Глава 28. Новые грани

Воскресный день мы провели с Ярославом. Утром в бассейне у стойки администратора я предъявила два абонемента, чем удивила Давыдова. Он не ожидал, что я подумала о нём.

— Ты же любишь плавать, — я пожала плечами на его реплику и слова благодарности.

Поход в бассейн отлично взбодрил. Одно дело — плавать самой, другое — соревноваться с профессионалом. Азарт и стремление к победе — хорошо подстёгивают на дистанции. Я даже во второй заплыв выиграла. Но не по-настоящему.

Вынырнув у бортика чаши бассейна, удовлетворённо посмотрела на Ярослава. Я хекала, пытаясь восстановить дыхание, а мужчина смотрел на меня с соседней дорожки с довольной улыбкой, совершенно не запыхавшийся.

— Поддался? — хмыкнула, глядя на улыбку, которая всё шире расползалась на его лице.

— Никогда! — возмутился он так наиграно, что я укрепилась в своём убеждении.

— Мне подачки не нужны, — от досады резко дёрнулась и оттолкнувшись ногами от бортика, поплыла на спине.

Ярослав встретил меня на моей дорожке и подтянул к себе за руку.

— Никогда и никому я не поддавался. Ты выиграла честно. Хотя и не закономерно. Я размялся только к третьему заплыву.

Болтаться в воде, удерживая себя вертикально, не чувствуя под ногами дна — сложно. Поэтому я позволила взяться рукой за его плечо. В бассейне такое прикосновение не отталкивало. Холодная мокрая кожа не будила воспоминания о той ночи.

— Возможно ты прав.

После бассейна мы вернулись домой. Я предложила сделать быстрый завтрак для нас двоих. Ярослав был не против. Он поднялся к себе, но не прошло и пяти минут, как вернулся.

— Я не помешаю?

Он пристроился на дальнем свободном конце стола вместе с ноутбуком и планером и подперев щёку следил за моими передвижениями. Пристальный взгляд мужчины немного напрягал и заставлял нервничать. Хотелось отгородиться от него.

— Ты пришёл поработать или смотреть на меня? — немного резко и раздраженно сделала выпад в его сторону.

— И то, и другое. Любуюсь тобой, — совершенно серьёзно сообщил он, поднявшись со своего места и захлопывая крышку ноута. — Хочу тебе помочь, — он уверенно двинулся ко мне и, помыв руки, встал рядом у стола.

Сначала я растерялась и недоверчиво покосилась на Ярослава, но потом решила: а почему бы и нет? Вдвоём получится быстрее. Достала вторую доску, вручила нож и дала сладкий перец, объяснив, как нарезать на салат. Ярослав взялся за дело уверенно. Несколько секунд понаблюдала за ним и убедившись, что руки у него растут из нужного места, взялась за мясо, чтобы приготовить его тонкой соломкой вместе с овощами. На плите уже варился рис.

Давыдов крутнулся на месте и включил радио. Приятная мелодия заполнила пространство нашей кухни. И мы оба стали подпевать известные песни. Мы с Ярославом не обладали чистыми голосами, где-то фальшивили, где-то попадали в ноты, но продолжали веселиться, при этом не забывая готовить.

На какой-то джазовой композиции Ярослав отложил в сторону нож, которым он уже нарезал кубиками сыр для «греческого салата» и подхватив меня за талию и, зажав мою правую руку в крепкой хватке у своей груди, закружил меня в танце.

Он нежно прижимал меня к себе, его тёплое дыхание щекотно проходилось по моей макушке, когда он в танце продолжал мурлыкать песню. И всё-таки я зажималась от его прикосновений. Хотя они не несли эротический подтекст. Я так могла танцевать с кем угодно — хоть с отцом, хоть с Тимуром. Песня завершилась и объятия раскрылись, выпуская меня из своего тепла. От контраста даже плечами передёрнула. И быстро ухватилась за лопатку, чтобы помещать мясо, причём не сколько ради этой цели, а чтобы так отгородиться от мужчины.

Поздний завтрак был приготовлен.

Мы оба с удовольствием съели результат нашего совместного труда. И заварив кофе, просто беседовали. Ярослав рассказывал о том, как продвигается его работа, что производство должны будут запустить уже в начале осени — раньше никак.

— Я знаю, что ты планировала съездить в Австралию в сентябре, — Ярослав отставил фарфоровую чашечку с кофейной гущей и в упор посмотрел на меня.

Что-то в его фразе меня царапнуло, но пока я не уловила что именно и просто кивнула.

— Ты же понимаешь, что открытие будет публичным и массовым мероприятием? Будут бизнес-партнёры, пресса, отец? — он вновь дождался моего кивка и продолжил: — И совсем странным если моя жена не появится на нём?

На его новый вопрос я кивнула в третий раз, чувствуя себя китайским болванчиком.

— Если ты мне заранее сообщишь дату, то я смогу приехать на несколько дней, — предложила приемлемый вариант. Конечно же, я понимала, что являясь официальной женой Ярослава, обязана быть рядом с ним в такие ключевые моменты для бизнеса. Собственно, наш брак затеян именно ради этого. А не ради того, чтобы я обрела мужа.

