязанности, – проворчала я себе под нос. Меня одарили такой лучезарной улыбкой, что даже как-то не по себе стало.

– Поздно, солнышко! – припечатал Арсений. – Так что ты попала по полной.

– Я заметила! – я сделала последний глоток, и кружку из рук забрали. Взамен предоставили другую – с лекарством. И эта зараза тигристая упрямо следила за тем, чтобы я выпила все содержимое. Да меня мама и та так не контролирует, как Арсений Романович!

– А теперь спать, – объявил этот не наигравшийся во врача почти уже взрослый мужик. Нет, ну это уже обман населения. Я категорически против!

– А клубничка?! – возмутилась я.

– А влезет? – он явно насмехался. Но потом смилостивился и притащил тарелку с ягодой. Стоит ли говорить, что я осилила всего несколько ягод, а потом меня снова нестерпимо потянуло в сон? И уже находясь на грани в царство Морфея, я почувствовала легкий поцелуй и лоб и услышала тихий шепот:

– Спи, горюшко мое. Вечно ты себе приключения найдешь.

Я хотела возразить, но ни желания, ни сил не было. И вообще, этого не может быть в реальности. А спорить со своими глюками – себе дороже!