Глава 27. Германия. Будни

— Проходи, — Ярослав распахнул передо мной дверь в апартаменты на четырнадцатом этаже многоуровневого жилого комплекса, где мне придётся какое-то время сосуществовать с ним на одной площади.

— Добрый вечер, — неожиданно раздался голос из глубины помещения, от которого я с перепугу дёрнулась и, отступая назад, столкнулась с мужчиной позади себя. С удивлением уставилась на непонятного персонажа. Прямо передо мной стоял мужчина лет пятидесяти, почему-то в кухонном фартуке. — Господин Давыдов, рад вашему прибытию. Госпожа?

— Добрый вечер, Вильгельм, — спокойно поздоровался Ярослав и слегка приобнял меня за талию. В последнее время тактильный контакт между нами я свела до минимума, по возможности избегая его, если позволяла ситуация или мы оставались наедине. — Познакомься, это моя супруга — Надин, — мужчина в фартуке с достоинством кивнул. — Надя, Вильгельм помогает по хозяйству. Он закупает продукты, заказывает клининговые услуги и отменно готовит при необходимости. Я заранее связался с ним и попросил подготовить жильё к нашему приезду, закупить продукты и приготовить ужин.

— Очень приятно, герр Вильгельм, — вежливо ответила и, разувшись, посторонилась, потому что приехала служба доставки аэропорта, и грузчик стал заносить наш с Ярославом багаж. В этот раз вещей было значительно больше, чем когда мы ездили на Сейшелы.

— Надя, идём, я покажу, где что находится.

Ярослав махнул мне, подзывая жестом, и, не дожидаясь моей реакции, пошёл вглубь помещения.

Апартаменты были двухуровневыми. На первом уровне находились кухня, просторная гостиная, небольшая уборная. На втором этаже располагались две спальни с собственными ванными, небольшой кабинет и ещё одна совсем крохотная комната, совершенно пустая. Видимо, назначения ей Ярослав не придумал. Ни в одной из ванных комнат я не заметила стиральной машины, а это значит, что здесь привыкли пользоваться услугами прачечной. Ярослав подтвердил моя догадку.

Во всех помещениях прослеживался стиль минимализма. Основная цветовая гамма — это молочные и белые цвета с вкраплением графитового и красного.

Кухня была большой. Посредине стоял высокий прямоугольный стол с шестью барными стульями возле него. От кухонной мебели отходила пристройка — барная стойка с вертушкой, заполненной фужерами. Была здесь и вся необходимая бытовая техника.

Ароматы на кухне витали умопомрачительные. Пока я обходила место своего жительства на ближайшие два месяца, герр Вильгельм достал из духового шкафа мясо, запечённое по-французски, сервировал стол на две персоны, показал, что ещё можно подать к столу, и откланялся, напоследок вручив мне свой номер телефона, написанный на непритязательной визитке: «Домоуправитель герр Вильгельм Бор». Грузчики тоже давно ушли. И вот мы с Ярославом остались наедине. Некомфортно — вот то слово, которым бы я описала свои ощущения, когда мыв последнее время оставались вдвоём с этим мужчиной за закрытыми дверями.

Первое, что мы сделали, так это переоделись в домашние костюмы и, вымыв руки, отправились ужинать.

Ярослав больше не старался прикоснуться ко мне. Кажется, благодаря выбранной мной линии поведения, он утратил ко мне былой интерес. Особенно это почувствовалось после приземления в аэропорту в Германии. Видимо, здесь не нужно было так рьяно демонстрировать «удачную женитьбу наследника Александра Давыдова», как написали в одном из глянцевых журналов после нашего интервью.

Ужин проходил в молчании. Ярослав практически не смотрел на меня, сосредоточенно над чем-то размышляя. С большой долей вероятности даже знаю над чем — бизнес-проект, ради которого и состоялась эта дурацкая свадьба.

— Твоя спальня которая из двух? — спросила, гоняя горошину по тарелке и не поднимая на мужчину взгляд.

— Левая, — ответил он, чуть помедлив.

— Я хотела бы занять вторую.

Наши взгляды встретились. Серые глаза напротив смотрели напряжённо, губы плотно сжались в узкую полоску. Я уж хотела открыть рот, чтобы обосновать своё решение, но этого не понадобилось. Ярослав пожал плечами и абсолютно спокойным голосом ответил:

— Как хочешь. Твои вещи я принесу сам. Грузчики всё занесли в мою спальню.

С этими словами он встал и, освободив тарелку от остатков еды, сложил посуду в посудомоечную машину. Я тоже встала со стула и принялась убирать со стола. Ужин закончился.

Через десять минут, когда я поднялась в свою комнату, в дверь постучался Ярослав и занёс первую партию вещей.