— Это не лучший вариант, — ответил он тут же, словно и не раздумывал над моими словами. Отклонил без права на апелляцию. — Я надеялся на твою помощь в организации неофициальной части. У тебя же колоссальный опыт в подобном.

Не согласится с последним утверждением было сложно. Организация банкетов по абсолютно разным поводам было частью моей работы. И вовсе не являлось лестью, как можно подумать.

Несмотря на эту просьбу, я не уступала.

— Лукас — директор агентства, где я работаю, ждёт мой приезд. Он рассчитывает на меня, — стоило напомнить Ярославу о нашей договорённости. — Мы это обсуждали с тобой практически сразу после свадьбы. С тех пор ничего не изменилось, — хотя кому я вру — изменилось многое, но Ярослав не знает же об этом. А я буду молчать.

— Надя, ты понимаешь, что с моими финансовыми возможностями я могу купить тебе туристическое агентство здесь в Германии и не одно. Ты же говорила о том, что причина по которой тебе нужно уехать — стабильная высокооплачеваемая работа. Я могу всё это организовать здесь. И ты будешь при деле, перестанешь скучать и главное останешься со мной.

— Зачем? — спросила быстрее, чем обдумала, то что он предлагает. Рука Ярослава неожиданно накрыла мою, лежащую на столе. Придавила. Удержала на месте. Большой палец ласково погладил нежную кожу на запястье, что вызвало у мене нервное, более частое дыхание, которое я всеми силами старалась скрыть. Интимные прикосновения тут же отдавали горечью, подкатившей к горлу. И тем не менее, через силу, я себя удержала на месте.

— Потому что ты мне нужна, Надя, — тем временем ответил мужчина, пока я боролась сама с собой. Серые глаза Ярослава смотрели очень серьёзно и пристально, настороженно, вызывая неоднозначные чувства. Внутри что-то предательски переворачивалось. Как феникс возрождается из пепла, так и у меня в душе на пепелище, робко шевельнулась надежда и тут же была затолкана назад. Я только приняла ситуацию, всё разложила для себя по полочкам и обманываться снова было страшно. Все эти жесты не имеют значения. Ничего не значит взгляд, ничего не значат его прикосновения, ничего не значат слова — это опять часть игры на публику, только мастерство мужчина решил оттачивать за закрытыми дверями.

— Тебе нужна не я, Ярослав. Ты путаешь меня с кем-то другим, со своей невестой, — слова застревали в горле, кололись ежом, но я их продолжала выталкивать из себя. Ритм сердца ускорился, в ушах зашумело. В голове раздались чёткие слова: «Спи, Джулия». Мой кошмар наяву.

За столом сгустилась атмосфера: стала напряженной, чуть ли не искрила. Взгляд Ярослава переместился куда-то в сторону и вдаль, и снова вернулся ко мне с холодным стальным блеском, от которого мороз по коже прокатился. Его рука поверх моей напряженно замерла.

— У меня есть жена, — мужчина упрямо сжал губы. — И я не ищу никого другого. Предлагаю, вернуться к этому разговору позже. Ты пока обдумай моё предложение. Твой начальник не будет против, стоит ему объяснить, что ты теперь замужем.

На том Ярослав резко встал и, как примерный семьянин, принялся мыть за собой чашку из-под кофе.

Я же смотрела на его спину со смешанными чувствами. Может я в чём-то ошибаюсь? Делаю не те выводы? Может это уже и не игра на публику в моём лице? С нашего прилёта в Германию складывалось ощущение, что Ярослав себя сдерживает, как будто бы подыгрывая мне в моём желании оградиться от его внимания. И вот сейчас ему надоело, и он плеснул настоящими эмоциями, как было раньше. И запоздало до меня дошло, что цапнуло в фразе про Австралию. Он сказал «можешь съездить», то есть он давал разрешение на поездку туда и назад, при этом не сомневаясь, что я должна вернуться.

Откровенно говоря, я не знала, как поступлю дальше. Возможно действительно всё стоит обдумать не спеша, как я привыкла — взвесив все «за» и «против».

Предложение Ярослава о покупке туристического агентства в Германии, я отмела и вовсе не из-за благородных порывов свойственных романтическим особам. Это был расчёт. Наш контракт закончится через пять месяцев, и я не хотела оказаться привязанной бизнесом к этой стране, находиться поблизости от Давыдова после завершения контракта. А так бы произошло, если бы согласилась на покупку. Я не приемлю полумер. Если работать, то работать. Я бы вкладывала всю себя в развитие агентства и, что потом — всё бросить?

Насчёт Лукаса Ярослав прав. Мне нужно сказать директору, что мой семейный статус изменился, но не по телефону — при личной встрече и после того, как я поговорю с Грэгом. Чтобы там не говорил австралиец обо мне, я должна сама сказать ему о нашем разрыве. В конце концов, я сама могу позвонить ему или связаться по скайпу, что предпочтительнее. Практически получится лицом к лицу.