— Завтра выходной, но я уйду рано. Не жди меня к обеду, — он остановился на пороге комнаты, повернув голову вполоборота ко мне. — Да и к ужину тоже не жди. Если что-то понадобится, то звони Вильгельму, он расскажет и подскажет по любому вопросу. Если что, Вильгельм приходит дважды в неделю. Михаил пока в гостинице, но я веду переговоры с агентством недвижимости, чтобы снять апартаменты по соседству. Без него никуда не выходи. План мероприятий, на которых потребуется твоё присутствие, я сброшу тебе на электронную почту.

— Хорошо, — покладисто со всем согласилась, понимая, что подобное предложение — это идеальный вариант наших фиктивных отношений. Наконец-то моя холодность и отстранённость принесли свои плоды.

— Приятных снов тебе на новом месте, — пожелал Ярослав, и не дожидаясь ответных пожеланий, закрыл за собой дверь.

Жаль, очень жаль, что у нас с ним ничего не получилось. Впрочем, ему это никогда не было нужно. Это я сдуру, не иначе, прониклась романтическим настроением на островах. Считай, курортный роман. Отпуск закончился. Начались трудовые будни.

* * *

Время ползло вперёд, как черепаха. Прошло больше недели с того дня, как мы прилетели в Германию. Ярослав совершенно не доставлял мне беспокойства. С чего бы он его доставлял, если мы практически не виделись. Мужчина уходил на работу ни свет, ни заря — я ещё спала, а приходил глубокой ночью — я уже спала.

Безделье выматывало и утомляло, настроение стремительно портилось. Конечно, я не сидела сиднем в четырёх стенах и старалась занять себя. Нашла тренажёрный зал, приобрела абонемент в бассейн на двоих с Ярославом, помня, как он любит плавать, и вспоминая наши с ним заплывы наперегонки. Встречалась с жёнами немецких бизнес-партнёров. Барбара с Агатой пригласили меня в женский клуб. Они были попечителями в нескольких приютах для животных, в детском доме, в нескольких школах и больницах, занимались благотворительностью. Я старалась проявлять заинтересованность, но, откровенно говоря, от всего этого была не в восторге. Не моё это. Все эти встречи с руководством, наигранное раболепие, искусственный восторг в глазах, и всё ради того, чтобы получить чек на какую-нибудь сумму.

Отдушиной стало общение с Анастасией Верской, юристом компании Давыдова. Девушка прилетела вместе с нами для работы в офисе Ярослава, как юрист. Несмотря на молодость, у неё уже был опыт работы на европейском предприятии. Мы начали с ней общаться ещё в самолёте, и теперь созванивались по вечерам. На личные встречи Насте не хватало времени, но мы условились, что в её выходной обязательно встретимся. Благодаря этому общению я была в курсе, чем занимается Ярослав.

Прошла суббота, которая тоже оказалась рабочей в компании Ярослава. Сегодняшний день оказался загружен и у меня. Мы с Барбарой ездили в детский летний лагерь, где сейчас отдыхал маленький Альберт, и оказались втянуты в мероприятие по типу «весёлые старты». Поэтому, когда я вернулась домой, то упала на кровать без задних ног. Проснулась среди ночи от того, что захотела пить, и пошла на кухню.

Я включила верхнее освещение и от неожиданности подпрыгнула на месте. Ярослав, как был в офисной одежде, только пиджак стянул и бросил на соседний стул, так и сидел за столом над практически нетронутой тарелкой с овощной лазаньей, подперев тяжёлую голову рукой, и спал. Даже то, что зажёгся яркий свет, его не разбудило.

Внутри что-то болезненно ёкнуло от этой картины. Я подошла ближе, осторожно опуская руку на плечо мужчины, и слегка потормошила его, стараясь не напугать, а разбудить. Он выглядел таким уставшим даже во сне, что мне стало его искренне жаль. Ярослав загонял себя этой работой.

— Ярослав, проснись, иди спать в кровать.

Сонный потерянный взгляд серых глаз с трудом сфокусировался на мне.

— Да, Наденька, идём, минуточку, — он вяло обнял меня за талию, подтянув ближе, и упёрся лбом в моё плечо. В первое мгновение мне захотелось разорвать эти объятия, но Ярослав ничего не предпринимал, казалось, у него просто не было сил, и он держался за меня, чтобы не упасть и не заснуть, не дойдя до спальни. Я смотрела на чернявый затылок и, не найдя лучшей позы, положила одну руку ему на голову, а вторую на плечо, и погладила по волосам, как маленького.

Прошло несколько минут прежде, чем Ярослав наконец-то пришёл в себя, встряхнул головой и выпрямился. С каким-то сожалением и тяжёлым вздохом отпустил меня и, тронув сухими губами мою скулу, пошёл к себе. В дверях приостановился и предупредил:

— Нас завтра пригласили на выставку каких-то художников-авангардистов. Сходим?