Задумалась я и над поведением Ярослава. Я старалась вспомнить, когда оно изменилось. Всё, что приходило на ум, так это то, что это произошло во время полёта. Сначала я наблюдала, сквозь прикрытые ресницы, как он задумчиво и пристально смотрит на меня, расположившись напротив моего места. Помню, как этот взгляд раздражал и нервировал. Было желание отгородиться от него бетонной стеной. А к концу полёта Ярослав перестал гипнотизировать меня. Мы словно поменялись ролями — он стал избегать мой взгляд. Сейчас задумавшись над этим, причины для такого поведения я не видела.

— Нам сегодня на мероприятие идти. Ты помнишь? — уточнил Ярослав перед тем, как выйти из кухни.

— Я буду готова к трём.

— Поужинаем в ресторане, — предупредил мужчина и ушёл.

На дальнем краю стола остались лежать ноутбук, документы. Я всё равно собиралась подняться к себе и решила занести по пути вещи в комнату Ярослава. Когда поднялась на второй этаж, дверь в спальню мужчины была приоткрыта. Был слышен голос Ярослава, разговаривающего по телефону.

— Да, в ближайшие дни пришлю тебе отчёт.

— … — телефонного собеседника Ярослава я не слышала, но по дальнейшему разговору поняла, что он говорил с отцом.

— Да. Я в процессе, — Ярослав оглянулся на меня, остановившуюся в нерешительности в проёме двери и предупреждающе поднял указательный палец вверх, видимо, чтобы я не шумела.

— Положи, — кивнул он головой в сторону комода. — И подожди минутку, — это он полушёпотом сказал мне и тут же ответил отцу. — Да, это Надя зашла. Я передам ей привет. Нет. Полина пусть лучше сама свяжется с моей женой. Мне некогда ещё и этим заниматься, — Ярослав улыбнулся, видимо отец отпустил шутку. — Да согласен. Моя жена — ценное приобретение. Нет, Надя у меня не такая. Ей свойственно чувство меры. Так что я не переживаю на сей счёт. Артур? А, что с ним станется. Нормально работает. Да-да, я всё помню.

Ярослав сбросил вызов и с лёгкой блуждающей на губах улыбкой, посмотрел на меня.

— Тебе передают привет — отец с Полиной и Бизон.

— Угу, спасибо. А зачем Полина будет со мной связываться? — поинтересовалась.

Ярослав небрежно махнул рукой и близко подошёл ко мне.

— А! Она там вечеринку организовывает в честь моего Дня рождения. Посмотришь сценарий. Главное, чтобы это не переросло по масштабам в «свадьбу». Хочу в кругу семьи отметить. До пятидесяти гостей — максимум. С друзьями отмечу отдельно. Кстати, это отличный повод познакомить тебя с ними. Они тебе понравятся, вот увидишь. Мы дружим с колледжа.

— Хорошо, — согласилась, но легко не было. Знакомиться с его друзьями не хотелось. Зачем он всё больше втягивает меня в свою жизнь? Всё равно расстанемся. — Я помогу Полине. Получается, мы полетим домой накануне двадцать девятого июля?

— Или день в день. Работа покажет, — Ярослав довольно и белозубо улыбнулся и открыл ноутбук, выводя технику из спящего режима. На заставке была я. Эту фотографию он сделал, когда я каталась на доске на Сейшелах, он ещё её показывал моим родителям. Внутри как-то всё сжалось от тоскливого воспоминания того чудесного дня, как Ярослав заботливо ухаживал за мной, и в то же время я разозлилась. Совсем заигрался. Зачем я ему на заставке?! И ещё Джулию свою убрал. Я не сдержалась, фыркнула и развернулась на выход, но оказалась остановлена. Ярослав удержал меня за плечо.

— Надя, как ты смотришь на то, чтобы мне помочь?

— С чем? — насупилась и скинула с плеча наглую конечность, в пол оборота разворачиваясь к мужчине.

— Я не успеваю. Мне нужно сделать перевод отчёта с немецкого для отца. В штате пока нет переводчика. Вакансия открыта. Поэтому приходится самому, а я не сильно дружу с немецким.

— А почему не делаете сразу на русском или английском? Александр Андреевич бегло разговаривает по-английски, — я сложила руки на груди и внимательно смотрела на мужчину. От моего взгляда, неловкости он не испытывал, такой как испытывала я, когда готовила, а Ярослав наблюдал за мной.

— Первый экземпляр документов для налоговой готовится на немецком, как и вся техническая документация. Мы же в Германии, — Ярослав пожал плечами и развернул ко мне экран. — Ну, а потом переводится на английский и русский. А человека пока не нашли. Возьмёшься за такой текст?

Я пробежала глазами по строчкам. Конечно, в тексте встречались специфические термины, которые с лёту перевести я не могла, но словарь мне в помощь. В конце концов, это прекрасная возможность занять себя. И я согласилась.

— Давай попробую.