— Не откажусь, — согласилась сразу же. Хоть какое-то разнообразие. А вообще я уже созрела поговорить с Ярославом насчёт того, чем бы мне заняться, помимо «активностей», что были в течении этой неделей.

— Открытие в три по полудню.

На мой скупой кивок Ярослав больше ничего не добавил и скрылся за дверью, а я ещё какое-то время прислушивалась к звукам, которые доносились из глубины квартиры. Шаги вверх по лестнице. Хлопок двери в его спальню. И тишина.

Рука, которой я гладила жёсткие волосы мужчины, до сих пор хранила тепло и ощущение от соприкосновения с ними.

Такой острой неприязни, как была наутро после той памятной ночи, сейчас уже не осталось. Время зализало рану в моей душе, оставленную Ярославом. Да и разговоры с Маргаритой, моей подругой, которая серьёзно изучала психологию, не прошли даром. Очно я с ней встретилась лишь однажды, на следующее утро после события, перечеркнувшего возможные отношения с Ярославом. А теперь общалась по скайпу. Марго настаивала на том, что я должна рассказать Ярославу о причине изменения моего к нему отношения. Должна проговорить проблему, не доводя до кризиса отношения в семье. Всё это было бы целесообразно, если бы у нас был настоящий брак. Излагая при встрече со своей подругой сложившуюся ситуацию, в поиске профессионального совета я не призналась, что наш брак — фальшивка. Разглашать это, согласно контракту, я не имела права.

* * *

В воскресное утро я проснулась достаточно рано. Немного повалявшись на кровати, полистала новости, ответила на сообщения от родителей, которые передавали привет и Ярославу, тяжело вздохнула и скатилась с кровати. Тренажерный зал с бассейном был недалеко от апартаментов, где была съёмная квартира Давыдова. И каждое утро я ходила туда на часик, чтобы держать себя в форме. Поэтому закинув спортивную сумку на плечо, стала спускаться по лестнице вниз и наткнулась на Ярослава, который, видимо, собирался подниматься по лестнице вверх. Он удивлённо окинул меня взглядом.

— Далеко собралась? — спросил он, преграждая путь, когда я ступила на последнюю ступеньку.

— Не хочешь поплавать? — спросила раньше, чем сообразила, кому предлагаю.

Ярослав, как-то неуверенно улыбнулся, тряхнул головой и, обняв меня за талию, снёс с лестницы.

— С удовольствием! — воодушевлённо ответил и помчался на верх, на бегу крича: — Подожди меня в холле.

Я не спешила проходить в холл, а наблюдала, как мужчина аки горный козёл перепрыгивает через ступени. Хм и где усталость делась? Вчера засыпал на ходу, мог бы сегодня дольше поспать. Собрался он быстро и через несколько минут мы уже ехали в лифте вниз.

— Михаил сегодня переезжает, — сообщил он, между прочим. — Ты привыкла к его присутствию?

— В принципе да. Но ты уверен, что в телохранителе есть необходимость? Всё-таки это другая страна. И здесь с правопорядком намного серьёзней.

— Уверен. Это не только моё мнение. Тактика давно разработана Данилой Егоровичем. И я хочу быть уверен, что моя жена в безопасности, — Ярослав смотрел строго и напряженно одновременно, словно ожидал от меня какого-то возражения или противодействия. У меня было только одно возражение: я — не жена! Но смысл об этом говорить. Он и так это знает. Просто жонглирует словами с пустым для него значением.

— О, Михаил очень даже может обеспечить мою безопасность! Мы с ним целый день вместе, с раннего утра до самого вечера. Может прикрыть собой в любую минуту, — отчего то эта фраза совсем не понравилась Ярославу. Мне определённо послышалось, как скрипнули зубы, а на лице заходили желваки, глаза сузились, а рука, которая спокойна лежала на лямке спортивной сумки, сжалась в кулак так, что побелели костяшки. В воздухе искрило от напряжения. Лифт звякнул и открыл двери на первом этаже. Ни секунды, не задерживаясь возле разъярённого мужчины, выскочила из лифта. И быстро пошла в сторону бассейна.

Ярослав молча шёл рядом, всё ещё на взводе. Странная реакция мужчины на простые слова удивила и заставила задуматься, — что не так? Мысленно несколько раз прокрутила ситуацию и наш диалог, акцентируя внимание на своих словах. Когда мне на ум пришла очевидная причина такого поведения, то я споткнулась на ровном месте. Он что меня приревновал к Михаилу???

Ярослав успел подстраховать меня за локоть и я не пропахала землю носом.

— Не ударилась?

— Нет, — растеряно покачала головой, вглядываясь в обеспокоенный взгляд серых глаз. Да ну нет! Не может быть.